Читать книгу Вышло солнце на горе - Ирина Одарчук Паули - Страница 1

Пролог

Солнце всегда выходило на горе. Не «вставало», нет. Оно именно выходило, как хозяин, обходящий свои владения, – неторопливо, величаво, зная, что ему все рады. Его первые лучи скользили по зубцам старой крепости на вершине, касались вековых сосен на склонах и, наконец, спускались в долину, к домикам деревни Подгорной, будто давая добро на начало нового дня. Для Марии это было главным ориентиром в жизни. Если солнце вышло – всё будет хорошо.

Но в то утро, когда она, выйдя на крыльцо своего дома на самом краю деревни, подняла глаза к горе, её сердце ёкнуло. Из трубы старого замка, столько лет простоявшего заброшенным, вился тонкий, едва заметный столбик дыма. Кто-то там был.

Часть первая: Пепел прошлого

Марии было за семьдесят. Она помнила замок ещё «живым»: до войны там жил молодой барин с женой, а в её детстве, после, был пионерлагерь с криками, смехом и запахом костровой каши. Потом лагерь закрыли, и замок, как раненый зверь, затих, начал медленно разрушаться, обрастать легендами. Дети боялись туда лазить, взрослые говорили о привидениях и спрятанных сокровищах. Мария не верила ни в то, ни в другое. Она верила в солнце на горе и в покой.

Пришелец появился в деревне на следующий день. Молодой, лет тридцати пяти, в городской одежде, нелепой для сельских дорог. Звали его Алексей. Он приехал, как объяснил председательнице, «по историческим делам». Оказалось, он праправнук того самого барина, последнего владельца усадьбы. Приехал не reclaim (отвоевать), как шептались на кухнях, а чтобы писать диссертацию по архитектуре малых дворянских гнезд. Ему разрешили временно жить в каморке бывшего сторожка у ворот замка.

Мария впервые близко увидела его у колодца. Он неумело пытался набрать воду, и она, молча, отодвинула его, ловко орудуя журавлем.

– Спасибо, – голос у него был тихий, усталый. – Я, кажется, всех тут беспокою.

– Место неспокойное, вот и беспокоит, – буркнула Мария, но подала ему полное ведро.

Он посмотрел на неё, а потом на гору, где уже садилось солнце, окрашивая стены в кроваво-красный.