Отрывок из книги
Крепко сложенным телесно и закаленным суровыми жизненными условиями Филантию и Осипу даже однодневный вьючно верховой переход на лошадях, по мало хоженой тайге человеком представлялся достаточно не из нелегких и очень непростых, чрезвычайно изматывающих неимоверно духовно и физически. Множество самых разных опасностей при преодоление горных прижимов реки в ненастно-дождливую погоду повлияло негативно-угнетающее прежде всего на их эмоционально-психическое восприятие.
Как только высотно-скалистый утес сухинской реки остался позади, они тот час же нахлобучив, как можно глубже капюшоны лабошаков, заметно-расслабленно скукожились в седлах и в мерный такт лошадиного шага, сонно закивали, отяжелело поникшими головами. И только проводник Анчикоуль, как прежде ехал, довольно осанисто и казалось даже ничуть неутомимо. А все потому что ему таежному человеку здесь было привычно и знакомо все, с тех пор, как он впервые в раннем подростковом возрасте вступил самостоятельно на охотничью тропу. Ежедневно соприкасаясь с природой, и как бы сливаясь с тех пор с ней воедино он полно ощущал себя неотделимой её частицей, чувствуя себя здесь так же непринужденно естественно, как в тепле и уюте домашнего крова. Но не только по этой причине, в отличие от спутников, его сейчас не донимала полудремная сонливость. Анчикоуль хорошо знал, что в такое время года здесь безраздельно и повсеместно властвует царь таежного мира медведь и к нему нужно относиться с особым почитанием и уважением. А если так, то в тайге нисколько непозволительно вести себя беззаботно, или того хуже боязливо, где с благоразумной осторожностью необходимо быть постоянно собранным и готовым к любым непредсказуемым неожиданностям. И он вел себя, как подобает настоящему охотнику-следопыту, не случайно бросающему короткие взгляды по сторонам. Поэтому Анчикоуль пристально вглядывался: то под ноги коню, то подолгу всматривался вдоль тропы скрываемой в высоко-лопушистом разнотравье, вьющейся виевато в слабо проглядываемой зелени густых черемуховых кустарников.
.....
Через какое-то время до всадников, начал доноситься, вначале чуть слышимый, но затем все более нарастающий, монотонный клокот ручейного разговора и они пологим косогором спустились к истоку реки Большая, берущей начало в этих подножьях одноименного с ней гольца. Осип, поравнявшись с проводником, недоуменно оглянувшись по сторонам, полюбопытствовал:
– И по чо же ето ты тут остановился…, а?
.....
