Охота на нового Ореста. Неизданные материалы о жизни и творчестве О. А. Кипренского в Италии (1816–1822 и 1828–1836)

Оглавление

Группа авторов. Охота на нового Ореста. Неизданные материалы о жизни и творчестве О. А. Кипренского в Италии (1816–1822 и 1828–1836)

Предисловие

ЧАСТЬ I

Глава 1. Обстоятельства первого пребывания в Италии

1. Приезд в Рим

2. Лица, персонажи, произведения

3. Римские натурщики

4. Международная колония художников

Глава 2 «О нем рассказывали ужасную историю»: происшествия 1818 года

Глава 3. Расёмон по-римски

Глава 4. На сцену выходят Мариучча и ее маменька

Глава 5. Злоключения Ореста

Глава 6. И случилось так, что Мариучча попала в приют

ЧАСТЬ II

Глава 7. Возвращение в Италию314

Глава 8. Неаполитанский период

Глава 9. Между Римом, Флоренцией и Венецией

1. Возвращение в Рим

2. Год выставок и портретов

3. С юга до севера Италии и обратно

4. Накануне рокового года

Глава 10. 1836

Глава 11. Что осталось после Кипренского

Глава 12. Старые мастера

Глава 13. Кипренские

Заключение

От авторов

Список условных сокращений

Краткий библиографический список

Благодарности

Иллюстрации

Отрывок из книги

Paola Buoncristiano, Alessandro Romano

A caccia di un nuovo Oreste

.....

В заметке, посланной Толбиным в редакцию «Сына Отечества», есть еще одна экстравагантная подробность, которую редактор исключил из окончательного текста статьи: это рассказ о признании в любви, которое тридцатилетний Кипренский якобы сделал во время урока рисования великой княжне Екатерине Павловне, а она не оценила внимания художника и распорядилась отстранить его от преподавания. Возможно, Толбин со временем оценил тот крайний риск, которым было чревато его стремление зайти слишком далеко, хотя склонность Кипренского к великой княжне – это факт подтвержденный (III: 371). Но художник находился при ее императорском высочестве великой княжне Екатерине Павловне в качестве учителя рисования с весны 1811 до 1812 года, и мы убеждены в том, что невестка великой княжны, императрица Елизавета Алексеевна, вряд ли могла забыть или простить Кипренскому подобное скандальное поведение всего через четыре года и продемонстрировать ему благоволение тем, что отправила его в Италию за свой счет.

Стоит вспомнить также рассказ о почти патологических эксцессах, от которых Кипренский страдал в годы учебы в Академии художеств: согласно Толбину, они якобы засвидетельствованы бывшим учредителем и преподавателем Академии, неким В. Д. Дмитриевым, сам факт существования которого никак не доказан; то же можно сказать о фантастическом и необоснованном намеке на профессиональную деятельность Кипренского в качестве литографа, которой он якобы занимался в Риме; или, наконец, об описании «великолепных похорон» художника, категорически не соответствующем тому, что засвидетельствовали присутствовавшие на них очевидцы29.

.....