Читать книгу Снежная королева (новый перевод сказки Г.Н.Андерсена) - - Страница 1

Предисловие

Как мост между сердцами

Перед вам уважаемый читатель не совсем та «Снежная королева», которой мы привыкли по сокращенным изданиям. Это возвращение к подлинному Андерсену: глубокому мыслителю, философу и мастеру психологического портрета.

Почему это издание важно сегодня?

Мы живем в эпоху «ледяного разума»,где сухие цифры и логика часто вытесняют живое чувство. История Кая и Герды -это не просто приключение. Это путь человеческой души, сталкивающейся с холодом равнодушия и цинизма.

В этом переводе мы постарались сохранить каждую интонацию автора, каждое скрытое сравнение, которое делает эту сказку вечной. Как пользоваться этой книгой? Эта книга создана для семейного чтения.

В ней вы найдете:

–точный текст. Мы очисти сказку от упрощений, чтобы вы могли насладиться сложностью и красотой оригинального замысла

–Визуальный ряд. Иллюстрации призваны помочь ребенку визуализировать не только действия, но и атмосферу, чувства героев

–Философское приложение: -Это наш «компас» для вас родителей. В конце книги мы подготовили комментарии к каждой части.

Ваша роль как Родителя

Андерсен писал для детей, но обращался к взрослым. Когда вы будете читать эту сказку ребенку, помните: вы его проводник.

После каждой главы загляните в наше приложение. Оно поможет вам объяснить ребенку, что такое «осколок в глазу» в современном мире, почему Снежная королева так притягательна и в чем заключается истинная сила Герды.

Пусть это чтение станет, для вас временем открытий, а философские комментарии помогут превратить сказку в важный жизненный урок, который ваш ребенок пронесет через годы.

ПЕРВАЯ ИСТОРИЯ: О зеркале и его осколках

Ну вот, начнём! Когда мы дойдём до конца этой истории, мы будем знать больше, чем теперь. А дело было так: жил-был злой тролль, из самых злых – сам дьявол.

Однажды он был в духе, потому что смастерил зеркало, обладавшее удивительным свойством: всё доброе и прекрасное, отражаясь в нём, сжималось и почти исчезало, а всё негодное и дурное, напротив, выступало ещё резче и становилось ещё безобразнее.

Прекраснейшие ландшафты выглядели в нём варёным шпинатом, а лучшие из людей казались уродами или виделись стоящими на голове, притом без живота. Лица искажались так, что их нельзя было узнать; если же у кого-нибудь была веснушка, можно было не сомневаться: она расплывётся на весь нос и рот.

– Это ужасно забавно! – хохотал тролль.

Если в голове человека промелькнула бы добрая, благочестивая мысль, зеркало тут же расплывалось в злобной усмешке, и тролль-дьявол радовался своему хитрому изобретению.

Все ученики его школы – а у него была своя «школа троллей» – повсюду рассказывали, что произошло чудо. Теперь, говорили они, только теперь можно увидеть мир и людей такими, какие они есть на самом деле.

Они бегали с зеркалом повсюду, и скоро не осталось ни одной страны, ни одного человека, которые не отразились бы в нём в искажённом виде.

Напоследок захотелось им полететь к самому небу, чтобы посмеяться над ангелами и Господом Богом. Чем выше они поднимались, тем сильнее зеркало корчилось и дрожало от хохота, так что они едва могли удержать его в руках.

Всё выше и выше летели они, подбираясь к самому небу, как вдруг зеркало так страшно задрожало, что вырвалось из их рук и полетело на землю. Там оно разбилось на сотни миллионов, на биллионы и триллионы осколков – и вот тут-то оно наделало ещё больше бед, чем прежде.

Некоторые осколки, величиной не более песчинки, разлетелись по всему свету.

Если такой осколок попадал человеку в глаз, он там и оставался, и тогда человек начинал видеть всё навыворот или замечал в вещах одни, лишь дурные стороны – ведь каждый крошечный осколок обладал той же силой, что и всё огромное зеркало.

Некоторым людям осколок попадал прямо в сердце, и это было страшнее всего: сердце превращалось в глыбу льда.

Были и такие осколки, которые вставляли в оконные рамы, но через эти окна не стоило смотреть на друзей.

Другие попадали в очки, и горе было тому, кто надевал их, желая видеть мир правильно и судить справедливо.

Злой тролль хохотал так, что у него даже пузо лопалось от удовольствия. А по свету всё ещё летало множество осколков…Послушаем же, что было дальше.

ВТОРАЯ ИСТОРИЯ: Мальчик и девочка

В большом городе, где столько домов и людей, что не всем хватает места даже для крошечного садика, и потому большинству приходится довольствоваться цветами в горшках, жили двое бедных детей. Но был у них свой садик, чуть побольше цветочного горшка. Они не были братом и сестрой, но любили друг друга так сильно, как только могут любить брат и сестра.

Родители их жили в мансардах – там, где крыши соседних домов сходились, и между ними шел водосточный жёлоб. В каждом доме было по маленькому окошку; стоило перешагнуть через жёлоб, и можно было оказаться в гостях друг у друга.

У родителей под окнами стояли большие деревянные ящики, в которых росли коренья для супа и прекрасные розовые кусты. Родители позволяли детям сидеть на маленьких скамеечках под розами и играть. Это был их райский уголок.

Но вот настала зима. Окна часто затягивало льдом. Тогда дети грели на печке медные монетки и прикладывали их к замерзшим стеклам – тотчас протаивало чудесное круглое окошечко, в которое выглядывал веселый, ласковый глазок. Это Кай и Герда смотрели друг на друга.

– Это роятся белые пчёлы! – говорила старая бабушка, когда на улице шел густой снег.

– А у них тоже есть королева? – спрашивал мальчик.

Он знал, что у настоящих пчел она есть.

– Есть! – отвечала бабушка. – Снежинки окружают её густым роем, но она больше их всех и никогда не задерживается на земле – вечно носится на черном облаке.

Часто по ночам пролетает она по городским улицам и заглядывает в окошки, и тогда они покрываются ледяными узорами, словно цветами.

– Да, да, мы видели! – говорили дети и верили, что всё это правда.

Однажды вечером Кай, наполовину раздевшись, взобрался на стул у окна и взглянул в маленький оттаявший кружочек.

Несколько снежинок упали на край цветочного ящика, и одна из них, самая крупная, вдруг начала расти. Она росла, росла, пока не превратилась в женщину, закутанную в тончайший белый тюль, сотканный из миллионов звездчатых снежинок.

Она была ослепительно прекрасна, но вся изо льда – из сияющего, мерцающего льда! И всё же она была живая. Глаза её сверкали, как звезды, но в них не было, ни тепла, ни покоя. Она кивнула Каю и поманила его рукой. Мальчик испугался и спрыгнул со стула; ему показалось, будто за окном мелькнула большая птица.

Настала весна. Солнышко светило, пробивалась зелень, ласточки вили гнезда. Розы цвели и благоухали. Кай и Герда сидели в своем маленьком садике на крыше и пели псалом: «Розы цветут… Красота, красота! Скоро мы встретим младенца Христа».

И вот однажды Кай и Герда сидели и рассматривали книжку с картинками – зверями и птицами. На больших башенных часах пробило пять.

– Ай! – вскрикнул вдруг Кай. – Мне кольнуло прямо в сердце! И что-то попало в глаз!

Герда обвила его шею рукой, он моргал, но в глазу ничего не было видно. – Должно быть, вылетело, – сказал он.

Но нет, не вылетело. Это были те самые осколки дьявольского зеркала. Бедный Кай! Теперь его сердце должно было стать куском льда. Боль прошла, но осколки остались.

– О чем ты плачешь? – спросил он Герду.

– Фу, какая ты сейчас некрасивая!

Мне совсем не больно. Фу! – закричал он вдруг.

– Эту розу точит червь!

А та совсем кривая! Какие гадкие эти розы!

Не лучше ящиков, в которых они стоят! И он толкнул ящик ногой и вырвал обе розы.

– Кай, что ты делаешь? – закричала девочка. А он, видя её испуг, вырвал еще одну розу и убежал в свое окно.

С того дня Кая словно подменили. Теперь он во всем видел только дурное.

Он дразнил бабушку, передразнивал соседей. Все его проказы были теперь злыми.

Зимними вечерами он рассматривал снежинки через лупу и говорил: – Посмотри, как искусно сделано! Это куда интереснее настоящих цветов. Какая точность! Ни одной неправильной линии! Если бы только они не таяли…

Однажды Кай пришел с большими рукавицами, закинул за спину санки и крикнул Герде в самое ухо: – Мне разрешили покататься на площади с другими мальчиками! И был таков.

На площади самые смелые мальчики часто привязывали свои санки к крестьянским саням и катились так довольно далеко. Было очень весело.

В разгар веселья на площади появились большие белые сани. В них сидел человек, закутанный в белую меховую шубу и такую же шапку. Сани дважды объехали вокруг площади. Кай быстро привязал к ним свои санки и покатился.

Большие сани помчались быстрее, а потом выехали из города. Сидевший в них человек обернулся и ласково кивнул Каю, точно знакомому.

Каждый раз, когда Кай хотел отвязать свои санки, человек кивал ему снова, и Кай ехал дальше.

Вот они выехали за городские ворота. Снег повалил хлопьями, стало совсем темно. Кай хотел перекреститься, но забыл молитву – в голове вертелась одна только таблица умножения.

Вдруг сани остановились, и человек в шубе встал. Это была высокая, стройная, ослепительно белая женщина – Снежная королева.

– Славный выдался путь! – сказала она.

– Но ты совсем замерз. Залезай в мою медвежью шубу. Она посадила его в сани рядом с собой и укутала шубой. Кай словно в снежный сугроб провалился. – Всё еще мерзнешь? – спросила она и поцеловала его в лоб.

О! Поцелуй её был холоднее льда. Он пронзил его сердце насквозь, а оно и без того уже было наполовину ледяным. Ему показалось, что он сейчас умрет… Но это только на мгновение, а потом ему, напротив, стало очень хорошо. Он перестал чувствовать холод.

Королева поцеловала его еще раз, и Кай забыл и Герду, и бабушку, и всех домашних. – Больше я не буду тебя целовать, – сказала она, – не то зацелую до смерти.

Кай посмотрел на неё. Она была так прекрасна! Теперь она не казалась ему ледяной. Он больше не боялся её и рассказал, что знает все четыре действия арифметики, да еще и с дробями, и знает, сколько в каждой стране квадратных миль и жителей.

Она только улыбалась в ответ.

И они взвили ввысь, на черное облако. Буря выла и стонала, словно распевая старинные песни. Они летели над лесами и озерами, над морями и сушей.

Внизу дули холодные ветры, выли волки, сверкал снег, а над ними сиял большой ясный месяц. На него смотрел Кай всю долгую зимнюю ночь, а днем он спал у ног Снежной королевы.

ТРЕТЬЯ ИСТОРИЯ: Цветник женщины, умевшей колдовать

А что же стало с маленькой Гердой, когда Кай не вернулся?

Куда он делся?

Никто не знал, никто не мог дать ответа.

Мальчики рассказали только, что видели, как он привязал свои санки к большим великолепным саням, которые унеслись за городские ворота.

Много было пролито слёз. Герда плакала горько и долго. Наконец решили, что Кай умер, утонул в реке, протекавшей за городом. О, какими длинными и мрачными казались теперь зимние дни!

Но вот пришла весна, засияло солнце.

– Кай умер и исчез! – сказала Герда солнечному свету.

– Не верю я этому! – ответил солнечный свет.

– Он умер и исчез! – твердила она ласточкам.

– Мы не верим! – отвечали ласточки. Наконец и сама Герда перестала в это верить.

– Надену-ка я свои новые красные башмачки, – сказала она однажды утром, – те самые, которых Кай ни разу не видел, и пойду к реке спросить о нём.

Было еще очень рано. Она поцеловала спящую бабушку, обулась и совсем одна ушла за городские ворота, прямо к реке.

– Правда ли, что ты взяла моего названого брата? – спросила Герда.

– Я подарю тебе свои красные башмачки, если ты вернешь мне его!

И девочке показалось, что волны как-то странно кивают ей.

Тогда она сняла свои любимые башмачки и бросила их в воду. Но они упали у самого берега, и волны тотчас вынесли их на песок – река, словно не хотела брать у неё подарок, раз не могла вернуть ей Кая.

Герда же подумала, что бросила башмачки недостаточно далеко. Она взобралась в лодку, качавшуюся в камышах, встала на край и снова бросила обувь в воду. Лодка не была привязана и от этого толчка начала отходить от берега.

Герда испугалась, хотела выскочить на сушу, но лодка уже отплыла на целую сажень и быстро неслась по течению.