«Пусть все будет, но пусть чего-то не хватает!» – мечтал один из персонажей Аркадия Райкина. И эта фраза наряду с десятками других, не менее простых, веселых и остроумных, зацепились за память многих людей как в советской Росси так и в капиталистических Англии, Германии и даже в Америке. Да, перед любовью зрителей всего мира к Аркадию Райкину не устоял даже железный занавес СССР. Так, в первый фильм об Аркадии Райкине вошли материалы его концертного выступления на Би-Би-Си, а на советском телевидении любимый всеми артист появился значительно позже.
Великий юморист и конферансье, обличитель как недостатков системы, так и простых человеческих пороков – «Пить, курить и говорить я начал одновременно». Но… каким человеком был Аркадий Райкин вне сценического образа? Любящим супругом, прожившим в браке с Ромочкой 53 года. Внимательным и заботливым отцом, передавшим любовь к сцене и своим детям – Катеньке и маленькому Коте. Строгим руководителем театра, помогающим молодым артистам и сделавшим бессмертными произведения многих известным писателей-сатириков – В. Полякова, А. Хайта, С. Альтова. М. Жванецкого. Или…
Оглавление
Федор Раззаков. Аркадий Райкин. Смехоностальгия
Глава первая. В еврейском потоке
Глава вторая. Начало триумфа, или Приближение к трону
Глава третья. От войны к миру
Глава четвертая. До смерти Сталина
Глава пятая. «…И такие Гоголи, чтобы нас не трогали»
Глава шестая. Бриллианты почти не видны
Глава седьмая. От Хрущева к Брежневу, или Прогресс, в смысле урожай
Глава восьмая. «Авас» в «греческом зале»
Глава девятая. В опале, или «Гробовые» бриллианты
Глава десятая. На пару с Высоцким
Глава одиннадцатая. Путешествие из Ленинграда в Москву
Глава двенадцатая «Мир дому твоему» накануне… войны
Глава тринадцатая. Последний гений империи
Эпилог
Отрывок из книги
Аркадий Райкин родился 24 октября (6 ноября по новому стилю) 1911 года в Риге, в еврейской семье. Отметим, что с 1791 года в России существовала так называемая черта оседлости – граница территории, на которой разрешалось постоянное жительство евреям. Эта территория охватывала 15 губерний Польши, Литвы. Курляндии, Белоруссии, Бессарабии, большей части Украины. Кавказа и Средней Азии. Черта оседлости и привела предков Райкина в Прибалтику. Так, его дед по отцовской линии – Давид Райкин – происходил из какого-то местечка, затерянного в лесах Белоруссии, где и родился отец будущего великого сатирика. А вот родители его матери – Елизаветы Борисовны Гуревич – были коренными рижанами, причем весьма зажиточными – Гуревич-старший владел аптекой.
Родители Аркадия – Исаак (Ицик) и Елизавета – познакомились еще в конце XIX века, а первого ребенка решили завести спустя десятилетие, когда обоим было уже за тридцать. Райкин-старший в ту пору работал лесным бракером в Рижском морском порту: в его обязанности входило встречать и контролировать груженные лесом суда и баржи, а также ездить в другие порты, где он отбирал и закупал образцы лесоматериалов. Елизавета Борисовна какое-то время работала по специальности, акушеркой, но после рождения сына вынуждена была стать домохозяйкой. Тем более, что приличные заработки мужа позволяли им это сделать. В итоге в 1916 году у Райкиных родился еще один ребенок – дочь Белла, а спустя год на свет появилась еще одна девочка – Софья.
.....
Во время учебы студенты театрального отделения проходили практику в бывшем Александрийском театре – ныне Театре драмы имени А. Пушкина. И Райкин вблизи увидел своих кумиров, игрой которых он восторгался с детства. А чуть позже будущий сатирик встретился с Всеволодом Мейерхольдом, который специально приезжал из Москвы в Ленинград, чтобы восстановить здесь свои знаменитые постановки: «Дон Жуана» и «Маскарад», а также ставил новые спектакли – «Пиковую даму» в Малом оперном театре. Самое интересное, но и Мейерхольд обратил внимание на молодого студента во время репетиции спектакля «Горе уму» в зале Консерватории. Далее послушаем самого А. Райкина:
Со стороны поведение Мейерхольда выглядело более чем странно: впервые увидел юного безвестного студента и буквально с ходу пригласил его в труппу своего театра, да еще и о месте в общежитии для него оперативно позаботился. С чего бы это? Может быть, с того, что Мейерхольд был… гомосексуалистом?
