Отрывок из книги
Прорываясь сквозь острые, казалось бы, словно бритва, ветви практически голых деревьев, девушка прикрывала лицо, стараясь защитить его. Руки и ноги зудели от множественных порезов, босые ноги горели от холода, проносясь по мокрой и грязной траве. Остановившись, чтобы немного перевести дух, девушка схватилась за правый бок живота, который предательски ныл уже какое-то время от усталости. Тяжелые вздохи – единственное что слышал темный лес. Даже вороны улетели, в страхе, который ощущала она. Девушка уже давно привыкла к этим чувствам, они были такими знакомыми и, в какой-то степени, на удивление, казались даже родными, но, как и всегда, страх продолжал сковывать ее тело. По щекам текли холодные слезы, падая и разбиваясь о твердую замерзшую грязь на земле. В моменте, ее осенило, что это конец. Конец ее прежней жизни, ведь как раньше, уже никогда не будет, она бросила все, сожгла мосты и вернуться по ним уже никак не сможет. Боль в груди была такой сильной, заставляя маленькими кулаками, длинными худыми пальцами схватить свою футболку – единственное, что было на ней. Она впивалась пальцами в одежду, ей хотелось снять ее и содрать кожу, чтобы никогда более ничего не могло напоминать ей о прошлом. Она заглушила крик, чувствуя, как кровь приливает к ее лицу. Ей было больно, но она не понимала почему, из-за чего она чувствовала еще большую поглощающую боль. Неужели она жалела? Неужели хотела бы прожить всю жизнь так? Неужели она хотела вернуться? Дом детства совсем не вызывал положительных и теплых эмоций, как у многих других людей. Лишь грязь и разруха, как и вся ее жизнь, которая была пропитана запахом спиртного и дешевых сигарет, иногда завернутых в газетку. Ее жизнь была наполнена криками и упреками, она не могла скучать по этому, но отчего же была эта боль? Только спустя много пролетевших лет, она сможет понять, что эта боль, была болью перемен, болью начала новой жизни.
Услышав вдалеке шаги и хруст ломающихся веток, она, глубоко вздохнув, вновь побежала. Силы уже были на исходе, длинные белокурые волосы то и дело липли к мокрому от слез лицу, частенько падая на глаза. Колени подкашивались, норовя вот-вот подвести девушку и подкоситься. В груди бушевал адреналин, позволяя не останавливаться, ведь она чувствовала дыхание смерти на своем затылке. Отец бы не простил ей эту выходку и теперь простыми синяками она, точно, не отделалась бы.
.....
– Встала! – скомандовал он. Вэлери знала, что сопротивляться нет смысла, она уже заработала себе наказание. Поднявшись на трясущихся ногах, она продолжала смотреть вниз, когда почувствовала удар на своем лице. Упав на пол, она схватилась за щеку, что адски болела. Во рту почувствовался металлический привкус. Она не просила остановиться, не умоляла, как делала это раньше. Она знала, что Хендерсона это только больше раззадоривает, поэтому уже несколько лет в такие моменты, она лишь молча принимала свое незаслуженное наказание, – Встала! – вновь повторил он. Собрав силы в кулак, Вэлери поднялась, чувствуя, как слезы перестали течь из ее глаз. От раннего смирения, почему-то не осталось и следа. Сейчас она чувствовала злость. Вновь удар по щеке, заставил ее тело снова повалиться на грязный пол. Кулаки сжались от ярости, казалось бы, в моменте, она перестала чувствовать боль, – Встала! – опять послышался командный тон, но в этот раз Вэлери не собиралась подчиняться. Ее руки тряслись ни то от страха, ни то от нахлынувшей злости, – Ты оглохла? – прорычал Хендерсон, потянувшись к дочери. Только его руки коснулись ее плеч, девушка сама не ожидая от себя, подняла голову и оттолкнула отца. Мужчина от неожиданности и выпитого алкоголя, не смог удержать равновесие и упал на пол возле дивана. Его глаза округлились, с секунду он пытался понять происходящее, неужели эта девчонка впервые в жизни решила дать отпор? Вэлери смотрела на него без капли страха, ее взгляд излучал лишь уверенность, сейчас она поняла, что больше никогда не позволит обращаться так с собой, – Что ты…, – заикнулся Хендерсон, и в моменте вновь нахмурил брови в ярости, поднимаясь, – Дрянь! – воскликнул он, делая шаг к девушке, что сразу же потянулась к все еще валяющейся на полу тарелке.
– Не подходи! – прокричала она, поднимаясь с пола, держа в руках тарелку как какое-то оружие, в надежде, что она защитит ее.
.....
