Бесславные ублюдки, бешеные псы. Вселенная Квентина Тарантино

Бесславные ублюдки, бешеные псы. Вселенная Квентина Тарантино
Автор книги:     Оценка: 0.0     Голосов: 0     Отзывов: 0 327 руб.     (4,16$) Читать книгу Купить и скачать книгу Купить бумажную версию Электронная книга Жанр: Критика Правообладатель и/или издательство: РАНХиГС Дата публикации, год издания: 2018 Дата добавления в каталог КнигаЛит: ISBN: 978-5-7749-1311-4 Скачать фрагмент в формате   fb2   fb2.zip Возрастное ограничение: 0+ Оглавление Отрывок из книги

Описание книги

Эта книга, с одной стороны, нефилософская, с другой – исключительно философская. Ее можно рассматривать как исследовательскую работу, но в определенных концептуальных рамках. Автор попытался понять вселенную Тарантино так, как понимает ее режиссер, и обращался к жанровому своеобразию тарантиновских фильмов, чтобы доказать его уникальность. Творчество Тарантино автор разделил на три периода, каждому из которых посвящена отдельная часть книги: первый период – условно криминальное кино, Pulp Fiction; второй период – вторжение режиссера на территорию грайндхауса; третий – утверждение режиссера на территории грайндхауса. Последний период творчества Тарантино отмечен «историческим поворотом», обусловленным желанием режиссера снять Nazisploitation и подорвать конвенции спагетти-вестерна.

Оглавление

Александр Павлов. Бесславные ублюдки, бешеные псы. Вселенная Квентина Тарантино

Научное введение

Онтология вселенной Квентина Тарантино

Часть 1. Pulp Fiction

«Новый режиссер в городе» («Бешеные псы»)

Фильм, ты неонуар?

«Мне все равно, что ты ничего не знаешь, я все равно буду тебя пытать»

Почему мистер Розовый остается в живых

Синоним постмодернизма («Криминальное чтиво»)

Just a Dream

Дети и их женщины

Воплощение постмодерна

Другой фильм («Джеки Браун»)

Макулатура

Интерпретируя Элмора Леонарда

Фильм, ты blaxploitation?

Интермеццо: Макгаффин? Спасибо, нет

Часть 2. Стратегии визуализации сценарных опытов Тарантино

Самый тарантиновский фильм не Квентина Тарантино («Настоящая любовь»)

Авторы, всюду авторы

Любовь между сексом и насилием

Интерпретируя «Таксиста»

Самый нетарантиновский фильм Квентина Тарантино («Прирожденные убийцы»)

История травмы

Когда секс излишен

Культовая репутация?

Бог есть. Но он не вмешивается («От заката до рассвета»)

Забегая вперед: кто такой Эрл Макгро?

«Ты видел, чтобы психи взрывались от солнечного света?»

Бог и случайность

Интермеццо: Еда во вселенной Квентина Тарантино

Часть 3. Грайндхаус I

К насилию с иронией («Убить Билла. Том 1»)

Рецепция первого тома «Убить Билла»

Когда культовый фильм – это культовый фильм

Насилие на экране. Но какое?

Сочувствие госпоже Месть («Убить Билла. Том 2»)

Женщина в ярости

Эротизация мести

Восток / Запад: география насилия

Ориентализм: отмщение белому человеку

Добродетели Японии, пороки Китая

Что-то неожиданное («Доказательство смерти»)

Удар молнии

Границы воображения

Интерпретируя «Автокатастрофу»

Интермеццо: Тарантинизация всей страны

Часть 4. Грайндхаус II

Антивоенное kino в стиле Nazisploitation («Бесславные ублюдки»)

Морализм или ликвидация истории?

Фильм про войну. И не про войну

В контексте великих

И все-таки культовый

Политическое воображение без границ («Джанго освобожденный»)

«Джанго освобожденный» в контексте

«Джанго освобожденный» и его критики

Вчитывания: рабство, капитализм и биополитика

Диалектика господина и раба

Галантерея Минни – территория закона. И кота («Омерзительная восьмерка»)

Много цинизма, но мало расизма

Фильм, ты вестерн?

Интерпретируя «Великое молчание»

Заключение. «Эффект Тарантино» и последствия

Литература

Отрывок из книги

Квентин Тарантино изначальную известность получил благодаря своему первому фильму «Бешеные псы», а забронировал себе место в суперэлитном клубе «мертвых белых мужчин» после выхода второго фильма – «Криминального чтива». С тех пор режиссер создал не так много картин, но каждая из них неизбежно становится сенсацией. И хотя некоторые критики зачастую недовольны тем, что он делает, в целом Тарантино остается одним из наиболее ярких и популярных авторов кинокультуры. Многие именитые режиссеры, которые начинали творить раньше Тарантино или одновременно с ним, не могут похвастаться такой же популярностью. Они делают кино, которое либо не вызывает всеобщего восторга, либо не привлекает большого внимания. Дэвид Линч, с которым постоянно сравнивали Тарантино (если не считать третий сезон «Твин Пикса»), давно сошел с дистанции. Джим Джармуш продолжает работать в сфере независимого кино и не может считаться иконой поп-культуры. Нил Лабут и Тодд Солондз, которым прочили в конце 1990-х занять место Тарантино, очень скоро перестали быть интересными кому-либо. Дэвид Финчер снимает весьма неровные фильмы, которые воспринимаются аудиторией по-разному. И так далее.

Возможно, здесь надо сказать главное. Квентин Тарантино делает ровно то же самое, что когда-то сделал Чуен Фу (Джеки Чан), главный герой гонконгского фильма «Змея в тени орла» (1978) Юэня Ву-пина. По сюжету мастер кунг-фу, старик Пай Чен-Чень, обучает боевому стилю Змеиного Кулака сироту с добрым сердцем Чуена Фу. В то же время представители клана Орлиного Когтя убивают всех, кто владеет стилем Змеиного кулака, чтобы стать самой влиятельной школой кунг-фу в Китае. К концу фильма Чуен Фу, используя уже полученные знания и наблюдая за тем, как кошка сражается со змеей, создает уникальный авторский стиль восточного единоборства. Только благодаря этому стилю он убивает могущественных врагов из клана Орлиного Когтя. И тогда старик Пай Чен-Чень и Чуен Фу, обсуждая новый стиль, благодаря которому они смогли победить злодеев, решают назвать его «Змея в тени орла». То, что делает Квентин Тарантино с уже известными жанрами, – творчески развивает их, создавая что-то совершенно новое (это под силу только ему), – можно назвать стилем «Змея в тени орла». И надо признать, Тарантино делает это клево. Собственно, это две мои установки при написании книги: первая – показать, как режиссер работает с жанрами, а вторая – что Тарантино делает кино клевым (cool).

.....

Под теорией я подразумеваю попытки описать творчество Тарантино в рамках философских категорий или существующих философских концепций. Например, к таким текстам относится одна из самых неудачных, на мой взгляд, книг о режиссере «Квентин Тарантино и философия: как философствовать с помощью плоскогубцев и паяльника»[29]. В сборнике авторы пытаются описать некоторых персонажей Тарантино как «ницшеанцев», спекулируют на темы расы, этики, насилия, справедливости, агрессии, детерминизма и проч. Натужный и неуместный юмор «теоретиков», пытающихся быть такими же клевыми, как фильмы Тарантино, лишь портит (и без того неприятное) впечатление от бессмысленности затеи. Другим примером теоретической книги можно считать монографию Фреда Боттина и Скотта Уилсона «Тарантиновская этика»[30]. Не понаслышке знакомые с философией и теорией культуры, авторы привлекают к анализу фильмов Тарантино идеи Жоржа Батая, Жака Лакана, Эммануэля Левинаса. Конечно, не обошлось и без Жиля Делёза. Исследователь Эдвард Галлафент в своей книге даже замечает относительно «Тарантиновской этики», что сложная культурная теория может хорошо работать в вопросах обсуждения расизма, любви, потребления, личности, сленга и т. д., но в целом такой подход довлеет над контекстом и подавляет его[31]. Более того, Боттин и Уилсон работают с текстами, то есть со сценариями Тарантино, не обращая внимания на то, как они были визуализированы. А поскольку несколько сценариев Тарантино легли в основу фильмов, снятых другими режиссерами, это ставит под вопрос целостность и объективность анализа. Наконец, вопрос, получается ли что-то путное из желания скрестить ужа и ежа (Тарантино и Делёза), для меня остается открытым.

К этой же категории относятся два очень важных сборника научных статей, посвященных отдельным фильмам Тарантино. Первый вышел под редакцией германиста Роберта фон Дассановски – «„Бесславные ублюдки“ Квентина Тарантино: Манипуляция метакинематографом»[32]. В нем много интересных статей, в которых авторы обычно с позиции теории подходят к анализу «Бесславных ублюдков» (если хотите поместить фильмы Тарантино в философский контекст, то Теодор Адорно, Макс Хоркхаймер, Ханна Арендт и Джорджо Агамбен к вашим услугам). Однако в книге есть и исследовательские тексты. Это, например, статья Тодда Херцога, в которой он анализирует реакцию американских и немецких критиков на картину Тарантино, а также исследует сообщества фан-фиков «Бесславных ублюдков»[33].

.....

Подняться наверх