Перед вами книга Николая Боярчука – зрелого, яркого и самобытного русского писателя. Его литература – мощная, выразительная, эмоциональная, пронзительная и предельно искренняя. Творческий почерк Боярчука – многослойный, порывистый и ритмичный.
В сборник включены художественные и публицистические опыты Николая Боярчука, вполне отражающие его узнаваемую стилистику.
Это добрая и по-довлатовски смешная быль о мудром деде автора, в одиночку одолевшем бесов в псковской глуши; история о романтичном и никчемном самокопающемся Феде, то и дело в поисках своей единственной попадающем в Зазеркалье аномальной зоны эстонской столицы; в публицистических зарисовках «Мотиваторы» автор на правах щепетильного, беспокойного и опытного гида представляет разноликих и порой странноватых жителей современного Таллина, а завершает книгу поэтическая транскрипция Любви, которой целиком подчинено творчество автора.
Произведения Боярчука – от малой прозы и ритмических композиций до крупных форм – наполнены ощущением величия и драматизма, радости и боли, предчувствия совершенства; пропитаны балтийским свинцовым ветром и акварельным восторгом сирени.
Оглавление
Николай Боярчук. Предчувствие
Один против черта. Былица
Человек из керамики. Почти документальная повесть
Пролог
Про то, что похоже на хойму
Узоры глазурью
Давай, солдат!
Синяя ночь
Мы с тобой одной глины
Анатомия психоанализа
Осколок точильного круга
Осознанный сон
Близнецы поневоле
Первая партия
Нарица
Когда лучше быть сумасшедшим?
Прощай! Я улетаю навсегда
«Ты – следующий!»
Выхода нет. А вход закрыт
Подземная пирамида снаружи
Лаагри
Следующая остановка – Хаава
Эпилог
Мотиваторы. Ваш собственный корреспондент из Таллина сообщает
Жизнь прожить – не поле перейти
Что посеешь, то и пожнешь
Гроза
Себе навстречу
Айда смотреть чужое горе
Чувство бога
Русь деревенская
О том, что предшествовало утру
Из десятки мировых шедевров
Реактивная установка
Мылом мыла маму рама
Я вчера видел девочку
Субъективный идеализм
К соседу. За яблоками
Капли солнца в акварель октября
Крутится волчок
Круиз в ноябре
Козявки из носа
Русская рулетка
Разности
Сила чувств
Сила ума
Сила нежности
Сила восхищения
Рассвет
Былое и пыль
Той, которая
Стук
Ответ демону. Поэма
Полковнику никто не пишет
Пневматический сюрреализм
Не мастер-класс, конечно, но некоторые упражнения для тех, кто любит читать, да и сам горазд черкануть пару строк
Щепетильность по-русски
Вопросы на засыпку
Отрывок из книги
…А где здесь поезда? Они тут не ходят давно. Вижу ржавые рельсы в зеленой густой траве. Разрушено все, и города и деревни, и все обанкротили, и не стало железной дороги…
Я вспомнил! В детстве своем деревенском сидел на высокой нашей горе Гурьяновке и смотрел, как далеко из-за синих лесов появлялся зеленый пассажирский поезд, и приближался, и пролетал не так уже и далеко от моей деревни, сразу за речушкой Барабановкой, за полем, где я, бывало, пас коров. И поезд мне тот каждый раз казался чудом необыкновенным, и люди, едущие в нем, героями какой-то сказки. Поезд мчал их куда-то в города большой и взрослой страны, исполненной чудес и приключений, праздников и музыки, и еще, конечно, подвигов. Там было все красиво. И я мечтал, что когда-нибудь так же поеду в этом поезде.
.....
А никто другой в деревне такого никогда не выделывал, потому что некрасиво оно выходило – нога у человека не такая какая-то получалось, а как у гуся вроде бы. Может быть, за это и недолюбливали потемкинские Ванецку-коммуниста. И откуда он моду такую взял, никто не помнил.
Деду моему Ванецкины хоромы по барабану были. Он таким образом, конечно, не выражался, но рассказывал о том ночном своем приключении обстоятельно, а уже про Ванецку говорил почему-то не слишком охотно, хотя тот при свете дня, бывало, частенько заглядывал к деду махорочки скрутить да за жисть поговорить, международное положение обсудить, а если есть повод, то и бражки кружечку алюминиевую пропустить, но чтобы никто из деревенских не заметил его пьющего и не подумал про него чего плохого. Деда он считал очень грамотным человеком, хотя и без того вся деревня его уважала.
