Читать книгу Ведьма из Предместья - - Страница 1

Она была перестаркой. Её волосы были не покрыты, на лице уже были видны морщинки. Она мялась у порога сельского трактира, потому, как трактир, хоть и выглядел бедновато, все кто там находился, были в обуви, а она пришла босиком.

Трактирщица, крутившаяся вокруг столов, делала вид, что не слышит её, но увидев в руке женщины монеты, повернулась к ней и со вздохом сказала: «Да нет у нас никаких ведьм!» Потом подошла к бочке, зачерпнула воды кувшином, схватила глиняную кружку и подошла к самому дальнему столу, указывая головой гостье, что это и есть её место. «Есть ведунья, она роды у молодок принимает, один раз мужика моего из запоя вывела, – добавила трактирщица. – но ежели у тебя что-то серьёзное, вряд ли стоит к ней обращаться.» Потом, трактирщица поставила кувшин и кружку на стол и ушла за прилавок, мимо шумной компании за игрой в гвинт. По пути она крикнула тем, кто там сидел: «Эй, Малая, к тебе пришли!»

На удивление, отреагировала странная старушка, в холщовой накидке с капюшоном. Плащ не мог скрыть искривленную горбатую спину старушки, из-за чего голова её всё время была наклонена на бок, но это не мешало ей резко подскакивать на лавке, выкидывая карту на стол, и весело кричать при этом.

Но когда старушка подошла к столу гостьи, её лицо резко переменилось, и она начала бубнить скучным и профессиональным тоном :

– Снимаю порчу, заговор, венец безбрачия, даю заговор на любовь, навожу порчу…

– Я не за этим пришла, – прервала её гостья.

Старушка облегченно вздохнула.

– Меня зовут Ревна, и я хочу вернуть свою красоту и молодость. – открыла своё желание женщина.

Старушка рассмеялась, и представилась:

– А меня трактирщица Софья прозвала Малой, потому-что если я и могу кому-то помочь, то этого всегда мало! К тому-же, похоже что, то и другое у тебя уже было, но это не слишком то тебе помогло.

– Мне было некогда заниматься поиском женихов, мне нужно было выжить. – объяснила Ревна. – В детстве, в мою деревню пришли солдаты из Третагора, забрали все запасы и порезали весь скот. Моего отца убили, за то, что он пытался сопротивляться, а моя мать умерла позже, уже от голода. Мне пришлось пойти в город, просить милостыню, т. к. даже в публичный дом меня не взяли, из-за моей худобы. Сейчас всё изменилось, я смогу правильно использовать этот дар!

– Вернуть свою молодость и красоту хотят всё, – сказала старушка. – и если бы у меня был бы такой секрет, то я сейчас бы пировала в Нильфгаарде, вместе с Эмгыром и его чародейкой Йенифер, однако, я сижу здесь, в Предместье, где подают разбавленное пиво и пустую кашу.

– Не стоит скрывать, что молва о местной могучей колдунье, ходит уже далеко за пределами этой деревни!

– Не стоит верить бродячим торговцам, волшебные сказки – их хлеб, возможно тебе стоило бы поговорить с городской чародейкой?

– Я так и сделала. – сказала гостья. – В городе сказали мне, что чародейки берут служанок без рекомендаций, т. к. сами могут отличить правду от лжи. Найти их просто, их волосы неестественно цвета, и лица напудрены так, что не видно кожи. Одну такую, с ярко-красными волосами я нашла в лавке у травницы. Та называла её "чародейкой Литтой Нейд", и я кинулась ей в ноги, умоляя взять меня на работу.

Я чувствовала, как она роется в моих мыслях, и знает, что говорю правду. Но всё равно, чародейка лишь посмеялась надо мной, сказав, что такие жалкие ей не нужны. При этом не сказала, что у неё уже есть в услужении бывшая ученица Аретузы.

– Чародейки… – вдохнула старушка. – они пьют зелье вечной жизни, которое очень дорого стоит, поэтому всегда выглядят молодо. Их тела трансформированы мощной магией, а на лица, они каждый день, кроме косметики, кладут чары, чтобы ни один мужчина не мог остаться равнодушным к их искусственной красоте.

– Ваша магия мощнее любой чародейки! – сказала Ревна.– Я знаю, потому что недолго училась в Аретузе.

Старушка крякнула от удивления:

– Для того, чтобы туда попасть нужны способности, а от тебя не исходит магия!

Ревна улыбнулась, налила из кувшина воду в глиняную кружку, та начала мутнеть на глазах, приобретая белый цвет, запахло парным молоком, на поверхности появилась пенка сливок.

– Попробуй, – сказала гостья, протягивая кружку старушке.

Та тоже улыбнулась, отпила из кружки, но потом отставила её от себя:

– На вкус просто вода, -разочарованно сказала она.

Гостья снова подвинула кружку к Малой:

– Попробуй ещё раз.

Старушка наклонилась над кружкой, и вдруг с удовольствием и шумом вдохнула воздух и лукаво улыбнулась:

– Эрвелюс! Не могу сказать какого года, но его явно передержали в дубовой бочке лет на пять дольше, чем следовало, и теперь он настолько крепкий, что у меня только от запаха уже кружится голова…

Старушка взяла кружку за дно ладонью, словно это был тонкий бокал, слегка поболтала содержимое, и пригубила прикрыв глаза, но потом резко отставила от себя с выражением обидного разочарования.

– Это же снова просто вода! – возмутилась старушка. – это обычный фокус, иллюзия, не больше! Такое даже магией не назвать, веть для этого обычно даже вода не требуется!

– Тоже самое мне сказали в Магической академии. – грустно сказала гостья.– Мне было обидно это слышать, потому что эти способности помогали мне пережить голодные времена. Но всё же госпожа Тессайя де Врие приняла меня, сказав, что я отработаю своё обучение, помогая с уборкой классов. Для меня это было лучше, чем просить милостыню на улице, хотя в тайне, я надеялась, что смогу узнать секрет красоты чародеек. Но потом, я поняла, что меня взяли не за способности, а за внешнее сходство с одной из ректорш Аретузы, и лишь на время, пока приезжали высокопоставленные представители королевств Севера и Нильфгаарда на Чародейский Капитул, чтобы за столом не заметили пропажу одной из основательниц школы, и не лишиться покровительства венценосных спонсоров. Конечно после, меня ждала бы участь угря, в озере башни Чайки, чтобы усиливать магию королевских чародеек, а для работы секретаршей или адвокатшей я слишком мало там отучилась, да и происхождение не позволило бы.

Старушка неуютно поежилась, и спросила:

– Тебе удалось сбежать?

– Мне помогла одна из учениц, восьмая наследница знатного рода, которую было дешевле пристроить в Аретузу, чем выгодно выдать замуж. – со вздохом ответила Ревна. – Она подкупила охрану деньгами своей семьи, когда узнала, что шансов стать королевской чародейкой у неё столько же, сколько шансов выиграть у напёрсточника на рыночной площади. А её способности скорее подвергают риску превращения в угря, веть для того чтобы работать в ратушах и судах, их лучше не иметь совсем.

Старушка грустно усмехнулась, и согласно покачала головой. Через пару секунд Ревна наклонилась к ней через стол, и прошептала:

– Покажи мне свой медальон, Агнесс из Гланвиля!

Старушка округлила глаза, но Ревна продолжала:

– Я узнала Вас по старинным портретам в кабинете Тессайи, и по своей внешности под чарами, которые мне накладывала ректорша, перед собранием Капитула. Да, это Вы, первая женщина чародейка, основательница Аретузы, и хранительница тайны настоящей молодости и красоты! Покажите мне Ваш медальон!

Старушка хитро улыбнулась, натянула капюшон, отворачиваясь от других посетителей таверны и раздвинула на шее ветхую одежду. Медальон сверкнул звездой. Вдруг в затхлом помещении словно запахло полевыми цветами, и когда перестарка подняла глаза на лицо старушки, оно уже не было старым. Перед ней сидела молодая девушка с золотистыми волосами, прикрывая лоб капюшоном. Ревна, чтобы убедиться, что это не морок, протянула руку и осторожно коснулась щеки девушки. Кожа была тёплой и гладкой, никаких следов пудры.