Язык сердец: Покой в буре
Описание книги
Книга 3: Идеальный покой – или жизнь со всеми её шрамами? Пришло время сделать окончательный выбор.
Каменная Гавань выстояла. У неё теперь есть стены, кузница, библиотека и главное – семья, спаянная ошибками и их исправлением. Но с севера приходит иная, незнакомая угроза.
Это не армия. Это – идея. Её носитель, Велегор, предлагает миру избавление от страданий. Его метод безупречен: он стирает боль и память, даря своим последователям безмятежный, чистый покой.
Финальная книга эпической саги – это битва не за территории, а за саму душу мира. Стоит ли платить за безоблачный покой потерей воспоминаний, любви и боли, которая делает нас теми, кто мы есть? Яромиру и его семье предстоит не сразиться с тьмой, а доказать, что свет хрупкой, неидеальной, но подлинной жизни стоит свеч.
Для поклонников: философской фэнтези, сильного характероцентричного финала, историй о ценности памяти и выбора, как в заключительных частях цикла о Земноморье Урсулы Ле Гуин.
Оглавление
Евгений Павлов. Язык сердец: Покой в буре
ЧАСТЬ 1: СПОКОЙСТВИЕ, КОТОРОЕ СЛИШКОМ ГЛУБОКО
Глава 1: Камень, вода и хлеб
Глава 2: Урок топора и слова
Глава 3: Шёпот архива
Глава 4: Первые вестники
Глава 5: Вопрос у костра
Глава 6: Пердел Лики
Глава 7: Решение архитектора
ЧАСТЬ 2: ЛОВУШКА ДЛЯ ОРАКУЛА
Глава 8: Весть от целителя
Глава 9: Сирота Кай
Глава 10: Ультиматум Рёрика
Глава 11: Подготовка к ритуалу
Глава 12: Уход Лики
Глава 13: Ритуал
Глава 14: Гибель невинности
Глава 15: Камень и договор
ЧАСТЬ 3: ТРИ ДНЯ БЕЗ ДУШИ
Глава 16: Команда без командира
Глава 17: Страж у ворот
Глава 18: Противоядие из леса
Глава 19: Зеркало памяти
Глава 20: Первая трещина в кристалле
Глава 21: Выбор без пророка
ЧАСТЬ 4: СОБОР НЕСОВЕРШЕНСТВ
Глава 22: Подготовка к тишине
Глава 23: Прибытие трёх философий
Глава 24: Начало Собора
Глава 25: Исповедь стали и камня
Глава 26: Зеркало для идеала
Глава 27: Раскол в раю
Глава 28: Тень сомнения
Глава 29: Берег избранных
Глава 30: Дом с трещинами
Отрывок из книги
Дождь начался ночью, тихо, без грозовых предупреждений. К утру он не кончился, а лишь сменил такт – с частого перестука по свежей дранке крыш на размеренное, медитативное бульканье по водостокам, которые Гордий встроил в каждый дом с педантичностью маньяка. Яромир проснулся от этого звука и несколько минут просто лежал, слушая.
Шшш-ш-шшш… буль… шшш-ш-шшш… буль.
.....
Яромир присел рядом на сложенные брёвна, отломил себе кусок хлеба. Они молча жевали. Дождь-дымка оседал на ресницы.
– Хороший хлеб, – наконец сказал Рёрик.
.....