Отрывок из книги
Тело цеплялось за память с упрямством, которого был лишен разум. Мышцы спины Аркадия были жесткими, как канаты, все еще готовясь принять удар копья, которое исчезло сорок тысяч лет назад. Он дышал, и каждый вдох казался чужим – слишком чистым, лишенным запаха дыма костра, крови и страха, той первобытной квинтэссенции жизни и смерти, которая теперь навсегда поселилась в его обонятельной памяти. В ушах стоял высокий звон, в который вплетался далекий вой ветра. Не городского, не того, что гудел между небоскребами, сминаясь в аэродинамических трубах. Того, ледникового, что выл в ущельях древнего Урала, неся с собой запах снега и вымерших трав.
Он заставил себя открыть глаза, и мир медленно собрался из разрозненных пятен света и тени. Над ним плыл искусственный рассвет встроенной биопанели – часть системы «умного жилья», которая должна была мягко будить обитателей, имитируя естественные циркадные ритмы. Медленная, успокаивающая смена цветов: от глубокого индиго через лиловые и персиковые тона к мягкому золоту. Циничная подделка под начало. Каждое утро эта панель обещала новый день, чистый лист. Но сегодня это была ложь. Единственное настоящее начало в его жизни было отмечено хрустом кости и чужим удовлетворением. Все, что было до этого – длинное, комфортное предисловие к одному-единственному акту насилия, совершенному в прошлом, чтобы он мог существовать в настоящем.
.....
Пункт 17-б. Аркадий мысленно пролистал многостраничный договор, который он подписывал, не читая. Там что-то было о «неразглашении внутренних процессов и защите коммерческой тайны». Проверка лояльности… Это означало глубокое сканирование нейронов, анализ поведенческих паттернов, возможно, даже временную блокировку доступа к архивам.
В этот момент зазвонил приоритет-канал. Резкий, настойчивый звук, который нельзя было игнорировать. Без его согласия на весь экран вывело изображение. Женщина. Лет сорока, с идеально уложенными пепельными волосами, в строгом костюме цвета морской волны – фирменные цвета «Хроноса». Идеальная улыбка, теплый голос, похожий на голос виртуальной сиделки, глаза, лишенные какого-либо человеческого тепла, холодные, как стерильный скальпель.
.....
