Читать книгу Тайны поддельных документов и правды «Неподкупный» - - Страница 1

Глава 1

Дождь стучал по крыше старого особняка на тихой улице, где на втором этаже, в бывшей квартире, теперь располагался офис, вывеска на котором гласила просто: «Лев Зернов. Частный детектив. Финансовые расследования».

Внутри пахло старыми книгами, бумагой и свежесваренным кофе. Лев стоял у окна, наблюдая, как потоки воды смывают пыль с асфальта. На нем был его «рабочий» темно-синий пиджак, слегка потертый на локтях. На экране монитора замер сложный шахматный этюд. Компьютер предлагал сдаться. Лев ухмыльнулся и сделал ход конем, который казался безумием. Через три хода должен был последовать мат.

В дверь постучали. Не в дверь офиса, а в тяжелую парадную дубовую дверь самого особняка. Значит, клиент новый, не знающий, что нужно подняться по лестнице сбоку. Лев вздохнул, сохранил позицию в шахматах и вышел в коридор.

На пороге стояла молодая женщина. Лет тридцати. Промокшая, но не растрепанная. В ее глазах читалась не паника, а сосредоточенная решимость, смешанная со смущением.

– Простите, я ищу Льва Зернова. Мне сказали…

– Я Зернов. Проходите, – он отступил, пропуская ее внутрь. – Лестница для клиентов сбоку, но сегодня можно и с парадного. Не каждый день на нас льет как из ведра.

Он провел ее в кабинет, кивнул на кожаное кресло для гостей. Сам сел за стол, отодвинул клавиатуру.

– Кофе? Эспрессо, крепкий. Другого не держу.

Женщина кивнула.

– Да, пожалуйста. Спасибо. Меня зовут Алёна Соколова.

Лев, занимаясь кофемашиной, бросил на нее оценивающий взгляд. Хорошая сумка, но не люкс. Одежда качественная, но без ярлыков. Архитектор или дизайнер, подумал он. Практичный человек, столкнувшийся с непрактичной проблемой.

Он поставил перед ней маленькую чашку с темной, почти черной жидкостью, себе – такую же.

– Итак, Алёна. Чем я могу быть полезен? Долги, мошенничество с недвижимостью, проверка контрагента?

Она достала из сумки не телефон, а старую картонную папку-скоросшиватель. Аккуратно развязала тесемки.

– Нет. Вернее, не знаю. Возможно, и мошенничество. Мне нужна консультация. Я разбирала документы после смерти бабушки, Галины Петровны Соколовой. И нашла это.

Она протянула ему паспорт гражданина РФ. Старого образца, с распадающимся на сгибе разворотом. Лев взял его в руки автоматически, почти не глядя. Его пальцы сами ощутили качество бумаги, рельеф печати.

– На что смотрим? – спросил он, открывая первую страницу.

– На владельца, – тихо сказала Алёна.

Лев прочитал данные. Фотография мужчины лет сорока пяти, с усталым, невыразительным лицом. Фамилия: Каретников. Имя: Арсений. Отчество: Владимирович. Прописка в Москве. Выдан пять лет назад.

– И что в нем не так? – спросил Лев, хотя его пальцы уже скользили по ламинированной странице, ища неоднородности, а глаза изучали голограммы.

– Этого человека не существует, – выдохнула Алёна. – Я проверяла. По этой прописке – коммуналка, расселенная десять лет назад. В базе данных МФЦ, куда я обратилась с запросом как наследница (я думала, может, бабушка хранила чужой документ по ошибке), такого гражданина нет. Вообще.

Лев наконец оторвал взгляд от паспорта и посмотрел на нее.

– Хорошая подделка, – заметил он деловым тоном. – Но подделка. Бумага чуть тоньше, чем должна быть. Микрошрифт на голограмме чуть размыт. Работа уверенного дилетанта или уставшего профессионала. Но при чем тут ваша бабушка?

– Я не знаю! – в голосе Алёны впервые прорвалось отчаяние. – Она была бухгалтером, честнейшим человеком. Всю жизнь проработала на машиностроительном заводе «Прогресс». А перед смертью… она болела, говорила мало. Но однажды схватила меня за руку и сказала четко: «Ленка, там, в синей тетради, ищи… Клад. И обман. Все не так было». Я думала, бред. Потом нашла эту синюю амбарную книгу. А в ней, между страниц, – этот паспорт.

Лев откинулся в кресле, сложил пальцы домиком.

– «Клад» и «обман» – классическое сочетание для старых тайн. Обычно оказывается, что «клад» – это пожелтевшие акции дореволюционного банка, а «обман» – что их уже нельзя обналичить. Но паспорт… Паспорт призрака – это интересно.

– Призрака?

– Фиктивного лица. «Мертвой души». Таких создают для обналичивания денег, покупки активов, отмывания. Но обычно после использования их «хоронят» – документы уничтожают. Хранить такой паспорт – все равно что хранить взведенную гранату.

– Вы думаете, бабушка была вовлечена? – голос Алёны дрогнул.

– Не спешите хоронить родственников, – сухо парировал Зернов. – Чаще всего люди становятся хранителями секретов по незнанию или по глупости. Ваша бабушка работала бухгалтером на заводе. Как он назывался?

– «Прогресс». Завод тяжелого машиностроения «Прогресс». Он обанкротился лет восемь назад.

Лев замер. В его памяти щелкнул тумблер.

– «Прогресс»… Да, помню. Громкое дело. Банкротство, распродажа активов по цене металлолома, сотни уволенных, пропавшие деньги из пенсионного фонда. Расследование вела финансовая полиция. Его быстро… закрыли.

Он встал, прошелся к окну. Дождь стихал.

– Алёна, вы принесли мне не просто подделку. Вы принесли мне, возможно, осколок большого зеркала, в котором кто-то очень не хочет увидеть свое отражение. Почему пришли именно ко мне?

Она потянулась к своей чашке, сделала глоток эспрессо и поморщилась от горечи.

– Я читала ваш блог. «Финансовый детектив». Статью о том, как через фиктивных директоров выводят активы. Вы пишете… понятно. И вы не из тех, кто отступит.

– Лесть – допустимая валюта, но я все же предпочитаю факты, – сказал Лев, но в углу его рта дрогнула усмешка. Он вернулся к столу, снова взял в руки паспорт Каретникова. – Хорошо. Начнем с того, что это за птица, мистер Каретников. И почему его «документы» хранила старая бухгалтер с умирающего завода. Это будет стоить денег. И, что важнее, вашего терпения. Расследование таких дел – не спринт. Это медленное, нудное копание в архивной пыли.

– Я готова, – просто сказала Алёна. В ее глазах зажглась та же решимость, что была на пороге.

Лев кивнул.

– Отлично. Тогда правило номер один: никакой самодеятельности. Вы задаете вопросы мне, а не другим. Вы сообщаете мне о любом звонке, любом странном событии. Этот призрак, – он потряс паспортом, – может оказаться с сюрпризом. И снюхаться с людьми, у которых чувство юмора отсутствует на генетическом уровне.

Он открыл ящик стола, достал старый блокнот в кожаном переплете и свою особую ручку.

– Начнем с вашей бабушки. Расскажите все, что знаете о ее работе в последние годы на «Прогрессе». Каждую мелочь.

Алёна начала говорить. Лев записывал, изредка задавая уточняющие вопросы. За окном окончательно прояснилось. Влажный воздух тянул с улицы в приоткрытую форточку.

Он не знал тогда, что это тихое, дождливое утро станет первым днем долгой охоты. Охоты на призрака, который был ключом. Ключом к деньгам, к предательству и к убийству, которое еще не совершилось.

Глава 2

Неделя спустя Лев сидел в своем кабинете, окруженный распечатками. На большом мониторе были открыты десятки вкладок: архивы судов, базы данных по госзакупкам пятилетней давности, обрывки статей из местных газет о банкротстве «Прогресса».

Арсений Каретников оказался призраком высшего пилотажа. Его следы были, но все они обрывались в пустоте. Он числился учредителем в трех одноразовых фирмах-однодневках, которые в течение полугода получили от некоекого ООО «Стройлогист» подряды на «ремонтные работы» на сумму в несколько десятков миллионов. Деньги поступали, обналичивались и исчезали. Потом фирмы ликвидировались. А ООО «Стройлогист», как выяснил Лев, было дочкой самого завода «Прогресс», созданной как раз в период его агонии.

«Классика жанра, – думал Зернов, попивая уже третий эспрессо. – Выкачивают остатки средств через подконтрольные фирмы. Используют подставных лиц. Но зачем сохранять паспорт? На память?»

Его внимание привлекла одна деталь. Все три фирмы-однодневки, где фигурировал Каретников, были ликвидированы в один день. И ровно через неделю после этого в местной газетенке «Голос рабочего» появилась маленькая заметка о несчастном случае. В заброшенном цехе завода «Прогресс» был обнаружен труп мужчины. Личность устанавливается. Следующий номер газеты не содержал продолжения. Дело, видимо, закрыли.

Лев почувствовал холодок под пиджаком. Он достал блокнот, нарисовал схему: «Завод "Прогресс" -> Дочерняя фирма "Стройлогист" -> Фирмы-однодневки (Каретников) -> Вывод денег». А потом провел стрелку от Каретникова к заметке: «Труп в цехе?»

Зазвонил телефон. Алёна.

– Лев, это я. Со мной… что-то странное.

– Конкретнее, – его голос стал собранным, как пружина.

– Я возвращалась домой. Возле подъезда стоял мужчина. Курил. Увидел меня, внимательно посмотрел и отошел. Но не просто так… Он как будто сверял меня с фотографией. У меня мурашки по коже.

– Вы его раньше видели?

– Нет. Но он был… обычный. Кепка, куртка. Таких тысячи. Но этот взгляд…

– Алёна, слушайте внимательно. Не ходите одной по вечерам. Смените маршрут. В квартиру не входите, если чувствуете что-то не так – сразу в соседний магазин и звоните мне. Купите самый дешевый телефон с оплатой наличными, используйте его для звонков мне. Ваш основной оставьте дома.

– Вы думаете, это из-за…

– Я думаю, что кто-то заметил наш интерес. Призраки не любят, когда их тревожат. Выполняйте, что я сказал. И привозите мне ту самую синюю тетрадь. Сегодня.

Он положил трубку и сел, глядя в стену. Его лицо было каменным. Они полезли в улей. И пчелы начали вылетать.

Синяя амбарная книга Галины Петровны оказалась не бухгалтерским журналом, а дневником наблюдений. Старая бухгалтер вела его шифром, который для Зернова, знавшего стандарты советского учетного делопроизводства, не представлял труда. Это были записи о странных проводках, о номерах договоров, которых не было в официальных реестрах завода, о «премиях» руководству, которые проводились как «расходы на технику безопасности».

И на последней странице, карандашом, дрожащим почерком: «Каретников А.В. – не человек. Это счет. Счет на смерть. Они убили не его, они убили правду. Боюсь. Если что – Ленке отдать. Прости, внучка».

Лев закрыл тетрадь. Теперь все складывалось. Галина Петровна что-то узнала. Увидела связь между фиктивным Каретниковым и реальным убийством. И спрятала улику – паспорт. А кто-то, все эти годы, думал, что улика исчезла. Пока ее не нашла Алёна.

Его собственный телефон завибрировал. Неизвестный номер.

– Слушаю, – ответил Лев.

– Зернов? – мужской голос, приглушенный, без эмоций. – Брось это дело. Это не твоя война.

– А чья? – спокойно спросил Лев.

– Ты воевал с системой и проиграл. Проиграешь и сейчас. Дело о заводе закрыто. Человек, которого ты ищешь, не существует. Клиентка твоя получит травму, если будет лезть не в свое дело. А ты… у тебя и так карьера в говне. Не усугубляй.

– Вы угрожаете? – голос Зернова стал ледяным. – Запомните номер, с которого звоните. Я его уже записываю. И передайте вашему начальству: я не воюю с системой. Я нахожу бреши в их логике. И в этот раз брешь будет в форме паспорта на имя Арсения Каретникова. Всего доброго.

Он положил трубку. Рука не дрожала. Наоборот, появилась та самая ясность, которая возникала только тогда, когда противник делал первый шаг. Они испугались. Значит, он на правильном пути.

Он вызвал Алёну.

– Угрозы начались. Вам нужно уехать из города. К родственникам.

– Нет, – ее ответ был неожиданно тверд. – Бабушка не сбегала. И я не сбегу. Что делать дальше?

Лев сдержанно улыбнулся. Возможно, в этой девушке было больше от ее бабушки, чем она думала.

– Тогда входим в зону повышенного риска. Нам нужен человек с завода, который что-то знал. Кто-то из старых, кто не побоится говорить.

– У меня есть имя, – сказала Алёна. – В тетради. Она писала: «Только Семён еще помнит. Но он болен и злится на всех».

Лев быстро пролистал тетрадь. Нашел.

– Семён Игнатьевич Грошев. Бывший начальник цеха. Отлично. Его будем искать.

Глава 3

Семён Игнатьевич Грошев оказался не просто зол, а ядовит. Он жил в старом кирпичном доме рядом с самой территорией заброшенного завода. Его квартира пропахла лекарствами, табаком и обиженностью на весь белый свет.

– Опять?! – рявкнул он, увидев Льва и Алёну на пороге. – Следователи, журналисты, комиссии! Все приходили, все смотрели, все обещали. И где они? Где правда? Завод сгнил, люди по миру, а уроды на иномарках разъезжают!