Оглавление
Группа авторов. Разрыв цепей (Рим)
Глава 1. «Римские каникулы» с привкусом меди. Вокзал Термини: Акустический хаос
Глава 2. Дыхание каменного монстра
Глава 3. «Акустическая инфекция»
Глава 4. «Эстетика помех»
Глава 5. Резонанс в стекле
Глава 6. Соль и свинец
Отрывок из книги
Рим 1892 года — античный исполин, распятый на медном каркасе. Город-палимпсест, где поверх выцветшей охры и священного травертина Моретти наносит свою безупречную, бездушную каллиграфию из стали и пара. Над рыжими черепичными крышами и барочными куполами, веками тянувшимися к Богу, застыл лес антенн-резонаторов. Тонкие стальные иглы пронзают небо, соединенные бесконечными гирляндами черных кабелей. В лучах закатного солнца эта сеть алеет, и кажется, будто город опутан венами, по которым пульсирует вибрирующее электричество. Дирижабли Моретти скользят между колокольнями, словно сытые левиафаны, отбрасывая на мостовые тени, похожие на траурные ленты.
Цветовая палитра города выцвела до терракоты и остывшей золы. Травертин Колизея и Форума кажется пористым, живым, но теперь он изрезан штробами с вживленными латунными жилами. Статуи ангелов Бернини превращены в акустические опоры; кажется, мраморные святые зажимают уши, пытаясь скрыться от вездесущего гула. Повсюду — на фасадах церквей и дверях остерий — дрожат манометры в мертвом ритме «Великого Согласия». Воздух пахнет двойственно: снизу, из лабиринтов Трастевере, тянет жареными каштанами и чесноком, но с крыш спускается тяжелый, сухой дух озона и раскаленного масла. Это запах резонаторов, выжигающих из эфира любой случайный шум. На языке горожан осел металлический привкус, словно они жуют медную монету.
.....
Лина чувствовала себя не певицей, а артиллеристом. Тромбон превратился в таран. С каждым хриплым выдохом она видела, как невидимые нити контроля, окутавшие Рим, лопаются, не выдержав вульгарной и честной энергии этой нестройной музыки.
— Ну что, Моретти? — прошептала она в мундштук перед следующим залпом. — Слышишь? Мы — шум, который ты не отфильтруешь.
.....
