Читать книгу Центр специального назначения ФСБ России - - Страница 1
ОглавлениеГлава 1. ЦСН ФСБ России
Подразделение специального назначения Федеральной службы безопасности Российской Федерации, созданное 8 октября 1998 года. Является самостоятельной структурой в системе ФСБ России, руководитель ЦСН напрямую подчиняется первому заместителю Директора ФСБ России.
Основная задача ЦСН ФСБ России – борьба с международным терроризмом на территории России и за её пределами, включающая в себя деятельность по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию террористических актов посредством проведения оперативно-боевых и иных мероприятий (в соответствии со статьёй 9.1 главы II Федерального закона № 40-ФЗ от 3 апреля 1995 года «О федеральной службе безопасности».
История образования
ЦСН ФСБ России создан 8 октября 1998 года, по инициативе директора ФСБ России Владимира Путина путём объединения в единый коллектив подразделений специального назначения органов безопасности.
Решение об образовании Центра было обусловлено нарастающей угрозой распространения международного терроризма и экстремизма. Создание Центра позволило объединить усилия спецподразделений органов безопасности при проведении специальных оперативно-боевых операций по пресечению актов терроризма и силовом обеспечении оперативно-розыскной деятельности по противодействию организованным криминальным структурам.
Деятельность
По данным на начало 2014 года, за пятнадцать лет своего существования сотрудники ЦСН ФСБ России самостоятельно или во взаимодействии с различными подразделениями провели множество оперативно-боевых мероприятий, в ходе которых изъято значительное количество оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, освобождены сотни захваченных боевиками заложников, обезврежены активные члены бандформирований, среди которых такие одиозные главари, как Салман Радуев, Арби Бараев, Аслан Масхадов, Раппани Халилов, Анзор Астемиров, эмиссары международной террористической организации «Аль-Каида» на Северном Кавказе Абу Умар, Абу Хафс, Сейф Ислам и другие.
По сообщениям СМИ, офицеры Центра принимают участие в военной операции России в Сирии. 1 февраля 2020 года четыре спецназовца погибли в результате подрыва фугаса.
В 2020 году Der Spiegel совместно с Bellingcat и The Insider провели расследование убийства Зелимхана Хангошвили в Берлине в августе 2019 года. По данным расследования, опубликованным в феврале 2020 года, убийство было организовано спецподразделением ФСБ «Вымпел», а подготовку киллера-рецидивиста Вадима Красикова для этого убийства осуществил Центр специального назначения ФСБ.
За годы деятельности ЦСН ФСБ России его сотрудникам более двух тысяч раз вручались государственные награды, двадцать военнослужащих удостоены высшей степени отличия – звания «Герой Российской Федерации» (одиннадцать из них – посмертно).
Подразделение принимает участие в нападении России на Украину. Известно о гибели подполковника Управления специальных операций ЦСН ФСБ Николая Горбаня и гибели подполковника спецназа ФСБ Сергея Привалова.
Руководство
Руководители ЦСН ФСБ России:
Валерий Григорьевич Андреев, генерал-майор (8—21 октября 1998);
Александр Евгеньевич Тихонов, генерал-полковник (22 октября 1998 – 2022).
Заместители руководителя ЦСН ФСБ России
Сергеев, Алексей Викторович, генерал-майор (1999—2017)
Структура
В состав ЦСН ФСБ России входят следующие спецподразделения:
Управление «А» (Альфа) – пресечение террористической деятельности на территории инфраструктурных объектов / городская среда
Управление «В» (Вымпел) – пресечение террористической деятельности в рамках лесного фонда / лесные угодья
Управление «К» (Кавказ) (ранее – Служба специального назначения по г. Ессентуки (СН)) – горная местность.
Управление «С» (Смерч) – плато.
Управление «Т» (Таврида) (ранее – 2-я служба «СН» ЦСН ФСБ России, Республика Крым, Симферополь) – водные объекты.
Служба боевого применения специального вооружения (СВ) – тестирование новых единиц вооружения в условиях повышенной опасности.
Управление «Х» (Хакер) – обеспечение кибербезопасности структур, подведомственных Российской Федерации.
Глава 2. Управление «А» (Альфа) – пресечение террористической деятельности на территории инфраструктурных объектов / городская среда
Управление «А» Центра специального назначения Федеральной службы безопасности Российской Федерации (Управление «А» ЦСН ФСБ России) – специальное подразделение Центра специального назначения Федеральной службы безопасности Российской Федерации.
Образовано в СССР 29 июля 1974 года под названием Группа «А» 5-го отдела 7-го управления КГБ СССР и продолжает свою деятельность в современной России. Среди журналистов и обычных людей известно больше под названием Группа «Альфа» или просто «Альфа», ставшим известным брендом. Вместе со спецподразделением «Вымпел» группа «Альфа» являются наиболее известными российскими антитеррористическими подразделениями, решающими задачи обеспечения национальной безопасности.
Основные задачи Управления «А» – осуществление специальных силовых операций по предотвращению террористических актов, поиску, обезвреживанию или ликвидации террористов, освобождению заложников и т. д. Кроме того, бойцы группы «Альфа» привлекаются и к прочим операциям ФСБ России особой и повышенной сложности, а также действуют в «горячих точках», в том числе в таких российских республиках, как Чечня, Дагестан, Ингушетия и др. Спецподразделение предназначено для проведения контртеррористических специальных операций с применением специальной тактики и средств. Повседневная работа сотрудников «Альфы»
– нейтрализация террористов, захватывающих воздушные и водные суда, наземный транспорт, а также удерживающих заложников в зданиях.
Образование группы
Решение о создании группы «А» было принято после совершённого в ночь с 5 на 6 сентября 1972 года на Олимпиаде в Мюнхене террористического акта, в ходе которого от рук палестинской террористической группировки
«Чёрный сентябрь» погибли 11 членов олимпийской сборной Израиля, а также после попытки угона самолёта Як-40 террористами из аэропорта Внуково, которая состоялась почти за 4 недели до образования «Альфы» – 3 июля 1974 года. По словам ветеранов «Альфы», после нейтрализации злоумышленников «вокруг самолета стоял густой пороховой дым». Это был не первый случай попытки угона самолёта в СССР: в 1954 году бортмеханик Т. Т. Ромашкин ценой жизни сорвал угон Ли-2 из Таллина, в 1970 году Пранас и Альгирдас Бразинскисы угнали Ан-24 в Турцию, застрелив стюардессу. Согласно М. Е. Болтунову, председатель Комитета государственной безопасности СССР Юрий Андропов в личном разговоре с начальником Седьмого управления КГБ СССР Алексеем Бесчастновым напомнил, что немецкая полиция оказалась не в состоянии спасти заложников в Мюнхене, и выразил опасения, что подобные события могут повториться и в СССР, а опыта разрешения подобных конфликтов силовыми методами с нейтрализацией бандитов в Советском Союзе не было.
Чтобы встретить во всеоружии предстоящие в 1980 году Летние Олимпийские игры в Москве, возникла необходимость формирования специальных секретных сил, способных противостоять возможным террористическим угрозам и обеспечивать безопасность советских граждан (в том числе и высшего руководства) как на территории СССР, так и, в случае необходимости, за рубежом. В Германии после Олимпиады с той же целью – предотвращения повторных трагедий – был создан отряд GSG 9, который занимался пресечением особо тяжких преступлений, связанных с убийствами, разбоем и захватом заложников; именно этот отряд Андропов приводил в качестве примера ответных действий властей ФРГ на террористические акты. Аналогично в США появилось армейское спецподразделение «Дельта» в 1977 году; в эти же годы появились спецподразделения GIGN во Франции.
На стол руководства КГБ СССР поступала информация не только о создании спецподразделений по борьбе против терроризма за рубежом, но и о новых террористических актах: она тщательно анализировалась, что учитывалось при продумывании идеи о новом подразделении КГБ СССР.
Приказом № 0089ОВ («особой важности») от 29 июля 1974 года по инициативе председателя КГБ СССР Юрия Андропова в 5-м отделе (охраны дипломатических представительств) Седьмого управления КГБ СССР при Совете Министров СССР было создано особое структурное подразделение, известное как «Группа А» (от слова «антитеррор», которое негласно в КГБ называли «Группа Андропова», хотя сам Андропов не считал наименование каким-либо важным в деятельности группы).
В обязанности группы входило выполнение специальных заданий председателя КГБ СССР по пресечению террористических, диверсионных и иных особо преступных акций. Первым командиром спецподразделения был назначен генерал-майор пограничных войск Виталий Бубенин, Герой Советского Союза и участник советско-китайских вооружённых столкновений на острове Даманский. Аналогичными специальными подразделениями в составе КГБ СССР, схожими по функциям, в те годы также являлись «Зенит» и «Каскад». Численность первой группы составляла
30 человек: по воспоминаниям полковника А. Н. Савельева 1992 года, первый набор группы «А» и призыв 1978 года были одними из лучших за историю группы благодаря тому, что призванные в группу люди не только имели отличную физподготовку благодаря занятию спортом, но и отличались высоким интеллектом.
Первый личный состав группы «А» в алфавитном порядке (30 чел.)
Конкурсный отбор личного состава для группы был очень жёстким: туда могли быть зачислены только люди, имевшие высокий уровень физической и профессиональной подготовки, годные для службы в Воздушно-десантных войсках, положительно себя зарекомендовавшие, а также честные, преданные своей Родине, психологически выносливые и добросовестные; также они должны были являться офицерами КГБ, имеющими московскую прописку. В связи с тем, что подобных отрядов и групп прежде не сформировывалось в связи с отсутствием прецедентов, которые создали бы необходимость в таковых подразделениях, формирование группы «А» осуществлялось исключительно на добровольной основе. Первая база нового отряда была размещена в борцовском зале на Новослободской улице в Москве. В отличие от зарубежных спецподразделений типа «Дельта», для пополнения личного состава «Альфы» руководство КГБ СССР не проводило массовый смотр потенциальных кандидатов, направляя своих представителей в те или иные уголки СССР, а разрешило принимать любых сотрудников КГБ при наличии у них московской прописки, но, прежде всего, полагалось на опыт комитетского отдела кадров и даже на личные знакомства последних с кандидатами. Савельев отмечал, что многие пришли в группу из службы наружного наблюдения, Седьмого управления КГБ СССР («наружки»), где от сотрудников требовалось постоянно думать и анализировать ситуацию для принятия верного решения.
В связи с тем, что для подготовки и тренировок личного состава отряда не было возможности и смысла создавать новую базу, группу «А» передали в Седьмое управление КГБ СССР, где имелись соответствующие для этого условия. При создании группы «А» руководство КГБ СССР стремилось создать такую мощную базу для развития отряда, чтобы она не уступала как минимум главной базе GSG-9 под Бонном, на которой были созданы все необходимые условия для тренировок отряда. Помимо разработки своих программ, руководство также использовало некие наработки аналогичных кубинских служб безопасности.
Деятельность в СССР
Операции группы «А» в 1970-е годы Первые операции
На протяжении первых двух лет существования группы она несколько раз поднималась по тревоге: ей приходилось разгонять демонстрации студентов у посольств Эфиопии и Того, которые требовали повышения стипендий – оперативники после первых попыток переговоров затем сами входили в посольства и выводили протестующих, рассаживая их по автобусам. В 1976 году в Москве услуги «Альфы» понадобились при освобождении посла Гайаны, взятого в заложники группой студентов-соотечественников. Ещё два сотрудника в 1976—1977 годах несли службу в Ливане, обеспечивая личную безопасность советского посла, резидента КГБ и членов семей дипломатов. Первая серьёзная операция с участием группы «А» состоялась 18 декабря 1976 года, когда в Цюрих по указанию Ю. В. Андропова вылетел самолёт Ту- 134, доставивший диссидента В. К. Буковского с матерью, сестрой и тяжело больным племянником. На борту находились четыре сотрудника группы «А»
– заместитель командира группы «А» майор Р. П. Ивон и его подчинённые Н. В. Берлев, Д. А. Леденёв и С. Г. Коломеец. По воспоминаниям Берлева, Буковский утверждал, что сопровождавшие его силовики обращались с ним вежливо.
В соответствии с приказом № 00133/ОВ 10 ноября 1977 года группа начала функционировать на правах оперативного отдела. В том же году её численность была расширена с 30 до 56 человек, когда её командиром стал Г. Н. Зайцев. С июля по август 1978 года совместно с боевыми пловцами Черноморского флота ВМФ СССР оперативники группы «А» обеспечивали безопасность подводной части теплоходов «Грузия» и «Леонид Собинов», зафрахтованных для размещения на них делегатов XI Всемирного фестиваля молодёжи и студентов, который проходил в Гаване. Командир группы «А» Г. Н. Зайцев был ответственным за эту операцию. Однако, помимо этого, сотрудники группы «А» занимались также операциями по обезвреживанию угонщиков самолётов: в 1978 году было совершено минимум шесть попыток угона самолётов, в том числе один в Грозном (пассажир Махаев ранил бортмеханика, по приземлению в Махачкале застрелился) и один с посадкой в Пярну (некто Афонин, требовавший вылета в Швецию, был задержан оперативниками группы «А»), в 1979 году имели место попытки угона в Симферополе (учащийся Вяншас угрожал взрывом), Анадыре и Новокузнецке (оба угонщика были убиты).
Попытка обезвреживания Ю. Власенко и очередной обмен диссидентов
28 марта 1979 года в Москве в здании американского посольства оперативники группы «А» впервые вынуждены были обезвреживать человека с самодельным взрывным устройством – им был житель Херсона Ю. М. Власенко, который в 14:30 пришёл в консульский отдел в сопровождении второго секретаря посольства Роберта Прингла и потребовал крупную сумму денег и самолёт для вылета за границу, угрожая в случае отказа привести в действие взрывное устройство (мощностью 2 кг в эквиваленте тола). Американский посол Малкольм Тун потребовал от охраны диппредставительства выдворить Власенко, и в 15:35 к зданию подъехали оперативники группы «А» во главе с командиром группы «А» Г. Н. Зайцевым и его заместителем Р. П. Ивоном. В составе группы оперативников были также М. М. Романов, С. А. Голов, М. Я. Картофельников, В. И. Филимонов и В. Н. Шестаков.
По свидетельствам оперативников, Власенко несколько раз декламировал стихи Шиллера, держа при этом палец на кнопке, приводящей в действие взрывное устройство. Переговоры со «смертником» вели Филимонов, Шестаков и Картофельников, выяснившие, что Власенко несколько раз безуспешно пытался поступить в институт, неоднократно избивался сотрудниками милиции и мечтал получить квартиру в Москве. Однако им не удалось убедить его сдаться, несмотря на то, что к вечеру Власенко уже был пьян. Майору С. А. Голову было дано указание ранить террориста из бесшумного пистолета, чтобы нейтрализовать его, но трое оперативников едва успели покинуть помещение, прежде чем в 20:47 Власенко подорвал себя. От полученных ранений он скончался на месте.
Ещё одна операция по обмену советских диссидентов состоялась 27 апреля 1979 года в Нью-Йорке в международном аэропорту имени Джона Кеннеди. В сопровождении бойцов группы «А», которыми руководил командир группы «А» Г. Н. Зайцев, состоялся обмен двух советских разведчиков (Владимира Энгера и Рудольфа Черняева), приговорённых к длительным срокам тюремного заключения, на пятерых советских диссидентов – Э. С. Кузнецова, М. Ю. Дымшица, А. И. Гинзбурга, Г. П. Винса и В. Я. Мороза.
Служба в Афганистане. Штурм дворца Амина
Группа «А» перед штурмом дворца Амина
5 декабря 1978 года правительство Демократической Республики Афганистан, учитывая внешнеполитическую обстановку, обратилось к СССР с просьбой об оказании политической, материальной и экономической помощи. В марте—апреле 1979 года в Кабуле находилась группа оперативников «Альфы» во главе с О. А. Балашовым, прибывшая туда для охраны посла СССР в Афганистане и его семьи, а также обеспечения безопасности представителя КГБ СССР и военных советников в провинциях Гардезе, Мазари-Шарифе, Герате, Джелалабаде и Кандагаре. В связи с необходимостью скорейшей командировки в Афганистан выпуск очередного курса состоялся не в августе, а в июне: для подготовки к командировке были отобраны 10 человек в штат спецподразделения «Зенит», убывшего в июле в Афганистан. В декабре 1979 года из Чехословакии в Кабул были доставлены посол Афганистана в ЧССР и будущий лидер НДПА и ДРА Бабрак Кармаль со своими соратниками – ими были Мохаммад Аслам Ватанджар, Нур Ахмед Ну и Анахита Ратебзад, которые оказались в опале в своё время у афганского лидера Хафизуллы Амина. Кармаль не раскрывал деталей своего прибытия в Кабул, ограничиваясь указанием в виде маршрута Москва – Ташкент, однако позже было установлено, что его охрану с 7 по 27 декабря обеспечивали бойцы группы «А» во главе с В. И. Шергиным. С 12 по 14 декабря Кармаль и его спутники пребывали в афганском Баграме, однако позже вынуждены были покинуть страну: по некоторым данным, причиной тому стала готовившаяся операция в Кабуле по захвату дворца Амина и нейтрализации его охраны. Кармаль и его спутники вернулись в Афганистан только 23 декабря.
Вечером 24 декабря 1979 года сотрудники группы «А» и иные бойцы спецподразделений КГБ СССР и ВС СССР прибыли в Кабул, не обсуждая даже друг с другом детали своей командировки. А 27 декабря прошла операция в районе Дар-уль-Аман по захвату дворца Тадж-Бек, известного также как «дворец Амина», и свержению афганского лидера Хафизуллы Амина. В ней участвовали 24 сотрудника группы «А», действовавшие в составе нештатной боевой группы «Гром», вместе с бойцами ОСН «Зенит» Первого главного управления КГБ СССР численностью 30 человек. Кодовое название всей операции по смене власти в Кабуле – «Байкал-79». Эта операция считается одной из наиболее известных в истории деятельности «Альфы». Начало операции было ознаменовано взрывом «колодца» связи в 19:15 и обесточивания Кабула.
Штурм дворца длился, по разным данным, от 40 до 43 минут, в результате которого были ликвидированы собственно Амин, его любовница и один из его сыновей. Активную поддержку отрядам «Гром» и «Зенит» оказали так называемый «мусульманский батальон» ГРУ и 9-я рота десантников 345-го отдельного полка ВДВ под командованием старшего лейтенанта В. А. Востротина. Из тяжёлого вооружения в распоряжении оперативников были две ЗСУ типа «Шилка» и шесть БМП. Старшими подгрупп в ходе штурма были: О. А. Балашов, С. А. Голов, В. П. Емышев и В. Ф. Карпухин. Общее руководство осуществлял заместитель командира группы «А» майор М. М. Романов. Командир «Зенита» – Я. Ф. Семёнов. Одновременно с проведением операции «Шторм-333» бойцы спецподразделения были задействованы вместе с десантниками для захвата стратегически важных объектов, расположенных в разных частях афганской столицы – царандоя (МВД), штаба ВВС и центрального телеграфа.
Однако, несмотря на успешное завершение операции, в результате штурма погибли два сотрудника группы «А» – капитан Д. В. Волков и капитан Г. Е. Зудин. Ещё несколько бойцов получили тяжёлые ранения (так, В. П. Емышев потерял руку), что грозило им увольнением со службы по инвалидности. Однако занимавший должность начальника 7-го управления КГБ СССР А. Д. Бесчастнов добился того, чтобы этих сотрудников оставили в кадрах КГБ. 28 апреля 1980 года Указом Президиума Верховного Совета СССР звания Героя Советского Союза были присвоены бойцу спецгруппы «Зенит» Г. И. Бояринову (посмертно), а также оперативникам группы «Альфа» В. Ф. Карпухину и Э. Г. Козлову; эти награды, как и награды другим отличившимся бойцам, были вручены Карпухину и Козлову 21 мая из рук первого заместителя председателя Президиума Верховного Совета СССР В. В. Кузнецова, хотя изначально награждение собирался проводить Л. И. Брежнев.
Операции группы «А» в 1980-е годы
Командировки в Афганистан и Московская Олимпиада
Группа «А» несла службу в Кабуле с января до 30 июня 1980 года. С 27 по 30 января она решала вопросы личной безопасности Ю. В. Андропова вовремя его конфиденциального визита, однако, прежде всего, занималась охраной высших должностных лиц Народно-демократической партии Афганистана и руководства Демократической Республики Афганистан. Группой руководил В. И. Шергин. Сотрудники группы «А» присутствовали на всех публичных выступлениях Бабрака Кармаля. В последний день пребывания группы состоялся торжественный банкет, на котором присутствовали почти все члены военно-политического руководства Афганистана. С 4 июля и до начала августа группа «А» занималась обеспечением безопасности XXII Летних Олимпийских игр в Москве, стремясь предотвратить повторение трагедии Мюнхенской Олимпиады. Помимо выполнения поставленных задач в столице, в Таллин и на побережье Эстонской ССР были командированы боевые пловцы группы «А» (старший – В. М. Панкин), которые периодически осматривали акваторию, где проходили соревнования по парусному спорту. В обеспечении безопасности на море участвовало специальное подразделение для борьбы с подводными диверсантами и террористами. Отличившиеся во время Олимпиады сотрудники были отмечены государственными наградами. Очередная командировка сотрудников группы «А» в Афганистан длилась с февраля по июль 1981 года: 15 сотрудников во главе с В. Н. Зорькиным в составе отряда «Каскад-2» обеспечивали силовое прикрытие оперативно-поисковых мероприятий и собирали информацию об отрядах, действовавших в Кабуле и его окрестностях, изымали оружие из тайников и обеспечивали безопасность агитационных отрядов, а также охраняли чрезвычайного и полномочного посла Ф. А. Табеева.
В 1980-е годы оперативникам группы «А» приходилось участвовать в обеспечении безопасности граждан во время массовых выступлений и беспорядков: с 27 октября по 4 декабря 1981 года в Орджоникидзе во время массовых беспорядков безопасность обеспечивал отряд, которым руководил заместитель командира группы «А» Р. П. Ивон; в 1985 году во время XII Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Москве аналогичную работу выполняли люди А. Н. Савельева. Также оперативники участвовали в спасении захваченных в заложники людей или находившихся в опасности (так, в 1982 году им удалось поймать человека, который прыгнул с крыши американского посольства). Также с ноября 1982 по март 1987 года в Афганистан по приказу председателя КГБ СССР В. М. Чебрикова направлялись разные отряды группы «А»: всего там службу несли 125 офицеров и прапорщиков в составе мотоманевренных и десантно-штурмовых групп 47-го пограничного отряда. В порядке очерёдности командировок старшими были следующие оперативники: В. Н. Зорькин, В. И. Шергин, А. Н. Савельев, М. В. Головатов, О. А. Балашов, С. А. Гончаров, В. Н. Гришин, А. М. Лопанов, В. М. Панкин, А. Н. Савельев, О. А. Балашов, В. Н. Зорькин, В. Н. Зайцев и В. И. Шергин.
Освобождение заложников в Сарапуле и Тбилиси Основная статья: Попытка угона Ту-134 в ноябре 1983 года
Одна из первых операций по освобождению заложников, произошедших после штурма дворца Амина, имела место в Сарапуле (Удмуртская АССР).
18 декабря 1981 года рядовые 248-й мотострелковой дивизии А. Х. Колпакбаев и А. Г. Мельников дезертировали из части и захватили в заложники 25 учеников 10-го класса средней школы № 12. Дезертиры потребовали выдать им визы на выезд и отправить самолётом на запад. Всю группу «А» подняли по тревоге, тяжело вооружив на случай затяжной перестрелки и помня о печальном опыте Мюнхена. Старшим был назначен командир группы «А» Г. Н. Зайцев, но руководство операцией осуществлял заместитель Председателя КГБ СССР генерал-полковник В. М. Чебриков. Переговоры с террористами в Сарапуле вёл сотрудник КГБ, капитан Владимир Орехов, который всячески пытался выиграть время и даже готов был предложить себя в качестве заложника. Так, он заставил Колпакбаева и Мельникова для получения виз заполнить все необходимые документы, дав оперативникам подготовиться к операции, а по ходу выполнения своих обязанностей убедил своих противников отпустить 18 заложников. Позже к 00:30 следующего дня дезертиры отпустили оставшихся семерых мальчишек, а затем оба были задержаны прибывшими на место оперативниками группы
«А», причём «альфовцы» не произвели ни единого выстрела. В ходе операции никто не пострадал.
18 ноября 1983 года произошёл ещё один захват заложников в самолёте, и для разрешения этой кризисной ситуации снова потребовались усилия
«Альфы». В тот день 16:16 самолёт Ту-134А, следовавший по маршруту Тбилиси – Ленинград с 57 пассажирами на борту и 7 членами экипажа, был захвачен семью представителями грузинской «золотой молодёжи» во главе с Иосифом Церетели. В ходе налёта были застрелены лётчики З. Шарбатьян и А. Чедия, стюардесса В. Крутикова и двое пассажиров, а также были тяжело ранены штурман А. Плотко и стюардесса И. Химич, однако экипаж отобрал оружие и начал отстреливаться: из нападавших был убит Г. Табидзе и ранен главарь группы И. Церетели, а лётчики сумели заблокировать дверь. Террористы потребовали направить самолёт в Турцию, угрожая расстрелять заложников и взорвать самолёт в случае отказа. Тем не менее, командир воздушного судна А. Б. Гардапхадзе вынужден был сесть в Тбилиси формально для дозаправки топлива. В 18 часов командир группы «А» Г. Н. Зайцев получил от дежурного информацию о захвате самолёта и отдал распоряжение о вылете группы в Тбилиси; операцией руководил непосредственно на самолёте М. В. Головатов.
В 23:08 в Тбилиси прибыли 38 оперативников, которые перед штурмом провели небольшую тренировку на запасном самолёте на аэродроме. Группы захвата возглавляли М. В. Головатов, В. В. Забровский и В. Н. Зайцев. Между штабом и самолётом постоянно находился В. Ф. Карпухин, который пытался успокоить группы захвата, однако всякий раз готовность к штурму постоянно откладывалась. Часть информации группа получала от В. Н. Зайцева, который первым поднялся на борт и первым из оперативников увидел следы перестрелки и тела убитых членов экипажа, пассажиров и террористов. Вскоре после полуночи прозвучала команда штурмовать самолёт: одну из придавленных трупами дверь удалось с большим трудом выломать при штурме; также одной из групп пришлось добираться до самолёта пешком, а не на микроавтобусе. Тем не менее, оставшиеся в живых террористы были арестованы; из находившихся на тот момент в живых заложников никто не пострадал. Позже четверых арестованных (Д. Микаберидзе застрелился) приговорили к расстрелу, а пятая (Т. Петвиашвили) получила 14 лет тюрьмы, хотя после 1991 года Звиад Гамсахурдия всячески пытался добиться полного оправдания всех семерых лиц, захвативших самолёт.
Арест агентов иностранных разведок
Оперативники группы «А» привлекались к операциям по захвату лиц, завербованных иностранными разведками и поставлявшим им конфиденциальную и секретную информацию. В ряде операций старшим был полковник В. Н. Зайцев. Ещё в 1977 году в результате спланированной операции им были захвачены работавшие на ЦРУ вице-консул посольства США Марта Петерсон и советский дипломат Александр Огородник («Трианон»). С 1985 по 1986 годы им были арестованы двенадцать подобных шпионов – офицеров КГБ СССР и ГРУ, среди которых фигурируют:
9 июня 1985 года – инженер Адольф Толкачёв, специалист Министерства радиоэлектронной промышленности СССР («Сфиэ»).
25 августа 1985 года – полковник ГРУ Геннадий Сметанин, помощник военного атташе в Португалии («Миллион»).
Ноябрь 1985 года – майор внешней контрразведки КГБ СССР Сергей Моторин, сотрудник Вашингтонской резидентуры («Гоэ»).
7 июля 1986 года – генерал-майор ГРУ Дмитрий Поляков, старший преподаватель Военно-дипломатической академии («Топхэт» и «Воам»).
Майор КГБ СССР Геннадий Вареник, сотрудник Боннской резидентуры («Фитнесс»).
Полковник научно-технической разведки КГБ СССР Валерий Мартынов, сотрудник Вашингтонской резидентуры («Джентил»).
Полковник внешней разведки Владимир Пигузов («Джоггер»).
Подполковник КГБ СССР Борис Южин, сотрудник резидентуры в Сан- Франциско («Твайн»).
Освобождение заложников в Уфе и трагедия в Вещево
Захват Ту-134 в Уфе и Попытка угона Ту-154 семьёй Овечкиных
Утром 20 сентября 1986 года в Уфе солдаты внутренних войск МВД младший сержант Н. Р. Мацнев, рядовой С. В. Ягмурджи и ефрейтор А. Б. Коновал сбежали из воинской части, завладев стрелковым оружием, и захватили такси, выехав в сторону Уфимского аэропорта. По пути они обстреляли милицейский УАЗ, убив двух милиционеров: напуганный случившимся Коновал скрылся, а Ягмурджи и Мацнев направились на аэродром, где захватили самолёт Ту-134А с 76 пассажирами и 5 членами экипажа, следовавший в Нижневартовск, и потребовали лететь в Пакистан. В ходе нападения были убиты два пассажира. В Уфу срочно прибыла группа
«А», но ситуация осложнялась тем, что террористы проходили службу в составе внештатной антитеррористической группы и могли предугадать возможные действия по штурму самолёта. Бортпроводницы убедили террористов отпустить большую часть заложников, а вскоре захватчики потребовали доставить на борт наркотики, в которые сотрудниками «Альфы» было подмешано снотворное. Пользуясь тем, что оба преступника потеряли сознание под действием наркотиков, стюардессы забрали у них ручной пулемёт, выпустили оставшихся пассажиров и сами покинули самолёт, прежде чем оба террориста очнулись. Командир группы Г. Н. Зайцев дал приказ штурмовать самолёт, группой захвата руководил В. Н. Зорькин: в завязавшейся перестрелке Мацнев был убит, а Ягмурджи ранен в ногу. На застрелившего Мацнева солдата было заведено уголовное дело, однако следствие позже закрыло дело, постановив, что боец имел право применять оружие. Экипаж самолёта был отмечен государственными наградами.
8 марта 1988 года семья Овечкиных захватила Ту-154, потребовав направить самолёт в Лондон под угрозой взрыва. Из-за недооценки сил Овечкиных, вооружённых огнестрельным оружием, было принято решение освобождать самолёт только силами милиции: для пассажиров объявили о посадке в финском городе Котка, однако самолёт сел в Вещево. Когда Овечкины осознали, что их обманули, они открыли огонь по пассажирам, но и ворвавшиеся на борт милиционеры действовали крайне непрофессионально. В итоге погибло 9 человек и было ранено 19, а самолёт сгорел дотла. Бойцы
«Альфы», вертолёт которой сел на аэродроме Вещево, не успели прибыть вовремя и к своему прибытию лишь наблюдали за горящим остовом самолёта. Полковник О. А. Балашов позже подвергал критике милицию ГУВД Леноблисполкома за неподготовленность к операции, обернувшуюся гибелью нескольких заложников.
Горячие точки на Кавказе
Захват автобуса с детьми в Орджоникидзе
Во время Перестройки группа «А» занималась охраной Генерального секретаря ЦК КПСС М. С. Горбачёва во время его зарубежных визитов в Дели (ноябрь 1986), Вашингтон (декабрь 1987) и Нью-Йорк (декабрь 1988), а также во время посещения им Красноярского края (сентябрь 1988). Вместе с тем на Кавказе начались уже межнациональные волнения, предотвращать переход которых в открытое вооружённое противостояние должна была
«Альфа». Так, в связи с обострением межнациональных отношений в Азербайджан были направлены группы «А» («Альфа») и «В» («Вымпел») Седьмого управления КГБ СССР, а также отряд «Витязь» МВД СССР. С их помощью с сентября 1988 по ноябрь 1989 года в Нагорном Карабахе обеспечивалась личная безопасность члена ЦК КПСС и главы Комитета особого управления А. И. Вольского. Группой «А» в этом задании руководил лично Г. Н. Зайцев. Также в 1988 году сотрудники группы «А» вылетели в эфиопскую столицу Аддис-Абеба, где необходимо было передать диссидента П. А. Айрикяна советской резидентуре ПГУ КГБ: Айрикян собирался выехать в США, а эфиопы грозились его арестовать и казнить по непонятным причинам. Сотрудники помогли разрешить эту ситуацию: Айрикян прибыл в гостиницу на банкет армянской общины, с которой позже и уехал.
1 декабря 1988 года произошёл очередной случай захвата заложников. Банда из четырёх человек во главе с рецидивистом П. Л. Якшиянцом (его подручные – Владимир Муравлёв, Герман Вишняков и Владимир Анастасов) захватили пассажирский автобус ЛАЗ-697, в котором находились ученики 4-го класса «Г» школы № 42 вместе с учительницей Н. В. Ефимовой
– среди заложников были жена Якшиянца Т. М. Фотаки и его дочь. Террористы перегнали автобус из Орджоникидзе в аэропорт Минеральных Вод. 2 декабря в 0:10 командир прибывшей группы «Альфа» Г. Н. Зайцев по рации начал вести восьмичасовые переговоры с Якшиянцом, от которого услышал требования: предоставить ему самолёт для вылета в Пакистан, Израиль или ЮАР. Также Якшиянц требовал освободить своих осуждённых сообщников в Ташкенте, дав всего 40 минут на размышление и угрожая убивать по одному заложнику каждые полчаса. Павел предусмотрел возможность штурма автобуса, поэтому поставил трёхлитровые банки с бензином: при малейшей искре автобус взорвался бы, не оставляя шансов выжить никому из заложников. Изначально договорённость была достигнута о перелёте в Пакистан с промежуточной посадкой в Ташкенте – ради этого был выбран самолёт, который изначально должен был лететь в Дели. Однако позже Якшиянц наотрез отказался от Пакистана, объяснив это тем, что СССР фактически воюет против Пакистана (на территории страны располагались базы, где обучались афганские моджахеды), и заявил о необходимости лететь в Израиль, выдвинув ещё одно требование – миллион долларов США, миллион фунтов стерлингов и «миллион золотом». После переговоров Якшиянца уговорили принять 2 миллиона долларов в обмен на обещание отпустить заложников. Позже Якшиянц выдвинул очередное требование – предоставить ему семь заряженных боевыми патронами автоматов типа АКМ
и восемь бронежилетов, несмотря на запрет на перевозку оружия за рубеж гражданскими рейсами, но предоставлять гарантии освобождения детей отказался. В связи с настаиванием Якшиянца на восьми бронежилетах группа
«А» долгое время думала, что террористов всего восемь.
Переговоры заходили в тупик, так как Якшиянц настаивал на том, чтобы привести кого-то из членов Политбюро или лично Р. М. Горбачёву, обязательно требуя от М. С. Горбачёва подтверждения того, что всем четверым дозволено вылететь в Израиль. По истечении 9-го часа переговоров на связь вышли сотрудник УГКБ по Ставропольскому краю Е. Г. Шереметьев и сотрудник группы «А» В. А. Бочков: к тому моменту Якшиянцу предоставили гарантии выдать четыре пистолета Макарова и один автомат Калашникова, а также подготовили экипаж Ил-76Т (RA-76519) во главе с Александром Божковым для вылета. После выдачи пистолетов, автомата и четырёх бронежилетов Якшиянц отпустил ряд заложников, оставив 10 мальчиков и учительницу. Затем к самолёту подвели жену Павла Тамару, которая убедила его отпустить остальных детей и учительницу, оставив на борту только экипаж и Шереметьева, но позже под давлением Якшиянц вынужден был отпустить и Шереметьва. Всего на освобождение заложников Шереметьев потратил шесть часов, а Ил-76 вылетел в Тель-Авив. По каналам МИД СССР Израиль, не имевший дипломатических отношений с СССР, дал «добро» на выдачу преступников, и после приземления самолёта в аэропорту
«Бен-Гурион» всех бандитов задержала израильская полиция по обвинению в терроризме, а у Якшиянца конфисковали оружие и деньги, которыми он пытался откупиться. В операции по задержанию бандитов участвовали руководитель советской консульской группы Мартиросов и второй секретарь МИДа Израиля Я. Кедми. Всех четверых бросили в тюрьму Абу-Кебир. Изначально депутаты Кнессета выступали против депортации банды Якшиянца в СССР, настаивая на подробном выяснении всех обстоятельств задержания, но позже согласились выслать всех четверых в Москву в обмен на неприменение в их отношении высшей меры наказания. Якшиянц в итоге получил 15 лет лишения свободы. Начиная с этого момента в дни каждого национального праздника Израиля охрану его посольства обеспечивала «Альфа».
Освобождение заложников в Саратове Захват заложников в Саратове
В 1989 году группа «А» привлекалась минимум к трём операциям. Так, с 30 по 31 марта в Баку им пришлось обезвреживать уроженца Керчи С.Скока, который находился во всесоюзном розыске по обвинению в хищении крупной суммы денег. Скок, находясь на борту Ту-134, сообщил о присутствии двух его сообщников на борту и взрывного устройства в грузовом отсеке. Под угрозой дистанционного подрыва бомбы Скок потребовал 500 тысяч долларов и право вылета за границу. Командир группы
«А» Герой Советского Союза В. Ф. Карпухин провёл операцию, в ходе которой Скок был арестован. В апреле того же года группы «А» и «В» занимались охраной правительственных зданий во время массовых акций протеста со стороны грузинских националистов.
Третья и наиболее известная операция того года произошла с 10 по 12 мая в Саратове и стала известна под кодовым названием «Гром». В 16:45 во время прогулки в изоляторе № 1 УИТУ УВД Саратовского исполкома четверо заключённых во главе с В. Ю. Рыжковым, вооружённые заточками и фальшивыми гранатами (муляжами из хлебного мякиша), взяли в заложники двух сотрудниц изолятора и двух (по другим данным – четырёх) находившихся под следствием подростков. Рыжков и его люди потребовали в обмен на жизни заложников 4 пистолета, 10 тысяч рублей и транспорт с правом выезда из тюрьмы за пределы области. 11 мая самолёт Ту-154 с 18 оперативниками приземлился на аэродроме Энгельса, в то время как милиция безуспешно пыталась вести переговоры с бандитами. В итоге милиции пришлось пойти на уступки: всем четверым выдали заправленный микроавтобус РАФ и пистолет Макарова с 24 патронами, в обмен на что были освобождены одна женщина и один подросток. В 22:00 автомобиль выехал за пределы изолятора, а позже бандиты выбросили ещё одну женщину из машины, которая чуть не погибла от побоев. Последующая погоня милиции за бандитами не увенчалась успехом. По пути они захватили в заложники ещё одного человека (19-летнюю продавщицу) и скрылись в неизвестном направлении.
11 мая в 15:00 милиция и группа «А» выяснили, что банда Рыжкова забаррикадировалась в доме № 20 по улице Жуковского, взяв в заложники супругов Просвириных и их двухлетнюю дочку. На этот раз Рыжков требовал крупную сумму денег, наркотики, водку и самолёт для вылета за границу. Бандиты избивали заложников, а для устрашения привязали женщину с дочерью к двери. Штаб принял решение брать квартиру штурмом: операцией командовал В. Ф. Карпухин, его заместителем был М. В. Головатов. В 3:10 бойцы заняли исходные позиции: в 3:25 первая группа с помощью специального альпинистского снаряжения спустились с крыши и ворвались в окна захваченной квартиры, а вторая группа вышибла дверь тараном. Один из бандитов, вооружённый пистолетом Макарова, успел сделать два выстрела, которые пришлись в бронещит. Группа захвата, пользуясь фактором внезапности, обезвредила Рыжкова и его людей. Никто из заложников не пострадал.
Последние годы СССР Горячие точки в СССР
В 1990 году по всему СССР начались антисоветские выступления, организованные сторонниками выхода республик из состава Союза и сопровождаемые многочисленными погромами и межэтническим насилием. Во избежание кровопролития группы «А» и «В» (последняя представляла Отдельный учебный центр КГБ) отправлялись в разные горячие точки. Так, с декабря 1989 по январь 1990 года они выполняли служебно-боевые задачи в зоне массового прорыва экстремистами и радикалами государственной границы Советского Союза с Ираном. В ходе операции в Нахичевани у пограничной заставы был арестован один из лидеров НФА, который был позже этапирован в тюрьму «Лефортово».
15 января «Альфу» и «Вымпел» перебросили вместе с учебным батальоном спецназа (отряд «Витязь») в Баку для нейтрализации Народного фронта Азербайджана, недопущения свержения лидеров Азербайджанской ССР, пресечения массовых беспорядков и ареста лиц, подозревавшихся в подрывной деятельности. Сотрудниками группы «А» обеспечивалась безопасность первого секретаря Компартии Азербайджана А. Х. Везирова.
По воспоминаниям сотрудника группы «А» Николая Калинина, в ходе одной из операций в бакинском общежитии им пришлось с помощью фонаря- электрошокера вывести из строя некоего спортсмена, которого они ошибочно приняли за члена НФА. С января по февраль 1990 года группы «Альфа» и
«Вымпел» занимались оперативными мероприятиями в Степанакерте и на территории Нагорно-Карабахской АО.
С 12 по 13 мая группа «А» несла службу по охране зданий ЦК Компартии Таджикистана и КГБ Таджикской ССР во время массовых антиправительственных выступлений в Душанбе. В мае бойцы группы участвовали в операции «Капкан» по пресечению контрабанды оружия в СССР, которое шло в помощь экстремистским группировкам на Кавказе: в банду были внедрены сотрудник «Альфы» Анатолий Савельев и сотрудник 5-го управления КГБ СССР Владимир Луценко, которые арестовали в Грозном как организаторов поставок, так и «покупателей». В августе в Ереване ими была разгромлена вооружённая преступная группировка некоего бандита по кличке «Серый» (убиты трое преступников, двое ранены, шестеро задержаны). Группе также пришлось пресекать в Кишинёве беспорядки на националистической почве.
Операция в сухумском СИЗО Бунт заключённых в Сухуми
Утром 11 августа 1990 года в следственном изоляторе Сухуми семеро заключённых во главе с Павлом Прунчаком и Мироном Дзидзарией взяли в заложники дежурных офицеров и выпустили 68 преступников из камер, заполучив доступ к запасам хранившегося в СИЗО огнестрельного оружия. Преступники потребовали предоставить им микроавтобус для выезда из изолятора (изначально требовали БТР) и вертолёт для вылета из Сухуми. 14 августа в Сухуми вылетели 22 сотрудника группы «А» во главе с полковником В. Ф. Карпухиным и 31 боец учебного батальона специального назначения («краповых беретов») ОМСДОНа во главе с полковником С. И. Лысюком, которые занялись разработкой плана штурма.
Было принято решение передать бандитам микроавтобус РАФ, в котором было спрятано маломощное взрывное устройство, способное оглушить на короткий срок преступников, а на площадь Ленина рядом с изолятором был поставлен вертолёт. Согласно разработанному оперативниками плану, одна группа (старший – М. Я. Картофельников) должна была взять штурмом переданный бандитам микроавтобус РАФ, как только там сработает взрывное устройство. Вторая группа во главе с М. П. Максимовым должна была взорвать торцевую дверь изолятора и зачистить первый этаж, а третья во главе с С. И. Лысюком должна была взломать люк и перебраться с четвёртого на третий этаж изолятора, хотя был велик риск того, что в результате взрыва обрушится всё здание.
Группа Картофельникова быстро обезоружила бандитов: трёх преступников (в том числе Прунчака и Дзидзарию) уничтожили, остальные были задержаны. В ходе операции был ранен сотрудник «Альфы» И. В. Орехов, который получил ранение в шею из стрелявшего в него Прунчака, а также боец «краповых беретов» Олег Лебедь, раненый в ногу во время штурма третьего этажа. Также в ходе операции сотрудники спасли сторожевую овчарку, которую, согласно плану, надо было убить из бесшумного оружия: один из солдат увёл собаку в безопасное место. Операция стала редким примером того, как спецподразделения освобождали заложников в пенитенциарных учреждениях, а спустя некоторое время об этой истории узнал прибывший с визитом в СССР бывший президент США Ричард Никсон. Карпухин за удачное проведение операции был произведён в генерал-майоры.
События в Вильнюсе (1991)
Информация об участии группы «А» в вильнюсских событиях января 1991 года известна отчасти благодаря секретному отчёту, который по неизвестным причинам просочился в открытую печать – сначала в литовский еженедельник «Гимтасис краштас», а затем в «Независимую газету». 7 января 1991 года сотрудники группы «А» М. В. Головатов, А. И. Мирошниченко и И. В. Орехов занимались разведкой и подготовительными мероприятиями в Вильнюсе, рассчитывая, что в ближайшие дни для восстановления порядка в Литве понадобится задействовать группу «А». 11 января 1991 года 67 сотрудников группы «А» – 65 офицеров, заместитель командира группы «А» М. В. Головатов и командир отделения подполковник Е. Н. Чудеснов – отправились на двух самолётах в Вильнюс, где получили приказ взять под контроль Комитет по телевидению и радиовещанию, телевизионную вышку и радиопередающий центр, чтобы не дать их взять под контроль сторонникам движения «Саюдис».
Все здания были окружены сторонниками независимости Литвы: по некоторым оценкам, постоянное дежурство вокруг них несли от 5 до 6 тысяч человек. Для выполнения задачи в оперативное подчинение группе «А» передали силы 234-го полка 76-й Псковской воздушно-десантной дивизии и сотрудников ОМОН МВД Литовской ССР. В ночь с 12 на 13 января группе был дан приказ штурмовать здания, однако применять стрелковое оружие против гражданских было строго запрещено. По замыслу руководства, путь к телецентру, телевизионной башне и радиоцентру должны были расчистить бронетехника и силы МВД и ВДВ, однако они опоздали на 40 минут. Согласно воспоминаниям военнослужащих, охранявшие здание люди были вооружены огнестрельным оружием, имитационными гранатами, самодельными бомбами и бутылками с зажигательной смесью; помимо этого, у них были дубинки, камни и заточки в качестве примитивного оружия самообороны. Помощь протестующим оказывали милиционеры города и сотрудники службы безопасности «Скучиса». Группа пошла на штурм зданий, несмотря на то, что литовцы стали стрелять по машинам и швыряться бутылками, и взяла их под контроль, разоружив милицию. Однако при захвате здания Комитета по телевидению и радиовещанию погиб лейтенант В. В. Шатских, который получил смертельное огнестрельное ранение в спину: информация о том, что Шатских нёс службу в «Альфе», была обнародована только спустя неделю после событий. Также во время штурма телевизионной башни погибли 14 гражданских лиц (11 умерли в ночь трагедии, ещё трое скончались позже), не менее 140 были ранены. Позже правительство Литвы официально обвинило группу «А» в расстреле ряда протестующих: эту версию отстаивал журналист Игорь Бунич в статье
«Кейс Президента». Оперативники всячески отрицали факт применения огнестрельного оружия, утверждая, что в ту ночь стреляли только протестующие и что Бунич допустил ряд грубых фактических ошибок в публикации.
По мнению вице-президента Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа» полковника запаса Сергея Полякова, именно после Вильнюсских событий группу «А» впервые в прессе назвали «Альфой».
«Альфа» и ГКЧП
Одной из последних операций против преступников стал случай 7 июня 1991 года, когда вооружённый ножом злоумышленник захватил в экскурсионном автобусе «Икарус», выехавшем с «Площади трёх вокзалов», 7-летнюю Машу Пономаренко. Все события разворачивались на Васильевском спуске: в переговорах с преступником принял участие депутат А. Г. Тулеев. В результате операции, которой руководил заместитель командира группы «А» В. Н. Зайцев, преступника удалось обезвредить. Однако, по словам полковника ГРУ и перебежчика Станислава Лунёва, к тому времени группа
«А» уже не была настолько сильной: её морально раздавило ввязывание в политическую борьбу между Горбачёвым и Ельциным.
Последней за время существования СССР операцией с участием «Альфы» стали события августа 1991 года. В ночь с 18 на 19 августа в 4 часа утра председатель КГБ СССР В. А. Крючков отдал приказ сотрудникам группы
«А» и лично командиру В. Ф. Карпухину выдвинуться в подмосковный посёлок Архангельское-2 и усилить при необходимости посты охраны. На даче находились Президент России Б. Н. Ельцин и лица из его окружения (в том числе Р. И. Хасбулатов, И. С. Силаев, А. В. Руцкой, М. И. Полторанин, А. А. Собчак и Ю. М. Лужков): ожидалось, что группа «А» арестует их всех, причём Собчак говорил, что эту операцию мог провести взвод любого подразделения спецназа СССР. Карпухин собрал около 60 человек и выдвинулся в пункт назначения, остановившись в трёх километрах от посёлка и ожидая команды на штурм. Несмотря на то, что Карпухин знал о каждом шаге Ельцина и мог осуществить захват где угодно и при каких угодно обстоятельствах, операцию в итоге так и не провели: приказ об аресте Ельцина не поступил, и утром автомобили с Ельциным и его спутниками беспрепятственно покинули дачу. По словам начальника службы безопасности Ельцина А. В. Коржакова, группу публично по рации отчитывал Карпухин за невыполнение приказа, а Коржаков, узнав о миссии оперативников и об их решении от своего подчинённого А. И. Кулеша, приказал всех накормить досыта; оперативник «Альфы» С. А. Гончаров отрицал, что Карпухин кричал о невыполнении приказа, так как образованный перед операцией Государственный комитет по чрезвычайному положению, намеревавшийся не допустить подписание договора об образовании Союза Суверенных Государств, не давал прямых распоряжений об аресте Ельцина.
Утром 20 августа состоялось совещание начальников всех управлений КГБ, которое возглавлял генерал-полковник Г. Е. Агеев, заместитель председателя КГБ СССР. На совещании прозвучал приказ вместе с частями Советской армии, КГБ СССР и МВД СССР осуществить штурм здания российского парламента (Белого дома) и интернировать правительство России и Президента России в специально оборудованные точки под Москвой. Командиру «Альфы» были также приданы все остальные спецподразделения КГБ и МВД (в том числе группа «Вымпел») и силы МВД СССР (московский ОМОН и дивизия ОМСДОН). Все приказы были отданы устно, следующий сбор должен был пройти в 14 часов в Министерстве обороны. Карпухину как командиру объединенного «кулака» предлагалось использовать армейские силы – танки и самолеты, но исключительно для психологического воздействия. Военные, выполняя распоряжение руководства, осуществляли предварительно рекогносцировку вокруг Белого дома, который планировалось обстрелять для устрашения с воздуха, а затем пойти на штурм; десантников планировали разместить в районе американского посольства, МВД – на Кутузовском проспекте, а «Альфа» – на набережной. МВД должен был оттеснить людей от Белого дома, а «Альфа» взяла бы его штурмом, однако взять его без больших человеческих жертв среди гражданского населения было на практике невозможно, и был риск того, что силовики могли предстать перед судом за выполнение преступного приказа. В итоге 20 августа на совещании между 14:00 и 15:00 Карпухин заявил, что участвовать в штурме не будет; аналогично отказался выполнять приказ и генерал армии П. С. Грачёв. Все старшие офицеры группы «А» объявили о своём отказе выполнять распоряжение за два часа до времени, когда должен был начаться штурм.
Деятельность в России
Владимир Путин пожимает руки сотрудникам группы «Альфа» ЦСН ФСБ России во время визита в город Гудермес. 7 февраля 2011 года.
Преобразование структуры
Отказ Карпухина от штурма Белого дома привёл к тому, что после провала ГКЧП и. о. председателя КГБ СССР генерал-лейтенант Л. В. Шебаршин снял Карпухина с должности командира группы «А», назначив вместо него Головатова; попытки Карпухина добиться отмены решения успехом не увенчались, несмотря на личную беседу с новым председателем В. В. Бакатиным. Ельцин, несмотря на выраженную бойцам благодарность за то, что они отказались от выполнения приказа ради сохранения жизней гражданских, даже собирался расформировать группу: 21 декабря 1991 года в газете «Правда» появился отчёт с пресс-конференции о создании единого Министерства безопасности и внутренних дел, в котором утверждалось, что группа «А» прекращает своё существование; пресса же не стеснялась оскорблять «Альфу», называя её «головорезами Крючкова» и припоминая ей гибель гражданских лиц в Вильнюсе, инкриминированную «альфовцам», и попытку ареста Ельцина. Тем не менее, Ельцин не расформировал команду, а ограничился её передислокацией в Кремль.
Зайцев и Карпухин пытались с самого начала добиться закрепления юридического статуса за «Альфой», и даже существовало положение о группе антитеррора, утвержденное Президентом России; однако многие политики настолько широко трактовали обязанности группы, что она могла стать инструментом в политических играх. В 1992 году «Альфа» и «Вымпел» были введены в состав Главного управления охраны Российской Федерации, созданного на базе Девятого управления КГБ СССР, но в 1993 году были выведены из его состава и переданы в ведомство МВД РФ. Летом 1996 года группа «А» вошла в состав Антитеррористического центра ФСБ России. В июне 1997 года Управление «А» было передано в подчинение Департаменту по защите конституционного строя и борьбе с терроризмом ФСБ России. 8 октября 1998 года группа «А» по инициативе занимавшего тогда пост директора ФСБ В. В. Путина вошла в состав Центра специального назначения Федеральной службы безопасности Российской Федерации на правах одного из четырёх оперативно-боевых управлений. Процесс объединения завершился к 2000 году. По словам генерала В. С. Козлова от 1999 года, помещения территории управления «Альфа» не показывались ни на одной съёмке, что объяснялось ужасным состоянием.
Операции с 1992 по 1999 годы
Северный Кавказ. События октября 1993 года
После распада СССР группа «А» не только продолжила борьбу против террористов-одиночек и против организованной преступности, но и стала заниматься операциями против чеченских сепаратистов на Северном Кавказе. Оперативники группы участвовали в операциях против банд, куда входили бывшие военнослужащие спецназа Вооружённых сил СССР и внутренних войск, а также боксёры, тяжелоатлеты и культуристы. МВД Российской Федерации обращалось к группе «А» в тех ситуациях, когда силами обычной милиции было невозможно справиться с подобными бандами. Также в 1990-е годы группа участвовала в обеспечении безопасности во время визита Патриарха Московского и Всея Руси Алексия II во время его поездок в Прибалтику, на Западную Украину и на юг России. Из первых примеров участия в борьбе против террористов уже в новой России выделяется следующий. В ночь с 7 на 8 декабря 1992 года самолёт Ил-86 с 347 пассажирами на борту, следовавший рейсом Минеральные Воды
– Москва, был захвачен 44-летним жителем Ярославля по фамилии Захарьев. Он требовал организовать встречу с Борисом Ельциным или Александром Руцким, угрожая взорвать самолёт. Самолёт сел в 1:39 по расписанию в аэропорту Внуково, и прибывшие на место оперативники группы «А» задержали захватившего самолёт человека: пострадавших не было, взрывчатку не обнаружили. Как потом выяснилось, некоторое время назад под колёсами поезда погиб 13-летний сын Захарьева, но уголовное дело в ярославской прокуратуре не возбудили, постановив, что имел место несчастный случай; отчаявшийся Захарьев решил привлечь к себе внимание таким образом.
Зимой 1992 года группа «Альфа» была направлена в зону осетино- ингушского вооруженного конфликта совместно с сотрудниками «Вымпела» для выполнения оперативных задач, группой в той операции руководил Г. Н. Зайцев. 1 августа 1993 года в Тарском ущелье (под Владикавказом) был обстрелян служебный автомобиль «Волга», в котором находились глава временной администрации Северной Осетии и Ингушетии В. П. Поляничко и командир 42-го армейского корпуса генерал-майор А. Г. Корецкий; их охрану обеспечивали оперативники группы «А». В результате нападения погибли Поляничко, Корецкий и ещё один человек – сотрудник группы «А» в составе Главного управления охраны ФСК России, старший лейтенант В. Д. Кравчук (кавалер Ордена Мужества посмертно). Четверо человек были ранены. Убийство не было раскрыто, хотя в феврале 2000 года был задержан главарь некоего чеченского бандформирования Юрий Хицкиев, подозреваемый в организации нападения.
Одним из важнейших дней в истории группы стало 4 октября 1993 года, когда группа «А» и группа «В» участвовали в разрешении острейшего политического кризиса, приведшего к массовым акциям протеста и боевым действиям в центре Москвы. Группе за сутки до этого был дан приказ взять штурмом Белый дом, причём некоторыми утверждалось, что в приказе были слова «вести огонь на поражение». Бойцы «Альфы» отказались от идеи штурмовать и по собственной инициативе вступили в переговоры с руководством Верховного Совета и оппозиции. Переговоры вёл полковник В. И. Келехсаев, убедивший около 1000 защитников Белого дома сложить оружие и обеспечивший эвакуацию людей из горящего здания. Тем не менее, большого числа жертв среди гражданских избежать не удалось. Также, спасая раненого солдата у стен Белого дома, смертельное ранение получил младший лейтенант Г. Н. Сергеев, которому позже было присвоено звание Героя России посмертно. По воспоминаниям полковника ФСБ Ю. Н. Торшина, он с Геннадием Сергеевым и оперативником Финогеновым выехали на БМП в тыл Белого дома, приняв на борт женщину в милицейской форме в кителе без погон и девочку, которые спасались от стрельбы из соседних домов. Они обнаружили раненого в бедро солдата и попытались его эвакуировать, когда по ним открыли огонь снайперы. Пуля попала Сергееву в левый бок, причём выстрел был сделан не из Белого дома, а одного из соседних домов. Сергеева загрузили в БМП, однако по дороге к автомобилям «скорой помощи» боец скончался от полученного ранения. Группой в той операции руководил Г. Н. Зайцев, которого после октябрьских событий 1993 года чуть не уволили с должности командира (он прослужил до марта 1995 года, когда ушёл в отставку).
Захваты заложников в Ростове-на-Дону и Ставрополье Основная статья: Захват группы детей в Ростове-на-Дону
23 декабря 1993 года в здании ростовской школы № 25 были взяты в заложники 15 старшеклассников и учительница труда. Террористами были четверо людей из банды рецидивиста Мусы Алмамедова по кличке «Казак», который добрался до школы на угнанном автобусе ПАЗ-672 (у самого Алмамедова были ещё три сообщника). Алмамедов потребовал вертолёт Ми- 8 для вылета в Иран, угрожая казнить заложников в случае отказа (сам он собирался скрыться в дагестанских горах). Силовики предварительно подготовили маршрут, проходивший через Краснодар, Минеральные Воды, Грозный, Махачкалу и Баку. Отпускать заложников в обмен на взятие сотрудников областного УВД бандиты отказались. Бандитам был передан вертолёт Ми-8 для вылета: в экипаж вошли военные лётчики В. Ф. Степанов и В. А. Падалка. Параллельно к операции по захвату заложников подключилась группа «Альфа»: были задействованы 53 её сотрудника во главе с командиром группы Г. Н. Зайцевым (группа вылетела в Ростов на самолёте Ту-134 и затем следовала за Алмамедовым на Ан-12 и ещё одном вертолёте). Когда вертолёт прибыл в Краснодар, бандиты выдвинули новое требование – 10 миллионов долларов, угрожая взорвать Невинномысский технологический комбинат. Усилиями Валентины Петренко удалось освободить несколько заложников и передать сумму денег, но Алмамедов настаивал на вылете вертолёта в сторону Хасавюрта. В какой-то момент на борту завязалась потасовка между Падалкой и Алмамедовым: лётчик предотвратил столкновение вертолёта с топливозаправщиком. Вечером 27 декабря Алмамедов и его сообщники освободили всех заложников и поднялись в воздух, а Падалка убедил оперативников не проводить штурм вертолёта. Лётчики, рискуя жизнью, высадились на севере Махачкалы, успев сообщить группе «А» о местонахождении бандитов и о находящихся на борту деньгах в размере 500 тысяч долларов США. Мусу Алмамедова и его двоюродного брата Рафика арестовали на месте сотрудники МВД Дагестана
и группы «Альфа», а Руслан Калмыкаев и Алискер Пириев скрылись с места преступления и были пойманы уже намного позже. Никто из заложников не пострадал.
Ещё один случай захвата заложников произошёл 26 мая 1994 года в районе посёлка Кинжал (Ставропольский край), когда четверо вооружённых чеченцев во главе с Магометом Бициевым захватили рейсовый автобус Владикавказ – Ставрополь и взяли в заложники 36 человек: 33 пассажиров автобуса и 3 подростков, взятых по дороге. Среди находившихся в автобусе заложников были школьники, их родители и учителя. Террористы выдвинули свои требования: дозаправленный вертолёт без экипажа, оружие и 10 миллионов долларов. Для освобождения заложников в Минеральные Воды из Москвы вылетела группа «А» во главе с командиром Г. Н. Зайцевым, аналогично к операции подключилось и краснодарское отделение «Альфы». Вечером в Минводы самолётами было доставлено 64 спецназовца, руководство операцией осуществлял командующий внутренними войсками МВД генерал-полковник А. С. Куликов. 27 мая вертолёт поднялся в воздух и взял курс на Ичкерию, за ним последовали шесть вертолётов с 38 бойцами
«Альфы», 24 сотрудниками ГУОП МВД и 20 военнослужащими спецназа ВВ на бортах. В результате нехватки горючего оперативниками была совершена вынужденная посадка в районе селения Бачи-Юрт. Бойцы под командованием офицера «Альфы» подполковника А. Е. Старикова начали преследование при воздушной поддержке, обезвредив всех боевиков через час. Один человек скрылся, забрав два автомата и 47400 долларов, но через год был арестован и осуждён.
Теракт в Будённовске
В 1994 году в Моздоке «Альфа» выполняла ряд оперативных задач, среди которых была охрана спецпоезда с находившимся в нём министром обороны Павлом Грачёвым и главой МВД РФ Виктором Ериным. Старшие группы в операции – А. Н. Савельев и Ю. Г. Дёмин. С 1995 по 1996 годы её сотрудники участвовали в боевых действиях в Чеченской Республике Ичкерия (в том числе в Грозном) в качестве мобильных групп антитеррора (ночное усиление). Среди их миссий были охрана Дома правительства и здания УФСБ в чеченской столице; охрана секретаря Совета безопасности
РФ О. И. Лобова, находившегося в зоне боевых действий; захват боевиков ЧРИ, сопровождение колонн с ЗАС, боеприпасами и продовольствием. Так, пять оперативников организовали безопасный проход одной военной колонны на протяжении 200 километров через сёла, где могли скрываться члены формирований ЧРИ. Оперативники нередко предугадывали действия чеченских сепаратистов: в одном из отчётов утверждалось, что в случае начала активных боевых действий в Грозном боевики предпримут попытки изоляции важнейших правительственных объектов.
Одним из самых тяжёлых и драматичных событий для «Альфы» стал теракт в Будённовске. 14 июня 1995 года в Будённовск на двух автомобилях «КамАЗ» ворвалась группа чеченских боевиков численностью около 200 человек во главе с Шамилем Басаевым, захватившая городскую больницу с медицинским персоналом и пациентами (всего около 2 тысяч человек). Террористы потребовали от российских властей немедленно прекратить боевые действия в Чечне и начать переговоры с президентом Чеченской Республики Ичкерия Джохаром Дудаевым. Для устрашения Басаев объявил, что казнит пять человек, а затем будет расстреливать по 10 человек каждые полчаса, пока не будут выполнены требования боевиков. Утром 17 июня в исключительно тяжёлых условиях сотрудники «Альфы» при поддержке отряда «Вега» предприняли штурм больницы: старшим группы был генерал- лейтенант А. В. Гусев. Ожидалось, что помощь будет оказывать подразделение внутренних дел «Витязь», которое должно было доставить 14 или 15 единиц бронетехники со станковыми пулемётами для подавления огневых точек в здании, поскольку с помощью ручного стрелкового оружия это было невозможно выполнить. Штурм шёл примерно с 5 часов утра, но не увенчался успехом. В распоряжении «Альфы» оказалось всего три единицы бронетехники, которые появились в разгар штурма, но были сожжены. Боевики прикрывались заложниками, выставляя их у окон, и обстреливали наступавших солдат из автоматов, пулемётов и гранатомётов из-за спин заложников, что не давало оперативникам возможности продвигаться вперёд и применять тяжёлое оружие. На протяжении более двух часов штурмующие находились под плотным огнём и не могли наступать, неся потери в живой силе и технике.
