Читать книгу Моя сломанная мечта - Кира Найт - Страница 1

Голова гудит, будто меня переехал самосвал. Боль пронзает затылок и стекает по позвоночнику, как раскалённый металл. Кажется, что при любом движении извилины в мозгу шевелятся – и адские спазмы расходятся по телу.

Пытаюсь перевернуться. Просто – набок. Но тело словно сковано ржавыми цепями. Ощущение, что суставы напитаны кислотой, приходится собирать себя по крупицам и прилагать огромные усилия для осуществления элементарных действий.

Хорошо хоть до туалета теперь своими ногами хожу. Правда, каждый шаг – это проход в ад через боль и страдания. Благо у меня отдельная палата со всеми удобствами и нет необходимости пилить в конец коридора, как это делают большинство пациентов.

Собрав последние силы, поворачиваюсь, опираясь на локоть. Пытаюсь сесть на кровать, чтобы попить воды. Получается только с третьего раза. Руки не слушаются. Кое-как беру стакан с прикроватной тумбы, но донести до рта не успеваю. Силы на пределе. Рука предательски дрожит, и стакан с противным звоном разбивается об пол. Уже шестой раз за последние три дня.

Сейчас опять прибежит эта бешеная санитарка и начнёт гундеть, что мне нельзя вставать и нарушать постельный режим. Будет причитать о том, что нужно жать кнопочки и при любом чихе звать медперсонал. А на какой чёрт мне здесь весь этот цирк?

Ходят вокруг меня, переглядываются, бросают сочувствующие взгляды, шепчутся под палатой, думают, что я не слышу. А я слышу всё!

Им лишь бы косточки кому-то перемывать. А тут такой повод подвернулся.

Буквально новость месяца: «Чемпион России просрал свой титул из-за того, что отвлёкся на публику».

Бесит! Не нужно мне ни жалости, ни сочувствия!

Поворачиваю голову в сторону двери, и опять боль простреливает по всему позвоночнику. Нехилый всё-таки у этого засранца удар. В прошлые бои у него ни разу не получилось меня нормально приложить.

Танк – откровенно слабый боец. Мешает взрывной темперамент. Или мы просто слишком разные. Он всегда идёт в активную: резкие рубящие удары, ноги словно пружины, корпусом вертит так, будто у него вообще нет позвоночника, но при таких данных абсолютно забывает про защиту. Да и выдыхается слишком быстро.

Наши предыдущие бои заканчивались тем, что он просто изматывался в первом раунде, а уже во втором начинал пропускать один удар за другим.

Как он вообще дошёл до финальной битвы? Поговаривают, что полуфинал откровенно слили. Сопернику хорошо заплатили, чтобы тот лёг после второго раунда.

Может, это и правда…

Кто знает…

Вчера опять спонсоры звонили, телефон не замолкает. Пытаются разорвать действующие контракты, оно и понятно, никому не нужен проигравший. То, что я три года был чемпионом страны, теперь никого не волнует. Теперь им нужен новый победитель – герой сегодняшнего дня, а не боец второго сорта. Менеджер пытается оперировать условиями досрочного расторжения и выбить хоть какие-то отступные. Но выходит пока не особо.

Надо было разбираться в юридической части и слушать, что советуют. Но я тогда не хотел вникать. Просто ставил подпись – уверенно, быстро, иной раз даже с пренебрежением. Меня никогда не смущало, что почти во всех контрактах стояло одно условие:

«Договор действует до тех пор, пока вторая сторона имеет чемпионский титул».

В тот момент такая формулировка казалось каким-то абсурдом, я даже не задумывался об этом. Был уверен, что на ринге мне нет равных. Выходит… зря.

Да и сейчас… Если бы не эта девушка, чемпионский пояс лежал бы у меня дома, а я отмечал очередную победу в каком-нибудь пафосном клубешнике.

Но взгляд упал на неё в первом же раунде – и всё пошло наперекосяк.

За всю карьеру я всего три раза был в нокауте, и то, уже не помню, сколько лет с тех пор прошло. Был ещё совсем мальчишкой: зелёный, горячий, без тормозов. Всё время куда-то торопился, дрался на эмоциях, не умел контролировать и выжидать, не чувствовал соперника. Сейчас всё иначе.

Холодный расчёт, скорость, чётко поставленный джеб, боковой в корпус, если соперник открылся, то мощный кросс, и вот он лежит на ринге без сознания.

Прикрываю глаза, боль в висках немного отпускает.

В памяти всплывают её черты…

Нежная смуглая кожа, светлые волосы, глаза цвета молочного шоколада, пухлые пунцовые губы и родинка на щеке, чуть выше губы…

Никогда не видел никого прекраснее этой незнакомки…

Фигуру не смог рассмотреть. На девушке была свободная толстовка с капюшоном и широкие джинсы, но уверен на все сто, что и там всё отлично.

Как этот ангел там оказался?

В месте, где идут жестокие бои… Где мужчины буквально убивают друг друга ради титула и славы.

Никогда не забуду этот испуганный, пронзительный взгляд.

Зачем идти на бокс, если вздрагиваешь от каждого удара бойцов? Не понимаю этих женщин.

По стечению обстоятельств именно эта прекрасная особа стала причиной моего промаха.

Засмотрелся, отвлёкся на девчонку, которая вскрикнула и закрыла лицо руками, когда я нанёс очередной удар сопернику. До сих пор не понимаю, как я смог услышать её в огромном зале с тысячной аудиторией. И уж тем более, зачем я повернулся на этот голос.

Отвлёкся на какие-то доли секунды, но Танку этого хватило, чтобы нанести два ответных удара и вырубить меня.

По итогу уже вторую неделю валяюсь в больнице. Первые шесть дней всё было хорошо, их я просто не помню, лежал без сознания в реанимации.

После – белый потолок палаты. Подумал, что какой-то хреновый у меня свет в конце туннеля: краска отваливается, ржавые потёки, паук сидит в углу. Не сразу сообразил, где я. Но медсестра быстро среагировала, всадила такой болючий укол, что я мгновенно осознал: слишком рано себя хороню. Мне ещё долго мучится на этом свете.

Пока лежал в реанимации, боль в голове не так ощущалась, но когда меня перевели в обычную палату и снизили количество обезболов, то накрыло конкретно.

Даже глаза открывать больно.

Лицо своё ещё не видел, всё в повязках. Врач говорит, что пока не стоит смотреться в зеркало. Не сильно-то и хотелось. По ощущениям гематома по всей левой стороне и правая бровь явно пострадала.

Есть тоже нормально не могу, только через трубочку.

А так хочется мяса…

С удовольствием бы сейчас вкинул в себя сочный рибай из мраморной говядины средней прожарки и жареной картошки с лучком…

Но пока это только мечты.

Супы, пюре, каши и йогурты через трубочку – вот моё питание на ближайшие две недели.

Врач говорит, что мне ещё несколько недель здесь чалиться. Открытая черепно-мозговая травма, отёк мозга, сломанная челюсть, рваные раны на лице – это только то, что запомнило моё воспалённое сознание.

Спрашивал про сроки восстановления, но доктор как-то расплывчато ответил. Мягко намекнул, что мне бы последствия этих травм пережить, а не искать новые приключения на свою больную задницу.

Всё это на самом деле очень хреново. Я всю жизнь посвятил спорту, универ физкультурный окончил. Если уходить с ринга, то только в тренеры, либо свою школу открывать. Больше вариантов не вижу.

Как я понял, перспективы на моё полное восстановление очень смутные. Минимум год-два, если никакой побочки не вылезет. Это слишком долго. Нужно всё это время чем-то заниматься, на что-то жить. А жить я привык на широкую ногу: клубы, девки, алкоголь…

Рекламные контракты помогли мне заработать неплохой капитал. Один договор с крупной сетью фитнес-центров приносил по три миллиона в месяц, не говоря уже о спортивных брендах и рекламе нижнего белья. Не хотелось бы просадить все заработанные бабки за пару лет реабилитации и остаться с голой жопой.

Выйду из больнички, съезжу к матери в родной город. Она там уже с ума сходит. Видела мой бой. Порывалась приехать, да сестра не пустила. Не нужно ей смотреть на поломанного сына с перемотанным лицом.

Этот момент мы с Ленкой обговаривали ещё в начале моей карьеры. Что бы ни случилось, маму в больницу не пускать. Только если при смерти буду. А то в первый мой нокаут мама приехала в больницу и откуда же укатила на скорой с микроинсультом. Не нужны нам такие жертвы.

Вот лицо подзаживёт, голову отпустит, мозги на место встанут и устрою себе долгожданный отпуск, съезжу к родным. Там и обдумаю, что дальше делать и как жить.

Слышу шаги по коридору. Ага, а вот и санитарка идёт убирать разбитую посуду…