Читать книгу ДАНА Дайвер. Истории Даны. Откровенно о любви - - Страница 1

Мои рыжие волосы были первым, что восстало против города. Они горели медным пожаром в свете заката, который я наблюдала не через тонированное стекло офиса, а через лобовое стекло арендованного кабриолета. Ветер свистел в ушах, срывая с губ последние остатки правильных фраз, дедлайнов и светских усмешек. Я не сбегала. Успешные, самодостаточные женщины не сбегают. Они берут творческий отпуск. Ищут вдохновение. Перезагружаются. Слова-амебы, которые можно вытянуть в любую удобную форму.

Но правда была в соленом ветре, который выдувал из меня всю накопившуюся пыль. Правда была в том, что я, Дана, умеющая зарабатывать, выбирать, управлять, – просто устала. От ритма, от мужчин, чьи намерения были прозрачны, как витрина дорогого бутика, от самой себя в зеркале – всегда безупречной и от этого невыносимо предсказуемой.

Поэтому – рыжий цвет. Ритуал очищения огнем. Поэтому – узкая прибрежная дорога, ведущая в «никуда». Поэтому – чемодан на пассажирском сиденье, где лежали не деловые костюмы, а простые льняные платья и один смешной бикини, купленный на волне этой новой, хрупкой свободы.

Домик, который я сняла на месяц, притулился на самом краю поселка, упираясь деревянной террасой в скалистый обрыв. Не шик, не гламур. Дерево, побелевшее от солнца и соли, синие ставни, вьющийся по стене дикий виноград. Ключ скрипнул в замке, и меня обнял запах – старых книг, сосновых полов и безлюдья. Совершенная, кричащая тишина.

Я вышла на террасу, обхватив себя за плечи. Внизу бушевало море. Не ласковое, бирюзовое, как на открытках, а мощное, свинцово-синее, с белыми гривами пены. Оно дышало. Глубоко, мерно, как спящий гигант. И с каждым вдохом во мне что-то распрямлялось, оттаивало.

Наутро я пошла на рынок. Купила у улыбчивой, загорелой женщины теплые персики, сыр, завернутый в вощеную бумагу, и булку хрустящего хлеба. Я была здесь чужая, прозрачная, без прошлого и обязательств. Это состояние было пьянящим. Я могла быть кем угодно. Сегодня – рыжеволосой затворницей, завороженной морем.

А потом, возвращаясь, я увидела его. Не его сначала – вывеску. «Дайв-клуб «Афалина». Нарисованный дельфин, выпрыгивающий из волны. И что-то щелкнуло внутри. Не мысль. Импульс. Чистейший порыв.

Дверь отворилась с мелодичным звонком. Внутри пахло резиной, морской водой и… спокойствием. Стеллажи со снаряжением, карта на стене, испещренная бухтами.

– Есть свободные инструкторы на завтра? – спросила я у девушки за стойкой, удивившись твердости в своем голосе.

Девушка что-то начала отвечать, но мое внимание прилипло к фигуре в глубине зала. Мужчина спиной ко мне разбирал акваланги. Широкая спина в темной, влажной футболке, обтянувшей рельеф мышц. Движения были экономичными, точными, полными небрежной грации. Он что-то напевал себе под нос.

– Алекс! – окликнула его девушка. – Ты свободен завтра? Клиент на пробное погружение.

Он обернулся.

И время сделало ту странную штуку, которую оно делает только в кино и в моменты, после которых жизнь делится на «до» и «после». Звуки приглушились. Свет из окна упал на него полосой, поймав облачко пыли в воздухе.

Он не был красавцем в классическом понимании. Лицо – трудовая книга его жизни. Загорелое, с сеткой мелких морщин у глаз – от смеха или от постоянного прищура на солнце? Нос с легкой горбинкой. Твердый подбородок. Но глаза… Глава были цвета той самой морской глубины, куда, казалось, он смотрел чаще, чем на лица людей. Светло-серые, с вкраплениями зелени и синевы. В них не было ни капли городской суеты, оценки, желания произвести впечатление. Они просто фиксировали факт моего существования. Изучали.

– Завтра утром, бухта Каменная, – сказал он. Голос. Он был таким же, как все в нем: негромким, немного хрипловатым, будто простуженным морским бризом. В нем вибрировала спокойная сила. – Будет прохладно. И волнение.

– Я не боюсь холода, – выпалила я, и тут же внутренне поморщилась от этой девичьей бравады.

Уголок его губ дрогнул. Не улыбка. Намек на нее.

– Это хорошо, – произнес он, все так же глядя на меня прямо, без игры, без флирта. – Страх – плохой попутчик на глубине. А волны… они просто дышат. Надо дышать с ними в такт.

Он взял со стойки блокнот, чтобы записать мои данные. Его пальцы были длинными, с ровными суставами, на костяшках – ссадины и следы загара. Руки человека, который много работает, но не бумагой.

– Имя?

– Дана.

Он на секунду задержал взгляд на мне, затем кивнул и записал.

– До завтра, Дана. В восемь. Не позавтракайте плотно.

Я вышла на улицу, и солнце ударило в глаза. Сердце стучало где-то в горле, бешено, как у подростка. Это был не просто интерес. Это было ощущение. Ощущение приближения к краю, к порогу. К чему-то настоящему. Тому, ради чего, возможно, и были придуманы все эти побеги, рыжие волосы и одинокие террасы над морем.

Весь вечер я думала о его глазах. О том, как он сказал «дышать с ними в такт». Я стояла на своей террасе, смотрела, как закат раскалил воду в расплавленное золото, и впервые за много месяцев не строила планов, не анализировала, не контролировала. Я просто ждала завтра. Ждала, как ждут начала пути, еще не зная куда он ведет.

Погружение началось не в воде. Оно началось здесь и сейчас. В тихом трепете ожидания, в соленом ветре, запутывающем мои рыжие волосы, в бездонном взгляде человека по имени Алекс, который жил в море и, казалось, знал все его тайны. Я сделала первый вдох. Глубокий, полной грудью. И почувствовала, как паника привычной жизни отступает, сменяясь жгучим, неукротимым любопытством.