Читать книгу «Я буду с тобой до конца, даже если ты не вернёшься» - Никита Попов - Страница 1

«Я буду с тобой до конца, даже если ты не вернёшься»

Пролог

Иногда всё начинается не со встречи.

А с тишины.

С того состояния, когда внутри давно холодно,

и ты уже не ждёшь, что что-то изменится.

Живёшь ровно. Дышишь ровно.

Не потому что спокойно —

а потому что привык.

Я был таким.

Никита.

Человек, который не задаёт лишних вопросов

и не пускает никого ближе, чем нужно.

Я знал, как быть сильным.

Знал, как не чувствовать.

Мне казалось, что этого достаточно.

Я не верил в «навсегда».

Не верил в обещания.

Не верил, что кто-то может остаться,

когда узнает тебя настоящего —

молчаливого, закрытого, неудобного.

Я не искал любовь.

Я даже не думал о ней.

Но иногда судьба не спрашивает, готов ли ты.

Она просто ставит человека напротив тебя —

у окна,

в тишине,

в момент, когда ты меньше всего ждёшь.

И с этого всё начинается.

Не громко.

Не красиво.

А так, что потом

ты уже никогда не станешь прежним.

Глава 1. Встреча

Я заметил её не сразу.

И, если честно, не хотел замечать вовсе.

Адина сидела у окна, поджав ноги, и смотрела в никуда. Такие люди обычно либо слишком много чувствуют, либо уже устали чувствовать вообще. Я не люблю ни тех, ни других. С ними всегда проблемы.

– Ты Никита? – сказала она тихо, но прямо в глаза.

Я поднял взгляд. Не потому что был вежлив – просто не привык спешить к людям.

– Да.

Одного слова было достаточно. Люди либо уходят, либо начинают говорить за тебя. Она – нет. Она просто кивнула и села рядом, будто имела на это право.

– Я Адина.

Я снова кивнул.

Тишина повисла странная – не неловкая, а внимательная. Словно она ждала, когда я скажу что-то важное. Я ничего не сказал.

– Ты всегда такой? – спросила она через несколько минут.

– Какой?

– Холодный.

Я усмехнулся. Почти незаметно.

– Это экономит время.

Она смотрела на меня долго. Обычно люди отводят взгляд, когда не находят ответа. Адина – нет. Она искала вопрос.

– А если мне некуда спешить?

Я ничего не ответил.

Но в тот момент понял: она не уйдёт первой.

И это было плохо.

Очень плохо.

Потому что я уже знал – такие, как Адина, не ломаются сразу.

Они остаются.

А потом, медленно, превращают твоё холодное сердце в осколки, даже если ты не понимаешь, что произошло.

Глава 2. Первое приближение

Мы встретились снова через несколько дней.

Она была там, где я точно не ожидал её увидеть.

Но, видимо, она умела находить меня.

– Привет, – сказала Адина, словно мы давно знакомы.

– Привет, – ответил я ровно. Слишком ровно.

Я видел, как её глаза пытаются прочесть меня.

Она уже понимала: я не тот, кто

открывается легко.

Мы шли рядом, но говорили мало. Иногда достаточно одного взгляда, чтобы понять, что слова – лишние.

– Почему ты никогда не улыбаешься? – спросила она в какой-то момент.

Я замялся. Не потому что не знал, что ответить.

Просто не хотел, чтобы кто-то видел, как внутри меня что-то дрожит.

– Не вижу смысла, – сказал я коротко.

Она кивнула. Но взгляд не отпустил меня.

И впервые я почувствовал, как внутри что-то тянет, ломает, но не нарушает внешней тишины.

Я продолжал идти ровно, не показывая ни малейшей слабости.

– Ты когда-нибудь боялся кого-то потерять? – её голос был тихим, почти шёпотом.

Я не ответил. Не сразу.

Потому что это чувство уже было там, но слишком рано признавать его вслух.

> Внутри меня что-то шевельнулось.

Лёгкое, холодное.

Оно не кричало, не требовало слёз.

Оно просто… начало ломать меня тихо, осторожно.

Мы дошли до того места, где дороги расходились.

– До завтра, – сказала Адина.

– До завтра, – ответил я, и снова ровно.

Я смотрел, как она уходит.

И впервые в жизни понял, что холод может согревать.

Но только в том случае, если его кто-то пробует растопить.

Глава 3. Мысли, которых нельзя было иметь

Я не хотел думать о ней.

Не хотел вспоминать её взгляд, голос, улыбку, которая казалась слишком мягкой для этого мира.

Но мысли приходили сами.

Каждую ночь, когда всё было тихо, когда не было никого рядом.

Я сидел за столом, открывал тетрадь,

пытался работать.

И в пустых строчках появлялось только одно слово: Адина.

> Почему я о ней думаю? – спрашивал я себя.

Не для меня же…

Я ловил себя на том, что проверяю телефон.

Просто так.

Просто чтобы увидеть её имя.

Я сразу убирал руку, как будто это преступление.

Я видел людей вокруг – и не чувствовал ничего.

Люди разговаривали, смеялись, спорили.

А я думал о ней. Тихо, почти незаметно.

Даже когда кто-то спрашивал, почему я молчу, я отвечал ровно:

– Всё нормально.

– Всё нормально.

Внутри меня что-то тихо ломалось.

Не сильно. Не громко.

Просто маленькие кусочки тепла, которые я не позволял себе почувствовать, начали исчезать.

И я понял одно: я не могу оставить это чувство, даже если пытаюсь его игнорировать.

> И это страшно.

Потому что я не привык бояться того, чего не могу контролировать.

Глава 4. Невыносимая необходимость

Я не собирался её искать.

Не хотел.

Но в один из тех вечеров, когда всё казалось пустым и бесцветным, я поймал себя на мысли: мне нужно её видеть.

Я не знал почему.

Не было желания говорить, смеяться или объясняться.

Мне просто нужно было убедиться, что она рядом, что она существует.

Когда я подошёл к месту, где она часто сидела, сердце забилось немного быстрее.

Не потому что я испугался, а потому что давно не ощущал такого… внутреннего напряжения.

– Никита? – Адина подняла глаза, удивлённая.

– Ты здесь часто сидишь? – спросил я ровно. Слишком ровно, чтобы выдавать хоть что-то.

– Иногда, – сказала она мягко. – А ты?

– Проходил мимо.

Я оглянулся вокруг, будто не замечая её.

Но всё моё внимание было только на ней.

Мы шли вместе коротким маршрутом.

Слов было мало, но мне казалось, что каждое её движение, каждый взгляд заполняют пустоту внутри меня.

– Ты часто думаешь обо мне? – спросила она тихо, почти шёпотом.

Я замялся. Не потому что не хотел отвечать, а потому что не умел говорить правду о том, что ломает меня изнутри.

– Нет, – сказал я ровно.

– Но, наверное… иногда.

Её глаза слегка расширились. Она ничего не сказала, просто кивнула.

И это было лучше всяких слов.

Когда мы расстались, я понял: мне нужно будет искать её снова.

Не потому что хочу разговаривать.

Не потому что хочу улыбнуться.

А потому что без неё я чувствовал себя… пустым.

И эта пустота внутри постепенно стала ломать меня, тихо, аккуратно,

незаметно для окружающих.

Глава 5. Следы, которые нельзя игнорировать

Я не мог оставить это на случай.

Каждый день, каждый час я ловил себя на мысли: где она сейчас?

И чем сильнее я пытался казаться равнодушным, тем сильнее тянуло к ней.

Я ходил по тем местам, где она обычно появлялась.

Смотрел в окна, пытался угадать, где она сидит.

Не для того, чтобы говорить.

Не для того, чтобы улыбнуться.

Просто чтобы убедиться: она существует, и я могу её найти.

– Никита? – неожиданно раздался знакомый голос.

Я повернулся.

Адина стояла там, где не должен был её увидеть.

– Ты опять здесь? – спросил я ровно.

– Мне понравилось сидеть здесь, – сказала она, слегка улыбаясь.

Я кивнул. Слишком ровно, чтобы показать хоть что-то.

Но внутри всё дрожало.

Маленькая трещина в холоде, который я строил вокруг себя.

Мы шли вместе молча, и я ловил себя на мысли, что хочу продлить этот путь.

Не разговором, не смехом, а просто присутствием рядом.

Каждое её движение, каждый жест

отбрасывал тень на мою внутреннюю пустоту, и эта пустота постепенно наполнялась… болью.

Я знал, что это ломает меня.

Не внешне. Не громко.

А тихо.

Внутри.

Так, что никто никогда не узнает.

Когда мы расстались, я снова пошёл по пустым улицам, думая о ней.

Не о том, что сказать.

Не о том, что сделать.

Просто о том, что без неё моя жизнь кажется холодной, и я не могу это игнорировать.

> Я знал одно: я буду искать её снова.

И снова.

Потому что внутренняя ломка теперь

была частью меня.

И она не отпускала.

Отлично! Тогда продолжаем с главы 6, где ломка Никиты усиливается, проявляется через мелкие действия, но внешне он остаётся холодным и сдержанным.

-–

Глава 6. Холод, который трещит

Я замечал, как внутри меня что-то постепенно трещит.

Не громко. Не так, чтобы кто-то заметил.

Просто… мелкие трещины в холоде, который я строил вокруг себя годами.

Я стал чаще замечать её.

Каждое её движение, каждое слово, даже тишина рядом с ней – всё это ломало мою привычную ровность.

И чем больше я пытался казаться равнодушным, тем сильнее ломка давила изнутри.

В университете я раздражался на людей, на шум, на мелочи.

Почему-то её отсутствие делало всё вокруг раздражающим.

Но рядом с ней – всё становилось странно тихо, будто её присутствие вытягивало из меня холод наружу.

– Никита, ты снова смотришь на меня? – спросила Адина однажды тихо.

Я не ответил.

Я только кивнул, ровно, так, будто это

ничего не значит.

Но внутри сердце сжималось.

И впервые я ощутил, как ломка проявляется не только мыслями, но и телом – усталостью, напряжением, лёгкой дрожью в руках.

Мы шли вместе по коридору.

Я выбирал шаг, чтобы идти рядом с ней.

Не потому что хотел говорить или смеяться.

Просто потому что теперь я не мог не искать её присутствия.

> Холод трещит.

Ломка приходит тихо, но уверенно.

И я понимаю: я уже не могу быть прежним.

Когда мы расстались, я снова пошёл один.

Не потому что хотел одиночества.

А потому что не мог показывать никому, что внутри меня что-то рушится.

-–

Глава 7. Тяжесть молчания

Я не мог перестать думать о ней.

Каждое её слово, каждое движение отзывалось внутри тихой болью, которую я старался не замечать.

В университете я сидел за партой и ловил себя на том, что наблюдаю её издалека.

Не потому что хотел говорить.

Не потому что хотел подходить.

Просто чтобы быть уверенным: она

здесь, она жива, она рядом.

– Никита, ты снова смотришь на меня? – её голос прозвучал тихо за спиной.

Я повернулся, ровно.

– Нет, просто думаю, – сказал я, стараясь держать голос ровным.

И хотя внешне это было обычное, холодное признание, внутри что-то сжалось, будто кто-то тихо стучал в дверь, которую я держал запертой много лет.

После пары минут молчания я заметил, как её глаза ищут меня.

Не за мной. Не для внимания. А чтобы понять.

И впервые я осознал, что ломка внутри меня растёт не из-за боли.

Она растёт из-за желания быть рядом, из-за невозможности отпустить.

– Ты меня слышишь? – спросила Адина, и я понял, что отвлёкся.

– Да, – ответил я ровно.

– А я думала, что нет, – тихо сказала она, почти шёпотом.

Мы шли по коридору молча.

Я чувствовал, что ломка растёт.

Она не кричала, не требовала, не показывала эмоции.

Она просто была рядом, а это оказалось сильнее любого слова.

> Я не могу её отпустить.

Но я не могу показать, что это ломает меня.

Когда мы расстались, я пошёл один, сердце было холодным, а внутри – трещины.

Молчание становилось тяжким.

Но снаружи я всё ещё был тем, кем привык казаться: ровным, холодным, неприступным.

-–Глава 8. Привычка, ставшая опасной

Я понял, что она стала частью моего дня слишком поздно.

Не как человек.

Как необходимость.

Я знал, где она обычно бывает.

Знал, в какое время появляется.

Знал, как долго сидит молча, прежде чем встать и уйти.

И это пугало.

Я не подходил сразу.

Оставался на расстоянии, будто

случайно оказываясь рядом.

Холодный. Ровный. Контролирующий всё.

– Ты опять здесь, – сказала Адина, даже не глядя на меня.

– Похоже на это, – ответил я.

Она усмехнулась – тихо, без радости.

– Ты всегда приходишь, когда мне кажется, что ты исчез.

Я не ответил.

Потому что сам не знал, исчезаю ли я вообще.

Или, наоборот, медленно появляюсь там, где не хотел быть.

Мы сидели рядом, не касаясь друг друга.

Но расстояние между нами ощущалось слишком маленьким.

Будто воздух стал плотнее.

Я ловил себя на том, что считаю её дыхание.

И это было уже не нормально.

– Ты боишься? – вдруг спросила она.

– Чего?

– Меня.

Я посмотрел на неё. Впервые – прямо.

– Нет, – сказал я.

И понял, что это была ложь.

Глава 9. Когда контроль начинает подводить

Я стал ошибаться.

Незаметно, но системно.

Я отвечал не сразу.

Задерживал взгляд дольше, чем позволял себе раньше.

Иногда забывал быть холодным.