Читать книгу Долгое путешествие - - Страница 1

Интересно складывается жизнь: когда ты ничего не ждёшь, то происходящее похоже на то, как пишут в книгах, – удар молнии. А когда ты готов, происходит то, чего ты ожидал, к чему готовился, – это похоже на заслуженную награду.

Это был одиз из обычных дней, когда я приехал на свадьбу. Это был период моей жизни когда мне было всё понятно: что происходит, почему происходит. Люди веселились, молодожёны всем улыбались, танцевали, гости говорили тосты. Мне тоже попросили сказать тост. Я что-то сказал, обычное, банальное, сознанием, дела, конечно. Я говорил с пафосом, мне хотелось выделиться, чтобы мой тост был самым запоминающимся через какое-то время отошёл в сторону, сел на один из установленных у стены пуфиков, рядом со мной присел человек. Если бы он был без фотоаппарата, я бы его не заметил. Он был тихий. Что мне бросалось в глаза – это кепка набекрень. Можно сказать, что он был модно одет. У него был вкрадчивый, спокойный голос.

– Чем ты занимаешься? – спросил он.

– А я недавно закончил медицинский институт и пытался понять, чем мне заняться в жизни, смотрел в разные стороны… Гаверное чувствовалась во мне неопределённость.

Подсевший рядом фотограф так и сказал:

– Я вижу, ты не можешь понять, куда направить своё внимание в этой жизни.

Я, конечно, стал умничать:

– Я всё понимаю, да-да, так и происходит. Я всегда считал себя человеком, который может поддержать любую тему. Я был самовлюблённым, с огромным чувством собственной важности. Мне хотелось показать окружающим, что я чего-то стою, и поэтому я опустился в пространные размышления.

Он остановил меня:

– Ну, подожди, подожди. Чего ты хочешь на самом деле? Я же не спрашиваю тебя: «Расскажи о том, что ты думаешь об этой жизни». Что ты хочешь конкретно? Есть у тебя какая-то конкретная мечта, в которую ты хочешь вложить свою душу?

И тут я понял, что мне нечего ему ответить. В моей голове как будто бы образовалась пустота. Я как будто замер: нет, я мог двигаться, но мысли отсутствовали. От этого неприметного человека исходила сила, нет он не имел выдающихся бицепсов, сила была другого порядка, заставляющая прислушиваться, размышлять надо его словами. Я как будто бы проглотил язык. Этот человек с надетой на голову кепкой улыбнулся. Создавалось ощущение, что он понимает, что со мной происходит.

– В жизни наступает этап, когда нужно делать выбор, какой дорогой ты пойдёшь, – сказал он. – И сегодня у тебя именно такой момент. А дух, если хочешь, Бог распорядился так, чтобы я оказался в этот день в этом месте рядом с тобой и, возможно, открыл тебе дорогу, по которой… – тут он проговорил избитую фразу, – ты должен будешь пройти сам.

Мои мозги оттаяли, и в голове у меня промелькнуло: «Что за банальность! Я как будто нахожусь в сюжете книги зачитанной до дыр».

Он улыбнулся, у него очень необычно получп.лось выглядывать из-под кепки глазами с хитринкой. Мы обменялись номерами телефонов. Он вновь пошёл работать, в этот день больше с ним мы не разговаривали. А через месяц я ему позвонил сам.

С этой встречи у меня появилось чувство неправильности. Я начал замечать, что будто бы живу в иллюзии, как большой румяный парень, у которого нет проблем, который думает, что у него всё хорошо, вдруг понял, во всю эту понятную, логичную жизнь закрылась ошибка, появилось чувство неправильности. Начал замечать, что часами сижу за компьютером и играю в игры, не уделяю внимания жене, что она постоянно недовольна и говорит мне о своём недовольстве, а я этого и не вижу, и не слышу. Стал замечать, что говорю только о себе, рассказываю, какой я молодец, так здорово у меня что-то получается, хвастаюсь вместо того, чтобы послушать другого человека, перебиваю его и говорю о своём. Я стал часто замечать такое своё поведение, и это меня повергало в шок. Я не мог отдать себе отчёт, что этот мир, привычный мне, будто бы начал рушиться, а, скорее, стало рушиться моё представление о самом себе. Это была катастрофа.

Меня стало пугать собственное же поведение. Будто бы не я совершаю все эти поступки, говорю все эти слова, а кто-то другой – глупый, чванливый, недалёкий человек, рассказывает с пафосом, как он поднял ручку, с вытянутом вверх указательным пальцем и сказал что-то очень важное. Стал замечать, как обесцениваю слова других людей, ставлю себя выше их, не вижу в окружающих личности. Везде только я, я, я.

Начала происходить ломка. Во мне боролись два человека: тот, которым я был, и тот, который начал осознавать себя. И первый пока побеждал. Я стал раздражительным, злым. Злость… Это не была злость, направленная на окружающих; злость была направлена на самого себя, но я этого не понимал. И, конечно же, не понимали другие люди. Я злился, кричал, ругался без повода на адекватные, нормальные замечания, агрессивно реагировал, внутри меня разрастался ураган, распространяющийся вокруг, захватывая окружающих людей. Ещё больше начали портиться отношения с женой; как я потом понял, они не были оптимальными и ранее. Начал конфликтовать с родителями. О том, чтобы найти работу, – и мысли не было.

Вот как можно назвать то состояние, в котором находился? Я выходил на улицу и просто шёл, шёл и шёл. Это меня успокаивало. Как я потом выяснил, это один из самых лучших способов успокоить ум, освободиться от лишнего и открыться новому. Я заходил в рощи, в районы города, в которых раньше никогда не был. Мир в этом плане стал расширяться. Я вдруг начал понимать, что раньше жил только в своём районе, бывал только в тех местах, где находились учебные корпуса. Мой мир ограничивался небольшой территорией. В голове будто лопнула преграда: я увидел, что мир гораздо шире, больше и многообразнее. Этот бушующий внутри меня ураган сносил, разрушал прежнего меня.

И наступил момент, когда я ему позвонил. Мы встретились в парке. Он был как всегда спокоен. Он вновь был одет в простую, не привлекающую внимания, одежду. Я испытывал к нему какую-то иррациональную тягу. Увидев его, мне захотелось скорее рассказать о том, что со мной происходит. Он рассмеялся.