Отрывок из книги
Я не собирался заезжать в Риверфорд. Вообще. Хотел только добраться до Грэймонда, отчитаться, передать кое-что, закинуть вещи, пожрать по-человечески и забыться хоть на пару дней. Но когда проезжал мимо тех старых дорог, что ведут к лесу, что-то кольнуло. Может, дорога просто повела сама. Ехал не спеша, ни о чём особо не думал, но в какой-то момент рука сама провернула руль, и я свернул – даже не понял сразу, зачем и почему, просто вдруг оказался на знакомом повороте, там, где начинается дорога к Риверфорду. А через мгновение понял, что уже еду по ней: мотор уже не ревёт, а пальцы сами ложатся на тормоз, сбрасывая скорость. Тихий шелест листьев, отдалённое пение птиц – и эти звуки удивляют меня. Заглушив мотор, скинул перчатки и бросил их на бак, слез с байка, просто встал, смотря по сторонам и вдыхая глубже, и сразу в голову ударил запах: лес, сырость, хвоя, земля. Закрыл глаза – и перед ними появились картинки прошлого, словно старая киноплёнка: когда всё воняло гарью и смертью, а сейчас – живое, тёплое, будто ничего и не было. Но я-то помню, как всё горело, как я стоял тут, на этой же дороге, и смотрел на выжженные деревья, на развалины, на пепел. Тогда я был совсем другим: злой, пустой, не веривший, что вообще кто-то выживет.
Открыл глаза и не смог сдвинуться, заставить себя сесть на байк и свалить отсюда – меня как будто тянуло что-то туда, внутрь, и не получалось сопротивляться. Ведомый своим желанием, сделал неспешные шаги прямо, смотря вперёд на извилистую тропинку, и сначала не понял то, что слышал. Где-то там раздавались звуки, похожие на детский смех – такой заливистый, что казался иллюзией. Но стоило подойти к разросшемуся кусту, как мой взгляд наткнулся на двоих детей.
.....
Признаюсь честно, я долго отрицал полученный статус, как и, в принципе, наличие самого ребёнка. Первые месяца три я делал всё, чтобы этот комок нервов не кричал и не требовал от меня того, чего я не понимал. И тогда на помощь мне пришла Мира, собственно, она и до сих пор является моей поддержкой и человеком, который помогает с воспитанием дочери. Практически год я учился жить по новым правилам, честно пытался найти в себе силы вставать по ночам и качать дочь, заново вместе с малышкой смотреть на мир под другим углом. Возможно, именно Эрия стала для меня тем самым рычагом, который сейчас стал самым главным. Ради неё я готов на многое, даже если меня насильно заставят сделать то, чего я не хочу.
– И как ты поедешь? Что будет с Эрией? – возвращаю взгляд на подругу, которая, конечно, меня очень давно не считает просто другом. Нет-нет, между мной и Мирой никогда ничего не было, я не давал никому повода на то, что хочу семью.
.....
