Читать книгу Мишка с оторванной лапой - - Страница 1

История всегда любит повторяться, но чаще всего – в самой жестокой своей форме.

И если где-то в учебниках пишут, что войны начинаются внезапно, – это ложь.

Войны начинаются задолго до первого выстрела, до первого удара, до первой сирены.

Иногда – с подписи под документом.

Иногда – с дружеского рукопожатия.

Иногда – с наивной веры в то, что «опасность миновала».

Так было и тогда, в те годы, когда страна только училась вставать на ноги, когда её убеждали, что мир наконец наступил надолго. Её уверяли, что оружие больше не понадобится, что оно – пережиток прошлого, что его лучше передать туда, где оно «будет под контролем».

Уговаривали мягко, красиво, словами о братстве и доверии, словами о «стабильности» и «общем будущем».

Так украинские ракеты, когда-то созданные руками украинских инженеров, ушли в Россию – как кредит доверия, в знак «мира», в попытку понравиться тем, кто обещал безопасность взамен на разоружение.

И никто тогда не мог представить – или не хотел представить, – что однажды придёт день, когда это оружие переданное в знак дружбы и доверия повернётся против тех кто был столь доверчив и наивен.

Что металл, согнутый и собранный на украинских заводах, однажды вернётся над украинским небом не символом прошлого, а предвестником гибели.

Что пусковой огонь, взмывающий в российском степном рассвете, станет приговором мирному дому под Киевом или Харьковом.

Это и есть время Ч.

Чёрное время.

Время, когда все промахи прошлого сходятся в одной точке.

Когда наивность становится смертельной.

Когда доверие оборачивается приговором.

Когда то, что создавалось как щит, превращается в меч.

Ракеты не знают границ.

Ракеты не помнят, кто их создал и для с какой целью.

Они летят туда, куда им приказали – через десятилетия, через историю, через обещания, через человеческую тупость и невежество.

И в тот день, когда над украинским городом разорвётся небо, никто уже не вспомнит договоры, заявления, речи и улыбки за столом переговоров.

Останутся только руины.

Останется только сирена.

Останется только чёрная метка на карте.

Останется понимание, что время «Ч» всегда наступает.

Всегда.

Просто люди слишком часто отказываются это видеть.

Глава 1. Рождение ракеты

Конфликты сопровождали человечество всегда. Менялись эпохи, менялись формы оружия – с камней и палок до стали, пороха, реактивной тяги. Но сама логика войны оставалась неизменной: сначала страх, потом гонка, и лишь затем – попытки договориться. В конце восьмидесятых эта логика снова дала сбой.

В одном из конструкторских бюро СССР, расположенном в сером промышленном городе на юге, под самый Новый год пришёл приказ: завершить разработку ракеты среднего радиуса действия. Сроки – немедленные, без праздников. Сверху намекнули: не выполните – лишитесь премий, а главное, статуса «образцового предприятия», за который руководство держалось зубами.

Начальник КБ, инженер с сорокалетним стажем, собрал персонал.

– Товарищи, – сказал он без привычной строгости, – работа предстоит тяжёлая. Но выбора нет.

В зале послышался шёпот.

– Опять премию не дадут…

– Перед самым Новым годом, ну надо же…

– Чертежи-то готовы, чего им ещё?

– Готовы – не значит сделанны, – отрезал начальник. – Приступаем.

Первым в цепочке стоял простой фальцовщик Плющенко. На его стол лег тонкий металлический лист. Он посмотрел на гладкую поверхность, провёл по ней ладонью.

– Как лёд на пруду у бабки Марфы, – пробормотал он.

Лист ушёл в гибочный станок. Машина проглотила металл, выгнула, и через мгновение из-под пресса выкатилась первая заготовка будущего корпуса.

Дальше заготовка перекочевала в механический цех. В воздухе висел запах машинного масла, вибрация от сверлильных аппаратов передавалась в пол. Каждую деталь точили, сверлили, подрезали, словно скульптуру. У корпуса появлялись проёмы под датчики, под стабилизаторы, под головной обтекатель.

– Смотри держи и соблюдай размер, – бросил токарь своему ученику. – Тут миллиметр – это километр на цели.

Электрики, словно нервная система организма, протягивали кабели, монтировали микросхемы. Кто-то ругался:

– Эти платы опять без маркировки!

– Так ты их не перепутай!

– Спасибо за совет, сам догадался!

Работа шла круглосуточно. Новый год пролетел незаметно. Праздники остались где-то за воротами завода, а внутри всё шумело и гудело, пока наконец приемочная комиссия не объявила:

– Изделие САТ00274АНА собрано и готово к стендовым испытаниям.

Некоторые называли её формально – «изделие». В цехе её, правда, прозвали проще: Катюша.

Когда настало время испытаний, страну уже лихорадило. СССР развалился, новая Украина только начинала понимать, что такое собственная ответственность.

В одном из Киевских кабинетов спорили:

– Нам необходимо сокращение вооружений. Запад готов финансировать программу.

– Финансировать – да, но взамен требует списаний.

– А что делать с ракетами?

– Передать России. Там их хоть централизованно учтут. Партнёры говорят – так спокойнее.

– Партнёры… – скептически протянул один из присутствующих. – Миром размахивать не надо. А вот дубиной, которую мы сами отдадим, когда-нибудь по голове получим.

Началась бюрократическая суета. Документы, акты, соглашения. В итоге появилась «Венгерская договорённость» о разоружении. По бумаге это выглядело красиво: шаг к миру, стабильности, демонстрация доверия.

Фактически это было передача зубов тому, кто в будущем этими зубами и укусит.