Читать книгу УРОКИ ДАНЫ СВОБОДНЫЙ ПОЛЕТ - - Страница 1

Мой мир в тот вечер состоял из пикселей, дедлайнов и пяти чашек холодного кофе. Проект по запуску нового приложения для арт-пространств висел на волоске: инвесторы капризничали, дизайнер ушел в запой вдохновения, а я, Дана, должна была из этого хаоса вывести на орбиту нечто идеальное. Идеальное, блин, как моя личная жизнь. Пустошь.

Поэтому, когда Катя, моя подруга и по совместительству куратор этой выставки, зашипела в трубку: «Я тебя убью, если ты не придешь! Это networking, детка! Ты десять лет в четырех стенах не сидела!» – я сдалась. Надела маленькое черное платье, которое само по себе было заявлением о намерениях («я здесь, но не для всех»), и скучающе нарисовала стрелки. Еще один вечер, где я буду продюсером самой себя: улыбка, светская беседа, оценка обстановки. Работа.

Галерея «Сфера» была набита людьми до отказа. Воздух пах деньгами, дорогим парфюмом и претензией. Я пробиралась к бару, мысленно уже составляя отчет: три потенциально полезных контакта, один полный нуль. И вот он стоял там, прислонившись к белой колонне, заслоняя собой пол-инсталляции.

Он не вписывался. Это я заметила сразу своим продюсерским глазом. Не в костюме, не в задумчиво-интеллектуальных очках. Просто темные джинсы, серая футболка, хорошо сидящая на плечах, и наброшенная на одно из них потертая кожаная куртка. Летная. Я это узнала – у дяди была такая. Лицо… не модель. Слишком много истории в уголках глаз, которые щурились, будто привыкли вглядываться в даль. Он смотрел не на людей, а на громоздкую конструкцию из ржавого металла и неона в центре зала.

Я потянулась за бокалом prosecco, и наше движение синхронизировалось. Мы столкнулись. Мое вино сделало изящную дугу и капнуло ему на ботинок.

«Ой, – вырвалось у меня автоматически. – Простите. Катастрофа.»

Он медленно перевел взгляд с инсталляции на меня, потом на мокрое пятно. Уголок его рта дрогнул.

«Не катастрофа. Посадка с уклоном. Бывает.»

Голос. Низкий, с легкой, приятной хрипотцой, будто натертой ветрами на большой высоте.

«Вы, я смотрю, все оцениваете с точки зрения летной пригодности?» – я кивнула на инсталляцию, пытаясь отыграть ситуацию в иронию.

Он снова посмотрел на клубок металла, и его лицо озарила понимающая улыбка.

«Это же очевидно. Смотрите. – Он сделал шаг ближе, и я уловила легкий запах кожи, мыла и чего-то неуловимого, чистого, как воздух после грозы. – Эти линии… Хаос, да. Но если присмотреться – здесь четкие векторы. Напряжение здесь, – он указал пальцем в воздухе, – и разряд здесь. Это же карта грозовых фронтов. Красиво. Но для моей профессии – головная боль.»

Я замерла. Ни один из ухоженных галерейных гостей не сказал бы такого. Они говорили бы о «пограничности бытия» и «деконструкции урбанизма».

«Вы находите красоту в опасности?» – спросила я, отхлебывая то, что осталось в бокале.

Он посмотрел прямо на меня. Глаза оказались цвета старого виски, с золотыми искорками.

«Только красоту, – сказал он просто. И пауза повисла не неловкая, а плотная, наполненная. – Марк.»

«Дана.»

«Дана. – Он повторил мое имя, будто пробуя на вкус. – И что вы здесь делаете, Дана? Вы на эту… карту погоды – тоже со своей профессиональной точки зрения смотрите?»

Я рассмеялась. Мне вдруг резко перестало быть скучно.

«Я смотрю на то, как из полного хаоса можно сделать нечто, за что люди готовы платить деньги и часами о этом говорить. Я – продюсер. Создаю проекты. А это, – я махнула рукой в сторону инсталляции, – для меня не грозовой фронт. Это плохо собранный бюджет и перемудрившая концепция.»

Он засмеялся. Звучно, заразительно. Несколько голов обернулись на нас.

«Мне нравится. Практично. А я думал, здесь все только о высоком.»

Мы заговорили. Оказалось, что его друг – тот самый скандальный художник, чьи «метеокарты» и висят вокруг. Марк приехал его поддержать «на земле», как выразился. Он говорил мало, но точно. Не сыпал именами и фактами, а делился впечатлениями: как выглядит земля с высоты десяти километров, как спит солнце за линией горизонта, как тихо в кабине, когда ты остаешься с небом один на один.

Я слушала, завороженная. Это был не пикап. Это был рассказ путешественника из мира, в который нет билетов в обычной кассе. А я так устала от своего, вылизанного до блеска, цифрового мира.

«А ты не боишься? – спросила я в какой-то момент, забыв о «вы». – Эта высота, ответственность…»

Он задумался, вращая в пальцах свой бокал с минералкой.

«Страх – это важно. Он не дает расслабиться. Но есть момент, Дана, когда ты отрываешься от земли, и весь этот шум, суета, проблемы – они остаются там, внизу. Остаешься только ты, машина и небо. Это… абсолютная свобода. И ради этого чувства стоит летать.»

В его словах было что-то такое, от чего по коже побежали мурашки. Не романтический бред, а констатация факта. Так говорит человек, который знает цену свободы и платит за нее каждый день.

Катя, проходя мимо, подмигнула мне многозначительно. Вечер закончился, толпа редела. Марк посмотрел на часы.

«Мне пора. Завтра ранний вылет.»

Мне вдруг дико не захотелось, чтобы этот разговор заканчивался. Как будто он был тем самым чистым воздухом, которого мне не хватало.

«И куда? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал просто из вежливости.

«Стамбул. А потом обратно. – Он достал из кармана куртки телефон. – Можно?»

Я кивнула. Он что-то напечатал, и через секунду мой телефон тихо вибрировал в клатче.

Неизвестный номер. Сообщение: «Сегодня был единственной точкой на карте, куда хотелось сесть внепланово. М.Р.»

Я подняла на него глаза. Он смотрел с вопросительной, чуть насмешливой улыбкой. Будто проверял, выдержу ли я высоту.

«Опасно, – сказала я, чувствуя, как сама улыбаюсь в ответ. – Внеплановые посадки чреваты.

«Самое интересное в жизни – всегда вне плана, – парировал он. – До свидания, Дана. Посмотрим, какая будет погода… в следующий раз.»

Он повернулся и пошел к выходу, не оглядываясь. Я смотрела ему вслед, на широкие плечи под кожей куртки, и понимала, что мой вечер, начавшийся как скучная рабочая обязанность, только что резко сменил курс.

В такси я перечитывала его сообщение. «Точка на карте». Мне, которая управляла проектами, выстраивала маршруты и стратегии, вдруг предложили сойти с проторенной дорожки. И самое странное – мне захотелось это сделать.

Дома, смывая с лица макияж, я поймала свое отражение в зеркале. Знакомые карие глаза, темно-русые волосы, аккуратно уложенные. Обычная Дана. Успешная, независимая, немного уставшая. А потом взгляд упал на телефон, лежащий на столешнице рядом.

Завтра он будет в Стамбуле. А послезавтра… неизвестно где.

Я вытерла лицо полотенцем и решительно потянулась к коробке с краской, которая уже неделю пылилась на полке в ванной. Цвет назывался «Ледяной платинум». Рисунок на упаковке напоминал ту самую металлическую инсталляцию.

«Погода, говоришь, – пробормотала я себе под нос, натягивая перчатки. – Посмотрим, сможешь ли ты выдержать мой личный атмосферный фронт.»

И пока я наносила едкую смесь на свои волосы, превращая их в цвет холодного металла, я думала не о дедлайнах и не об инвесторах. Я думала о золотых искорках в глазах цвета виски и об ощущении, что земля где-то далеко внизу только что дрогнула под ногами. Всего на миг.