Оглавление
Группа авторов. Дневник падшего ангела
Эпиграф
Пролог
Глава первая: За десять дней до Падения Ангела
Истоки раскола: как появились еретики. Лекция капеллана для новобранцев
Глава вторая: возвращение из тьмы
Справочник: железные волки “из доклада Инквизиции”
Справочник инквизиции: аномалии «ржавого рождества»
Справочник полевого комиссара: специализированного подразделения похода
Глава третья: выбор без веры
Монолог в воронке
Глава пятая: дорога в ад с надеждой в кармане
Глава пятая. Искры во тьме Пометка: 1915 год. Поздняя осень
Глава шестая. Возвращение домой
Эпилог. Анатомия болезни (От автора)
Отрывок из книги
Говорят, война длится вечность. Ложь. Война – это и есть вечность. Не та горняя, в лучах неземного света и тихой гармонии, а иная – земная, прогнившая, вывернутая наизнанку утроба. Ад кромешный, растянутый на полотне времени и в безбрежности пространства. Ее не начали. Ее обнаружили, словно рак, что метастазами оплел самое сердце бытия. Человечество не развязало эту войну. Человечество проснулось однажды, объятое ужасом прозрения: оно всегда в ней сражалось.
По одну сторону смрадной линии фронта – оскаленный лик Крестового Похода. Не империя то и не королевство. То – симптом. Вселенский иммунный ответ израненной плоти человеческой расы на смертоносную заразу. Солдаты его – не витязи в латах, осиянных небесным светом, хотя и такие еще теплятся где-то вдалеке, на парадах в златоглавых Семиградьях. Настоящий Поход – это липкая грязь окопная, это легионеры в проржавевших кирасах, вооруженные заточками из богослужебных ножей. Это артиллеристы, шепчущие псалмы над чугунными чревами снарядов, освященных слезами кающихся исповедников. Это инквизиторы, что предать огню готовы не только бесов заморских, но и своих, в чьих глазах застыл не ответ, но мучительный вопрос. Вера их – не маяк, указующий путь, но оплывшая окопная свеча, чадящая в смрадном подземелье. Во имя Бога сражаются они, Бога, Которого никто из них воочию не видел, в мире, из которого Он, кажется, давно отринулся. Сила их – в слепой дисциплине, в мертвящей догме, в чудовищной, бездушной машинерии, что перемалывает своих же, лишь бы отвоевать пядь земли. Оплот их – не свет веры, но упрямство дикое. Инстинктивное, животное отрицание жуткой бездны небытия, что разверзлась по ту сторону бытия.
.....
Он поднял свой автомат, словно поднимал святыню.
– Это – не «Искупитель». Это – «Старый Грех». Он служит мне шесть долгих, проклятых лет. Видите эти зарубки?
.....
