Читать книгу Амари – «Девочка с картинки» - Daniel V#R - Страница 1

В ярко освещённой комнате стоял высокий мужчина в белом халате. Слабый вентилятор обдувал его кудрявые волосы, а укладка волос то и дело поднималась вверх, то гармонично опускалась, создавая прежний вид. Буквально вчера он отметил свой день рождения, порадовав себя большой пиццей и крепким кофе. Это можно было понять по пустой коробке и пластиковому стаканчику. Помимо этого, на столе было множество листков бумаги; на них были написаны формулы, какие‑то доводы и размышления. На столе также был портрет бывшей жены и сына. С Анджелой они прожили два года славной жизни; плодом этих славных дней и любви был сын. К сожалению, жена не поддерживала начинания Адама, и её можно понять. Как можно прокормить семью без денег? Пока Адам был в научном кругу, выплаты присутствовали, а как его оттуда убрали, они прекратились, а жить на что‑то нужно было. Адам принял решение отдать себя своей великой цели миссии, как он считал.

Жена ушла от него со словами: «Напишешь, как избавишься от своих тараканов».

Ему уже тридцать лет, хотя он и выглядел чуть старше – лет так на пять. По лицу его было видно, что со сном он дружит плохо, как и с бритвенным станком. Сегодня в его карих глазах горел огонь достижения цели. Вот‑вот сегодня он должен воплотить в реальность проект, что имел кодовое название «312».

«Эксперимент с кодовым названием „312“ продолжается», – сказал Адам, держа диктофон дрожащей рукой.

Недосып и частый стресс сделали своё дело; «им помог» ещё и часто выпиваемый кофе.

– И вот уже много месяцев я работаю над тем, как можно переместиться во времени. Именно сегодня, в две тысячи шестидесятом году, я сделаю этот самый рывок во времени. Сделаю то, что казалось невозможным, то, над чем ломали голову учёные множество лет.

В голове Адама прокрутились события того года: как коллеги высмеяли его идею, как недовольный он покинул научное сообщество. Вспомнил также и слова профессора Херлинга: «Не каждому дано внести вклад, но вы не отчаивайтесь, продолжайте работать». Они были сказаны как раз в конце выступления Адама. Адам, и сейчас помнит, как пытался доказать «с пеной у рта», что его позиция – никакая не ересь, а теория, которой есть место быть и развиваться. Адам чуть было не пыхтел, как чайник. К сожалению, ему это свойственно в момент споров.

– Адам, то есть вы утверждаете, что прошлое сохранно в квантовой структуре реальности?

– Абсолютно верно! Сознание способно войти туда!

– Простите, Адам, но это больше похоже на сказку. Вам и самому известно, что говорит современная физика о прошлом. Прошлое – часть настоящего; они нераздельны.

– Заканчивай уже, Адам! – выкрикнул один из его недоброжелателей.

Концовка так вообще была добивающей. Когда Адам со злостью посмотрел на своего соперника, он случайно выронил папку с бумагами. Как и свойственно ему, его мимика лица тут же заиграла недовольными красками.

Тем временем в настоящем Адам то и дело ругался про себя, запуская машину. Сделав всё необходимое, он поместился в капсулу. Оставалось дать звуковую команду. Капсула была из серебристого сплава, окутанная кучей проводов. На экранах, что были расставлены по всей комнате, то и дело мелькали блики и формулы.

Для более поэтичного расклада Адам решил использовать знаменитую фразу Юрия Гагарина: «Поехали». Но уже по тому, как его дрыгало, он понял, что пошло что‑то не так. Крик от боли, что он издал, словно был беззвучным. Темнота была заменена непонятными всплесками белых цветов, что сопровождались невыносимым кружением; потом снова темнота, после чего вспыхнул силуэт. Неизвестная в белом платье; с чёрными волосами и сияющими глазами. Это прекрасное лицо, подобно алмазам украшали большие и задумчивые глаза, словно эти глаза думали о каждой насущной вещи этого мира.

«Ты пришёл. Я ждала тебя».

Эту фразу она словно шёпотом проговорила раза три, после – снова темнота.

Адам лежал где‑то на берегу моря, было слышно пение чаек, солнце нещадно слепило глаза. Он открыл глаза и поднялся. По свойственной ему привычке он посмотрел на часы. Те показывали 3:15. Ровно то время, когда он садился в капсулу. Но время не соответствовало световому дню. Сейчас где‑то час дня, но никак не 3:15. Согласно теории, часы должны были поддаться тому временному отрезку, где он находился, но размышлять о подобном времени не было; нужно было понять, что это за девушка и что она хочет от него.

Он осмотрелся и увидел вдали продолжение острова; там красовался огромный маяк. Адам тут же схватился за голову от резкой головной боли. Пред ним всплыла вновь картинка с участием той неизвестной. Она зомбирующим голосом повторяла: «Я жду…»

Им двигал интерес, недоумение, а также нечто манящее, словно нечто родное.

Он шёл по краю берега, надеясь увидеть мост, что переправит его на ту часть острова. К его счастью, вдали стоял какой‑то старик, да ещё и с лодкой. Адам тут же побежал в его сторону.

– День добрый! Я Адам. Вы поможете мне перебраться на тот берег?

Старик кивнул.

Как только они отплыли, Адам тут же задал вопрос: «где мы? Что это за место»?

Старик даже не обратил внимания, словно он был озадачен делами самой Вселенной.

В голове у Адама промелькнула мысль: не спросить ли, может, он глухой? Но по понятным соображениям он отказался от этой затеи. В моменте он увидел своё отражение и тут же от испуга дёрнулся. Старик немного тоже испугался, но этот испуг был подобен испугу животного, что не совсем поняло, что произошло, а лишь инстинктивно среагировало на ситуацию.

– Что со мной?!

В отражении Адам увидел совсем не себя, даже не себя молодого. Всё больше вопросов, меньше ответов. Тому, что происходит, требуется разумное объяснение… Ещё и этот чудак.

Как только они приплыли, Адам сказал: «Спасибо вам… я не знаю, чем у вас тут платят, и у меня ничего с собой нет».

Старик лишь молча смотрел в сторону Адама, словно в пустоту. Адам сморщил лоб и отвёл взгляд в сторону. Старик, как ни в чём не бывало, достал сети и кинул в море.

Адама опять дёрнуло. Он видел шторм, видел вновь силуэт той неизвестной. Та стоит, опустив голову и скрестив руки вместе; её волосы веют на ветру.

Видение прошло, шторм утих. Адам собрал силы и встал, продолжив свой путь.

И вот Адам уже стоит у подножия маяка. Повсюду люди с телефонами и фотоаппаратами. Они бурно обсуждают что‑то, но словно не видят Адама. Сначала Адам пытается обратить внимание на себя словами, но его словно для них не существует, словно он призрак. Адам, ничего не понимая, следует за всеми. Эти люди его привели внутрь маяка.

Маяк был пустой внутри: никаких оборудований, лишь рисунки на стенах, лишь стоящая у холста неизвестная в белом платье.

На стене красовался огромный рисунок. А в углу была надпись: «Тысячу раз я буду ждать его, и тысячу раз он будет возвращаться».

Она не слышала людей, словно погрузилась в работу «с головой», словно их не было. Адам невольно прикоснулся к её нежному плечу, тут же ощущая дрожь этой неизвестной. Та повернулась к нему и с изумлёнными глазами и произнесла: « Ты пришёл».

Она невольно тянет ладонь; Адам в недоумении делает то же самое. И как только их ладони соприкасаются, гул тут же исчезает, а вместе с ним – и люди. Вместе с этой резкой тишиной она бросается к нему в объятия. Это словно тихий крик души, что может быть только от сердца.

В этот момент моё сердце билось как никогда раньше; лампа, стоящая у холста, тут же заиграла огнём, а следом за ней на стенах появилось множество рисунков. На них были изображены мы – я и Адам.

&&.&&.&&. Амари.

Адам вышел из объятий Амари. Амари отстранилась, а на её щеках были слёзы. Адам осмотрелся вокруг.

– Это… это мы с тобой?

– Да, Адам. Я – твоя Амари, – сказала она, протягивая руку.

– Нет-нет, это всё сон! Я тебя даже не знаю. Такого не может быть. Я учёный. Моей целью было перемещение во времени. У меня есть жена, ну, была. Более того, я не способен любить! Ты меня с кем-то спутала, – двигая руками сказал Адам.

– Адам, доверься мне, прошу тебя. Ты –  любовь всей моей жизни… Просто доверься.

– Ты скорее какая-то аномалия. Это время… Оно здесь остановлено. На моих часах всё так же 3:15, хотя на дворе день.

– Да, я часть петли, – с грустью сказала Амари.

– И ты хочешь, чтобы я остался здесь с тобой «взаперти»?

Амари резко поцеловала Адама, но Адам словно не почувствовал. Амари поцеловала ещё раз – всё так же.

– Я не тот, кто нужен тебе. Прощай.

Амари опустилась на землю; её колени обжёг холодный пол, но она не чувствовала этого.

Такое было впервые,

Чтоб не узнал меня в тиши,

Чтоб взор не дрогнул, не дышал,

Не пленился губ моих печаль.

Чтоб не вспомнил наш давний спор,

Ни шёпот ласк, ни старый вздор,

Чтоб сердце, что билось в нём,

Не отозвалось ни о чём.

Но я в ту ночь, сквозь боль и мглу,

Знала: вернётся он,

Не во снах, а наяву…

&&.&&.&& Амари

Адам спускался с возвышенности, на которой был маяк. Погода стала какой‑то более отвратной: теперь она не только была пасмурной, но ещё и ветреной. Его разум был пуст, словно после очищения, хотя, как казалось, должно было быть куча вопросов.

Несмотря на отсутствие людей, старик у берега всё же оказался. Он был почему‑то не просто задумчивый, как при первой встрече, а какой‑то грустный.

– Просьба та же, но в обратную сторону, если можно.

Старик молча сел в лодку, но сети оставил. Как только они переплыли на другой берег, Адам ещё раз отблагодарил старика. Тот просто молча стоял, глядя на него, словно провожая. Когда Адам прошёл ещё метров пятьдесят, вновь обернулся: старик стоял в том же положении.

Через пару минут Адам уже стоял в том месте, где оказался впервые. Старик скрылся за горизонтом, маяк всё так же виднелся вдали. Мир стал исчезать, а Адам потерял сознание.