«Андалузская шаль» и другие рассказы

«Андалузская шаль» и другие рассказы
Автор книги:     Оценка: 0.0     Голосов: 0     Отзывов: 0 159 руб.     (2,14$) Читать книгу Купить и читать книгу Купить бумажную версию Электронная книга Жанр: Современная зарубежная литература Правообладатель и/или издательство: Издательство "Текст" Дата публикации, год издания: 2012 Дата добавления в каталог КнигаЛит: ISBN: 978-5-7516-1152-1 Возрастное ограничение: 12+ Оглавление Отрывок из книги

Описание книги

В этом году исполняется сто лет со дня рождения Эльзы Моранте (1912–1985), которая по праву признана классиком итальянской литературы XX века. Она великолепный прозаик, поэт, автор детских книг, по мотивам ее произведений сняты фильмы, а стихи положены на музыку. В книгу вошли рассказы из двух сборников Моранте – «Андалузской шали» (1963) и «Забытых рассказов», изданных посмертно в 2002 году. Все рассказы разные, очень яркие, и каждый из них – это особый мир. Одни тяготеют к фантастическим новеллам, другие напоминают притчи или легенды, и даже в историях о жизни обычных людей остается место для тайны. Действие у Эльзы Моранте развивается плавно и неспешно, и в самом неожиданном месте повествование делает резкий скачок, поворот на сто восемьдесят градусов, от которого захватывает дух.

Оглавление

Эльза Моранте. «Андалузская шаль» и другие рассказы

Из сборника «Андалузская шаль»

Бабка

Виа делль Анджело

Тайная игра

Андалузская шаль

Из сборника «Забытые рассказы»

Душа

Паломница

Свидание

Конь зеленщика

Два сапфира

Близнецы

История любви

Пес

Старуха

Старший брат

Юная супруга

Детство

Грехопадение

Некрасивая жена

Воспоминание о юноше, плохо приспособленном к жизни

Мирное время

Отрывок из книги

Оставшись в сорок лет вдовой, Елена обнаружила, что живет лишь наполовину, в безжалостной и безвыходной пустоте. Муж никогда не был ей близок. Она жила, а вернее, произрастала рядом с этим скупым торговцем, как сорняк, которому нужно совсем немного земли и влаги, чтобы не умереть. Но после того, как муж скончался, она почувствовала себя так, будто все это время лежала в летаргии и вдруг, словно разбуженная внезапным жестоким ударом, увидела зиму, которая окружала ее сон и которая теперь не могла дать пищу ее бодрствованию. Дом, оставленный ей мужем, был зажат в одном из тех темных ущелий, которые в городе встречались на каждом шагу. Город был построен народом торговцев и моряков на хребте холма, состоящего целиком из уступов и террас, так что одни дома вздымались ввысь, к солнцу, если смотреть из порта, другие были втиснуты между лестницами и проулками, где часто вспыхивали драки и где жадно раздутыми ноздрями ловили запах моря, донесенный ветром.

В комнатах с голыми стенами и высокими потолками была расставлена пошлая и безликая мебель, купленная по случаю или сделанная заурядными ремесленниками. В дырах гнездились мыши и тараканы, и Елена бродила по этим комнатам, как по дну колодца. Глазами она искала света, но ей все казалось, что она замкнута среди гладких, не имеющих выхода стен, через которые она постоянно и безуспешно пыталась пройти. Ее не отпускала какая-то тоскливая растерянность, и в конце концов она решилась уехать.

.....

Как и некоторые растения, которые, достигнув зрелости, приносят один цветок, а затем, истратив силы на этот дар, чахнут, эфемерное цветение Елены закончилось, ее тело с ленивой сытостью сдавалось времени, а в потухшем лице от внутреннего лихорадочного жара осталась только животная ревность, с которой она следила, как растут дети. Двойняшки походили друг на друга почти до полной неотличимости, только у девочки фигура была более округлая, а в глазах виделась особая, почти ангельская кротость. Кроме того, различались они и цветом волос, у сына – темно-каштановые, почти черные, у дочки – рыжие, но у обоих длинные, блестящие, с красивыми локонами, как у матери. Глаза у детей были большие и ясные, почти круглые, словно распахнутые от изумления, а щеки и ладони полны и нежны, точно венчик цветка. Ребятишек наряжали в добротную вельветовую одежду с кружевными воротничками и лентами и разноцветные гольфы, доходившие им до розовых коленок. Ходили они всегда взявшись за руки, с маленькими осторожными пробежками, и, хотя еще не говорили вполне на языке людей, общались на своем собственном, составленном из бормотания и криков, что-то среднее между языком кошек и птиц. Часто двойняшки смеялись или плакали по какой-то лишь им одним понятной причине, тайной, недоступной для взрослых, и смех их, как и плач, был всегда внезапен и неудержим. Иногда, охваченные своим детским горем, брат с сестрой расставались, но тут же, после потерянного замешательства, наплакавшись в одиночестве, вновь спешили друг к другу, и в их красных, распухших от слез глазах читалось изумление. Они спали, точно неоперившиеся птенцы в гнезде.

Дети первыми увидели старуху, когда та, возвратившись, встала у калитки и уставилась на них. Брат с сестрой в удивлении рассматривали ее, а когда она заковыляла в огород, мелкими шажками пошли следом.

.....

Подняться наверх