Отрывок из книги
Получив все вводные, железный мозг электронной оперативной аналитической системы «Сапфир» запустил все необходимые мощности своих блоков и с помощью «Скифа» стал накручивать «на цифровую бобину» первые кадры развития событий в указанной точке координат в раннюю эпоху послепетровского времени. Параллельно он еще раз напомнил себе все, что касалось истории жизни Ивана Протасова до этого времени… Сын новгородского купца, приехавший в Санкт-Петербург и благодаря чудесным обстоятельствам и своим разнообразным талантам добившийся права работать в императорских лабораториях, заслужил похвалы и дворянский титул. Но после смерти Петра, как один из сотен других «птенцов Петровых», ставших неугодными и не могущих существовать близ новой дворцовой власти Екатерины I и столичного губернатора светлейшего князя Меньшикова, вынужден был стать едва ли не вольным искателем полезных для отечества руд и личного старательского счастья.
«…Иван Прович стоял, расставив ноги, упершись новыми крепкими сапогами в землю. Он долго глядел на незнакомое озеро, лежащее внизу, в долине, налитое полным ковшиком. Потом, глубоко вдохнув июльского горного воздуха, стал шарить взором сурового на вид, но всего-то двадцатисемилетнего человека, по всем сторонам неизвестной округи, будто бы пристальней, чем иначе, изучая ее. Глядевшие на него уставшие товарищи, выбравшиеся из долгого похода, наконец, на эту благодатную землю Уграя, о которой сам он еще в далекой юности много был наслышан от купцов, странствующих сюда за пушниной, не мешали своему господину, каждый на время предоставленный самому себе.
.....
Споткнувшись о скрытый в траве небольшой валун, лошадь, будто устыдившись, остановилась. Иван Прович соскочил наземь, снял с коня седло. Жеребец благодарно и счастливо заржал, каждой клеткой почуяв время отдыха и безмятежного гулянья среди пахучих трав; он с охотой дал себя разнуздать, нетерпеливо пригибая шею книзу и срывая новую сочную маковку клевера, неосторожно высунувшую голову из травы. Вдруг он поднял голову, прянул ушами, повел широкими черными ноздрями и сквозь траву, что была ему здесь по грудь, пошел к краю скалы и, согнув шею, пошел вдоль, пока не встал и не замер.
Иван Прович, подойдя к нему, увидел обильно струящийся из толщи скалы родник, образовавший вокруг себя небольшое озерцо. Наклонившись, он увидел близкое дно, усеянное, казалось, окаменевшими и отражавшими солнечные лучи диковинными раковинами. Вдруг от них брызнули словно стаи цветных рыбок и, вылетев из воды, ударили струйками ему в грудь. Он невольно отшатнулся, но не увидел на грузди ни единого мокрого пятнышка. Эти существа будто прошили его насквозь и испарились. «Наверное, почудилось! Блики! Балует яркое солнце!» – подумал он и, встав на колени, а затем приникнув к воде губами, стал, вслед за конем, жадно пить вкусную свежую воду.
.....
