Читать книгу Рассказы о смысле жизни - Группа авторов - Страница 1

Рассказ. Это было в Беларуси.

Мой дед был неизвестной мне какой национальности: родился он где-то или в Польше, или в Литве, или в Германии, или в Беларусии примерно в 1900 году. В июне 1934 года мой дед Сергиус Шлюк (Schluck – глоток, глотаю с нем.) уехал из фашистской Германии в СССР работать инженером в Витебск. Германия и СССР обменивались специалистами в разных областях, мой дед был инженером, работающим в оборонной промышленности. Дед познакомился с моей бабушкой Галиной в Витебской области в деревне Соболи Чашникского района. В июле 1934 года Сергей Шлюк часто приезжал в деревню Соболи, но сам жил в Витебске. В августе 1934 года мой дед остался жить в деревне, он хорошо говорил по-русски. Вместе с бабушкой мой дед стал жить гражданским браком с конца августа. Мой отец родился в мае 1935 года. Мальчика назвали Николай. Сергей часто выпивал дома, а по выходным ходил по кабакам, и моя бабушка – Галина часто ругалась с моим дедом. У Галины и Николая родился ещё сын в 1936 году. Однажды мой дед уехал в Витебск на работу и не вернулся домой. Это было в 1938 году. Галина обратилась в милицию. Дед пропал без вести в один из дней июня – ушёл с работы и больше никто его не видел. А в сентябре 1938 года Галине Ясной стало плохо, она и младший сын заболели тифом, и их отвезли в больницу в Витебске, была эпидемия брюшного тифа, и в больнице сперва умер ребёнок, а Галина лежала в больнице до ноября 1938 года и скончалась от тифа. Маленький Коля всё это время был у тётки – сестры Галины, у которой, итак, уже было пять своих детей. Когда умерла Галина – её сестра отказалась усыновлять моего папу и отдала его в детский дом в Витебской области. В 1941 году началась война с Германией, и вся Белоруссия была оккупирована фашистами. В детском доме папа голодал, но детдом не закрыли. Маленький Коля выживал, воруя яблоки в соседних садах, так делали все мальчишки. Немцы расстреляли директора детдома, узнав, что он еврей. За детьми следили нянечки-воспитательницы. Жителей деревни немцы обложили оброком (отдавать всё что выращено, молоко, скотину) и все крестьяне голодали. Многие жители бежали в леса и партизанили. Но папе было только 6 лет в 1941 году…С трудом пережив войну (едва не попав в Германию, куда немцы забрали много народа и детей на работы) папа выжил в оккупации.

Когда советские войска освободили Белоруссию, была большая радость у всего народа! В детский дом привезли американский горький шоколад, полученный по ленд-лизу, Коля ел эти толстые плитки с удовольствием.

В 1945 году Коля пошёл в 1 класс школы. После седьмого класса поступил в ремесленное училище. Окончив училище, переехал жить в Ленинград работать токарем. В Ленинграде папа поступил в институт, чтобы стать экономистом. В 30 лет папа нашел маму в городе на Неве – Валерию и они поженились в 1966 году. Я родился четвертым ребенком в семье в 1977 году, а в 1982 году у меня родилась ещё младшая сестра. Мой отец прожил долгую интересную жизнь, работал долгое время старшим экономистом в Пятой автобусной колонне в Ленинграде. Иногда он рассказывал мне о войне, о голодной жизни в детдоме и всегда добавлял, что это большое счастье – жить в мирное время, и не знать, что такое оккупация. В 86 лет отец умер в городе на Неве.

Сумерки сознания. Рассказ.

Верил ли я когда-нибудь в Бога?

В детстве – нет, а с 13 лет поверил.

Я всегда знал, что мироустройство -

это Высший Закон Вселенной,

но при этом я не мог всерьез представить себе

христианского Бога-Отца с человеческим лицом,

не вмешивающегося в наши судьбы. .

1.ЗОВ

Шел конец января 2000-го года. Я жил один в скромненькой квартирке, в “сталинском” доме, на улице Седова в Петербурге, уже целую неделю. Квартира была двухкомнатной,

с окнами на улицу, занавешенными мятыми шторами. При входе, в прихожей висело старое большое зеркало с трещинкой. Над ним примостилась деревянная буддийская птичка, привезенная Борисом Гребенщиковым из Катманду и подаренная им одной студентке, которая снимала здесь же дипломный фильм “ Магия” для дипломной работы в кульке (институте Культуры). Эта птичка так и осталась в этой квартире (во время съемок она была частью декораций). Я жил по привычке в гостиной, так как комнату я любезно предоставил Сашеньке, приехавшей в Питер учиться. Неделю назад Саша уехала к родителям на каникулы в Котлас, и я остался один в этой мрачной квартире. Дверь в Сашину комнату открывалась со скрипом. И углу на столике стоял старенький телевизор «Рекорд”. Выцветший комод, потертый временем шкаф с откидывающейся столешницей, стул да скрипучая полутороспальная кровать, над которой располагалась постмодернистская картина – вот, пожалуй, и вся обстановка, Картина заслуживала отдельного внимания. На ней были изображены три нагие валькирии, танцующие при полной луне на берегу озера. Эту картину написал один знакомый художник–любитель, подаривший ее, моей бывшей подруге Маргарите, которая теперь сдала мне эту квартиру на пять месяцев. Здесь все пропахло старой трухлявой мебелью. В гостиной было просторно. В центре просторной гостиной лежал на полу ковер. Я спал на раскладывающемся диване, стоявшем вдоль стены. Напротив дивана – сервант, набитый хрустальными рюмками и бокалами. Люстра из горного хрусталя каждый раз позвякивала, когда мимо дома проезжал грузовик, у входа располагался обеденный стол и два кресла. Во время праздничных обедов этот стол раздвигался для гостей. В быту же он всегда был завален книгами и моими рукописями. Часто, по ночам, я слышал шаги в коридоре – кто-то невидимый шел из кухни ко мне! Наконец этот кто-то входил в комнату, где я лежал на диване, и со скрипом опускался в кресло (при этом дверь оставалась закрыта). Я вскакивал, включал свет и никого не обнаруживал. Саша считала, что это барабашка ходит ночью по дому. Она говорила, что не может проснуться, когда слышит скрип половиц ночью, и видит во сне гостиную, по которой ходит на задних лапах большой черный кот, ростом не ниже полутора метров. Саша, нервно подергивая от страха губою, мне рассказала, что она каким-то образом на реально существующего кота, ходящего по комнате. Сперва она слышит сквозь сон скрип половиц, затем хочет проснуться, но не может; картина сна меняется и она видит гостиную и то, что в ней в данный момент происходит. Затем котяра исчезает, подойдя к единственному пустому углу в комнате, и Саша просыпается. Я же считаю, что это намеренье кого-то из мертвых (человека, который раньше здесь жил). Этот человек, на мой взгляд, даже после смерти напряженно думал о месте, где раньше проживал, что вызывало эффект полтергейста. Кухня была небольшой: с двумя полками, столом, старым холодильником, табуретом и стулом. Раньше на кухне стоял магнитофон, но Сашуля увезла его с собой. Меня это нисколько не волновало. В последнее время я интересовался только магическими ритуалами, так как я все время чувствовал, что стоит мне только расслабиться, как враждующие со мной экстрасенсы тут же нанесут астральный удар. Ведь моя фотография попала в руки специалистов, намеревающихся навести на меня смертельную порчу, спровоцировав соответствующую ситуацию. Меня мучили ночные кошмары, которые не прекращались, даже когда я просыпался и включал свет. В сосьете* (община магов вудуистов) я больше не ходил, ожидая результата от ночных практик. Будучи, в том числе, учеником в традиции Сантерия (сантос- святой по-испански), я должен был в точности исполнять все предписания Унгана. Последнее предписание сводилось к следующему: во-первых, уединиться, оборвать все связи с внешним миром; во–вторых, строго с начала сумерек до полуночи, я должен был чередовать курение травных сборов с курением грибов для вызывания лоа-божеств; в-третьих, с полуночи до четырех утра посылать зов, особое заклинание, обращенное в Космос. Бокор объяснил мне, что эти практики уберегут меня от энергетического воздействия парапсихологов.