Читать книгу Мои 90-е - - Страница 1

Пролог: "Мои девяностые"

Девяностые… Годы, когда слово "дефолт" звучало страшнее, чем "двойка" по математике, а жвачка "Turbo" была твердой валютой, которой можно было расплатиться за всё! Видак – окно в другой мир, где Шварценеггер круче всех, а Денди – вершина технологий. Это было моё детство. Детство, которое казалось бесконечным, как очередь за хлебом. Сейчас, глядя на своих детей, уткнувшихся в гаджеты, я думаю: "Да они и понятия не имеют, что такое настоящий дефицит!" Но дело не только в этом. Девяностые – это время, когда я стал тем, кто я есть. Научился сам за себя постоять, сам заработать на мороженое, и, да, сам вытащить свои сапоги из болота (в прямом смысле этого слова!). Эти истории – мой способ рассказать о том времени, о людях, которые меня окружали, о запахе свободы и страха, витавшем в воздухе, и о том, как я стал… ну, более-менее нормальным человеком. Хотите узнать, как это было? Тогда слушайте…

Часть 1: Семья и дом

Глава 1: "О моём отце"

Я помню отца огромным, как медведь, с широкими плечами и загрубевшими от работы руками. Его лицо всегда было обветренным, словно высушенным солнцем и ветром, а взгляд – пронзительным, как у орла. Он не любил много говорить, но когда говорил, каждое слово звучало веско и значимо, словно удар молота по наковальне. Особенно мне запомнилось, как он говорил: "Артём, слово – не воробей, вылетит – не поймаешь". И пах он так же – лесом, дымом, и чем-то неуловимо диким, особенно после охоты. Когда мне было года три, он возвращался, словно викинг с добычей, подхватывал меня на руки, и я, маленький вождь, восседал на его плече, чувствуя себя выше всех этих серых пятиэтажек.

Потом я подрос, и меня стали брать на охоту. Правда, сначала – просто как живой груз. Сидел, как мышонок, в лодке, кутаясь в отцовский бушлат, который был мне как шалаш. Зато смотрел, как отец орудует ружьем, словно волшебной палочкой. Бах! И утка камнем падает в воду. А Рекс, старый, глухой пёс, как торпеда, бросается за ней, фыркая и отряхиваясь, словно говоря: "Опять за вами, балбесами, убирать!"

Когда мне стукнуло семь, отец, с видом великого сенсея, разрешил мне пострелять. Из его ружья! Оно было тяжелее меня, отдача била в плечо так, что я чуть в озеро не вылетал. Но зато – я охотник! Правда, утки, видимо, чувствовали мою неуклюжесть, потому что летали, как издеваясь, вокруг, ни одна не пострадала. Зато консервные банки на корягах – падали штабелями!

Но рыбалка… О, это был настоящий праздник! Особенно, когда мы ехали на дальние озера. В отцовской "копейке" – "ласточке", как он её называл – пахло бензином, рыбой и какими-то старыми носками. Зато – романтика!

Однажды мы поехали на озеро посреди болота. Отец решил, что остров – идеальное место для лагеря. Выгрузились. "Артём, – сказал отец, глядя на меня так, словно я уже совершил преступление, – сбегай за палаткой. Она в багажнике. И помни! Иди строго по тропинке! Ни шагу в сторону! Там болото! Засосёт – только пятки увидим!"

Я кивнул, как болванчик, и побежал. Тропинка – узкая, кочки – как мины, кусты – царапаются, как злые кошки. Я торопился, чтобы быстрее вернуться и почувствовать себя полезным. И вот, когда до машины оставалось метра два, я… оступился. Просто нога предательски поехала, и я провалился в какую-то вонючую жижу.

Сначала я даже засмеялся – подумал, просто оступился в лужу. Но потом почувствовал, как ноги вязнут в этой жиже, как будто чьи-то липкие руки тянут меня вниз. Холод пробрал до костей, а в нос ударил тошнотворный запах гнили и тины. Страх сковал меня, словно ледяная цепь. Я понял, что это не просто лужа – это болото, и оно хочет меня поглотить. Я заорал. И тут началась настоящая драма.

Я дёргался, пытался выбраться, но только увязал глубже. Болото чавкало и хлюпало, словно насмехаясь надо мной. В голове пронеслась вся моя короткая жизнь. Я уже представлял, как меня вытаскивают оттуда, облепленного тиной и пиявками. А потом – как меня ругает отец.

К счастью, отец и дядя Саша услышали мои вопли. Отец, с криком "Держись, герой!" кинулся ко мне, но тут же остановился, увидев, как я ухожу под воду. Он заорал: "Сашка, берёзку руби!"

Дядя Саша, матерясь на всю округу, схватил топор и срубил молодую берёзку. Он ползком добрался до края болота и протянул мне ветку. Я ухватился за неё, как утопающий за соломинку. Дядя Саша потянул, и я, словно пробка из бутылки, вылетел из болота.

Сапоги… Сапоги остались там. В болоте. Навсегда.

Отец был в ярости. Он не просто орал – он молчал, и это было еще страшнее. Его лицо покраснело, а глаза метали молнии. Он смотрел на меня так, словно я предал его, словно сломал его любимую удочку. Он не кричал "Я же говорил!", он просто смотрел, и в этом взгляде было столько разочарования, что мне хотелось провалиться сквозь землю.

Наконец, отец выдохнул и сказал: "Ладно. Жив остался – уже хорошо. Но запомни этот урок на всю жизнь!"

Потом меня усадили у костра, налили горячего чаю, и отец, ворча, достал из рюкзака старые штаны цвета хаки. Эти штаны были легендой нашей семьи! Их носил еще мой дед, потом отец, а теперь вот – и я. Они были огромные, висели на мне, как на пугале, и пахли нафталином и старой пылью. Но зато они были теплые, и в них я чувствовал себя немного защищенным.

И вот, сидя у костра в этих нелепых штанах, я понял, что этот случай научил меня не только слушать старших и быть внимательным. Он научил меня еще и тому, что жизнь – это как болото. Иногда ты идёшь по тропинке, всё хорошо, а потом – бац! – и ты уже по уши в грязи.

Но самое главное – нужно уметь смеяться над собой. Потому что, глядя на меня в этих штанах цвета хаки, даже отец не выдержал и рассмеялся. А потом – и я. И этот смех, как солнце, разогнал все тучи.

И в этот момент я понял, что отец научил меня не только выживать в лесу и ловить рыбу, но и самому главному – уметь смеяться над своими неудачами. Потому что жизнь – это не только охота и рыбалка, но и болото, и штаны цвета хаки, и умение видеть хорошее даже в самых сложных ситуациях.

И еще я понял, что настоящие друзья всегда придут на помощь. Даже если для этого придется рубить берёзку и лезть в болото.

И, конечно, я понял, что природа – это не только красота, но и опасность. И к ней нужно относиться с уважением. Иначе она может преподнести тебе такой урок, что запомнишь на всю жизнь. Как я запомнил этот случай с болотом и штанами цвета хаки. И как я до сих пор вспоминаю, как мы потом с отцом и дядей Сашей, смеясь, пытались вытащить мои сапоги из болота. Безрезультатно. Они там, наверное, до сих пор лежат. Как напоминание о том, что жизнь – это не только охота и рыбалка, но и немного… приключений и нелепых ситуаций.