Читать книгу Приключения гнома Кермека - - Страница 1

День первый. Неудачный

– Так, так, так… Всё ли взял, всё ли взял, – бурчал гном Кермек в своем маленьком домишке на чердаке, поставив одну ногу на единственный не заваленный предметами островок пола. Второй ногой он стоял на стареньком незастеленном диванчике. На краю диванчика рядом с ногой гнома стояла большая открытая красная сумка гнома, в которую он закидывал предметы с пола, ловко орудуя старой удочкой, а что-то поднимая рукой.

– Теперь посмотрим, – гном уселся у сумки. – Таблетки от изжоги… есть, маска “милая улыбка”… коньячок… Кажется, что-то забыл… ладно, потом… пора уже… опоздаю. Пока, Барсик! Побалдей и за меня, – гном кивнул коту, сладко дремавшему на кровати и отключил звук на мобильнике, на который пришло очередное извещение.

Уже много-много лет Кермек работал гномом-утешителем. Высшие силы присылали извещения сразу на мобильник, и гном даже забыл, как эти Высшие силы выглядят. Вот что значит технологии современности! Лет пятьсот назад всё было совсем иначе… В извещении был указан нужный адрес. Гном работал не по всему городу Н, а только по одному району города, поэтому в адресах он никогда не путался.

По пожарной лестнице гном ловко спустился на землю в пустынный двор за домом. Прячась за кустами, пробежал несколько зданий и юркнул в двери кофейни “ЧИНО-капучино”.

И чуть не столкнулся с молодой официанткой в очках! “Новенькая”, – мысленно отметил Кермек.

– Здравствуйте, присаживайтесь, – вежливо обратилась к нему девушка.

Гном поморщился. Ему было неприятно, когда его принимали за карлика.

– Мне наверх. В комнату номер восемнадцать… – при этом Кермека посетила мысль, как ему объяснить официантке, если её не предупредили, зачем ему наверх и как ему тогда попасть наверх. Одновременно с этой мыслью в нём огненной волной разгорался гнев на владельца кофейни, который не предупредил гнома о новой официантке и наверняка официантке не рассказал о гноме.

– Ой, конечно. Сейчас, – девушка зашла за барную стойку, достала из кармана ключ и открыла дверь большого старого шкафа. Шкаф обнажил полки со стоящими коробками и жестяными банками, и если смотреть со стороны посетителей, полуметровой дверцы внизу под верхними полками не было видно.

Гном мрачно кивнул и скрылся за дверцей. Официантка закрыла шкаф на замок.

Дверца шкафа вела в коридор в тайной части дома. Это был обычный коридор как в общежитии: слева и справа были двери в комнаты, в конце коридора – с одной стороны кухня, с другой душ и туалет.

За более чем полвека своей жизни гном научился не отвлекаться на ненужное. Он не знал и знать не хотел, что за странные звуки доносятся из этой кухни по утрам и какие ещё волшебные существа живут за дверями в комнатах.

Его интересовала исключительно восемнадцатая комната. Наконец он добежал до двери и одним движением резко распахнул её.

– А-а-а-а, кто здесь! – послышался истошный крик. Гном заметил ускользающий за огромное кресло кошачий хвост. На середине комнаты волнами изгибался цветной полосатый ковёр с кисточками на двух концах.

– Стучаться надо, – обиженно заявил ковёр.

– Как будто кроме меня и кошек к тебе ещё кто-то ходит. И хватит стесняться уже. Мне без разницы, с кем ты развлекаешься. Твой нелетающий и неговорящий собрат у меня дома не возражает, когда я смотрю, как мой Барсик об него трётся. Стеснительный ты наш. А ты сегодня активен. Полетели, дел много.

– А когда их мало было? Был? Один хоть. День? – недовольно заныл ковёр.

– У тебя был. Когда ты мне наплёл про моль, которая тебе плешь проела, – гном уже открыл окно в комнате.

Ковёр нехотя подлетел ко гному. Кермек забрался на ковёр, и они вылетели в окно.

Минут пять, пока они летели, Кермек, сидя по-турецки, дремал, прикрыв глаза. Припекающее солнце, городской общий шум и чирикание птиц этому только способствовали.

– Что это, опять ребёнка послали? Знают же, что у меня нет педагогического образования! – забурчал Кермек, раскрыл глаза и увидев дом, раскрашенный оранжево-белыми прямоугольниками.

Он хорошо помнил этот дом: как заявили власти, это дом исключительно для семей с детьми. С одной стороны построили сразу три детских площадки, с другой стороны густой сквер, как будто специально для гнома Кермека, ведь в нём так удобно пробираться незаметно ко входу в дом (если у ковра будет очередная отговорка, чтоб не работать).

Несмотря на преклонный возраст и горестное ощущение собственной дряхлости, Кермек сохранил отличное зрение. Видимо, потому что он не напрягал глаза для использования большого количества приложений в мобильнике, как многие, и не смотрел фильмы. Изредка он читал, но только при ярком свете старенькой лампы. Случалось это крайне редко, ведь все его дни занимала работа…

– Вот тресни, пивная кружка! Сладкое-то я не взял… Летим назад.

– У тебя ж какао в арсенале!

– А-а-а, ну да, пойдёт. Хоть какой-то прок от тебя, ковёр, подсказал, спасибо.

– Не понял, а то, что везу тебя, не в счёт?

– Кто знает, может, на трамвае и быстрее… – проворчал гном.

Ковёр хотел возразить, да только они были уже на балконе нужной квартиры. Гном побрёл внутрь, ковёр прилёг на перила балкона, подставив себя солнцу.

– Мила, моя Мила… – всхлипывала белокурая девочка лет шести, сидя на полу в обнимку с большим белым медведем.

Она даже и не заметила вошедшего Гнома. Гном скривил рот. Оглянулся на балкон. Оттуда помахал кисточкой ковер, желая удачи.

Кермек на секунду замер, потом вздохнул и начал скороговоркой, приближаясь всё ближе к девочке:

– Из волшебного королевства прибыл к маленькой принцессе веселый гном…

Девочка безразлично глянула на гнома и продолжила всхлипывать.

– Ты какая-то исключительная персона, – Кермек очень старался говорить с восхищением в голосе. – Это ж надо, неболтливая девочка! Видимо, ты королева загадочного царства, в котором я еще никогда не был. Для такой уникальной особы у меня есть волшебный напиток. Прошу! – и он протянул девочке неизвестно откуда взявшуюся глиняную красную чашечку с причудливым иероглифом на ней. От чашки шёл пар и пахло чем-то сладким с примесью аромата восточных пряностей.

Девочка зарылась лицом в мишку.

– Это же волшебный напиток! А по вкусу – какао! Выпей и возможно… твоя Мила будет снова с тобой.

– Она умерла!!! – заорала вдруг девочка, обратив лицо к Кермеку и со всей силы ударив его рукой. Гном неуклюже повалился, какао залило ковёр, чашка отлетела к стене и раскололась надвое.

Краем глаза гном заметил волнительное беззвучное трепетание ковра на балконе. «Какой позор. Лучше бы оставил его с кошками». Подобрал чашку и сказал вслух, вздохнув:

– Расскажи мне про неё, пожалуйста.

– Вот, – девочка взяла с пола фотографию и смахнула с неё капли какао, – вот какая красотка она была!

И девочка снова заплакала и зарылась лицом в своё убежище – белого мишку.

– Очень похоже на Жизельду, – рассматривая фото, сказал гном – у меня в детстве была точно такая же кошечка.

Девочка молчала.

Гном мысленно отметил белизну кошкиной шерсти. Обвёл глазами комнату. Поднял и положил осколки чашки в карман. Старинная волшебная чашка, как же долго она ему служила. Благодаря ей не надо было таскать с собой огромные тяжеленные термосы – нужный напиток волшебный образом перемещался в чашку из соответствующего термоса.

Кермек подумал, что совсем не хочет утешать девочку. Он слишком много работает. Уже два месяца без выходных. Ковер частенько отлынивает под разными предлогами. Гному приходится ехать втихаря на трамваях и троллейбусах, постоянно перепрыгивая с одного на другой – внимательные дети его замечают, и пока они кричат “Мама, смотри!”, гному надо срочно убраться. Иначе ему придет каюк: Высшие силы вознегодуют. А он всё же боится гнева Высших сил. Перепрыгивая, гном сбивается с маршрута. Домой после всех клиентов он возвращается глубокой ночью. А с утра ему уже бежать к новым клиентам, а бывает, что и к тем, кого не успел посетить за вчерашний день.

Чтобы заслужить пенсию, нужно найти преемника, а как, если в его районе совсем нет гномов? Может, они где-то и есть, но когда их искать, если столько работы?

Теперь девочку он не напоит утешающим напитком… А этот лежебока ковер видел его непрофессионализм… А ведь раньше гном был таким внимательным! Так классно утешал и успокаивал!

Гному захотелось умереть, прямо тут. Пусть бы один из летающих рыцарей смерти вонзил в него свою невидимую ядовитую стрелу.

– Что с тобой? – спросила девочка. – Ты плачешь?

– Нет, нет, это… наверное, аллергия на шерсть, а может, на воспоминания о шерсти… короче, это пройдет.

– Да, у меня осталось немного шерсти, но ты никому не говори, – девочка показала объемный кулон в виде сердечка на своей шее.

Открыла его – там белел комочек белой шерсти.

– Мне очень жаль, что она умерла – мрачно сказал Гном.

– Спасибо, что говоришь со мной о ней. Теперь ты знаешь мой секрет.

– Какой секрет?

– Ну, про шерсть. Мама была бы против.

– А-а-а, про это.

– Я бы так хотела снова положить цветы на ее могилку! Но нам пришлось закапывать её очень далеко. В городе нельзя закапывать.

– Ты ведь очень смелая девочка?

– Я даже оборотней не боюсь!

– Мы можем поехать на могилку прямо сейчас, хочешь?

– У нас получится? Как? Что надо сделать? Я очень, очень, очень смелая!

– Но тебе надо обязательно выпить один волшебный напиток… и… к сожалению, он не будет сладкий.

– Только и всего? Я выпью напиток и засну? Я сейчас во сне? Мы полетим на ковре-самолете? Гномик, миленький, пожалуйста, пусть всё получится!

– Почти угадала, – кивнул гном, не обращая возмущения на вздыбленный от явного несогласия горб ковра на балконе.

***

– Какой непрофессионализм! – возмущался ковер, когда они летели ко второму клиенту.

– Быстро справился. И чай из термоса, что был с собой, она выпила мгновенно, это главное. Работа засчитана.

– Мы! Мы быстро справились. И ты нарушил правила. А я ж могу донести! Я же знаю, что клиентов нельзя выводить с места, где ты их застал. Вот пожалуюсь – и тебя уволят.

– Не лень будет лететь жаловаться, кошачий любимчик? Туда лететь несколько дней подряд и не в лучших погодных условиях. Когда меня будут допрашивать, я не забуду упомянуть твои прогулы, как ты валялся с кошками в обнимку.

Ковер сразу сник и замолчал, а гном мрачно подставил пылающие щеки ветру. Он понимал, что ковёр во многом прав. Гном больше не справляется с работой.