Невернесс
Реклама. ООО «ЛитРес», ИНН: 7719571260.
Оглавление
Дэвид Зинделл. Невернесс
1. Кадеты гибнут
2. Пилотская присяга
3. Башня Хранителя времени
4. Цифровой шторм
5. Твердь
6. Человеческий образ
7. Скульптура Рейнера
8. Квейткель
9. Юрий Премудрый
10. Аклия
11. Пещерный старец
12. Малая смерть
13. Голод
14. Радио
15. Глаза Скраера
16. Смерть пилота
17. Агатанге
18. Правило тихо
19. Притча о безумном короле
20. Кольца Кваллара
21. Глаза ребенка
22. Парадокс Ханумана – Орландо
23. Плутониевая пружина
24. Deus ex machina
25. Великий океан истины
26. Калинда цветочная
27. Келькемеш
28. Ананке[14]
29. Секрет жизни
30. Невернесс
Отрывок из книги
Задолго до того, как мы узнали, что цена мудрости и бессмертия, искомых нами, может оказаться непосильной для нас; когда человек – то, что осталось от человека – все еще походил на ребенка, играющего камешками и ракушками на берегу океана; когда мы стремились разгадать секрет Старшей Эдды[1], я услышал зов звезд и приготовился покинуть город своего рождения и смерти.
Я называю его Невернесс. Основатели нашего Ордена, как рассказывал мне Хранитель Времени, обнаружили участок космоса, где пронизывающие мультиплекс во всех направлениях каналы сплетаются в тугой узел, и решили построить город на ближайшей планете, которую назвали Ледопадом. Поскольку подобные узлы считались крайне редким, а то и вовсе несуществующим явлением – теперь канторы именуют их сгущениями, – наш первый Хранитель Времени объявил, что, если даже они будут странствовать по галактике до скончания времен, более плотного участка им все равно не найти. Никто не знает, сколько биллионов каналов сходится возле нашего прохладного желтого солнца. Возможно, их число бесконечно. Древние канторы, полагавшие, что их теоремы доказывают невозможность существования бесконечно плотных сгущений, предсказывали, что нашим пилотам никогда не удастся найти подобный топологический объект. Поэтому, когда наш первый Главный Пилот вышел из мультиплекса над маленьким скальным островом, которому суждено было стать колыбелью нашего прекрасного и обреченного города, он назвал его Невернесс в насмешку над неверующими академиками. Канторы, со своей стороны, до сих пор именуют Невернесс Нереальным Городом, но мало кто придает этому значение. Я, Мэллори Рингесс, почитающий своим долгом изложить здесь историю золотого века и величайшего кризиса нашего Ордена, буду следовать традиции пилотов, моих предшественников. Я знал этот город как Невернесс в детстве, в годы своего совсем еще недавнего послушничества; Невернесс – я зову его теперь, под таковым названием он и останется.
.....
Слово «ничего» повисло в воздухе вместе с гулом потревоженной меди. Соли уставился на меня, а я на него. Потом с улицы донесся чей-то смех, слишком громкий, и дверь бара распахнулась. Трое высоких, кряжистых мужчин, все с бледно-желтыми волосами, висячими усами, в легких черных шубах, припорошенных снегом, отстегнули коньки и ввалились внутрь. Они обменялись рукопожатиями с Соли и Лионелом. Самый большой из них, мастер-пилот, терроризировавший Бардо все наши послушнические годы в Борхе, заказал три кружки кваса.
– Ну и холодина же на улице, – сказал он.
.....