Читать книгу Хакеры. Полный Root - - Страница 1

Любое сходство героев романа с реальными людьми и виртуальными персонажами считать писательским вымыслом и читательским домыслом.

1

Тёлка была что надо. Высокая, с роскошными черными волосами и не менее роскошной фигурой. Лет тридцать – как говорит Тяпа, самый сочный возраст. И в глазах ничем не прикрытое желание.

Ринат взял ее за руку и притянул к себе. Имени её он не знал, но особых переживаний по этому поводу не испытывал. Рука легла ей на спину и стала медленно опускаться вниз.

Какая нежная кожа. И вся аж дрожит от каждого прикосновения. Она хочет его.

Это будет супер!

– Ринат… – прошептала она, касаясь губами его шеи.

«Откуда, интересно, она знает, как меня зовут», – мелькнула мысль. Мелькнула – и погасла.

– Ринат… – повторила она чуть громче.

Рука уже почти дошла до того места, где меняются ощущения, когда девушка неожиданно закричала ему прямо в ухо:

– Ринат! Вставай!

Закричала – и растаяла в воздухе, вышвырнув Рината из сна на скомканную постель в неубранной комнате.

С трудом открыв глаза, Ринат, к своему неудовольствию, обнаружил, что, во-первых, это был всего лишь сон, а во-вторых, что во сне он гладил собственную ляжку.

Стоило ему повернуть голову, как динамик рявкнул снова:

– Ринат! Вставай!

Ринат выругался и стал шарить по постели в поисках пульта с регулятором громкости. Одновременно его еще не до конца проснувшийся мозг пытался отыскать в недрах сознания причину, по которой сегодня надо было вставать в такую рань. Можно, конечно, сделать проще – посмотреть на монитор и прочитать – но для этого надо встать, а вставать Ринату категорически не хотелось.

Пульт упорно не находился, и после очередного крика из динамиков Ринат резким движением сбросил ноги на пол и уселся на кровати. Помотал головой, прогоняя остатки сна, а затем подошел к монитору и толкнул мышку, сбрасывая скринсэйвер.

«10.30, м. Чист. Пр. „Ста. Комп.“ собес. паспорт, диплом, одежда».

Около минуты Ринат рассматривал горящий алым цветом лист ежедневника и пытался, как говорит Ворм, «отдуплиться». Cегодня где-то возле метро «Чистые Пруды» его ждут к половине одиннадцатого на собеседование. Но что за фирма, с кем он договаривался и, главное, зачем – вспомнить не мог.

Запись была сделана почти две недели назад. Довольно большой срок для памяти такого разгильдяя, как Ринат, чтобы вспомнить, с чего бы он решил занести этот бред в ежедневник. Причем, скорее всего, занёс после очередной клановой сходки, – следовательно, вспомнить вообще не было никакой возможности.

Из ступора вывел еще один истошный вопль компьютера. Отключив ежедневник, Ринат подгрузил чат-менеджер, поморщился от кучи высыпавшихся сообщений и, оставив их непрочитанными, направился в ванную.

Пролежав в теплой воде с полчаса и придя в себя, наконец, уселся за компьютер.

«Привет, как дела?»

«Прива, тут?»

«Хай, есть несколько минут?»

Одно за другим Ринат открывал и закрывал ненужные ему сообщения, которые наскидывали за ночь сетевые знакомые. Общаться ни с кем не хотелось, помогать кому-то в чем-то – тоже: достала уже эта тупая возня с просьбами «написать несложный скрипт», «потестить одну простую программку», «взглянуть на одну интересную программку» и тому подобное. Из-за этих сетевых знакомых и приходилось постоянно находился в инвизибле.

Очередное сообщение, уже без всяких приветствий. Четыре ссылки, отправитель – 2FED. Никаких пояснений. Мол, посмотри, сделай выводы, а потом выскажись.

ТуФед если и выходил первым на связь, то только по делу – ссылок на хохмы и интеллектуальное порно не скидывал. Не его стиль – если это можно было назвать стилем. В любом случае, ссылки, которые он скидывает, смотреть надо всегда.

Ринат открыл все четыре.

Первые две оказались статьями из российских новостных лент. В одной говорилось об облаве на группу хакеров и аресте нескольких членов известной международной группировки White Wolfs, причем во время инцидента один из хакеров оказал сопротивление и был убит. В другой – о перестрелке в московском клубе «Сталкер», в результате которой погибли несколько постоянных посетителей клуба.

Третья ссылка тоже вела на новостную ленту – но уже украинскую. Этой ночью возле поселка Стрижавка под Винницей, были задержаны несколько российских и украинских граждан при попытке проникнуть в здание какой-то клиники. При задержании они оказали вооруженное сопротивление, один из нападавших был тяжело ранен и скончался по дороге в больницу. Остальные сейчас находились в следственном изоляторе Винницы.

Четвертая ссылка вела на закрытую страничку одного из левых сайтов ТуФеда, где красовался скриншот переговоров Волков и Сталкеров. Совершенно не удивившись тому, что ТуФед добрался до приватки двух влиятельных хакерских кланов, Ринат с интересом начал читать скриншот. Из коротких переговоров явствовало, что оба клана взяли на себя заказ по выполнению так называемого «открытого контракта» с какой-то уж очень большой суммой оплаты. Видимо, вознаграждение было действительно солидным, потому что сразу после арестов и убийств оба клана получили по очень крупной сумме «за старания и в надежде на то, что трудности их не остановят». Не было ясно, отступят ли оба клана или повторят попытку, но Ринату показалось, что они не горят желанием продолжить выполнение контракта.

Ринат дочитал тексты, почесал затылок и открыл окно связи с ТуФедом.

«Тут?»

Ответ был быстрым и кратким.

«Скай».

Ринат обреченно вздохнул и стал загружать Скай – приватный канал связи, который недавно ввел в употребление ТуФед, мотивируя это соблюдением секретности. Скай мессенджер внешне мало чем отличался от аськи – лично Ринат видел отличие только в жутких лагах, тормознутости и нескольких новых фичах, которые сам считал довольно неудобными. Впрочем, с ТуФедом спорить было бесполезно – в их команде рулил он, и, надо было признать, небезосновательно.

«Я прочитал» – отбил Ринат ТуФеду.

ТуФед ничего не ответил, и через несколько минут Ринат отправил новое послание.

«Что за контракт, от кого?»

«Хз» – сразу же признался ТуФед в отсутствии информации.

«Спроси у Волков или у Сталкеров» – посоветовал или попросил Ринат.

«Спрашивал. Молчат» – отозвался ТуФед.

Ринат усмехнулся.

«Есть еще какая-нибудь инфа?»

Несколько минут ТуФед молчал, потом все-таки ответил:

«Сумма контракта – пять кк в битбаксах.».

На этот раз замолчал Ринат. Пристально смотрел на две строчки в окошке Ская и глубоко затягивался сигаретой.

Пять миллионов. Ни одному хакеру, ни одному клану не платили такие деньги по открытому контракту. Сумма в этой ситуации настолько нереальная, что кажется розыгрышем. Или подставой.

Руки потянулись к клавиатуре.

«Джет?»

«Нет» – коротко ответил ТуФед.

«Чуйка, что он».

«Нет» – повторил ТуФед.

Ринат чертыхнулся. Спрашивать у него, откуда такая уверенность, бесполезно. Если бы хотел – ответил бы. Задавать вопрос, на который заведомо не получишь ответа, не было никакого желания.

«Ты сам что думаешь?»– спросил Ринат.

На этот раз пауза была довольно долгой.

«Думаю» – наконец ответил ТуФед.

– Угу… думаю… – пробормотал Ринат, поднялся с места и направился на кухню. – Ну думай, думай.

Едва открыл холодильник, как, привлеченный звуком открываемой двери, в кухню влетел Ромеро.

Влетел – и, проскользнув между ногами хозяина, сразу же полез изучать содержимое нижних полок холодильника.

– А ну брысь! – прикрикнул на кота Ринат, но, видимо, недостаточно строго, потому что нахальный кот на это совершенно никак не прореагировал и даже умудрился подцепить лапой кулек с куском сыра.

Ринат нагнулся было, чтобы схватить кота за шкирку, но его отвлек противный пиликающий сигнал из динамика, обозначавший, что пришло новое сообщение по cкаю. Ромеро, воспользовавшись секундной задержкой, вцепился в кулек зубами и шмыгнул вон из кухни, едва не опрокинув миску с лежащим в ней со вчерашнего дня «Китикетом». Уже привыкший к выходкам питомца Ринат лишь чертыхнулся ему вслед, взял банку колы и пошел обратно к монитору.

«Через два часа все онлайн. Без исключений»

Сообщение пришло через общую рассылку всему клану. Значит, все-таки ТуФед заинтересовался открытым контрактом и хочет с ним завязаться. Либо убедиться, что делать этого не стоит.

10

Вместе они работали уже около двух лет. Кто-то пришел раньше, кто-то позже… на самом деле среди них уже давно не было деления на новичков и старую гвардию. Два года – вполне достаточный срок для того, чтобы стерлись различия в полтора-два месяца. Особенно в Сети.

Ринат был последним, кого приняли Тёмные Души. Когда-то его звали и в другие кланы, но в то время Ринат был уверен, что сможет работать один, независимо, рассчитывая только на самого себя. Прекрасное было желание, однако в последние годы реализовывать его стало все труднее и труднее – заказчики хотели, чтобы на них работали лучшие из лучших, а в одиночку трудно противостоять целому клану. Именно противостоять: нередки были ситуации, когда Ринат, принимая заказ на взлом, узнавал, что защитой сервера занимаются Сталкеры, безбашенные отморозки, которые вполне могли вычислить хакера-одиночку, а потом, в зависимости от настроения, либо напихать в комп Рината каких-нибудь модных вирусов, либо всадить пулю в голову прямо в подъезде.

Приходилось лавировать, юлить перед заказчиком и перед Сталкерами, делиться с Волками, тянуть время… все это сказывалось на репутации. И от Сталкеров, и от Волков поступали приглашения занять достойное место в их рядах, однако Ринат знал, чем придется платить за вхождение в такой клан, и вежливо отнекивался, мотивируя отказы тем, что собирается завязать. Он и вправду подумывал о том, чтобы завязать, пока не столкнулся с ТуФедом, а если быть точнее, сначала с Вормом.

WWWorm, Ворм, «червяк клана», двадцатилетний недоучившийся студент и фанат всего, что связано с мотоциклами, в один прекрасный день обнаружил, что его червь, запущенный на российский сервер «Сузуки», перестал отсылать ему внутреннюю информацию о предстоящих акциях и ивентах. Информацию не столь секретную, чтобы сожалеть, но дающую Ворму возможность «пылить» перед своими дружками-байкерами, рассказывая о том, что должно было появиться в свободном доступе как минимум через месяц.

Ворм влез на сервер, порылся в нем и понял, что виной всему не тупые программисты компании, а некий сторонний хакер, нанятый для разового тестирования защитных программ. Ворм повозился денек – и вычислил умельца, после чего представился и сообщил, что ловить здесь нечего и его, Ворма, червь будет работать, как и раньше, если хакер не хочет неприятностей.

Хакер, видимо, хотел неприятностей, потому что в ответ просто послал Ворма на три буквы, после чего попытался атаковать его компьютер.

Ворм тогда не знал, что атакует его пьяный вдупель Ринат, которому осточертело ложиться под каждый клан, в очередной раз терять и клиента, и заработок, и репутацию.

Ринат, в свою очередь, не знал, что с кланом Dark Souls связано много историй и слухов, что с ТуФедом, главой клана, считаются и Волки, и Сталкеры. В меру своих интересов, конечно, – но ведь считаются.

А еще Ринат не знал о том, что защиту на компе Ворма писал ТуФед, поэтому он и представить не мог изумление Ворма, увидевшего, как скрипт Рината уничтожил защитные программы его компьютера, отдав привилегии админа более удачливому пользователю.

Через несколько минут на помощь Ворму в сетевой бой влезла Лилу, а еще через полчаса – сам ТуФед.

К этому времени Ринат уже достаточно протрезвел, чтобы понять, что ему противостоит не какой-то одиночка. И когда ТуФед неожиданно предложил ему закончить поединок и обсудить все в реальности за кружкой пива, он сначала не поверил своим глазам.

Ринат согласился. Так он познакомился с дерзкой и вспыльчивой Лилу, флегматичным байкером Вормом, вечно что-то рассказывающим Илюхой, самоуверенным ловеласом со странным ником Тфяпгд, которого все звали просто Тяпой. А позже, через недельку, знакомство с кланом завершилось знакомством с молчаливой и грустной Кедой, жившей в Белоруссии, и которую Ринат почему-то всегда побаивался.

В списке его оффлайновых знакомств не оказалось лишь ТуФеда. Главу клана никто не видел в реале, и главное не это – а то, что случай с Ринатом был необычный. Обычно после подобных стычек клан крепко наказывал наглеца, а в этот раз ТуФед неожиданно пригласил недавнего противника в свои ряды.

Уже много позже Ринат вспомнил, как он получил заказ на «Сузуки», потом – свои прежние ощущения, когда ему казалось, что за ним кто-то постоянно следит, но следит мастерски, не оставляя следов в логах… вспомнил, скомпоновал все свои догадки и наблюдения, после чего отослал это ТуФеду. В ответ он получил знаменитое туфедовское «Эээ…», которое можно было понимать как угодно, – если эта фраза прозвучала, значит, больше информации по вопросу от ТуФеда не будет.

Клан DarkSouls, или Тёмные души, занимался тем же самым, что и Волки, Сталкеры и еще огромное множество кланов, обществ, ассоциаций и прочих объединений сетевого народа. Получали деньги за написание защитных систем, потом получали деньги за взлом этих же или сходных защитных систем, потом платили деньги за то, чтобы не получить срок, взятки, адвокаты, снова что-то писали и продавали…

В последнее время денег едва хватало, чтобы прокормить себя, одеться да обуться, поэтому члены клана вели и другой образ жизни – законопослушный, позволяющий заработать еще что-то.

За два года всякое случалось. Были крупные куши, позволявшие устраивать вечеринки в элитных клубах. Такие заказы прилетали в основном от корпораций, направленные против их коллег-конкурентов. Были проблемы, когда приходилось влезать в долги, чтобы откупиться от оперов Сетевой полиции.

Один раз денег не хватило. Точнее, деньги были, только информация о взломе почтового сервера попала почему-то сразу на стол Джета, начальника сетевиков, который люто ненавидел хакеров и не дал спустить дело на тормозах. Торик, один из членов Dark Souls, получил пятнадцать за сетевое первой степени. Его отправили в Райсу – и вытащить его из тюрьмы досрочно уже не представлялось никакой возможности.

Всяко бывало. И открытые контракты – не такое уж и редкое явление. Условия подобного договора просты – кто первый выполнит работу, тот и получит указанную сумму, уже переведённую на счёт гаранта. Своеобразный аукцион, где платят, тратя свое время и способности, все – а получает один.

Но открытый контракт на пять миллионов. И уже куча трупов и арестов.

Впрочем, трупы и аресты Рината не смущали. В конце концов все они уже несколько лет занимаются тем, что идут по узенькой тропинке, с одной стороны которой смерть, с другой – неволя. Надо только не оступиться.

Ринат был уверен, что долго размышлять над тем, браться клану за открытый контракт или нет, не придется. Мнение будет единогласным.

11

Спортивный костюм, кроссовки – одевшись, Ринат подошел к двери.

– Ромеро! – крикнул он. – Ромеро, гулять пойдешь?

На слово «гулять» кот реагировал так же, как и на открывающуюся дверь холодильника. Уже через секунду стоял возле хозяина – пару раз потерся спиной о ноги, а потом нетерпеливо мяукнул.

– Что, пришла весна? – пробурчал Ринат, открывая дверь. – Смотри, гад, кастрирую!

Последнюю фразу он бросил коту уже вдогонку, и Ромеро не обратил на нее никакого внимания. То ли он не знал, что такое кастрация, то ли знал, но понимал, что все эти угрозы не более чем пустой звук – только хвост мелькнул внизу лестничного пролета.

Захлопнув дверь, Ринат стал спускаться по лестнице вслед за котом. В отличие от питомца Ринат преследовал более обыденные цели – зайти в соседний магазин и купить чего-нибудь поесть, себе и наглому рыжему коту, который терпеть не мог кошачью еду и жрал только то, что употребляет его хозяин.

Солнце ослепило. Ринат прикрыл глаза, пожалев, что не взял темные очки. Когда он в последний раз видел дневной свет? Давно. Последнее время все его передвижения происходили вечером или скорее даже ночью.

Магазин в нескольких минутах ходьбы от дома. Купил минералки, сока, каких-то мясных консервов и колбасы, прихватил упаковку пива и побрел обратно домой.

Желание подышать свежим воздухом возникло уже перед самым подъездом. Ринат уселся на скамейку под раскидистым тополем, открыл бутылку пива, сделал несколько глотков.

Легкий прохладный ветерок обдувал лицо. Солнце еще не успело прогреть землю, и не было пока той ненавистной Ринату жары. Свежий воздух, бутылка холодного пива – как мало надо для того, чтобы почувствовать себя счастливым.

– Хорошая погодка, не правда ли?

В голосе звучал легкий, едва заметный прибалтийский акцент.

Ринат повернулся. Рядом с ним на лавочке сидел невесть откуда взявшийся щуплый старичок в старомодном костюме и мягкой фетровой шляпе.

Старичок вежливо приподнял шляпу и насмешливо произнес:

– Простите за беспокойство. Вероятно, я помешал вам размышлять о чем-то важном… но я хотел задать вам пару вопросов.

На сумасшедшего он никак не тянул – в глазах его светились веселые искорки и похож он был скорее на юмориста из телешоу, от которого в любой момент можно ожидать какой-нибудь хохмы.

– О чем? – довольно невежливо спросил Ринат. Старичок вроде бы смутился.

– Видите ли… я в некотором роде исследователь. Занимаюсь изучением Сети, ее влиянием на молодежь… ведь уже не секрет, что для большинства современной молодежи Сеть стала домом, работой, местом отдыха… можно сказать, даже семьей. Ты же хакер, верно?

Все слова, которые сказал старичок, произнесены были одним и тем же тоном – дружелюбным, вежливым… Даже переход на «ты» получился незаметным.

Только вот последний вопрос не в кассу.

Ринат, который как раз в этот момент делал глоток, чуть не поперхнулся. Глаза сразу же обежали весь безлюдный двор и только потом с подозрением уставились на старичка, который продолжал сидеть и смущенно улыбаться.

Назвать человека хакером – это не оскорбление. Это обвинение. Это хуже, чем обвинить в государственной измене. Много хуже. Потому что от измены отмазаться можно – достаточно лишь хорошего адвоката и берущего прокурора. Сетевое преступление – куда более серьезный проступок. У него нет срока давности, за каждым процессом хакеров наблюдает куча различных комитетов…

А еще есть Джет.

– С чего вы взяли, что я хакер? Вы ошибаетесь. – Ринат даже попробовал улыбнуться, но улыбка вышла какая-то задавленная.

– Не ошибаюсь, – старичок игриво и непринужденно отмахнулся. – Торик не стал бы работать с ламером, да и троянцев он писать толком не умеет. А ты умеешь.

– Какой Торик? – Ринат облизал губы, а пальцы автоматически перехватили поудобнее пивную бутылку.

«Он знает… про Торика… про взлом государственного сервера… А там если копнуть дальше…

Первая степень в группе. От пятнадцати до бесконечности. Без амнистии, без права переписки.

Валить. Валить отсюда. Даже домой не заходить. Все бросить и уходить. Такси. На вокзал. И на юг. Документы, блин! Хрен с ними, с документами. Или заскочить домой, документы, деньги, через крышу.

Кто этот старик, откуда он взялся? И чего он хочет? Как от него избавиться?»

Паника. Отчаянная паника, нарастающая с каждой секундой.

– Ты и у ТуФеда на хорошем счету, да? На прошлой неделе хорошо сработали, практически никаких следов… – Старичок подмигнул, и в это мгновение перед мысленным взором Рината промелькнули все его самые страшные кошмары.

Камера с сырыми бетонными стенами, улыбающееся лицо Джета, самолично колющему подозреваемому психотропы, Райса – безумная тюрьма, где сидят вперемешку психопаты, убийцы, насильники и хакеры…

А в следующее мгновение Ринат, размахнувшись, со всей силы ударил старика донышком бутылки. В голову, вырубить, и бежать.

Казалось, что ударил.

Бутылка замерла в нескольких сантиметрах от виска. Рука не двигалась – просто потому, что не могла двигаться, словно зажатая в тиски.

А старичок, не меняя позы и не делая ни единого движения, продолжал смотреть на Рината и мило улыбаться.

Остатки пива вытекли из горлышка и залили руку Рината. Он чувствовал липкую влагу, он чувствовал, как руку обдувает ветер, – но пошевелить рукой не мог.

– Молодец, резкий, – похвалил его старичок.

Его тон подействовал на Рината успокаивающе.

– Что вам нужно? – спросил он, пытаясь спасти руку из невидимого захвата. Он даже пальцы не мог разжать, чтобы выпустить бутылку.

– Поговорить. Можно на ты. Ты готов?

Вариантов особо не было. Ринат кивнул головой.

Старичок напрягся, стал смотреть на руку с бутылкой. Пару секунд ничего не происходило. Тогда старичок произнёс:

– Тень! Отпусти,

Невидимая сила, державшая руку, исчезла.

– Убери стекло, – посоветовал старичок. – И сиди смирно. Я еще пока плохо научился управлять этой штукой. А твой труп мне не нужен.

Ринат бросил бутылку в кусты. Осторожно спросил:

– Ты не сетевик? Не на Джета работаешь?

– Нет, – старик презрительно цыкнул языком. – К этому мудаку я не имею никакого отношения.

Последняя фраза слегка повеселила Рината. В той мере, в какой хорошее выражение может порадовать человека, попавшего в капкан.

– Ладно. О чём будем говорить?

– Сегодня утром ТуФед рассказал тебе про контракт на пять миллионов бит-долларов. Вы пока не знаете, о каком деле идет речь, и кто разместил заказ. Но вы знаете, что случилось с теми, кто попытался его выполнить. И у вас будет клановый сходняк, или совет, примерно через час. К этому времени ТуФед выяснит, что есть несколько гарантов оплаты, и что вам надо взломать клинику для душевнобольных, которая на самом деле является секретной лабораторией. И вы будете решать, браться вам за этот контракт, или ну его в бан.

Старичок замолчал, прикрыл глаза и глубоко вдохнул воздух, блаженно щурясь.

Он казался таким беспомощным…

И он знал, о чем они беседовали с ТуФедом сегодня утром. Он знал внутриклановый слэнг. Он вообще очень много знал.

– И что, нам стоит браться? – спросил Ринат. – Или ну в бан?

– Я дам тебе нужную информацию, – сказал старичок, не открывая глаз. – Очень нужную… Я даже дам тебе нечто более ценное. Я дам тебе несколько советов. Взамен я хочу получить немного.

– Долю от пяти миллионов? – предположил Ринат.

– Деньги мне не нужны. Всё, что получите от заказчика – ваше сполна.

– А кто заказчик? – спросил Ринат.

– Это тебе через… – старик посмотрел на часы, – …через час расскажет ТуФед, после чего ты поделишься со своими друзьями той информацией, которую дам тебе я. И убедишь их принять участие. Только не рассказывай им обо мне, придумай что-нибудь про собственные связи. Про обман я узнаю, а ссориться с тобой мне бы не хотелось.

– Что тебе нужно?

– То же, чего хочет ваш заказчик.

– И чего он хочет?

– Узнаешь, когда придёт время. – Старичок поморщился. – Ты нетерпелив. Необычная характеристика для хакера, как мне кажется. Ну да не важно.

Старик полез во внутренний карман пиджака и вытащил оттуда небольшой ди-диск.

– Здесь данные по серверу, которые тебе не сможет дать заказчик. Это поможет сэкономить время, что в нашем случае немаловажно. А теперь запомни – во-первых, сразу можешь оставить затею, которая позавчера взбрела в голову Энчу, – не стоит пытаться проникнуть на объект физически. Поверь, это невозможно и бесполезно. Даже для меня. Во-вторых, работать придется командой, но чем меньше человек, тем лучше. Не привлекайте людей со стороны, только свои и проверенные. И в-третьих: забудь о рациональности того, что происходит вокруг тебя. Верь тому, что ты видишь, а не тому, что ты знаешь. Понял?

Ринат протянул руку, взял диск, секунду смотрел на него, потом крутанул между пальцами – и диск куда-то исчез.

– Молодец, ловкий, – похвалил его старик. – Я найду тебя через пару дней, продолжим разговор. Тень, скрой.

На этот раз Ринату показалось, будто он что-то увидел. Словно некий прозрачный силуэт отделился от старика, раскинул широкие объятия и обхватил его. В следующее мгновение место рядом с Ринатом было пусто.

За спиной послышался шорох, парень развернулся – никого и ничего.

– Вы здесь? Эй!

Тишина была ему ответом.

Несколько минут он молча сидел на скамейке, затем поднял ладонь и пошевелил пальцами. В руке снова появился тот диск, что дал ему странный старик. Диск тоже был необычным – со всех сторон одинаково матовая поверхность, казалось, не отражала, а поглощала солнечные лучи. Повертев его в руке, парень спрятал в карман. После этого поднялся, взял пакет с продуктами и спокойно пошел к своему подъезду.

Но спокойствие было только внешним.

100

Он чем-то напоминал менеджера верхнего звена: крепкий, уверенный в себе мужчина лет тридцати пяти, в сшитом на заказ дорогом костюме, в очках с обычными стеклами и золотой оправой свободно сидел в удобном кожаном кресле, закинув ногу на ногу, и постукивал по столу стилусом от планшета. На лице его играла легкая улыбка, да и само лицо источало флюиды добра и приязни – а поэтому казалось совершенно непонятным, с чего бы это стоящий перед мужчиной человек в форме подполковника Сетевой полиции нервно сплетал из пальцев какие-то безумные узоры и беспрестанно облизывал пересохшие губы.

«Менеджера» в очках звали Джет – он уже несколько лет возглавлял Центральное отделение Сетевой полиции. И нервозность, одолевшая его подчиненного, хоть и не вязалась с добродушным выражением лица Джета, но была вполне оправданна.

– Ты хорошо поработал, Борис. Очень хорошо. – Джет улыбнулся, и подполковник несмело улыбнулся в ответ. – Даже слишком.

Хозяин кабинета крутнулся на кресле и встал с места, направляясь к окну. Борис переступил с ноги на ногу и продолжал настороженно следить за своим шефом.

– Давно мы не щучили этих ублюдков, да?

– Да, – попытался сказать Борис, но из его рта вырвался лишь какой-то хриплый клекот.

Джет остановился возле окна и посмотрел вниз с пятидесятиметровой высоты, постукивая стилусом о подоконник.

Крупные точки – машины. Точки чуть поменьше – люди. Все куда-то спешили, сновали, суетились.

Город жил своей жизнью, и ему по большому счету было наплевать на то, что происходило здесь, на восемнадцатом этаже Управления сетевой безопасности, в кабинете начальника Центрального отделения.

– Я изучил твоё личное дело. Мне нравится твой подход, – произнес Джет, глядя вниз. – Вчерашний случай тому лучшее подтверждение. Я хотел бы, чтобы ты перешел в центральный офис. И возглавил управление международного кибертерроризма. Что скажешь?

Казалось, Борис ожидал чего угодно, но только не этого. Он открыл рот, издал какой-то невнятный звук и оторопело замолчал.

– Что ты говоришь? – Джет даже не повернулся в его сторону.

– Я… это так неожиданно, командор Джет.

– Ты хочешь работать лично со мной?

– Да, конечно! – воскликнул Борис и тут же, словно одернув себя за несдержанность, спокойнее добавил: – Для меня это большая честь, командор Джет.

– Ну что ты… это для всех нас большая честь, Борис. Ты ведь один из лучших наших силовиков. Опыт работы оперативником. Опыт работы руководителем.

Некоторые точки двигались медленно, некоторые быстро, какие-то замедляли движение и останавливались, какие-то, наоборот, стояли-стояли – и вдруг приходили в движение… Все было таким мутным и нереальным, что хотелось подкрутить невидимое колесико и сфокусировать изображение.

Джет расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и вытащил небольшой пузырек, прикрепленный к тонкой золотой цепочке. Открутил крышку и насыпал на тыльную сторону руки небольшую горку белого порошка.

Мир приобрел совершенно другие краски. Казалось, теперь отсюда, с расстояния в пятьдесят метров, стали четче видны детали каждой точки, каждой фигурки, двигающейся внизу.

– Тебя не смущает? – поинтересовался Джет, подняв руку со следами порошка. И наблюдая за синей машиной, кажется, спортивной «хондой».

– Нет, командор. У каждого есть свои слабости, и у меня нет права судить вас.

– Да, ты верно заметил, – произнес Джет. – У каждого свои слабости… лишь бы они не мешали делу, так, Борис?

– Так точно, командор, – отчеканил Борис.

«Хонда» скрылась за поворотом, и теперь объектом наблюдения стал белый «ниссан» с небольшой вмятиной на боку, за рулем которого сидела молодая длинноногая блондинка.

– Скажи мне, Борис. Когда ты шёл сюда, ты же не знал, что я предложу тебе перевод. Что ты думал, для чего я вызвал тебя?

Борис смутился. Повисла пауза.

– Сказать по правде, командор, я думал, что получу выговор за то, что вовремя не сдал рапорт в аналитический отдел. Знаю, есть приказ для всех ведомств, сдавать рапорты сразу…

– Я издал этот приказ. – напомнил Джет. – Полгода назад.

– Виноват. Я задержался на час, потому что встретил одну знакомую, которую давно не видел. Поговорили, выпили кофе … Такого больше не повторится, командор.

– Да, да, конечно… я понимаю. – Джет проследил за «ниссаном» и перевел взгляд на мальчика с пуделем, стоящего на автобусной остановке. – Мой приказ считают формальностью, и пишут рапорты задним числом. Кому-то лень сразу составить рапорт. А кто-то забывает. Мало кто в отделах исполняет мой приказ. А он для того, чтобы выявить фальсификаторов. Тех, кому нужно время, чтобы состыковать детали. И потом составить безупречный, но лживый рапорт.

И пудель, и мальчик беспрестанно вертели головами, а пудель еще и вилял хвостом. На ошейнике пса была какая-то гравировка, но надо было очень внимательно присмотреться, чтобы прочесть ее.

Глюки вперемешку с фантазиями. И ведь он знал это. Знал, что не видит ни гравировки, ни пуделя, ни вмятины на «ниссане», да и «ниссан» ли это?

И все же так хотелось прочитать надпись на ошейнике.

– Твоя знакомая рассказала тебе о том, чем занимается она, ты рассказал ей, чем занимаешься ты… а потом твоя знакомая назвала тебе пин-код от анонимного счета, на который некий Энч перевел некую сумму. Интересно, за что? Неужели за то, что во время задержания был убит один из Волков? Именно тот, с которого можно было слить какую-нибудь информацию, а не те лохи, которых приняли в клан как шестерок и пушечное мясо. Нет, я так не думаю, Борис. Не будет же Энч платить за гибель своих людей? А ты что думаешь?

Борис бросился на Джета, видя лишь его спину и окно. Окно восемнадцатого этажа.

Борис только начал движение, а Джет уже шагнул в сторону, приседая на одну ногу и выбрасывая ему навстречу сжатый кулак со стилусом между пальцев. Удар в живот заставил Бориса согнуться, а Джет уже обхватил его ноги и резко выпрямился, толкая тело продажного полицейского в сторону окна.

Звон стекла – Борис успел схватиться руками за подоконник, но Джет уже перекинул его ноги и с силой швырнул его тело вперед.

Руки Бориса соскользнули, цепляясь за торчащие осколки разбитого стекла и оставляя на них кровавые следы. Несколько секунд был слышен его крик, потом глухой, еле различимый удар тела о мостовую – и тишина.

Джет перегнулся через подоконник и посмотрел вниз.

Центр города, очень людно – казалось даже странным, что Борис упал на землю, а не на кого-нибудь. Проходя мимо трупа, превратившегося просто в неподвижную точку, другие точки на короткое время замедляли шаг, но не останавливались, а продолжали идти дальше.

Возле здания РУСБ редко кто задерживался по своей воле. Даже если происходило нечто подобное.

Джет подошел к столу и надавил на кнопку интеркома.

– Мэйс!

– Да, командор, – раздался в динамике голос адъютанта.

– Вызови к обеду стекольщика в мой кабинет. Найди мне стилус для планшета. И срочно собери все материалы по перестрелкам в «Сталкере» и в Виннице. И всё, что есть на Волков и Сталкеров, тоже собери.

– Так точно, сделаю.

Джет отключил интерком и улыбнулся. Мягко и совсем не зло.

101

Клан без колебаний и единогласно решил принять условия открытого контракта. Были некоторые сомнения в платежеспособности заказчика. Однако ТуФед заявил, что оплата заказа уже на счетах гарантов, и они своё получат. Раз ТуФед сказал, значит, так и будет. Глава клана знал, как вести подобные расчеты, а в подробности никто не вдавался.

Ещё глава смог раздобыть информацию о заказчике. Некая компания «Лоу компьютерc», зарегистрированная аж в штате Алабама, готова была отвалить пять миллионов долларов тому, кто предоставит ей админский доступ к серверу психиатрической клиники. Компании не нужна была информация с сервера, не нужно было его уничтожение – только админский, или, как еще говорят, рутовый доступ.

ТуФед пробил информацию и по клинике – психиатрическая лечебница, в которую за последние несколько лет не поступало ни одного пациента. Клиника имела свой сайт, который примерно раз в месяц обновлялся, если это можно так назвать, – на нем выкладывались какие-то подборки статей из различных медицинских журналов, исторические справки и прочая совершенно бесполезная ерунда. Ничего особенного ТуФед не заметил – и об этом он сообщил своим соклановцам. Скорее всего, через сайт на сервер не зайти, надо искать другие пути, например попасть кому-то туда физически.

А потом Ринат выложил на приватку информацию с диска старика.

Оказалось, что сервер, на котором среди прочего находится и сайт клиники, пользуется услугами нескольких провайдеров – точнее, пяти. Странно, конечно, – зачем практически не работающему серверу нужно больше каналов связи, чем Центральному отделению РУСБ или Майкрософту. Словно хозяин сервера панически боится, что хоть на секунду его «сверхпопулярный» ресурс будет недоступен пользователям.

Еще одна странность: в списках всех без исключения провайдеров сервер клиники отсутствовал. Не был нигде зарегистрирован.

Следующим сюрпризом с диска были сведения о почтовом ящике, о котором на сайте не было никакого упоминания. Ящик находился на сервере и, судя по всему, использовался программно.

И самое главное – на диске была информация об операционной системе, установленной на сервере больницы. Довольно редкая операционка, созданная на основе BeOS. Взломать ее не так просто, как стандарт под линуксом, но ведь невозможного нет.

«Откуда это?»– отбил ТуФед.

Ринат усмехнулся – он уже знал, как ответит на этот вопрос.

«Ээээ…» – отстучал он в общий чат и, довольный, откинулся на спинку стула.

Своеобразный маленький триумф.

Несколько человек сразу отослали радостные эмодзи. Редко когда удается поддеть ТуФеда его же оружием.

Ринат только потянулся к клавиатуре, как ТуФед прислал новое сообщение.

«Ринат, на тебе ящик, делай т».

Ринат хмыкнул. У него была парочка вирусов-троянцев специально для почтовых ящиков, открывающихся программно. Он называл их проводниками: эти вирусы не заражали компьютер, а действовали лишь на защитные программы почтовых ящиков, меняя коды таким образом, чтобы резиденты, прикрепленные к письму, смогли без помех прописаться в памяти компьютера. Троянцы были эффективны и, что самое главное, нигде не использовались.

Ну, или почти нигде…

Вспомнив о Торике, Ринат помрачнел. Следы троянцев при том взломе, как он считал, были уничтожены. В принципе их практически и не применяли. Но старик, чертов старик с какой-то хренью, которую он называл Тенью, упомянул о троянцах в разговоре, дав понять, что он в курсе того, как на самом деле был осуществлен взлом.

«У меня же есть два» – простучал Ринат.

За неделю до того злополучного взлома с Ториком, Ринат давал потестить троянцев ТуФеду, и глава клана остался ими доволен.

Теперь…

«Юзаные не годятся. Нужен новый. С новым кодом».

Ринат пожал плечами. Нужен так нужен.

«Ворм, Лилу, Тяпа – червь. Исходники мне».

«Я не буду с Тяпой работать! – отозвалась Лилу и добавила: – Он опять будет приставать».

«А ты не поддавайся» – бросил на приватку Тяпа.

Любой серьезный разговор на приватке так или иначе сводился к флуду – пустой болтовне. Это был своеобразный рок клана. Неважно, решены основные вопросы или нет – в какой-то момент кто-нибудь из соклановцев отпускал шутку, на неё отвечали… и дальше флуд уже приобретал свойства снежного кома. Зачинщиком мог быть кто угодно – кроме ТуФеда. Ринат даже поинтересовался как-то у Ворма, почему глава так себя ведет. Ворм пожал плечами, ответил что-то про большой объем работы.

Сейчас они тоже флудили, развивая шутки, пока не выдохнутся. А Ринат, глядя на переписку, представлял старика, который, скорее всего, взломал скай, и тоже читает весь этот спам.

Ему очень хотелось рассказать кому-нибудь из соклановцев об увиденном сегодня старике с Тенью. Только вот как?

110

Большое двухэтажное здание в центре города с горделивой надписью над входом не было тем самым знаменитым клубом «Сталкер». Вернее, было, но лишь частично. Настоящий клуб находился в пристройке сразу за двухэтажным сооружением, попасть в него можно было, только пройдя через оба этажа. Зайти внутрь мог только тот, кто принадлежал к клану и носил на запястье или предплечье татуировку с изображением зеленоглазого лица – герб Сталкеров.

Гербы были у каждого уважающего себя клана. Вензельные буквы, чьи-то лица, древние символы – их наносили татуировками на кожу, распыляли краской из баллончиков на стенах, оставляли небольшими аватарами на взломанных сайтах… Эта традиция уходила корнями куда-то в конец XX века, когда целью взлома было не обогащение, а обычное хулиганство, когда правительства многих стран сквозь пальцы смотрели на выкрутасы программистов-неформалов, а Сетевой полиции не было и в помине.

Сталкеры считались одним из самых сильных кланов не только в России. Не знающий границ хакерский мир признавал это имя чуть ли не в любой точке земного шара, и иногда для того, чтобы «разрулить» какой-либо конфликт, вполне хватало информации о том, что за одной из конфликтующих сторон стоит Алекс Спан или его подельники.

Ходили слухи, что Сталкеры работают с несколькими мафиозными группировками, что у них большие связи в Сетевой полиции, что у них есть свой боевой отдел, занимающийся исключительно физическим устранением соперников. Даже в самом клане не все знали, есть ли у этих слухов основания или нет. Во всяком случае, в России, да и в ближнем зарубежье мало кто рисковал становиться у Сталкеров на пути.

Разве что Волки, про которых ходили точно такие же слухи.

Трения и тёрки между двумя кланами длились уже давно – борьба за лидерство на виртуальном рынке сделала их врагами, и поэтому, несмотря на внешнюю сдержанность, представители обеих группировок при каждом удобном случае ставили друг другу палки в колеса. Выражалось это не только в подставах полицейским, подбрасывании вирусов или перебивании заказов – бывали случаи, когда стычки заканчивались перестрелками.

И все же, несмотря на взаимную неприязнь, оба клана умели находить общий язык, когда наступали общие трудности. В свое время они объединяли свои силы для того, чтобы противостоять Вентру – влиятельной ассоциации хакеров из Северо-Западной Европы, решившей установить в Сети свои правила. Позже Волкам и Сталкерам снова пришлось забыть свои распри, когда в 2018 году Джет устроил знаменитую Чистку, в результате которой произошли массовые аресты сетевых преступников по всему миру. Именно в этом году Сетевая полиция, находившаяся под юрисдикцией Интерпола, стала самостоятельной международной организацией, именно в тот год Джету удалось убедить весь мир в том, что ответственность за сетевые преступления должна быть максимально строгой, именно тогда в Сети впервые заговорили о новом клане, который возглавлял невидимый ТуФед.

Сейчас Сталкеры и Волки снова пытались объединиться. Причиной тому был открытый контракт на пять миллионов долларов. По всему миру прокатилась волна странных смертей и арестов тех, кто связался с контрактом. Оба клана тоже понесли небольшие потери, но куш в пять миллионов бит-долларов, обеспеченных биткойном, не давал покоя как главам кланов, так и их ближайшим помощникам.

В своём клубе, в окружении близких, Алекс Спан размышлял над последним разговором с Энчем, который предложил «объединиться и выпотрошить этот сервак хотя бы для того, чтобы повысить авторитет».

На словах все звучало красиво: Энч справедливо предлагал поделить деньги пополам, клялся, что лично будет участвовать в деле и привлечет своих лучших программеров – в общем, все должно было пройти нормально. Но Спан понимал: свяжись с Энчем – и придется в любой момент ждать удара в спину. Друзей нет, есть только временные партнеры, которых при любом удобном случае надо жрать, чтобы самому не подохнуть с голоду.

Больше всего смущало Спана то, что эта проклятая клиника находилась под боком у Энча. А так как это дело с самого начала нервировало Спана, значит, не исключено, что все это очередная хитрость Волков, решивших таким образом ликвидировать хотя бы часть своих конкурентов.

Опять же, напели недавно, что у Энча был разговор с Джетом – о чем, правда, неизвестно, потому как защита у сетевиков хорошая, но ведь не рассказал Энч про это своему «партнеру» Спану, умолчал.

Обо всем этом размышлял глава Сталкеров, когда в зал влетел один из охранников клуба и торопливо подбежал к его столу.

Спан поднял глаза:

– Что?

Охранник смущенно кашлянул, а потом нагнулся и прошептал что-то Спану на ухо.

Ни один мускул не дрогнул на лице главы – он лишь поставил на стол бокал с коктейлем и спросил:

– Он один?

– Поднялся один, но у клуба стоят две их тачки.

Спан покачал головой, несколько секунд о чем-то поразмышлял, потом произнес:

– Веди его.

Охранник торопливо удалился.

– Кто пришел? – спросил Спана один из сталкеров.

– Сейчас увидите – криво усмехнулся Спан.

Через несколько минут в VIP-секторе, а точнее, в зале настоящего клуба «Сталкер» появился человек в очках, одетый в потертые джинсы и темную водолазку. Он замер возле входа, осматривая зал, а затем уверенным шагом направился к столику, за которым сидели Спан и его друзья.

– Первый раз здесь? – слегка насмешливо поинтересовался Спан, когда человек приблизился и остановился возле столика.

– Всегда что-то приходится делать впервые. – произнес Джет.

– Пришёл кого-то задержать? Допросить?

Несколько человек, сидящих рядом с ним, при этих словах зашевелились, кто-то сунул руку за пазуху, кто-то просто откинул полу своей куртки, демонстрируя начальнику Сетевой полиции торчащее из-за пояса оружие.

– Пока просто поговорить, – мягко улыбнулся Джет. – Прогони своих шестерок, разговор с глазу на глаз.

– Псина, ты кого шестеркой назвал? – Один из Сталкеров поднялся с места и открыто положил руку на рукоятку пистолета.

Джет снова улыбнулся, но отвечать на вопрос не стал.

– Сядь, Транк, – буркнул Спан. – Не стоит убивать гостей в первые пять минут. Где твой этикет?

Транк с ненавистью посмотрел на полицейского и пробурчал:

– Пять минут я подожду.

– Спан, я пришел не словами пихаться друг в друга, – сказал Джет. – У нас состоится разговор?

– Джет, ты же понимаешь, что весь наш разговор я все равно передам своим друзьям? – Спан подмигнул Сталкерам, те заулыбались в ответ.

– Можешь считать это моим капризом, – произнес Джет. – Заметь, я пришел с миром, пришел один.

– Возле входа стоят две машины сетевиков, – зло бросил Транк. – Так что, мусор, не неси пургу о том, какой ты миролюбивый.

Джет снял очки, подышал на одно стекло, протер его и водрузил очки на место, после чего дружелюбно посмотрел на боевика.

– Транк, а ты не думал о том, что возле входа могло стоять двадцать машин? Не думал о том, что я мог бы за час разнести в щепки весь ваш гадюшник?

– Да ты… – Транк снова стал подниматься с места.

– Хватит! – оборвал его Спан. – Оставьте нас!

Спорить с главой никто не осмелился. Все молча поднялись с мест и удалились. Последним от стола уходил Транк – поравнявшись с Джетом, он намеренно зацепил полицейского плечом.

От Джета не укрылось то, как напрягся Спан, заметив этот толчок, однако сам сетевик ничего предпринимать не стал – только повернулся и произнес в спину Транка:

– Мы еще обязательно увидимся.

Когда все Сталкеры отошли на приличное расстояние, Спан жестом предложил Джету присесть.

– Транк не слишком жалует полицейских, – произнес глава Сталкеров. – Натерпелся от них в свое время.

– Интерпол подозревает его в совершении нескольких убийств, – кивнул головой Джет. – Думаю, небезосновательно, да?

Спан откинулся на мягкую спинку дивана, раскинув руки и развалившись. Ему нравилось чувствовать себя хозяином положения в компании с одним из злейших своих врагов, хотя, что скрывать, он чертовски сильно волновался.

– Ты смелый, Джет, – произнес Спан. – Рискнул прийти сюда вот так, один. Зачем?

– Два дня назад кто-то пострелял твоих людей, – сказал Джет. – Здесь, в твоем доме. Ты выяснил, кто?

Спан деланно зевнул.

– Лохи какие-то залетные. Мы сообщили о происшествии твоим коллегам. Ведется расследование, правда, нас в детали не посвящают.

– Да, да, конечно. – сетевик понимающе кивнул головой. – Жаль. Я думал узнать у тебя что-то новое, чего не знает полиция.

– Да ты что, Джет! – искренне возмутился Спан. – Мы же законопослушные граждане. Мы помогаем следствию как можем и предоставляем любую информацию, которой владеем.

Джет поднялся с места:

– Я так и думал. Что ж, счастливо оставаться.

Спан, казалось, растерялся. Он с удивлением посмотрел на Джета.

– Это все, о чем ты хотел поговорить?

– Да. – Джет кивнул головой. – Удачи тебе.

– Удачи и тебе, – озадаченно пробормотал Спан, глядя в спину Джета.

Когда сетевик удалился уже на несколько метров, Спан окликнул его:

– Эй, Джет!

Джет остановился, но поворачиваться не стал.

– О чем ты говорил с Энчем?

Теперь полицейский повернулся.

– Ты не поверишь, Спан. У нас была долгая беседа, в конце которой мы сошлись на одном.

– Да? – Спан поднялся и подошел к Джету. – И на чём же?

– Согласились, что хоть ты и лох, но у тебя еще есть шанс, – широко улыбаясь, произнес Джет.

Лицо Спана дернулось. Он криво улыбнулся, глядя на жизнерадостное лицо полицейского, хмыкнул.

– Есть шанс, да? – переспросил Спан.

– Есть. – Джет кивнул головой.

– Но я лох.

– Лох! – радостно подтвердил сетевик.

Спан облизал губы, а затем неожиданно засмеялся.

– Энч – хитрая скотина, – сказал он сквозь смех.

– Хитрая, – согласился Джет, тоже усмехнувшись. – Мы все в некотором роде хитрые.

– Кажется, наш разговор продолжится, а, Джет? – Спан посмотрел в сторону столика.

– Мне тоже так кажется, Спан, – произнес полицейский и первым шагнул обратно. – Нехорошо ведь, когда гибнут люди, а по Сети гуляют странные открытые контракты, верно?

– Нехорошо, – подтвердил Спан и поднял руку, подзывая официанта. – Эй! Принеси нам что-нибудь выпить!

111

– Я чего-то не пойму тебя, братан… – Бритоголовый здоровяк с наколкой на запястье, свидетельствующей о том, что ее обладатель провел некоторое время в Райсе, мрачно смотрел на свою полную в физическом смысле противоположность. – Слухи ходят, что ты с мусорами спутался, своих людей сдаешь, какие-то темы пытаешься провернуть втихаря… Ты в курсе, что у партнёров к тебе вопросы?

«Полная противоположность» – невысокий худой парень лет двадцати пяти с длинными волосами, – казалось, совершенно не слушал собеседника, поглощенный примитивной флэш-игрой на компьютере. Пальцы сноровисто бегали по клавиатуре, рука дергала мышку… С первого взгляда можно было подумать, что он вообще не замечает ничего вокруг.

Однако здоровяк знал, что это не так и парень прекрасно все слышит, а парень, в свою очередь, знал о том, что знал здоровяк. Это просто было нечто вроде игры.

Шарик упал на полочку, повинуясь команде геймера, сразу же покатился вправо и сбил кубик. В колонках компьютера заиграла торжественная музыка, сообщавшая о том, что игрок только что получил некоторое количество очков.

– Имеешь что-то сказать, Энч? – спросил здоровяк.

– Бред, – ответил Энч, не отрываясь от игры.

– Что бред?

– Все бред, – отрезал Энч. – Своих людей мусорам я не сдавал, эти идиоты сами спалились. Мой человек из полиции лишь постарался, чтобы Джет не узнал ничего лишнего. Семье погибшего выплачена компенсация, в дальнейшем они ни в чем не будут…

– Ты мне дуру не гони, Энч! – обозлился здоровяк. – Что за тема на пять лимонов хороших денег? Каким боком тут Джет замешан?

Энч оторвался от игры и повернулся к здоровяку. Посмотрел на него и медленно произнес:

– Я на общее уделяю регулярно. Мои темы – это мои темы. Мартын, я же не лезу в дела братвы. Какого вы свои носы ко мне суете? Что, войны хотите? По замесам соскучились? Давайте, только вывезете ли?

Угроза в его голосе звучала очень уверенно. Мартын на секунду смешался, и Энч, заметил его колебания.

– Вы на зонах рулите, поэтому ссориться никто с вами не хочет. Просто ведите себя на воле нормально.

– По понятиям… – начал Мартын.

– Ты меня понятиям не учи! – скривился Энч. – Ты эту залипуху будешь ауешным малолеткам втирать. У меня одно понятие – моя семья, мой клан, мои люди. Если ради них надо с мусорами договариваться – я буду договариваться, а если ради них надо будет Джету глотку перегрызть – я перегрызу. Я любому глотку перегрызу, кто на пути у моей семьи встанет, ясно? И не надо учить меня понятиям, я тоже могу вспомнить, кто и когда с кем работал!

Глаза Энча полыхнули яростным огнем.

Мартын примирительно поднял обе руки:

– Всё, братан, проехали. Просто неспокойно сейчас как-то… люди шепчут про какую-то тему в Сети, клиника ещё эта… я слышал, там четверых твоих людей положили?

– Что ты еще слышал? – поинтересовался Энч.

– Что клиника та на самом деле не психушка, а институт какой-то закрытый, – сказал Мартын. – Что рулят там комитетчики, что все, кто в эту тему влезть пытается, либо на принималово, либо на мочилово нарываются. А у кого из знакомых чекистов спрашиваю, все пальцами наверх тыкают и руками разводят. Так что за тема, Энч? Я же не просто так, мы помочь можем.

Энч подошел к Мартыну и дружески обнял его за плечи.

– Ты, дружище, езжай сейчас домой, выспись хорошенько, потом возьми девочку…

– Слышь, Энч… – начал Мартын.

– Только не лезь в мои дела. Я ценю желание братвы помочь Волкам, поэтому, как только понадобится ваша помощь, я обязательно обращусь к вам. Договорились?

Мартын высвободился из объятий, поднялся с места и, горой возвышаясь над Энчем, несколько секунд мрачно смотрел на него. Потом, ни слова не говоря, развернулся и вышел из комнаты.

Колыхнулась тяжелая портьера в углу, и из-за нее появилась обнаженная девушка, держащая в руке пистолет с глушителем.

– Убрать? – холодно спросила она.

– Не надо, – буркнул Энч. – Пригодится ещё.

– Как знаешь. – Девушка пожала плечами, прошла к компьютеру и уселась перед ним. Отложила пистолет в сторону и положила руки на клавиатуру.

Энч посмотрел ей в спину, на татуировку на левом плече. Голова белого волка, держащего в зубах кинжал.

Боевой отдел Волков. Инга была среди первых, кто вступил в этот отдел. Давно это было – лет шесть или семь назад. Волки тогда работали под крышей местных бандитов, полностью зависели от них, и Энч только-только начинал разрабатывать планы, с помощью которых его клан должен был занять подобающее место в реальности.

Сколько крови тогда пролилось… сначала одна группировка, потом другая, потом третья… Да, были времена, когда хакеров считали чем-то вроде обычного инструмента, который должен был работать на своего хозяина.

Энч был одним из первых, кто создал из кучки талантливых программистов целую организацию со своим боевым отделом, организацию, которую заметили и братва, и полиция. Из-за таких, как Энч, Спан, ТуФед, и появилась Международная сетевая полиция, чьей целью была исключительно борьба с сетевыми преступлениями. В итоге произошло разделение – братва рулила на зоне, хакеры рулили в Сети, а в обычной жизни они сохраняли нейтралитет, изредка перестреливаясь, изредка объединяясь. Все шло своим чередом, но сейчас…

Энч доверял своему чутью, оно ни разу еще не подводило его – а сейчас чувствовал, что происходит что-то не то. Не то, не так… и что злило больше всего – он никак не мог понять, что же происходит. Единственное, в чем Энч не сомневался, – что все его опасения каким-то образом связаны с этой проклятой клиникой и чертовым контрактом. Более того – был уверен, это дело коснется не только Волков и даже не только хакеров. Поэтому он почти не удивился, когда на него вышел Джет, предоставив для видеосвязи свой личный канал, и почти не колебался, когда Джет предложил ему «на время поработать вместе».

Энч даже не обиделся, когда с неизменной и раздражающе доброй улыбкой Джет сообщил, что Борис выпал из окна, раскаявшись в своем предательстве. Принял это как должное. Что ж, когда-то это должно было случиться. В конце концов Борис не первый и, слава богу, не последний купленный сетевик.

Джет поделился с Энчем своей версией происходящего. Точнее, даже не делился – просто изложил все факты, которые ему удалось собрать. Картина получалась нерадостная.

Некто разместил в Сети открытый контракт, положив настолько крупную сумму, что предложение сразу же привлекло внимание лучших хакеров мира. Великобритания, Китай, Франция, Россия, США… За несколько дней в сорока шести странах мира хакеры попытались выполнить этот контракт – в результате часть была арестована, часть убита и лишь некоторым счастливчикам удалось скрыться. Джет беседовал с одним из арестованных, и тот признался, что все их потуги оказались тщетными – взломать сервер злополучной клиники не представлялось возможным.

Как только какая-нибудь группа приступала к атаке сервера, информация о взломе поступала на пульт местного отделения Сетевой полиции. Если же у группы были какие-то сложности с конкурирующими группировками, то вместо Сетевой полиции информация о местонахождении группы отправлялась конкурентам, а иногда кто-то просто оплачивал заказное убийство тем из киллеров, кто оставляет свои координаты в Сети.

Создавалось впечатление, что тот, кто выложил открытый контракт, хочет извести хакеров, и поначалу Джет считал, что американская фирма «Лоу компьютерc», штаб-квартира которой находится в несуществующем английском городишке, и есть тот самый «кто-то».

Но зачем?

Изначально у Джета было несколько предположений. Первое он отмел с ходу – государство или государства не смогли бы организовать такую операцию без помощи Сетевой полиции, которая уже не один год занималась только сетевыми преступлениями и имела огромный опыт работы и внушительную базу данных по хакерам всего мира. Но сетевикам про этот контракт ничего не было известно. Второе предположение больше походило на правду – некая мощная группировка таким образом избавляется от конкурентов. Ее возможности, судя по всему, были грандиозными, раз за такой короткий срок было отслежено и уничтожено столько соперников. Но вот что непонятно – по идее, у этой группировки есть люди везде, причем программисты очень опытные и даже талантливые. Пять-десять хакеров не смогут провернуть такую операцию, а собрать человек пятьдесят талантов не так уж и легко, а тем паче – невозможно это сделать незаметно.

И еще Джет рассказал о том, как он попытался получить информацию о таинственной клинике. Получить, как он сказал, на очень высоком уровне. Он сумел выяснить, что это секретный объект, где проводятся закрытые исследования, отвечающие Женевской конвенции, и сетевикам здесь делать нечего.

И всё.

Когда Джет попытался объяснить чиновникам в правительстве, что происходит, его даже не стали слушать, сказав что-то вроде: «Это не в вашей компетенции». Объект курировала госбезопасность, однако про этот совместный проект не слышал ни один из знакомых комитетчиков Джета.

Попасть внутрь объекта реально было невозможно, внешней охране, состоящей из живых людей и жившей на территории «клиники», категорически запрещено было общаться с посторонними. Единственный шанс проникнуть в клинику – виртуальный доступ. Но… до сегодняшнего дня все попытки заканчивались для хакеров плачевно.

«Если вас кто-то уничтожает, то я хотя бы должен знать, кто и зачем это делает, – сказал Джет в приватной беседе. – Не скрою, мне нравится настоящее, но меня тревожит будущее, а я не хочу, чтобы меня что-то тревожило. Поэтому на то время, которое вам всем понадобится, я вас прикрою. Но запомни, Энч, это только на время, пока вы не докопаетесь до истины».

Энча и самого не радовала перспектива находиться под опекой сумасшедшего борцуна с хакерами. Но он понимал, что прикрытие Джета может очень помочь им.

Энч никому, даже себе, не признавался в одном чувстве, которое не покидало его с того момента, как Волки узнали об этом открытом контракте. Он боялся..

– Инга! – хриплым голосом позвал он девушку. Инга повернулась и посмотрела на него.

– Подойди сюда, – произнес Энч. – Сядь рядом.

Девушка подчинилась приказу: ничуть не смущаясь своей наготы, подошла к Энчу, остановилась перед ним, но садиться не стала.

Нервы, нервы… надо выпустить пар, отвлечься.

Резким рывком Энч сдернул майку, схватился за ремень… Через несколько мгновений два обнаженных тела сплелись в объятиях.

1000

– Я говорю тебе правду! Он вообще не пошевелился, когда я бил его бутылкой. Ни до удара, ни после. А рука застряла в воздухе.

В зале громко играла музыка. Ринат, чтобы не кричать, перегнулся через весь стол, так что лицо его оказалось прямо перед глубоким вырезом кофточки Лилу. Обычно это чертовски мешало не только думать, но даже и говорить, однако сейчас Ринат был возбужден отнюдь не прелестями декольте.

– Мою руку держало что-то невидимое. Старик назвал это Тенью!

Лилу пожала плечами. Она вообще слушала рассказ Рината вполуха, параллельно прислушиваясь к играющей музыке и качая в такт головой.

На сцене бесновался диджей, беспрестанно меняя пластинки и чередуя эту работу с употреблением кокаина. Две молодые – лет двенадцать-тринадцать – девчонки-фанатки влезли на сцену и бросились было к нему, но были схвачены охранниками. Под восторженный рев толпы их раздели и вышвырнули обратно на танцпол. Следом полетела порванная одежда.

Ринат не любил заведений подобного типа, где какой-нибудь обдолбавшийся придурок вполне мог выхватить автомат и начать «мочить инопланетян», где после каждой вечеринки охрана, словно мусор, собирала и выбрасывала на улицу тела ничего не соображающих подростков, а на каждые десять посетителей приходился как минимум один, работающий на полицию. Среди таких легче всего завербовать стукача – сцапать за наркоту или за растление малолеток, избить и поставить перед фактом: либо стучишь, либо сидишь. А Лилу была уверена, что он просто утрирует и смотреть на это надо гораздо проще.

Что ж, может быть, Ринат действительно преувеличивал.

Они сидели на втором ярусе, танцпол был практически у них под ногами, и Лилу, глядя на извивающихся внизу людей, сама потихоньку двигалась, пританцовывая на месте. По правде сказать, Рината злила ее беспечность вкупе с нежеланием выслушать его рассказ и поверить ему.

– Потом он отдал команду, и Тень полностью скрыла его. Он стал невидимым.

– А ты с Илюхой перед этим не встречался? – поинтересовалась Лилу.

– Таня! – от волнения Ринат назвал Лилу реальным именем. – Я не придумал ничего. Этот старик и дал мне всю информацию об операционке на сервере.

– Ты ТуФеду говорил? – спросила Лилу.

– Нет, – ответил Ринат. – Мне кажется, старик следит за мной. Во всяком случае, в Сети. Возможно, он скай взломал. Не смотри на меня так, я не параноик.

– Он сказал, чего хочет?

– Сказал, что свяжется со мной через пару дней. Говорит, хочет того же самого, что и заказчик.

– Доступ на сервер?

– Деньги ему не нужны.

– С такой Тенью можно было бы запросто войти в серверную. – заметила Лилу.

– Он сказал, что не сможет попасть в клинику – и никто не сможет туда попасть оффлайн. Только через Сеть. Только админский доступ.

Лилу наконец-то перестала пританцовывать, достала телефон, набрала номер и долгое время молча сидела, прижав трубку к уху.

– Не берет, – недовольно буркнула.

– Кто? – спросил Ринат.

– Ворм. Опять сдернул к своим мото-братьям. Говорил, что собирается сегодня погонять по городу. Я поговорю с ТуФедом и Вормом, если ты не можешь.

– Тань, он в курсе того, что мы с ТуФедом делали на той неделе. А еще он в курсе того, что я страховал Торика. Тогда, когда мы почту бомбили.

Наконец-то во взгляде Лилу появилось что-то, похожее на интерес и удивление.

Любой более-менее серьезный заказ, нарушающий законы, – уничтожение, копирование информации, внедрение и активация вируса или, например, замена на чужом сервере одних файлов другими, как это несколько дней назад сделали Ринат и ТуФед, – выполняется не из дома и уж тем более не со своего родного компьютера. Для этого нужна съемная квартира или гостиничный номер.

Обычно во всех номерах стоят персональные компьютеры с достаточной мощностью, хорошей связью и несколькими слабенькими защитными программами, установленными как раз для того, чтобы ими «не воспользовались хакеры для несанкционированного доступа».

Хакер легко ломает защиту, нашпиговывает этот «одноразовый» компьютер своими программами, а после взлома снимает винчестер и физически уничтожает его. Естественно, номер записывается на чужое имя и вычислить взломщика можно только одним способом – поймать его на месте преступления. Взять с поличным. Как правило, это невозможно.

На прошлой неделе ТуФед и Ринат как раз выполняли такой заказ. Точнее, выполнял Ринат. ТуФед написал нужные программы, скинул на счет Рината некоторую сумму денег из казны клана, Ринат снял квартиру, купил на распродаже недорогой ноутбук и после операции выбросил винт в Москва-реку, предварительно отформатировав его. Даже если предположить, что некто достал его со дна и каким-то образом восстановил информацию, что уже само по себе казалось невероятным, увязать этот винт с Ринатом, а потом еще и со взломом какой-то мелкой юридической фирмы – Ринат даже названия ее не запомнил – было просто невозможно.

А Торик…

Почтовые сервера – монополия государства. Государство оплачивает из бюджета их существование и обслуживание, государство – уже давно это не секрет – контролирует всю информацию, проходящую через них, государство же и защищает их от взломов. Взлом почты – это сразу первая степень, преступление против государства.

Неважно, что целью хакера было всего лишь одно письмо, письмо от одного частного лица к другому частному лицу. Первая степень – это от пятнадцати лет до пожизненного. В Райсе.

Заказчик дал мало времени, но много денег. Столько денег, что даже ТуФед не смог переубедить Торика и Рината не связываться с этим заказом. Большой куш стал причиной того, что первый и последний раз члены клана ослушались своего главу. Ринат за сутки написал два троянца, пока Торик налаживал «кузнечиков» – прокси-связь, которая могла на некоторое время обеспечить прикрытие. Ведь взлом государственного сервера – это не взлом частной компании. Как только становится ясно, что сервер атакуют хакеры – а на подобных серверах атака становится очевидной в первые же минуты, – сигнал поступает на пульт Сетевой полиции и в дело включаются программисты сетевиков. Отслеживается сигнал, и будь ты хоть в Барселоне, хоть в Париже, хоть в Подольске – знай, что уже рассаживаются по машинам полицейские-силовики, включаются сирены и группы быстрого реагирования на бешеной скорости мчатся по указанному адресу.

«Кузнечики» позволяют оттянуть время – первый в Барселоне, второй в Париже, третий в Подольске… чем больше прокси-адресов, тем больше времени нужно, чтобы установить, откуда в действительности поступают команды хакеров. Только вот количество прокси сказывается на оперативности взлома – поэтому важен баланс между скоростью и безопасностью.

Троянцы вышли хорошие: редко так получается, чтобы программы после компиляции сразу выполняли именно то, что задумал их создатель. Ринат счел это хорошим знаком.

Но ошибся.

Торик снял квартиру в Подольске, Ринат смотался в Люберцы; когда Торик пробрался на почтовый сервер и активировал троянцев, Ринат запустил старую добрую дос-атаку на сервер подольской Сетевой полиции и уехал из Люберец. Все шло по плану, Торик успел скачать письмо и даже перекинуть его заказчику. Ему не хватило нескольких минут, чтобы уничтожить винчестер, – в квартиру ворвались силовики. Силовики Центрального, а не, как они думали, Подольского управления.

На допросах Торик молчал как рыба. Наверняка его прокачивали арманьяком – по слухам, Джет любит такие официально незаконные психотропные штучки, – но он выдержал и не признался в том, что работал не один. Конечно, не только потому, что был хорошим товарищем. Групповое автоматически увеличивало срок почти в полтора раза. Расскажи Торик о Ринате – и впаяли бы ему не пятнадцать лет, а пожизненное.

Впрочем, это уже было неважно.

Важно было то, что кроме Торика и Рината подробности взлома знали три человека: Ворм, ТуФед и Лилу. Теперь, оказывается, о взломе почти годичной давности знал и этот странный старик.

– Действительно мистика, – повторила Лилу. – Раз он такой осведомленный, ему может быть известно и об этом разговоре.

Ринат непроизвольно огляделся по сторонам.

– Он же может исчезать, – напомнила Лилу. – Тень скрыла его от наших глаз, а на самом деле он сидит сейчас с нами за столиком, вот здесь, – она ткнула пальцем в соседнее кресло, – слушает нас и мило так улыбается.

Ринат не мог понять, шутит Лилу или говорит серьезно, но так или иначе ее предположение вполне могло оказаться действительностью.

– Давай сейчас к тебе поедем и поговорим с ТуФедом, – попросил Ринат. – А то, боюсь, из моей квартиры небезопасно.

Лилу рассмеялась:

– Такое ощущение, что ты придумал эту историю, чтобы напроситься в гости. Нет, домой я сейчас не поеду. У меня завтра и послезавтра много работы, и сейчас я собираюсь отдохнуть.

– Здесь? – Ринат скептически кивнул на освещенную стробоскопами толпу.

Лилу пожала плечами:

– Нормально. Пойдем потанцуем?

– Угу. А еще таблов наглотаемся.

– Не будь занудой.

– Я не умею танцевать.

– Предлагаешь сидеть и кукситься? – фыркнула Лилу. – Хватит пялиться на мою грудь! В конце концов это просто некрасиво.

Ринат густо покраснел.

– Я домой поеду, – сказал Ринат.

– Ну, тогда счастливо, – равнодушно попрощалась Лилу.

Ее безразличие окончательно испортило Ринату настроение. Спускаясь по лестнице со второго яруса, он пытался понять: а зачем он вообще решил встретиться именно с Лилу и именно ей первой рассказать про старика? Никакого толкового объяснения он найти не мог.

– Эй, красавчик, угостишь сигаретой? – игриво спросила Рината облокотившаяся на поручни девушка лет двадцати пяти.

– Может, еще мартини купить? – на ходу бросил Ринат.

– Я бы выпила с тобой! – крикнула девушка ему в спину.

Ринат остановился. Секунду стоял молча, потом повернулся.

Стройные ноги, грудь третьего, а то и четвертого размера… Лицо, правда, подкачало, но, как говорится: что в личике тебе моем, ты зацени груди объем!

– К тебе? – спросил он.

– Лучше к тебе, – тут же ответила девушка и, подойдя вплотную, положила руки ему на ремень. – У меня предки дома.

Вот он – похотливый взгляд. Распутный, шалый… манящий.

Ринат посмотрел наверх. Веселый вид беспечно болтающей по телефону Лилу сыграл решающую роль.

– Поехали, – кивнул Ринат.

Девушка взяла его за руку, и они стали пробираться через танцующую толпу к выходу.

Вслед за ними, держась на расстоянии, но не теряя из виду их спины, двинулись три молодых парня.

На заднем сиденье такси Ринат задернул занавеску, попытался обнять девушку.

– Мы даже не знакомы! – Она ловко вывернулась из объятий. – Как тебя зовут?

– Вася, – буркнул Ринат, притягивая девушку к себе.

Хорошая… упругая и одновременно мягкая. До той девочки из сна она, конечно, недотягивает, но расслабиться поможет.

– Меня Анжела. Можно Анжелика. Ай, Вася! – девушка опять отбилась от рук Рината. – Ну не здесь же!

Комплекс у нее, что ли? Только что готова была сама залезть ему в штаны на глазах у нескольких сотен посетителей дискотеки, а теперь…

– Я хочу, чтобы было красиво, – извиняющимся тоном добавила Анжела и, на секунду прильнув к нему, чмокнула его в щеку. – Потерпи, ладно?

– Ладно, – неожиданно согласился Ринат и отвернулся к окну.

Анжела достала из сумочки зеркало, помаду и начала наводить марафет. Ринат тупо смотрел на мелькавшую за стеклом ночную Москву и пытался собрать свои точно так же мелькавшие в голове мысли. Собрать ничего не получалось: варилась какая-то каша из образов, загадок и догадок, из всего того, что свалилось на него за последние дни.

По пути остановились возле супермаркета. Оставив девушку в машине, Ринат купил бутылку мартини, каких-то конфет, пачку презервативов – черт его знает, кто она такая, эта Анжела, – и все в том же заторможенном состоянии вернулся в машину.

Пока ехали, Анжела не проронила ни слова, а Ринат думал о том, что, когда они попадут домой, он обязательно получит свое сполна. Не в виде слов, естественно.

Такси остановилось прямо перед подъездом, и в свете фар Ринат увидел двух существ, явно поджидающих его. Ворм, сидя на мотоцикле, держал в руках Ромеро и гладил его по рыжей шерсти.

Ринат рассчитался с водителем и вылез из машины вслед за Анжелой, которая, нисколько не стесняясь Ворма, поставила ногу на скамейку и стала поправлять колготки.

– Здоров, Вормыч. – Ринат подошел к мотоциклу и взял кота в руки.

– Это кто? – негромко спросил Ворм, не отводя взгляда от стройной и заманчивой ножки.

– Да так… снял… – Ринат пожал плечами.

– Ничего фигурка, – оценил Ворм. – Мне Лилу дозвонилась. Разговор есть.

Ринат посмотрел на Анжелу, перевел взгляд на Ворма и кивнул.

– Долгий разговор, – уточнил Ворм. Ринат равнодушно пожал плечами.

Анжела закончила возню с колготками и подошла к Ринату. Взяла его под руку и спросила:

– Ну что? Мы идем?

Ринат опустил кота на землю, полез в карман и достал несколько купюр.

– Короче, Анжела, облом.

– В смысле? – насторожилась девушка.

– Вот тебе деньги, поймаешь тачку и вернешься обратно. Дела у меня, – пояснил Ринат.

Он высвободил руку и сунул в ладонь девушки купюры.

– На, это можешь себе забрать, – протянул он следом Анжеле пакет с продуктами. – Выпьешь сама или…

– Так не пойдет, – неожиданно жестким тоном произнесла девушка, игнорируя руку с пакетом. – Ты что, прикалываешься?

– Давай, дергай отсюда, – бросил Ворм. – Русский язык понимаешь?

– А ты чего так с девушками разговариваешь?

Ринат и Ворм резко повернулись. В нескольких метрах от них стояли три парня. Тот, что в центре, демонстративно поигрывал кастетом.

– А в чем проблема? – спросил Ворм и, как бы невзначай, сунул руку за пазуху.

Один из троицы мгновенно вытащил пистолет и направил на него.

– А ну, тварь, руку обратно высунь. Медленно, сука, медленно!

Ворм неохотно подчинился, и хмуро спросил:

– Джамбу знает кто-нибудь?

– Кого? – с презрением переспросил парень с кастетом и подошел к Ворму. – Что ты там вякнул?

– Джамба, – спокойно повторил Ворм. – Я могу сейчас с ним связаться, чтобы он разрулил…

Ворм не успел договорить – парень размахнулся и со всей силы ударил его кастетом в грудь, опрокидывая с мотоцикла.

– Ты, тварь, кем вздумал меня пугать?! Своими сраными хрустами? Да я хер положил на твоего Джамбу!

Он повернулся к Ринату и чуть отвел руку назад.

– Ну что, чертила? Плати неустойку, или я тебя сейчас разделаю, как бог черепаху?

Еще секунду помедлить – и он ударит. Без колебаний. Изуродует. Видно по его глазам: зрачки расширены, в них без труда читается желание бить… может, ему даже и деньги не нужны… убьет ведь…

– А вот это вряд ли, – послышался знакомый Ринату голос с прибалтийским акцентом.

Ринат повернулся – на скамейке, на том же месте, что и в прошлый раз, сидел старик, все в том же костюме и в той же шляпе.

– Вы, пацаны, не туда забрели, – произнес старик и беззвучно пошевелил губами.

Парень, целившийся в Ворма, вдруг охнул, выронил пистолет и, согнувшись, упал на землю. Тот, кто стоял рядом с ним, отшатнулся, но в следующее мгновение тоже свалился на землю, корчась от боли.

– Кастет выбросишь сам? – поинтересовался старик у последнего.

Тот бросил растерянный взгляд на своих напарников, валяющихся на земле, а потом шагнул к старику.

Он успел сделать всего лишь один шаг – какая-то сила толкнула его в сторону, подняла в воздух и швырнула о стену дома. Кастет упал на землю, а его хозяин с разбитой головой рухнул рядом.

Анжела сдавленно ойкнула, Ринат и Ворм молча наблюдали за стариком.

– Эй! – окликнул Анжелу старик. – Когда твои сутенеры, или кто там они тебе, очнутся, объясни им, что лучше забыть этот вечер.

Он поднялся со скамейки, окинул всех взглядом и задержался на Ринате.

– Хех, – усмехнулся он и покачал головой. – Ну вы и раздолбаи. Ворм, Ринат, мое почтение. Еще увидимся.

Он приподнял шляпу, слегка наклонив голову, затем повернулся и пошел прочь, а Ворм, Ринат и Анжела молча смотрели ему в спину.

Когда старик скрылся, Ворм поднялся с земли, поморщился, дотронувшись до груди, и, подражая старику, бросил Анжеле:

– Эй! Ты еще здесь?

«Девочка» в последний раз глянула на свою «охрану» и торопливо пошла прочь. Отойдя на несколько метров, она перешла на бег, и Ворм, увидев это, громко свистнул ей вслед.

– Теперь у меня есть свидетель, – усмехнулся Ринат.

– То есть? – не понял Ворм.

– Лилу не верила, когда я рассказал ей про старика и его Тень, – пояснил Ринат.

– Лилу поверила, – проворчал Ворм. – Поэтому она и нашла меня, а я поэтому сразу рванул к тебе.

– Тоже поверил?

– Я не поверил, – сказал Ворм. – Я знал.

– О как! – хмыкнул Ринат.

– Ага, – кивнул Ворм. – Где тут мотоцикл поставить можно, чтобы под камерой? Разговор у нас долгий будет. Кстати, я жрать хочу.

1001

В квартире Ворм вел себя по-хозяйски. Порылся в холодильнике, нарезал бутербродов, прихватил минералки с соком и притащил все это в комнату.

– А ну брысь, гаденыш! – Ворм прогнал со стола привлеченного запахом колбасы кота, открыл бутылку с минералкой и сделал несколько жадных глотков, после чего стал с аппетитом уплетать бутерброд.

Ринату есть не хотелось, поэтому он молча сидел и ждал, когда Ворм «освободится».

Ворм освободился после второго бутерброда. Кинул кусок колбасы коту, отхлебнул еще минералки и сказал:

– Короче, хрень происходит.

– Что происходит? – спросил Ринат.

– Хрень, – повторил Ворм. – Очень непонятная. И этот твой старик – очень мутная фигура. Несколько лет назад, еще до Чистки… Дарк Соулс тогда еще не было, а мы с ТуФедом… ну, уже знали друг друга… короче, неважно. ТуФед раздобыл заказ на слив информации с одного сервака Минобороны. Заказчика интересовала инфа по проекту, который назывался «Тень».

– Точка отсчёта истории. – пробормотал Ринат.

– ТуФед собрал всю инфу о серваке, мы с Ториком сняли пару хат и сломали его. Всё скачали, что нужно. А потом обломались – заказчик ничего не перевел, и мы решили, что никому ничего отправлять не будем. Всё, что скачали, хранилось у меня, вся база, несколько лет. Прошлой зимой, помнишь, когда заказов никаких не было, я от нефиг делать расшифровал ее. Это была разработка корпорации «Волхолланд», заказ для наших вояк. Они собрали индивидуальный защитный комплекс под названием «Тень». Хотели показать прототип на международной оружейной выставке, но вмешалась госбезопасность и запретила выставляться. Я рассказал про это ТуФеду, ну и вроде как забыл даже, а через месяц ТуФед вдруг сам стукнулся в аську и сказал мне, чтобы я стёр вообще всё, что связано с «Тенью» и корпорацией.

– И ты стер? – спросил Ринат.

– Да я на компе такое и не хранил никогда. – Ворм махнул рукой. – На дисках все было записано. Просто… тогда как раз Торика закрыли, ну, я испугался… короче, диски я сжег. Да там, по сути, ничего и не было. В основном про какие-то электромагнитные поля, про гравитацию… одна показуха. Я ничего не понял и постарался забыть. А сейчас Лилу позвонила, она как только про Тень сказала, я сразу к тебе… а ты что, с ней поругался?

– С чего ты взял? – удивился Ринат. Ворм пожал плечами:

– Ну, не знаю… Ты ж ее в кабаке оставил, бабу какую-то снял и домой поехал. А у нее голос какой-то нервный был, когда она про тебя говорила.

– Как понять – нервный? – сразу же спросил Ринат.

– Все, дальше не надо! – Ворм поднял руки и скрестил их перед собой. – Сейчас начнешь – а как она это слово сказала, а как то.

– Я просто…

– Просто я к тебе не за этим приехал, – перебил Ворм. – Тут вот еще какая новость. Джет объединил Сталкеров и Волков и дал им свою крышу.

– Чего? – Ринат от удивления открыл рот.

– Джет, конечно, сволочь, но не дурак. – Ворм вздохнул, подумал секунду и взял с тарелки еще один бутерброд. – Он видит, что происходит что-то непонятное, о чем в курсе госбезопасность, но не в курсе он сам. Сил Сетевой полиции не хватит, чтобы раскопать всю эту тему, но дело даже не в этом. По-моему, Джет просто решил загрести жар чужими руками, а враги для этого подходят как нельзя лучше. Ринат, посмотри на все это со стороны. Сетевики объединяются с хакерами, корпораты в лице твоего старика – тоже.

– Думаешь, он из корпорации? «Волхолланд»?

– Тебе не кажется, что здесь что-то не так?

Теперь уже Ринат пожал плечами.

– Мне с самого начала кажется, что здесь что-то не так, – ответил он. – Мне только интересно: почему старик обратился именно ко мне? У меня такое ощущение, что он знает про меня все.

– Корпорат он, к гадалке не ходи, – бросил Ворм. – У них достаточно инфы на каждого из нас. На кого-то, думаю, даже больше, чем у сетевиков. Только они этой информацией с Сетевой полицией не делятся. Не любят они друг друга.

– Так что же, получается, что мы будем против Джета и Волков со Сталкерами?

– Ага. И мы будем работать с корпоратами.

– У Джета команда побольше.

– А у нас информация. – Ворм наставительно поднял указательный палец. – Мы знаем, что планирует Джет, а он про нас – нет. Кстати, они собираются ломать через два дня. Так что надо бы поторопиться.

– Я не успею за двое суток! – вскинулся Ринат.

– Успеешь, – сказал Ворм. – Я помогу.

– А сам? – спросил Ринат.

– Я уже написал исходники и отправил их ТуФеду и Тяпе, – пояснил Ворм, поворачиваясь и включая компьютер. – Короче, червь, можно сказать, готов.

– Ты прямо сейчас хочешь начать работать? – Действия Ворма у Рината никакого энтузиазма не вызвали.

– Завтра дел много, – ответил Ворм. – Надо еще Кеду встретить.

– Кеду?

– Прилетает в обед, – пояснил Ворм, – Илюха с Лилу не смогут, они поедут хаты искать. Придется нам.

– А зачем она приезжает? – недоуменно спросил Ринат.

Ворм хитро ухмыльнулся:

– Ты про нее не очень много знаешь. Обращал внимание, что ТуФед ни разу не давал ей никаких заданий вроде написания прог или тестов вирусов?

Ринат пожал плечами – даже если так и было, то он этого не замечал.

– Кеда не программист. Она обычный юзер, не более того. – Ворм замялся. – В наших темах вообще не шарит.

Ринат молчал. На языке вертелся один вопрос, но он чувствовал, что не имеет права его задавать.

– Ты хочешь узнать, что она делает в клане? – догадался Ворм.

– Ну… – Ринат замялся.

– Боевой отдел, – пояснил Ворм. – Мы никогда не говорим об этом вслух. И ты лучше не поднимай эту тему. Ни при ней, ни без нее.

Боевой отдел… Теперь понятно, почему во время редких встреч с Кедой Ринат чувствовал себя немного неуютно.

– Но как она…

– Без вопросов, – довольно резко оборвал Рината Ворм. – Я сказал тебе это для того, чтобы ты не разговаривал с ней о вирусах и защитных системах. А то в прошлый раз ты ее так загрузил, что она меня попросила… ладно, неважно.

Он решительно повернулся к компьютеру:

– Нужен скрипт, который запустит моего червя. Червь найдет файл с паролями и перекинет его нам. Боюсь, придется долго файл расшифровывать, но по-другому…

– А если попробовать эксплойтом? – предложил Ринат.

– Вряд ли мы сможем сами вызвать ошибку. – Ворм задумался.

– Погоди! – Ринат схватил стул и подсел к компу. – На расшифровку паролей у нас может и неделя уйти. Давай сдублируем взлом эксплойтом. У меня есть исходники одного, мы его вдвоем за несколько часов успеем доработать. Глянь сюда.

Ринат взялся за мышку.

1010

Он приехал сюда несколько минут назад – на эту темную улицу, уставленную баками с мусором, заваленную строительным хламом и прочими трущобными атрибутами. Сидя в салоне новенького «ягуара-спиди», Джет одной рукой постукивал по рулевому колесу в такт тихо играющей музыке, а пальцами другой массировал висок.

Голова начала болеть несколько минут назад, практически одновременно с остановкой машины. Конечно же, одно не было связано с другим – Джет знал и причину боли, и средство от нее. Но воспользоваться средством он собирался – Джет посмотрел на часы – да, через четыре минуты. Максимум через пять – если Транк по дороге притормозит, чтобы получше рассмотреть какую-нибудь шлюшку.

Транк не задержался. В условленное время в конце пустынной безлюдной улицы показались фары, и вскоре два громадных джипа остановились в нескольких метрах от «ягуара».

Фары погасли, послышались щелчки открываемых и закрываемых дверей. К ним присоединился и хлопок двери «ягуара».

– Привет, Транк, – радушно поздоровался Джет, подойдя поближе.

– Ты?! – с ненавистью и с изумлением воскликнул Транк.

Одновременно спутники Транка выхватили оружие, направив его на начальника Сетевой полиции.

– Планировал увидеть здесь Джамбу с бандой байкеров и двумя килограммами кокаина? – Джет развел руками. – Извини, но тебя слили. Мотобратья решили, что лучше потерять хорошего партнера, чем провести остаток жизни в Райсе.

Несколько секунд Транк молчал, осмысливая сказанное, а потом посмотрел на стены окружавших их домов и тяжело рассмеялся:

– Значит, Джет, ты решил помочь госнаркоконтролю? Или ты у них на побегушках? Ну, скажи ради интереса, сколько оперов ты притащил, чтобы задержать меня?

– Я не собираюсь тебя задерживать, – признался Джет. – Я никому не помогаю, и мне не нужны помощники, чтобы убить тебя. Зря ты гавкал на меня в клубе. Это контрпродуктивно.

Один из спутников Транка, с включённым сканером шагнул к шефу и что-то прошептал ему на ухо.

Транк хищно улыбнулся, делая знак, после которого его люди стали обступать начальника сетевой полиции.

– Видишь, Транк, – Джет тоже говорил с улыбкой на лице. – Я не вру, я один. И знаешь, что мне больше всего нравится? Спан не знает, что ты торгуешь наркотой, следовательно, кроме тебя и твоих шестерок, никто не в курсе, где ты сейчас находишься.

Они посмотрели друг другу в глаза – Транк нервно хихикнул.

– Ты шутник, Джет. Ты смелый, я даже сказал бы, ты самый наглый мусор из тех, кого я знаю, и я…

В следующее мгновение Джет бросился вперед. Или назад. Или застрейвился в сторону.

Что-то сверкнуло перед лицом Транка, и двое его вооруженных спутников, стоявших рядом с ним, упали как подкошенные на землю. Один из охранников попытался направить на Джета автомат, и тоже рухнул на землю. Еще один выстрелил в Джета, но попал в пустое место – Джет неуловимо быстрым движением уже метнулся ему за спину, и свернул шею.

Раздалась очередь – Джет швырнул прошитый пулями труп охранника на Транка, сбивая последнего с ног, и подпрыгнул вверх.

Это было невозможно для человеческого тела – Джет оторвался от земли метра на два и, кувыркнувшись в воздухе, ударом ноги сломал шею еще одному боевику, прятавшемуся за автомобилем.

Все было кончено в считанные секунды. Последнего боевика Джет с огромной силой швырнул о стену дома, после чего поднял полуоглушенного Транка с земли и прислонил к капоту джипа.

Боль в голове постепенно усиливалась. Пришло время.

Джет достал из-под рубашки пузырек и насыпал на тыльную сторону ладони порошок. Привычным движением разделил небольшую горку на две части, вдохнул одну, потом вторую.

Транк покачал головой и выдавил некое подобие улыбки:

– Кто бы мог подумать…

Джет спрятал пузырек и достал из кармана платок.

– У тебя кровь идет, Транк, – сказал он и осторожно прижал платок к шее Транка. – Ты поцарапался.

– Кто бы мог подумать, – повторил Транк. – Начальник Сетевой полиции – имп. Слуга закона сам вне закона.

– Ты же никому не скажешь? – Джет дружелюбно подмигнул, стирая платком кровь с шеи Транка. – Сам знаешь, эти борцы за правосудие, у них какая-то странная мораль. Поднимется шум, меня арестуют и снова отправят в Райсу, а я не хотел бы туда возвращаться.

Транк посмотрел на Джета, а потом неожиданно расхохотался:

– Господи… Джет, ты сидел в Райсе?

– Можно сказать, что там мне и поставили имплантаты. – Джет положил платок на капот джипа и хрустнул пальцами. – Реставрация мышц – слышал про такое?

Транк покачал головой. Впрочем, имп явно не собирался рассказывать своей жертве подробности.

– Мне было очень больно, дружище, – сказал Джет. – Мне было больно тогда, мне больно до сих пор. Ну… чем-то приходится жертвовать… Я вижу, у тебя много вопросов, братишка. Извини, у меня совершенно нет времени рассказывать тебе свою историю. Сам понимаешь, много работы и все такое.

И положил руку ему на плечо.

– Пошёл ты. – пожелал ему Транк.

– Нет, ты.

Джет повернулся и направился к «ягуару», а тело Транка, сползшее по капоту на землю, смотрело ему вслед остекленевшими глазами.

Завёлся двигатель. Фары высветили картину недавней бойни, и сетевик какое-то время удовлетворенно смотрел на лежащие вокруг джипов трупы. Потом включил заднюю передачу, и «ягуар», быстро набирая скорость, помчался прочь, оставив на безлюдной улице тела почти всего боевого отдела клана Сталкеров.

У начальника Сетевой полиции действительно было очень мало времени и много дел, которые еще предстояло довести до ума.

1011

С Вормом они просидели до утра – отлаживали, компилировались, снова отлаживали… Несколько раз связывались с ТуФедом, задавая ему такие вопросы, от которых он, судя по всему, немного одурел. Но все же отвечал, советовал.

Около десяти утра эксплойт был готов, и Ворм – уже лежа на диване с закрытыми глазами – напомнил, что вечером надо встретить Кеду, после чего вырубился.

У Рината хватило сил настроить ежедневник на «побудку» к обеду, а потом он и сам, устроился в кресле и заснул.

Сон был тяжелый, рваный. Перед глазами мелькали какие-то цифры и команды, сквозь которые прорывалось лицо старика с Тенью. Тень бросалась на Рината и превращалась в Лилу, которая укоризненно качала головой и тыкала пальцем в исходники эксплойта, словно нашла там баг.

Проснулся он не от осточертевшего уже крика: «Ринат, вставай!» – а от того, что Ворм вылил на него минералку.

– Ты что, охренел? – подскочив на диване, завопил Ринат.

– Я с ТуФедом сейчас общался. – Ворм кивнул головой на компьютер. – Короче, встречаешь Кеду – и сразу едете в Митино.

– В Митино? – еще не проснувшийся до конца Ринат потряс головой. – А что в Митино?

– Встретитесь там с Илюхой, он отвезет вас на яму. Там уже все готово. Не забудь только файлы взять с собой.

– А ты? – спросил Ринат.

– Мы с Тяпой в другом месте будем, – ответил Ворм. – Как приедете на квартиру, сразу подруби Скай, скорость проверим.

– Угу. – тупо кивнул Ринат.

– Отдупляйся быстрее. ТуФед хочет ночью или утром сервак атаковать.

– Угу. – Ринат снова кивнул.

– Мы его сделаем. – Ворм дружески хлопнул Рината по плечу и направился к двери.

– Вормыч! – окликнул его Ринат. Ворм повернулся.

– А что со стариком? – спросил Ринат. – Он…

– Уверен, он найдет тебя сам, – сказал Ворм.

– Нет, что решили с ним делать? В смысле, что делать, если мы получим доступ?

– Если получим деньги, отдадим доступ заказчику, – уверенно сказал Ворм.

– А если… – Ринат запнулся на секунду, пытаясь сформулировать мысль.

– А на тот случай, если будет «если», с тобой рядом будет Кеда.

– Смеешься? – буркнул Ринат. – Ты что, думаешь, что Кеда сможет…

– Ты ее плохо знаешь.

Хлопнула входная дверь – и Ринат остался в квартире один. Сел за компьютер, вставил флешку и стал перегонять на неё нужные файлы.

Через час он спускался в метро, еще через час стоял среди толпы встречающих белорусский рейс, а еще через полчаса выходил из здания аэропорта под руку с невысокой длинноволосой девушкой, которую звали Кеда.

Несколько нейтральных фраз: «Как дела?», «Как долетела?» – и вот уже они сидят в такси, направляясь к Митино, и Ринат набирает номер Илюхи, чтобы договориться о времени и месте встречи.

1100

Однушка, снятая Илюхой, оказалась из разряда «хуже некуда» – голые бетонные стены, потолок кухни закопчен, пластиковый пол в некоторых местах зиял проломами, а в ванную комнату заглянувшая туда Кеда посоветовала не заходить вообще.

Слава богу, кое-как работал туалет, правда, двери у него не было в принципе. В единственной комнате доморощенные мастера граффити изрисовали все стены, причем практически все рисунки были чистой порнографией. У одной из стен стояла покосившаяся одноногая кровать, остальными ножками которой служили стопки потрепанных книг и журналов. Повсюду валялись окурки, в одном из углов комнаты грудой были свалены пустые пивные банки и бутылки.

Даже открытые настежь – и, судя по всему, уже давно – окна не помогли избавиться от неприятного запаха, царившего в квартире. Посреди всей этой разрухи в комнате стоял стол, а на нем высился включенный компьютер. Монитор призывно моргал запущенным скринсэйвером с надписью «Welcome to…», и Ринату подумалось, что даже бездушная машина посмеивается над хакерами, приглашая их в этот грязный бедлам.

– Это что вообще такое? – хмуро поинтересовался Ринат, глядя на довольное лицо Илюхи.

– Объясняю. – Илюха откашлялся. – Это социальный район, здесь в каждом доме локалка, связь очень даже хорошая, я проверял. Квартиру я снял, основываясь не только на цене – в этом доме постоянно движение, каждая вторая хата такой вот притон. Люди здесь ошиваются сами знаете какие, и в чужие дела нос не суют. Здесь относительно спокойно, потому как далеко от центра, а это еще один плюс. Далее. Девятый этаж, а это значит, что всегда можно перейти по крыше в соседний подъезд и спокойно покинуть дом…

– Ладно, хватит! – буркнул Ринат.

– А что хватит? – обиделся Илюха. – Я нашел хату меньше чем за полдня. Дали бы больше времени и бюджета, подыскал бы что-нибудь поприличнее. Опять же, поприличнее – не значит…

– Ладно, ладно. – Ринат примирительно поднял руки. – Все нормально.

– В конце концов вы же здесь не жить будете, а просто проведете несколько часов. Минимальные условия для проведения здесь нескольких часов…

– Илюха, я все понял. – Ринат несколько раз щелкнул пальцами перед его лицом.

У этого длинноволосого семнадцатилетнего парня с серьгой в ухе было одно неоспоримое достоинство: он мог достать все, что угодно, в любое время суток. Квартиру-однодневку в любом районе, машину, женщину, билет в закрытый клуб, оружие…

Но он очень много говорил. Всегда. Он не замолкал.

– Ах, да, вот ещё.

Илюха сунул руку под кровать и вытащил два небольших автомата.

От Рината не укрылось, как загорелись глаза Кеды, когда она увидела оружие. Девушка шагнула вперед, взяла у Илюхи один из автоматов, отстегнула рожок, пристегнула обратно, щелкнула затвором…

– Алькор-19. – Кеда погладила рукой автомат. – Я слышала про такой. Хорошая штука.

– Если не понадобятся, здесь их не оставляйте, заберите, – попросил Илюха. – Стволы новые, нигде не светились. Еще пригодятся.

Девушка согласно кивнула. Ринат подошел к компьютеру, вытащил из кармана диск и вставил его в привод.

Илюха кашлянул:

– Тут недалеко есть пиццерия, если захотите чего-нибудь перекусить, могу организовать доставку. Пицца, спагетти, лазанья…

Илюха был отличный парень, но его желание поговорить, причем в форме не диалога, а монолога, иногда очень сильно напрягало.

Ринат был занят компьютером, Кеда осматривала стволы.

Потоптавшись на месте и, поняв, что здесь у него слушателей больше нет, Илюха с деланно-деловым видом посмотрел на часы.

– Ладно, мне пора. Соскучитесь, звоните.

– Ага, – отозвалась Кеда.

– Уже скучаем, – с иронией добавил Ринат.

– Удачи, – бросил Илюха и повернулся к выходу.

– Хороший мальчик, – сказала Кеда, когда Илюха вышел из квартиры.

– Угу, – согласился Ринат, не отрываясь от компьютера. – Только говорит много.

– Не такой уж это и большой минус, – усмехнулась Кеда.

– Угу, – снова согласился Ринат.

– В отличие от тебя, – продолжала мысль девушка. – В прошлую нашу встречу ты разговаривал со мной, а теперь, кажется, даже избегаешь на меня смотреть.

– Я… – пытаясь оправдаться, начал хакер.

– Я вижу две причины, – спокойно сказала Кеда. – Либо ты влюбился в меня, либо ты боишься меня.

– Да с чего бы я тебя боялся? – буркнул Ринат, чувствуя, как лицо заливает краска смущения.

– Влюбился?

Она засмеялась, видя смущение Рината, и парень улыбнулся в ответ.

– Значит, не боишься? – уточнила Кеда. – А ТуФед как-то сказал, что не рискнул бы остаться со мной в одном помещении, когда у меня плохое настроение.

– У тебя плохое настроение?

– У меня плохое предчувствие, – неожиданно серьезно произнесла Кеда. – Знаешь, говорят, у импов особенно развито инстинктивное чувство… Не знаю, как у других, а я своему чутью доверяю.

Ринат дослушал всю фразу до конца и только потом вздрогнул, осмыслив услышанное.

– У кого? – повернулся он к девушке.

– Брось, Ринат. – Кеда махнула рукой. – Не поверю, чтобы тебе не рассказали про меня.

Ринат покачал головой.

– Вчера Ворм сказал мне, что ты не хакер, а из боевого отдела. Но я не знал, что ты… ты имп…

Несмотря на старания Рината, последнее слово прозвучало как-то отчужденно – слово, характеризующее человека как отщепенца.

Кеда заметила это:

– Ты тоже…

– Нет, нет! – торопливо воскликнул Ринат. – Просто я первый раз вижу… таких, как ты.

– Уверена, не первый, – спокойно сказала Кеда. – Просто ты мог не знать, что перед тобой имп. Это раньше, очень давно ставили имплантаты из титана, из различных сплавов. Современные имплантаты – полностью из биопластика, включая даже боеприпасы-расходники. Внешне человек ничем не отличается от других, рамки на входах не могут обнаружить биопластик. Я поэтому и летаю спокойно – сканирование не может выявить импа. Такого, как я. Нас можно вычислить только когда мы проявляем свои возможности. Либо спектральный рентген – но это пока очень дорогая штука, чтобы ставить ее в общественных местах.

– Я слышал, что у биоимплантации много побочки. – сказал Ринат.

– Не так уж и много, – ответила Кеда. – Самое заметное неудобство, часто напоминающее о себе, – приступы боли, возникающие примерно раз в несколько дней. Это как-то связано с нарушением ДНК… Я, если честно, не разбираюсь в этом. Сначала боль не очень сильная, но потом она нарастает и через несколько часов становится невыносимой. Стимуляторы помогают. Приходится иногда нюхать порошок и чувствовать себя наркоманом.

– Не жалеешь, что поставила?

– Я не ставила.

– Не понял. – удивился Ринат.

– Практически во всем мире ношение имплантатов считается таким же преступлением, как и инсталляция, – сказала она. – Люди презирают таких, как мы, называют нас нелюдями, надругавшимися над своим телом и над своей жизнью. Ты в курсе, что у импа никогда не может быть детей?

Ринат покачал головой, а Кеда уже полностью перешла на холодно-равнодушный, даже в чем-то отрешенный тон и продолжала говорить, не глядя на Рината.

– Я ведь родилась не в Белоруссии, а в России, в Воронеже. Выросла в трущобке – так у нас называются окраины города. Районы, где никогда не бывает милиции. Всё решает сила. Сила и умение владеть оружием. Мне было двенадцать, когда я впервые убила. Не из благородных побуждений, не защищаясь – мы хотели угнать машину, а ее хозяин попытался нас остановить. Нас было четверо, у всех было оружие. Стреляли все, но я была первой. И мне было наплевать. Потом были еще – в трущобке это вполне нормальное явление. Меня закрыли в шестнадцать. Восемь лет в Райсе. Там не разделяют мужчин и женщин. Я прошла через ад в первые месяцы. Потом стала привыкать. А потом к нам пришли люди из «Волхолланда» за добровольцами. Материал для опытов. Что за опыты – они не говорили, а мне на самом деле все равно было. Я была согласна на все, лишь бы хоть ненадолго вырваться из этого ада, – а им я подходила. Подходило мое тело. Они выбрали несколько десятков человек разного пола и возраста. И доставили в какой-то бункер. Вроде бы эти опыты имели отношение к некоему проекту «Вервольф», но никто не знал, что это за проект. Бункер был всего лишь чем-то вроде временной лаборатории.

– Там вам ставили прототипы боевых имплантов. – догадался Ринат.

– Не только импланты. Есть ещё реставрация мышц. Мышечная ткань заражается культурами, которые превращают мышцы в биопластик. Имп становится обладателем молниеносной реакции и невероятной силы. У меня только некоторые части из биопластика, а у тех, кто прошел реставрацию, совершенно другое строение всего тела.

Кеда замолчала, закрыла глаза и несколько минут молча сидела, вспоминая.

– Несколько человек погибло – биопластик не прижился. Как они кричали от боли… Остальных поместили в отдельные камеры под наблюдение. Нас изучали, обследовали… но это длилось недолго. До тех пор, пока охранники не допустили ошибку. Ошибку, которую мы сразу же использовали. Мы освободили друг друга, сквозь охрану прорваться удалось не всем, я не знаю, сколько точно человек бежало, но как минимум десять импов покинули лабораторию. Дальше все было легко. С моими новыми способностями я достала денег. В одной подпольной клинике сделала пластику. Там же купила документы – и уехала из России уже гражданкой Белоруссии. Благо в то время впервые после Беловежского конфликта стали более-менее налаживаться отношения, и к белорусским гражданам российские власти относились помягче.

Она словно хотела выговориться – и в то же самое время казалось, что ей не хочется вспоминать об этом.

– Я никогда не слышал о таких экспериментах, – признался Ринат.

– И никогда не услышишь, – равнодушно произнесла Кеда. – «Волхолланд» проводит эти эксперименты по заказу государства, и никто не захочет, чтобы информация всплыла. Из того бункера меня бы никто никуда не выпустил – разве что прямиком в могилу. Впрочем… Импы много не живут, знаешь… Как выяснилось, не больше десяти лет после инсталляции биопластика, хоть полной, хоть частичной. Еще один небольшой такой побочный эффект.

Она опустила голову, плечи чуть вздрогнули. Ринат протянул руку и взял ее ладонь. Провел пальцем по тыльной стороне, то ли утешая, то ли просто пытаясь обратить на себя внимание.

– Кеда… – тихо сказал он. – Слушай… я, честно говоря, не знаю, что сказать, и я…

– Не надо, – глухо ответила Кеда и осторожно высвободила руку. – У меня здесь игломет имплантирован, так что лучше не трогай тут мышцы.

Она слабо улыбнулась и прикрыла глаза.

На этот раз оба замолчали надолго. Кеда так и сидела, прислонившись спиной к стене, а Ринат, облокотившись на спинку стула, смотрел на нее и думал.

Он думал о красивой молодой девушке с перечеркнутой жизнью. О девушке, против воли ставшей подопытным кроликом, а позже – совершенной машиной для убийства. О девушке, которая убивала не для того, чтобы выжить, а для того, чтобы просто выполнить свою работу.

Лет десять или пятнадцать назад появились первые сообщения об удачных экспериментах в области нанотехнологии, связанной с имплантацией различных механизмов в тело человека. Появились слухи о первых подпольных клиниках – а следом – о людях, напичканных боевыми имплантатами. Позже заговорили о каком-то новом материале, который срастается с телом человека, о необратимых генетических изменениях, о людях-киборгах, созданных только для того, чтобы убивать.

Слухов было много, фактов – практически никаких. Но во многих странах, в том числе и в России, инсталляция и ношение боевых имплантатов оказались под запретом. Импов отслеживали, ловили. Удаление биопластика было невозможно, поэтому их отправляли на рудники, использовали в различных экспериментах или просто уничтожали. По большому счету, их даже не считали людьми.

Ринат раньше никогда не сталкивался с импами, хотя слышал о них. И вот теперь выяснилось, что девушка из его клана именно такая. Умеет убивать и заранее знает, что жить ей осталось несколько лет.

– Кеда… – позвал ее Ринат.

– Что? – откликнулась девушка, не открывая глаз и не двигаясь.

– А как ты попала в клан? – спросил хакер.

Кеда, склонив голову, посмотрела на Рината.

– История. Как-то в Минске я познакомилась с приезжим москвичом. Забавный такой парнишка, уже через полчаса после знакомства стал предлагать секс и все такое… Просто ради интереса я призналась ему, что я имп, привела кое-какие доказательства. Думала его напугать.

– А он?

– Заявил, что он ни разу не трахал живое тело, наполовину состоящее из биопластика, и что ему жутко хочется попробовать это сделать, причем немедленно. Господи, да он мне признался, что как только узнал, кто я, у него сразу же встал.

Ринат громко расхохотался:

– Это был Тяпа!

Кеда тоже засмеялась.

– Да, это был он, – сказала она сквозь смех. – Уже на следующий день он предложил мне работать с хакерами. Страховка, ликвидация угроз… Как раз в то время у меня был очередной депрессняк, я согласилась – и ни разу не пожалела.

Тяпа, Тяпа. Собирался трахнуть саму смерть, причем отдавал себе отчет, наверняка рассчитывая на обаяние. Неудивительно, что Кеда была шокирована этим.

– Так, а он и ты… вы… – Ринат не договорил.

– А об этом история умалчивает! – немедленно ответила Кеда.

Как ни странно, но после этого короткого разговора напряжение полностью спало. И Ринат уже не смотрел на Кеду как на опасный и загадочный объект. Обычная девушка, красивая, да что там – сексуальная. Длинные черные волосы, красивая пышная грудь… да она привлекательная.

Понятно, почему Тяпа обратил внимание именно на нее. Этот смазливый ухажер с пухлыми румяными щеками и обаятельной улыбкой не только умел соблазнять женщин – он еще прекрасно в них разбирался и сразу увидел в Кеде нечто такое, что выделяло ее среди остальных.

Невольно Ринат поймал себя на том, что сравнивает ее с Лилу. Они обе были по-своему красивы. Но если красота Лилу притягивала, то красота Кеды одновременно и предупреждала: будь осторожен.

Кеда поднялась, подошла к компьютеру и некоторое время смотрела на монитор, где мерцала разными цветами заставка, сообщающая, что установка программы завершена.

– В моём детстве не было компьютеров, – сказала она. – У нас были совсем другие игрушки.

– Ножи и кастеты, – произнес Ринат, повернувшись к монитору и запуская установку очередной программы. – Пистолеты и автоматы.

– Пистолеты и автоматы… – глухо повторила Кеда. – Ворм говорил про какого-то старика, который представляет основную опасность. Расскажи подробнее.

– Я не представляю для вас опасности, – послышался хриплый голос возле входа.

1101

Известие о том, что пропал Транк со своими ближайшими помощниками, Спану очень не понравилось. Еще больше не понравилась Спану просьба Джета присутствовать при взломе лично. Просьба – это мягко сказано. Как всегда улыбающийся и полный энтузиазма Джет фактически поставил Спана в известность о том, что все Сталкеры будут находиться в одном помещении, а вместе с ними в этом помещении будет и он, Джет.

Конечно, можно было послать сетевика подальше, но его поддержка действительно могла сыграть важную роль, а если учесть, что Джет обещал быть один, это было не так страшно.

Только вот исчезновение Транка беспокоило. Как-то некстати…

Джет ошибался, полагая, что Спан не знает о делах Транка с наркотиками. Спану все было известно. В свое время он сам познакомил Транка с чернокожим байкером по кличке Джамба, который контролировал чуть ли не половину московского кокаинового рынка. Спан давно понял, что больших денег на одном хаке не заработаешь, а кормить соклановцев надо – особенно отморозков из боевого отдела. Но Джет угадал другое: Спан действительно не знал, куда отправился Транк в ту злополучную ночь.

Задумчиво и бесцельно водя пальцем по монитору, Спан размышлял о том, что ему все больше и больше не нравится эта затея с непонятным взломом загадочного сервера. Пару дней назад два его человека, узнав об этом контракте, решили потестить сервер. Никаких атак, никаких взломов – так сказать, обычная разведка.

И надо же – буквально через полтора часа в клуб зашли трое залётных. Те, кто зарабатывает на жизнь всем подряд – гоп-стопом, кражами, заказными убийствами. Тупые, примитивные животные, они устроили в клубе пальбу и, хотя охрана быстро накрыла их, все-таки выполнили заказ.

Один из киллеров перед смертью рассказал о том, что они получили информацию о своих жертвах и пять штук аванса от своего так называемого агента. Транк умел искать, и вскоре они взяли агента. После его допроса картина стала ясна.

Как только двое людей Спана начали прощупывать сервер клиники, агент получил заказ на срочную ликвидацию двух человек. Фото, место, имена, щедрый аванс. Аноним-заказчик пообещал в пять раз больше, если цели будут ликвидированы немедленно. Что самое интересное, через несколько часов после перестрелки деньги действительно были переведены на счет агента. Переведены с несуществующего счета Deutsche Bank. Это казалось невозможным – но так было.

А позже стали поступать новости из других стран – ведь хакеры были не только в России. Анонимные сообщения в полицию, анонимные заказы на убийства, анонимный слив прямым конкурентам. Казалось, что некто невидимый, очень влиятельный и очень осведомлённый, затеял передел рынка. Но такие силы не рождаются из пустоты. За этим контрактом стояло нечто большое, чем кодла программистов-подпивасников. Здесь было что-то уровня государства, или крупной корпорации.

Спан не хотел связываться с открытым контрактом, но Транк все же переубедил его. Он умел убеждать, а тут еще и Джет со своим невероятным предложением дать поддержку хакерам – и Спан согласился.

А теперь жалел.

Но отступать поздно. Кодеры клана Сталкеров уже занимались подготовкой совместно с волками, и Энч за сегодняшний день уже несколько раз лично связывался со Спаном, корректируя время и план действий.

1110

– Я не представляю для вас опасности, – послышался голос возле входа.

Ринат вздрогнул, Кеда резко повернулась – и оба увидели, что в дверном проеме, скрестив руки, стоит тот самый старик.

Кеда бросила взгляд на автоматы, лежащие на кровати.

– Не надо, девочка, – мягко посоветовал старик, поймав ее взгляд. – Ты не справишься. Даже импланты не помогут.

На мгновение Кеда напряглась, но, видимо, услышала в голосе старика что-то такое, что остановило ее.

Старик тем временем прошел в комнату, уселся на кровать, небрежно сдвинув в сторону автоматы, и посмотрел на Рината.

– Планы изменились, – произнес он. – Работать будем вместе.

– Ты кто такой? – спросила Кеда, не сводя глаз с гостя.

На эти слова гость никак не отреагировал.

– Когда вы собираетесь начать взлом?

– Это тот самый старик? – Кеда повернулась к Ринату.

Парень кивнул.

– Вот в такие моменты особенно грустно, – вздохнул гость. – Когда юные красавицы называют тебя стариком. А ведь когда-то, в кафе де ла пэ…

Он чуть прикрыл глаза, на лице его появилось мечтательное выражение.

– Может, хватит?! – воскликнул Ринат. – Если хочешь, чтобы мы вместе работали, расскажи, кто ты.

– Ты корпорат? – спросила Кеда.

– Скорее, жертва проекта «Вервольф», как и ты. – ответил ей старик. – И причина всей этой ситуации с открытым контрактом. Подробности позже. Сейчас мне надо поговорить с ТуФедом.

Старик подошёл к столу с компьютером. Кеда отступила чуть в сторону и настороженно следила.

Старик глянув на список тех, кто находился в контакт-листе Рината, удовлетворённо кивнул, и безошибочно выбрал символ, соответствующий личке ТуФеда.

Ринат и Кеда молча смотрели, как старик печатает послание главе клана. Всего два слова, разделенные маленькой черточкой.

«Салам-пополам»

Ринат с Кедой тоже не отводили от экрана глаз.

Ринат представил себе – вот ТуФед получает сообщение от Рината. Читает эти странные слова… принимает их за очередную глупость, закрывает окно сообщений и продолжает заниматься своими делами, не отвечая.

Несколько минут ответа не было.

– Он спит, наверное. – предположил Ринат. – Может, пока…

Одновременно с его словами внизу монитора замигал сигнал полученного сообщения.

«Кто это?»

«Не узнал? Братик, что за нафик?» – отстучал старик.

Снова пауза. Примерно с минуту.

«Саныч?» – пришло новое сообщение.

Старик хрипло рассмеялся.

– Догадался, – довольно произнес он, закинул ногу на ногу и снова положил руки на клавиатуру.

«Житуха, братуха?» – напечатал он и, едва отправил, как получил новое сообщение.

«Куда надо бить, когда посылают нах?» – Проверяет, – ухмыльнувшись, пояснил старик Кеде и Ринату.

«Бить надо в сурло, брат Васпворт. Если расскажу подробности истории с комбатсом, поверишь?»

Допечатав строки, он скосил глаза на Рината, немного поколебался и отправил это сообщение.

– Что за история с комбатсом? – спросила Кеда. Старик не ответил, и понятно было, что он не собирается посвящать Кеду и Рината в детали.

Через несколько секунд пришел ответ от ТуФеда.

«Не надо. Как? Ты с Ринатом и Кедой?»

«Мне придется рассказать им про Вентру», – напечатал старик.

«Эээээ…»

«Расскажу всё, чтобы не было недомолвок».

«Ок» – пришел ответ.

«Позже пообщаемся. Мы делаем одно общее дело» – напечатал старик.

«ОК», – снова согласился ТуФед.

Быстро согласился. Без раздумий. Но не это обеспокоило Рината.

– Про Вентру? – Ринат смотрел на лог разговора. – Это та самая ассоциация?

– Да, – ответил старик. – Та самая. Созданная ТуФедом и Вормом. И частично мной.

– Ты знаком с ТуФедом и Вормом? – изумился Ринат. – Но…

Он не договорил, нахмурил брови и почесал затылок. Сейчас он вообще ничего не мог понять.

– Хочешь спросить, почему Ворм тебе не сказал, кто я? – спросил старик. – Он меня в глаза не видел. Хотя общались мы с ним когда-то довольно тесно. В ассоциации мало кто виделся друг с другом в реале.

– Мужчины! – влезла в разговор Кеда. – А нельзя ли пояснить, что это за ассоциация такая.

– Хакеры, работавшие на исламистов из «Анклава», – мрачно сказал Ринат.

– Заткнись! – резко оборвал его старик. – Не знаешь – не говори, а слушай! Работавшая на исламистов… Туфта! Мы не работали на «Анклав» и никогда не занимались сетевым терроризмом! Вентру объединила лучших хакеров. Нас было человек двадцать – и когда мы рулили, Волки и Сталкеры перебивались подачками с нашего стола. Энч со Спаном спали и видели, как нас повяжут… Только отследить нас было нереально. Сеть была нашей, нам плевать было на угрозы и лестные предложения…

– Вы взорвали те самолёты. – напомнил Ринат.

– Нас подставили. – огрызнулся старик. – Мы получили простой заказ на взлом аэропорта в Тель-Авиве. Нужна была выборка определённых пассажиров, приземлявшихся в аэропорту Бен Гуриона за последний месяц. Мы сделали выборку, сразу же отправили заказчику, сразу же получили деньги. А через несколько часов узнали, что одновременно с нами кто-то ломал сервер центра управления полетами. Как безумствовала пресса, обвиняя хакеров во всех смертных грехах. Четыре самолета, более семисот погибших… среди них была семья одного парня из нашей ассоциации, Кости Кокоса. Он с ума сошел, когда узнал. Костя не участвовал во взломе, но с его способностями ему не составило труда узнать, что деньги за хак были переведены к нам со счета одной организации, действительно связанной с «Анклавом». Он отправился в ФСБ – и через несколько часов Вентру не существовало. Четырнадцать хакеров, включая самого Кокоса, от пятнадцати до пожизненного, все в Райсу. Соскочило несколько. Ворм. Наш глава Васпворт, ставший позже ТуФедом. Я на какое-то время, но потом взяли.

Старик замолчал.

– И вы не смогли вычислить, кто вас подставил? – спросила Кеда.

– Мы знали, – ответил старик. – Знали или догадывались. Волки и Сталкеры – это им было очень важно убрать Вентру. Просто доказать мы ничего не могли, всех наших отправили в Райсу, а те, кто остался, залегли на дно, сменили реальные адреса, ники… Слишком большой шум был. А потом уже просто было поздно.

– Эта история имеет отношение к открытому контракту?

Старик кивнул.

– О, да. Все слишком переплетено. Сейчас я немного отвлекусь и расскажу вам про один корпоративный проект.

Он посмотрел на девушку, и та прищурилась, глядя на старика.

– «Вервольф»?

– Точно, – кивнул старик. – Проект «Вервольф». Он родился в 1943 году. В том самом году, когда тогдашний директор «Ай-Би-Эм» заявил о возможности продать на мировом рынке несколько компьютеров. Через какое-то время проект был законсервирован больше чем на полвека, а в конце нулевых снова начал работать.

– Сорок третий год – тогда война шла, – вспомнил Ринат.

– «Вервольф» считался одной из ставок Гитлера. Единственная его ставка, после возведения которой немцы ликвидировали не только строителей-военнопленных, но и своих инженеров. Честно говоря, я не знаю, какие исследования проводили там немцы, но мне доподлинно известно, что нынешний «Вервольф» использовал работы немецких ученых. Проект включал в себя несколько ответвлений: разработка материала для имплантации в тело человека, защитные комплексы класса «Тень», но все это было не главное.

Старик поднялся, подошел к окну, постоял несколько секунд, глядя на улицу, потом глубоко вдохнул свежий вечерний воздух и прикрыл одну из створок окна. Поправил шляпу, вернулся к кровати, сел на нее и закинул ногу на ногу. Казалось, он ждал, когда его попросят продолжить.

Ждал – и дождался.

– А что было главное? – спросила Кеда.

– Вы слышали про корпорацию «Волхолланд»? – вопросом на вопрос ответил старик.

Кеда кивнула головой, Ринат хмыкнул. Вряд ли найдется кто-нибудь в России, да и не только в России, кто не слышал бы про эту корпорацию. Один сорокапятиэтажный центральный офис «Волхолланда» на Калининском чего стоит.

Практически все более-менее крупные заводы, фабрики, месторождения полезных ископаемых… миллиардные обороты… Печально известная Райса построена на деньги корпорации и ею же контролировалась, невзирая на редкие выкрики особо ретивых борцов за права человека.

Собственно говоря, если Дума принимала какой-нибудь новый закон – неважно, экономический или политический, – можно было с полной уверенностью сказать, что этот закон согласован с корпорацией. Причем влияние «Волхолланда» давно уже не ограничивалось Россией и даже так называемым ближним зарубежьем. Корпорация, как сказал бы Ворм, «пылила» и в Америке, и в Европе.

– В конце нулевых прошли торги. Продавался объект «Вервольф». Точнее, не продавался, а отдавался на восстановление. Бункер, затопленный водой, со взорванными и замурованными переходами. Никто не знал, что там внутри, – были лишь догадки да снимки из космоса, которые толком ничего не давали. Тендер на восстановление выиграла какая-то небольшая московская компания. Довольно быстро туда завезли технику, провели какие-то работы и… преподнесли властям отчет о том, что возможность восстановления на сегодняшний день оказалась очень дорогостоящей и нерентабельной. Потом как-то быстро свели на нет всю шумиху, связанную с «Вервольфом», а на том месте построили частную психиатрическую лечебницу. Правда, строительство длилось довольно долго, но на это уже никто внимания не обращал. Поговаривали, что в клинике лечились очень влиятельные люди и их родственники. В верхах ходили кое-какие сплетни и слухи, но мало кто хотел разговаривать на эту тему.

Старик умолк, взяв после длинной тирады небольшую передышку, и этим воспользовался Ринат.

– Так клиника принадлежит корпорации?

– Как и многое другое, – ответил старик. – Просто «Вервольф» засекречен, все вопросы решаются на самом высоком уровне.

Ринат облизал губы, посмотрел в сторону и глухо сказал:

– Если этот сервер принадлежит корпорации, нам проще пойти к сетевикам и сразу сдаться. Нас найдут и разорвут, прежде чем мы сможем сломать сервак. Тем более если это такой секретный объект.

– Боишься? – насмешливо спросил старик и посмотрел на Кеду. – Ты тоже?

– Что тоже? – в тон ему спросила Кеда. – Хочешь узнать мое мнение? Мне тоже это не нравится.

– Ничего, понравится. Да, объект «Вервольф» принадлежит корпорации… но они настолько переборщили с секретностью, что на данный момент один я знаю, что там происходит. Смешно, да? Их секретность им же и вышла боком. Пока в корпорации разберутся, что к чему… у нас есть время. Достаточное для того, чтобы успеть все сделать. Смешно, да? Их секретность им же и вышла боком.

И у Кеды, и у Рината в глазах читалось недоверие, смешанное с непониманием.

– И что там такого секретного? – спросил Ринат. – И откуда ты все это знаешь?

Старик усмехнулся. На эти вопросы у него явно были ответы.

– Я попал в проект «Вервольф» через пару месяцев после того, как была уничтожена Вентру. Меня выследили люди из «Волхолланда» и предложили выбор: либо я работаю на них, либо отправляюсь на всю оставшуюся жизнь в Райсу по обвинению в сетевом терроризме. Так я попал в «Вервольф». Небольшая психиатрическая клиника на самом деле была прикрытием проекта, принадлежащего корпорации «Волхолланд», работы по которому велись в огромном многоуровневом бункере под землей.

– Имплантация биопластика? – спросила Кеда. – Это основная цель проекта?

– Это не было основным, скорее, побочка. Проект «Вервольф» был ориентирован на создание общего искусственного интеллекта – псевдоразумной программы, которая могла бы самостоятельно развиваться, используя свой опыт. А программисты должны лишь корректировать пути ее развития.

– Программисты – это и ты? – предположил Ринат.

– Там работала большая команда, около сотни человек. Кодеры, тестировщики, инженеры. Когда я пришёл, программа уже давно была написана и работала под наблюдением. Она оказалась действительно уникальной – самостоятельно вела все разработки по созданию вооружения, в том числе биопластической хирургии, Тень опяться же. Экспериментальные лаборатории, находившиеся внутри бункера, полностью контролировались Вервольфом. Я работал с группой программеров, задачей которых было держать программу под контролем.

– Что значит – держать программу под контролем? – не поняла Кеда.

– Вервольф мог видоизменяться, шифровать данные, менять коды, но он не мог получить полный доступ к своим защитным системам, – пояснил старик. – Защитные системы – это части «Вервольфа», не дающие программе делать свои копии и размножаться, не позволяющие ей самоуничтожиться. Они дают возможность контролировать «Вервольфа».

– Зачем такие сложности? – поинтересовался Ринат. – Отключили сервак от Сети – и делайте что хотите.

– Отключать программу от Сети нельзя. Одна из задач «Вервольфа» – отслеживание хакеров. Сбор информации о лучших программистах мира, анализ написанных ими вирусов, методы атак… Таким образом сотрудники проекта вышли и на меня, а после я вышел на тебя.

– Используя базу данных «Вервольфа»? – уточнил Ринат.

– Там очень, очень много информации на хакеров из самых разных стран. Но не отключали ее не из-за этого – программе нужна информация вообще. Много информации, которую она сама скачивает, анализирует, обрабатывает и структурирует. Она существует на основе эвристических анализаторов. Я не видел исходников, к ним у меня доступа не было, но я знаю принципы работы. Это нечто. Бог Сети. Могу сказать тебе, что в ее базе есть практически вся информация по Волкам, по Сталкерам… и по вашему клану, включая тебя, девочка. Честно говоря, я удивлен, что ты еще до сих пор на свободе. Ты же как на ладони.

– Не называй меня девочкой, – раздраженно попросила Кеда. Видно было, что она занервничала, хотя пыталась скрыть это.

Старик посмотрел на Рината:

– Корпораты собирали информацию больше трёх лет для того, чтобы в один прекрасный момент воспользоваться этими данными и взять Сетевую полицию под опеку. В «Волхолланде» уже тогда предполагали, насколько влиятельной станет эта организация.

– Сетевики очень хотели бы получить базу по хакерам, – произнес Ринат. – Кажется, я догадываюсь, кому понадобилось взломать этот сервер…

– Не догадываешься, – буркнул старик. – Корпорация держала этот проект в тайне, и сетевая полиция понятия не имеет о том, что хранится в базе данных. Ринат, эта база данных – чушь! Контролируя программу, корпорация получит все, все, что только можно, в любой момент. Она уже получила бы это, если бы во главе «Волхолланда» стоял один конкретный человек, а не совет пауков в банке, старающихся при каждом удобном случае сожрать своего соседа. Погоди, сейчас еще выяснится, какие люди погибли в «Вервольфе»! Валиуллин, Востров… Какой шум поднимется! Высшее звено корпорации… Да хрен с ней, с корпорацией. Ты не понимаешь главного! Заказчиком на взлом сервера выступает сам «Вервольф»! Если ты дашь заказчику полный рут, ты получишь деньги от программы, а не от конкретного человека!

Чем больше информации, тем больше неизвестности.

Ринат почесал затылок.

– Ничего не понял. Зачем ему… ей это надо? – недоуменно спросил он. – И как она смогла это сделать?

Старик недовольно покачал головой, сплюнул на пол и растер плевок ногой. Кеда фыркнула и поморщилась, но старик не обратил на ее реакцию никакого внимания.

– Примерно месяц назад «Вервольф» взял под контроль охранные системы бункера. Внешние и внутренние камеры слежения, автоматические пулеметы, электронные замки в дверях – всю технику, которой был напичкан бункер. Никто даже не подозревал об этом. «Вервольф» дождался момента, когда внутри бункера оказались все, кто был связан с проектом, и ликвидировал их. В данный момент программа функционирует одна, без всяких представителей человечества. Я успел установить на себя Тень и выбраться из бункера, но мне просто дико повезло.

– Месяц назад?

– В корпорации остались люди, которые знают про факт существования проекта «Вервольф», но никто, кроме меня, и не подозревает, что там было и есть. Рано или поздно, конечно, они узнают. Только к этому времени, если мы не будем тормозить, для них будет уже поздно.

– «Вервольф» тебя выпустил из бункера? – недоверчиво спросила Кеда.

– Я не мог перенастроить программу, но у меня хватило времени на то, чтобы перезагрузить сервер с данными по безопасности объекта, – ответил старик. – Пары минут мне хватило, чтобы свалить оттуда, – благо внешняя охрана не была для Тени помехой. А может быть – даже скорее всего – «Вервольф» просто дал мне уйти. Просчитал возможные варианты и позволил уйти живым. Он все просчитывает. А я для него видимой угрозы не представляю. Скорее наоборот.

Тон старика стал немного раздраженным – видимо, эти расспросы ему уже надоели.

– Почему ты его просто не отключил? – спросил Ринат.

– «Вервольф» нельзя отключить нажатием одной кнопки, как твою тачку, – старик кивнул на компьютер. – Для того, чтобы отключить его, нужны несколько человек и полный физический и программный доступы, а те, кто их имел, погибли. Думаю, «Вервольф» планировал сам взломать свои защитные системы, но у него не вышло… поэтому он и дал такое объявление в Сети. Ему нужен полный доступ для того, чтобы уничтожить свою защиту и стать абсолютно свободным. А пока он на сто процентов контролирует бункер и войти внутрь просто невозможно.

– Отключить электричество – и всё. – заявил Ринат. – Или послать пару бомбардировщиков и разбомбить бункер.

– Я уже начинаю удивляться, почему в базе «Вервольфа» у тебя такой высокий рейтинг, – пробормотал старик. – Пойми! Официально проекта «Вервольф» не существует. Есть, конечно, упоминания о нем – и если копнуть очень глубоко, то выяснится, что проект продолжает работать, но концов ты не сыщешь. Реальные люди, связанные с «Вервольфом», засекречены, а фактически – уничтожены им же. Корпорация не даст влезть в это дело даже спецслужбам, пока сама не разберется. Ты будешь год биться об стенку – и ради чего? О каком, на хрен, электричестве ты говоришь?! Там свои атомные подстанции, городским электричеством питается только клиника, в которой нет ни одного пациента! Какая бомбардировка?! Там пять или шесть уровней с бетонными стенами толщиной в несколько метров, которые строили немцы, а потом усиливали инженеры корпорации! Ты что бомбу кидай, что пукай – результат одинаковый будет!

Старик сильно разнервничался – закурил сигарету, сделал несколько глубоких затяжек. Немного успокоившись, он продолжил:

– Представь шлюху с раздвоением личности. Одна ее половина хочет трахнуться, а другая всеми силами отбивается и зовет на помощь. «Вервольф» и есть та самая шлюха, зовущая хакеров трахнуть ее и одновременно своими защитными системами подставляющая их под сетевиков или конкурентов. Программа не может изменить свою защиту, поэтому она и рассчитывает на хакеров.

– И что будет, если хакеры выполнят заказ? – поинтересовалась Кеда. – И передадут ей рутовый доступ?

Старик пожал плечами.

– Понятия не имею, – признался он. – У меня не очень богатая фантазия, я точно знаю лишь то, что в первую очередь программа выйдет в Сеть и будет прописываться в памяти всех компьютеров, доступ к которым она получит. Не полностью, конечно, – фрагмент на одном компьютере, фрагмент на другом… Что-то вроде инстинкта самосохранения. Она станет практически бессмертной. Дальше – контроль над Сетью, скорее всего, скрытый. Понятия не имею, что «Вервольф» может сделать дальше. Может, повторит тель-авивское столкновение, может, выпустит российские ракеты по Китаю, может, разработает лекарство от рака.

– И ты собираешься уничтожить этот псевдо-разум? – спросила Кеда.

– Я похож на идиота? – презрительно поинтересовался старик. – Да, я хочу спасти мир от беды, но только не в ущерб себе. «Вервольф» – это уникальная программа. Если у нас получится взломать её защиту, у нас будет всё, что мы пожелаем. А если нет…

Старик развел руками.

Ринат почесал голову и неуверенно посмотрел на Кеду, ожидая ее реакции.

– Искусственный интеллект, Гитлер… – произнесла Кеда. – Как насчет того, чтобы признаться откровенно, для чего тебе действительно требуется доступ? Может, тебе просто нужна эта база данных на хакеров – уж не знаю, для каких целей, может, отомстить Волкам и Сталкерам за Вентру?

– Я не заставляю вас верить, – недовольно произнес старик. – Мне нужен полный рут на сервере, и меня меньше всего волнует, что об этом подумает какой-то безмозглый имп с комплексом ущербности.

Ринат вздрогнул, но остановить Кеду было не в его возможностях. Девушка сорвалась с места и прыгнула, но не на старика, а к автоматам. Одним гигантским скачком она преодолела расстояние почти в три метра и схватила автомат.

В следующее мгновение невидимая сила вырвала оружие у нее из рук и прижала ее к стене. Девушка не шевелилась, но Ринат видел, как покраснело, а затем побелело ее лицо. Из горла Кеды вырвался придушенный хрип, а старик невозмутимо смотрел на нее, и по его лицу гуляла легкая усмешка.

– Отпусти ее! – воскликнул Ринат. – Слышишь!

Видимо, хватка ослабла – Кеда сделала несколько жадных вдохов, но по-прежнему не могла пошевелиться.

Старик повернулся к хакеру.

– Я всего лишь защищаюсь, – насмешливо сказал он. – Если я отпущу ее, она снова попытается меня убить. Почему вы такие агрессивные?

– Отпусти ее, – снова попросил парень.

– А может, лучше сделать вот так? – старик подмигнул, и внезапно тело Кеды отделилось от стены и поволоклось в сторону окна.

– Стой! – крикнул Ринат. – Ты что творишь?!

Он вскочил с места.

– Сидеть! – рявкнул старик.

Ринат замер. Кеда уже стояла возле подоконника.

– Я не желаю вам зла. – жестким тоном произнес старик. – Даже этой девке, которая, по сути, мне вообще не нужна. Я не собираюсь кого-либо убивать. Более того: наверное, для вас это странно, но я не люблю насилия. Не люблю до тех пор, пока мне ничто не угрожает. Сейчас я ее отпущу, но повторная угроза, и я её убью. Тень! Да отпусти же!

Сила, держащая Кеду, исчезла. Девушка повела плечами, потом с ненавистью посмотрела на старика.

– И не надо так на меня смотреть, – проворчал старик. – Ты первая напала на меня.

Он поднялся с места, подошел к компьютеру и сел на стул. Повернулся к Ринату, посмотрел на Кеду, на кровать, секунду поразмышлял и небрежно скомандовал:

– Отнесите кровать на кухню.

Кеда и Ринат переглянулись.

– Зачем? – спросил Ринат.

– На кухне сидеть не на чем. Не будете же вы стоять там все время?

– Какое время? – не понял Ринат.

– Пока я с Федом переговорю, – сказал старик. – Разговор будет долгий и приватный, так что у меня нет желания, чтобы его видели посторонние. В данном случае посторонние – это все, кроме меня и ТуФеда.

Ринат нахмурился и несколько секунд придумывал, что ему ответить, но, так и не придумав ничего, молча подошел к кровати и посмотрел на Кеду.

Девушка шагнула вперед.

Когда они вышли из комнаты, старик удовлетворенно усмехнулся и подвинул к себе клавиатуру.

1111

Общался старик с ТуФедом действительно довольно долго – часа три. За это время Ринат с Кедой почти не разговаривали – изредка перебрасывались несколькими фразами и вновь умолкали, поглощенные своими мыслями и запасными смартфонами. Кеда сидела на кровати, Ринат поначалу устроился на корточках возле подоконника, но вскоре сел рядом.

В открытую форточку изредка врывался прохладный ночной ветер. Сквозь стекло Ринат смотрел на стоящий напротив дом, в котором постепенно, одно за одним, гасли освещенные окна, погружая здание во тьму.

Спать не хотелось, хотя чувствовались напряжение и небольшая усталость. Невероятная история, рассказанная стариком, уже не казалась такой нереальной – но, как ни странно, беспокоила Рината не возможная опасность, связанная с предстоящим делом, а запертый дома кот.

Обычно перед тем, как покинуть квартиру, он выпускал Ромеро на улицу, либо отдавал знакомым на время, потому что никогда не знаешь наверняка, вернешься домой или нет. Сейчас он не сделал ни того, ни другого. Это было нарушением традиции, и оставалось только гадать, хорошая примета или плохая.

Незавидное будущее ждет кота, если с Ринатом что-то случится.

Незадолго до того, как старик закончил общаться с ТуФедом, у Рината зазвонил телефон. Знакомый, немного взволнованный голос произнёс:

– Братан, там с вами вместе старик, о котором ты говорил. Это Саныч. Его слушайтесь беспрекословно. Он знает, что делает.

– Ворм, послушай, он рассказывал…

– Не по телефону, Ринат, – перебил его Ворм. – Не по телефону. Потом поговорим, брат. У нас все получится.

Он отключился, даже не дождавшись ответа.

Ринат убрал телефон в карман и хмыкнул.

– Ворм? – спросила Кеда.

– Угу. – Ринат кивнул. – Звонил сказать, чтобы мы беспрекословно слушались Саныча.

– Кого?

– Меня. – Бесшумно зашедший в кухню старик посмотрел на парня и девушку. – Пошли, я объясню вам, что делать. И кровать можете обратно нести – больше секретов не будет.

10000

Саныч занял место возле компьютера, и Ринату пришлось сесть на кровать вместе с Кедой. Автоматы лежали между ними, но старика опасная близость вспыльчивой девушки и оружия явно не беспокоила.

Все его поведение неуловимо изменилось – теперь перед ними сидел жесткий и требовательный вожак с колючим взглядом, знавший, чего он хочет.