Читать книгу Песчинки - - Страница 1

Село Баур. Месяц июнь…

Бурно и величаво несет свои воды река Катунь, пробивая себе дорогу между скал.

Весной, когда по обрывистым берегам цветет маральник, её воды мутные. Мутные, потому что проснувшиеся от зимней спячки родники направляют свои подземные воды в мелкие речушки, а потом и в Катунь, неся с собой частички земли и песка.

Постепенно цвет воды меняется. Мутные примеси оседают, и вода становиться прозрачной, что даже камешки видно на дне.

Стоит пригреть июньскому жаркому солнцу, вода в реке Катунь снова меняет свой цвет. Она становится белёсой или цвета разбавленного водой молока. Этот белесый оттенок придают воде мелкие речки и ручейки, текущие с тающих от жары ледников Алтайских гор.

И снова со временем постепенно цвет воды в реке меняется, она опять становится прозрачной.

На исходе лета, когда буйное природы процветание заканчивается, когда в природу приходит покой и умиротворение, Катунь становиться бирюзовой.

Морозы и лежащий по склонам гор снег не могут сковать льдом эту непокорную реку. Она продолжает бурно нести свои воды.

Незамерзающие воды реки отдают свое тепло воздуху. Поэтому зимой над рекой часто стоит туман, который опутывает деревья, растущие по её берегам.

На ветках деревьев туман превращается в иней. Это праздничное убранство сверкает разными цветами радуги при восходе зимнего солнца.

Прекрасна река Катунь во все времена года.

Прекрасны люди, живущие рядом с ней. Они черпают силы от реки Катунь и поэтому боготворят её, называя Катунь-матушка.

Одно из сел раскинулось по берегу Катуни. Это село Баур.

Село Баур расположилось в одном из горных ущелий в красивейшем месте. Границей села стала гора с одной стороны и берег реки Катунь с другой стороны.

Село считалось средним по своим размерам. Оно растянулось на два километра вдоль русла реки. Главная улица была одна, чуть меньших по длине-три, и множество небольших улочек и переулков.

Улица Береговая была какая-то однобокая. Дома расположены только с одной стороны, семь домов только с четными номерами.

Вдоль домов проходит неширокая проезжая дорога, а дальше-каменистый берег реки Катунь.

Шум текущей воды нарушает тишину этой улицы. Этот шум особенный – это песня Катуни. Она успокаивает и придает тебе силы.

Около каждого забора дома стояли скамейки, и жители часто сидели на них, слушая шум реки.

В угловом доме под номером два жили Антоновы. Соседствовали с ними, в доме под номером четыре, Скороходовы. Дом под номером шесть принадлежал Одинцовым. В доме под номером восемь проживали Полевановы. Соседями по улице, в доме номер десять, жили Скворцовы. Их соседями в доме под номером двенадцать жила семья Долгих и последний, пустующий на данный момент участок под номером четырнадцать, принадлежал когда-то бабе Мане Галас.

Улица Береговая заканчивалась тупиком, дальше – узенькая пешеходная тропинка вдоль берега реки.

Чтобы насладиться теплым июньским вечером, на свою скамейку вышла Аня Полеванова. Чуть позже к ней присоединился Егор Антонов.

Вечер был поздним. Солнце давно уже ушло за гору и почти сразу стало темно. На небосводе стали зажигаться звезды.

– Аня, как же все это величественно! – восхищался Егор, запрокинув голову и глядя на темное звездное небо. – Звезды на небосклоне… шум реки… и тишина… Как будто мы одни в этой вселенной! – радостно восклицал он.

Егор Антонов и Анна Полеванова, запрокинув головы, мысленно вознеслись к звездам.

Мечтали…

Наконец-то Аня спустилась с небес на землю. Вздохнув, опустила голову и украдкой посмотрела на Егора.

Его темные волосы, зачесанные набок, открывали высокий лоб. Черные густые брови, прямой нос. Его темно-карие глаза сейчас смотрели небо, но она знала их цвет. Немного пухлые губы. Девушке хотелось прикоснуться к ним пальчиком, а еще лучше поцеловать, но она не смела это сделать. Егор давно нравился ей, но он не обращал на соседку никакого внимания.

Да и на скамейке сегодня они встретились случайно.

Егор, сдавший сегодня экзамен, вышел на улицу подышать свежим воздухом.

Аня, сидевшая на скамейке, позвала его присоединится к ней.

–Звезды…, горы…, река… – это вечное. А мы люди…, – Аня задумалась, – как будто песчинки, занесенные в этот мир ветром. Сейчас штиль и все спокойно, но стоит ветру подуть сильнее, и понесёт эту песчинку по жизни, и закружит в круговороте событий. Не дай Бог, смерчем пройдется этот ветер по человеческой жизни, разрушая все на своем пути. Что станет с человеком? Выстоит ли он, выдержит ли он порывы этого ветра?.. Жара может превратить песчинку в пыль, а вода – в комок грязи… Все зависит от человека. От его характера, от его силы воли.

Егор опустил голову, оторвав взгляд от ночного неба и с удивлением посмотрел на Аню.

Он знал её с самого детства. Хотя Аня и была на год старше Егора, но ему казалось, что они знакомы тысячу лет.

И только сейчас до него дошло, что они уже не дети… Они повзрослели из детей превратились в юношу и девушку. Он с удивлением разглядывал сидящую с ним рядом Аню, как будто он видел свою соседку впервые.

Июньский ветерок шевелил распущенные темные волосы девушки. Она рукой поправила прядь волос, убрав её за ушко. Легкая челка прикрывала темные брови. Светло-карие глаза обрамляли пушистые ресницы. Прямой, чуть вздернутый носик и тонкие губы.

– А она ничего, – подумал Егор об Анне. – А я сегодня последний экзамен, историю, сдал, – сообщил он.

– И каков результат? – поинтересовалась девушка.

– Главное сдал, – выдохнул Антонов. – Отведем выпускной и поеду в город Бийск в педколледж поступать.

– Почему в Бийск? Можно и поближе, в Горно-Алтайск? – удивилась Аня.

– В Бийске, мамины родственники живут, – пояснил Егор. – Первое время у них остановлюсь, а там видно будет, – рассуждал он.

– Понятно, – задумчиво произнесла девушка, думая о чем-то своем.

– Аня, ты всю зиму проболела, а как твое здоровье сейчас? Поступать-то сможешь и, если да, то куда? – засыпал он девушку вопросами.

– Собираюсь… – Аня приняла решение, – тоже буду поступать в Бийский педколледж, может, там и встретимся, – улыбнулась она, пытаясь скрыть за улыбкой своё смущение.

Помолчав, Аня снова задала вопрос Егору.

– Как дела у твоей старшей сестры Жени? Она институт уже закончила? – Аня сменила тему разговора.

– Да. Практику проходила в школе поселка Новый путь, там ей предложили место учителя истории. Будет там работать.

– Егор, твой папа, Родион Иванович, участковый в нашем селе, он случайно не знает, что будет с участком бабы Мани Галас? – спросила девушка, пытаясь найти еще темы для разговора.

– Это тот участок, что в конце нашей улицы? – уточнил парень.

– Ну, да.

– Папа сказал, что участок по документам теперь принадлежит сыну бабы Мани, Валерию Юрьевичу Галас, он вступил в права наследства. Сейчас он в городе Барнауле проживает.

Анна мучительно думала, о чем еще можно поговорить с Егором, но он сам нарушил молчание.

– В воскресенье, у дома Одинцовых стояли три машины. Ты не в курсе, что у них происходило? – полюбопытничал Егор.

– Их дочь Настя привозила своего молодого человека для знакомства с родителями, – сообщила девушка. – Парень симпатичный, очень подходит Насте. Дай Бог им счастья.

В тишине ночи послышался стук калитки. Из ворот Антоновых показались две фигуры и направились в сторону скамейки, на которой сидели Аня и Егор.

По голосам и звонкому смеху молодые люди узнали своих соседок.

– Две Александры, – констатировала очевидное Аня.

Девчонки подошли к скамейке. Аня невольно сравнила двух Саш, отмечая то, что они совершенно разные.

Александра Антонова, младшая сестра Егора, была чем-то на него похожа. Такие же темные волосы, собранные в хвост, черные брови, пушистые ресницы, темно-карие глаза, прямой нос, пухлые губки на круглом лице. Только черты лица были мягкие, девичьи. Её полноватая фигура еще не сформировалась.

В семье Антоновых Сашу все звали Шурочкой.

Сама Долгих светловолосая. Её волосы заплетены в косу. Черные брови, светлые пушистые ресницы и темно-серые глаза, пухлые губки на овальном лице. Её худенькая фигурка, тоже пока еще не сформировалась.

– Егор, мама сказала, чтобы ты шел домой, у неё к тебе есть какое-то дело, – сообщила Шурочка Антонова.

– Как я могу ослушаться младшую сестру? – поддел её брат. – Тем более если её мама послала! – пошутил он. – Ладно, Шурочка, пойдем домой, – сказал Егор, вставая со скамейки.

– Саш, – обратилась Шурочка к подруге, – ты сама дорогу до своего дома найдешь? – пошутила она развернулась и последовала за братом.

– Ладно-ладно, попроси меня в следующий раз тебя до дома проводить, – смеялась вдогонку удаляющейся подружке Саша Долгих.

– Саш, посиди со мной пять минут, – попросила её Аня.

Саша присела на лавочку рядом с Анной.

– Саша, вы ведь с Шурочкой девятый класс закончили? – поинтересовалась Полеванова.

– Да.

– Будете куда-нибудь поступать или дальше продолжите в школе учиться?

– Скорее всего будем в школе учиться. Шурочкина мама, Клавдия Васильевна, как учитель математики, говорит, что у нас в головах пока что ветер, пусть ума побольше прибавится, – серьезно отвечала Саша. – А ты будешь дальше учиться? А то всю зиму проболела.

– Поеду в Бийский педколледж поступать, – сообщила свое решение Аня. – Саш, как у вас Оля? Улучшения есть? – аккуратно задала она вопрос.

– Улучшений нет. ДЦП плохо лечится. Слава Богу, инвалидную коляску смогли приобрести, маме теперь полегче будет, – грустно делилась наболевшим Саша, – ладно, я пойду домой. – Вставая со скамейки, попрощалась она. – До свидания.

Саша ушла.

Аня на скамейке осталась одна. Она подняла голову и стала снова смотреть на звездное небо, слушать шум текущей воды в реке.

– Жизнь странная штука. Родившись, мы знаем, что когда-нибудь умрем.

Но ведь мы для чего-то рождены? А для чего родилась я? – задала себе вопрос Аня. – Наверное, чтобы жить. А как жить? Живя, мы надеемся на чудо. Что такое чудо? Это, наверное, любовь! Любовь ведь божественный дар. А взаимная любовь – это счастье. – Ане показалось, что звезды замигали ей в ответ. – Пусть когда-нибудь у меня будет взаимная любовь! – Посидев еще чуть- чуть, Аня пошла к себе домой.