Великий американский писатель Амброз Бирс по праву считается ровней Эдгара По в традиции американской новеллы XIX – начала XX века. Его притчи и «страшные рассказы» – хрестоматийное чтение и гордость словесности США. Бирс, ветеран Гражданской войны, отражает в своих произведениях собственный опыт борьбы за жизнь и рассудок в военное и мирное время… Десятки писателей, включая Лавкрафта, вдохновлялись его наследием и особенно – образом «древнего и славного» города Каркозы.
В приложении представлены переводы стихотворения «Песнь Кассильды» Роберта Чамберса, писателя-мистика, создавшего полноценную «мифологию» Каркозы в известном цикле рассказов «Король в Желтом».
Оглавление
Амброз Бирс. Житель Каркозы
Амброз Бирс в России: история знакомства
I. Что было
II. Что есть
III. Что будет
Видения ночи
Житель Каркозы
Видения ночи
Обитель мертвецов
Заколоченное окно
Настоящее чудовище
I
II
III
IV
V
В гуще жизни
Хаита-пастух
Человек и змея
I
II
III
IV
Подходящая обстановка
Ночь
Накануне в трамвае
На следующий день
Гипнотизер
Возвращение
I. Добро пожаловать в знакомые места
II. Если не помните, кто вы, – обращайтесь к врачу
III. Опасайтесь собственного отражения в воде
Мой собственный призрак
Жестокая схватка
Случай на мосту через Совиный ручей
I
II
III
Один из пропавших без вести
Джордж Тарстон. Три эпизода из жизни одного человека
На аванпостах
I. Кое-что о желании умереть
II. Как сказать то, что хочется услышать
III. В пылу схватки в сердце его не было скорби
IV. Великому человеку и честь по чину
История совести
I
II
III
IV
Неудавшаяся засада
Две военные казни
Всадник в небе
Паркер Аддерсон, философ
Жестокая схватка
Добей меня!
При Чикамауга
В горах
Капитан Кольтер
Дома с привидениями. Перевод Романа Танасейчука
На «Сосновом острове»
Напрасная затея
В доме старика Эккерта
Дом, увитый плющом
Иные постояльцы
Приложение
Рецепция избранного наследия Амброза Бирса в творчестве Роберта Чамберса
Robert W. Chambers (1865–1933) Cassilda's Song
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Роберт Чамберс. Песнь Кассильды
Текст с последней обложки
Отрывок из книги
Литературное произведение, переведенное на другой язык, становится фактом и фактором развития художественной словесности того языка, на котором оно теперь существует. В этом процессе существенны многие составляющие: качество перевода, выбор произведения, тираж, время и место издания. Важно то, насколько удачной и своевременной оказалась первая встреча с иностранным автором. Свою роль играет и заочно сложившийся (или не сложившийся) стереотип в восприятии писателя, а также его собственное отношение к стране, на язык которой переводятся его произведения. Все это в полной мере приложимо к Амброзу Гвиннету Бирсу (1842–1913[?]).
Амброз Бирс никогда не был в России и, скорее всего, достаточно смутно представлял российские реалии. В творчестве писателя почти нет российских аллюзий, если не считать встречающихся в статьях и очерках имен русских художников слова. Да и в этом случае спектр его познаний о русской литературе, судя по всему, был невелик. Безусловно, он читал И. С. Тургенева, слышал о Гоголе; не читал, но видел Максима Горького и даже однажды общался с ним, и тот ему не понравился; был неплохо знаком с творчеством Л. Н. Толстого и даже посвятил эссе разбору одного из его романов. Как журналист к царской России он относился неприязненно и настороженно, например, революцию 1905 года считал закономерным следствием жестокой внутренней политики царизма, а в событиях Русско-японской войны 1904–1905 годов его симпатии (как и многих американцев) были на стороне Страны восходящего солнца. Но собственное отношение Бирса к России едва ли повлияло на характер и параметры восприятия и «освоения» его творчества в нашей стране.
.....
Несколько часов спустя, как это объяснилось впоследствии, этот ненадежный страж проснулся и, подняв голову, стал напряженно прислушиваться – он сам не знал к чему. Вдруг он вспомнил все и, в глубоком мраке, сидя рядом с покойницей, стал всматриваться – он сам не знал во что. Все его чувства насторожились, дыхание остановилось, кровь стала приливать медленнее, словно для того, чтоб не нарушить молчания. Кто разбудил его и где тот, кто это сделал?
Стол вдруг закачался под его руками, и в эту минуту он услышал, или ему показалось, что он слышит, – легкие, мягкие шаги, – словно прикосновение босых ног к полу.
