Читать книгу Песни разбитых зеркал - Сергей Поляков - Страница 1

Глава 1. Приезд

Дождь стучал по крыше микроавтобуса, будто кто‑то методично бил ложкой по жестяному листу. Серж Лесли, 17 лет, смотрел в окно. Дома вдоль Вест‑Энд‑авеню казались одинаковыми – серые, узкие, с окнами, похожими на прищуренные глаза.

«Новое начало», – подумал он, глядя на мать.

Она натянуто улыбнулась, доставая ключи:

– Ну вот. Новое начало.

Квартира 5B пахла сыростью и чем‑то ещё – сладковатым, почти незаметным. Как будто в углу комнаты давно лежал увядший цветок.

Отец повертел в руках дверную ручку, которую сорвал при входе.

– Просто старый дом, – пробормотал он. Взгляд скользнул по плинтусу, где темнело пятно, похожее на высохшую кровь. – Плесень, наверное.

Серж прошёл в свою комнату. Половица под ногой издала звук – то ли скрип, то ли… вздох.

На стене, над кроватью, висело зеркало в простой раме. Серж посмотрел в него – и на миг ему показалось, что отражение задержалось на долю секунды дольше, чем должно.

Он моргнул. Всё было как обычно.

Но в глубине зеркала, в самом углу, будто мелькнул полукруг.

«Луна с неровным краем», – подумал Серж.

Глава 2. Школа. Лампа

Школа 137 была построена в 1950‑х. Коридоры – длинные, с линолеумом, протёртым до дыр. В воздухе висел запах хлорки и чего‑то ещё – как будто за закрытыми дверями годами не открывали окон.

На уроке испанского лампы мигали. Не хаотично, а с чёткой периодичностью: два коротких вспышки, пауза, одна длинная.

Мистер Ривера, учитель, стоял у доски. Его левая рука лежала на столе – ладонь вниз. Но Серж заметил: когда Ривера поворачивался к классу, на тыльной стороне кисти проступал бледный шрам. Форма – полумесяц.

– Лесли, – голос учителя прозвучал ровно, но в нём была нотка, от которой по спине пробежал холодок. – Ты опоздал.

– Я… не услышал звонка.

Ривера улыбнулся. Зубы у него были ровные, слишком белые.

– Здесь многое можно не услышать. Особенно то, что говорит с тобой.

В конце урока Серж обнаружил на парте волос. Чёрный, длинный, с каплей чего‑то липкого у корня. Он хотел выбросить его, но палец прилип. Когда оторвал, на коже остался след – едва заметный, но тёплый. Как от прикосновения к горячей ложке.

За окном, на карнизе, сидел ворон. Его глаза не мигали.

«Почему он смотрит только на меня?» – подумал Серж.

Глава 3. Ночь. Шаги

Серж проснулся от звука.

Не громкий, не резкий – а слишком знакомый. Как будто кто‑то ходил в его кроссовках.

Он сел на кровати. Часы на тумбочке показывали 02:17. В коридоре – тишина.

Затем – шаг.

Ещё шаг. Затем – шёпот:

– Серж…

Голос был похож на мамин. Но интонация – чужая. Как будто кто‑то учился говорить её голосом.

Он дёрнул ручку. Дверь не поддалась.

Из‑за неё донёсся смех – тихий, но с металлическим отзвуком, будто кто‑то провёл гвоздём по стеклу.

– Ты уже знаешь, – прошептал голос. – Ты чувствуешь.

Утром дверь была открыта. На полу – ни следов, ни волос. Только на ковре, у порога, лежал маленький предмет.

Ключ. Старый, ржавый, с выгравированным полумесяцем.

И он был тёплым – как живое существо.

Глава 4. Квартира. Полумесяц на стене

Серж вернулся домой после школы. Дверь была приоткрыта.

Внутри – холод. Не как от кондиционера, а глухой, будто стены впитали зиму.

– Мама? Папа?

Тишина.

Он вошёл в гостиную. Всё выглядело как обычно. Но над диваном, на стене, появился полумесяц. Не нарисованный – а будто выжженный. Края его были неровными, как от ожога.

Из центра полумесяца сочилась жидкость – не кровь, а что‑то густое, прозрачное, как слизь. Она стекала по обоям, оставляя блестящие следы.

Из спальни доносился звук. Что‑то царапало дерево.

Серж толкнул дверь.

Отец сидел на краю кровати. Его лицо выглядело целым, но глаза – широко раскрыты, зрачки расширены до предела. Он не моргал.

– Папа?

Отец повернул голову. Движения были слишком плавными, как у куклы на ниточках.

– Он пришёл, – произнёс он. Голос звучал изнутри головы Сержа. – Ты уже знаешь.

Мать стояла у окна. Она обернулась. Её губы растянулись в улыбке – слишком широкой.

– Беги, – прошептала она. – Пока он не договорил твоё имя.

За окном вспыхнул свет. В стекле отразилось что‑то – огромная тень с множеством рук. Одна из них прижалась к стеклу, оставив след из слизи.

Серж мчался по лестнице, слыша, как шаги множатся за спиной.

Глава 5. Больница. Отпечаток

Он не помнил, как оказался здесь. Последнее – вспышка света за окном, крик матери…

Теперь он очнулся в палате. Белые стены, запах спирта, тиканье часов.

– Ты в порядке? – рядом сидела девушка. Её глаза казались бездонно‑тёмными, а улыбка – неестественно ровной.

– Кто ты?

– Дейла. Я видела тебя в школе. Ты тоже его чувствуешь, да?

Она открыла блокнот. На странице – рисунок: полумесяц, из которого растут руки. Каждая рука заканчивается острым кончиком, как у иглы.

– Это не символ, – сказала она. – Это подпись.

Дверь палаты захлопнулась сама. За окном, в темноте, мелькнул силуэт. Он стоял на карнизе, прижав лицо к стеклу. Его глаза были белыми, без зрачков.

Дейла вскрикнула.

– Он нашёл нас!

Серж посмотрел на свою руку. На запястье появился отпечаток – полумесяц, едва заметный, но тёплый. Когда он прикоснулся к нему, кожа прогнулась, как резина.

Из‑под кровати донёсся звук: кто‑то царапал пол, будто пытаясь выбраться. Когти скребли по бетону, и царапанье становилось громче, будто кто‑то скребётся изнутри.

– Что это? – прошептал он.

Дейла схватила его за руку.

– Это ты.

Глава 6. Пробуждение. Зеркало

Серж проснулся на полу. Палата была пуста. Дейлы не было. На стуле лежал её блокнот, раскрытый на странице с полумесяцем. Листа не хватало.

На стене – полумесяц. Теперь он больше, чем раньше. Из него сочилась прозрачная жидкость, которая тянулась, как паутина.

Он подошёл к зеркалу.

Его глаза… изменились. Зрачки стали вертикальными, как у кошки. Но не это напугало его.

А то, что в отражении его губы шевелились сами по себе. Произносили слова, которых он не говорил.

– Ты уже не один, – прошептал его рот. – Он внутри.

Из‑за двери донёсся смех – его собственный, но ниже, глубже, будто из другой глотки.

– Добро пожаловать, – сказал голос. – Теперь ты один из нас.

Серж коснулся своего лица. Кожа стала гладкой, как воск, а под ней что‑то шевелилось. Во рту было сухо, а язык… он словно не принадлежал ему.

За окном ворон сидел на карнизе. Его глаза светились.

Глава 7. Река. Первое пробуждение

Серж шёл к реке через парк. Тропинка вилась между деревьями, чьи ветви сплетались над головой, будто решётка. Голова кружилась, а в ушах стучало: «Иди. Иди.»

В воздухе стоял запах сырости и будто где‑то гниют цветы.

У воды стоял силуэт. Высокий, с искривлённой спиной.

Глава 8. У воды. Голос из глубины

Серж стоял у кромки реки. Вода была чёрной, как застывшая нефть, и не отражала лунный свет – будто поглощала его. Вода шевелилась, будто под поверхностью кто‑то дышал.

Фигура у воды повернулась. Теперь Серж видел её целиком: высокий, нечеловечески тонкий силуэт с искривлёнными суставами. Лицо – не лицо, а прорезь в форме полумесяца, из которой сочилась прозрачная слизь.

– Ты пришёл, – голос звучал не в ушах, а внутри черепа. – Теперь ты знаешь, кто ты.

– Кто? – прошептал Серж.

Существо вытянуло руку. Из‑под кожи показались когти – тонкие, блестящие, как лезвия. На ладони лежал маленький полумесяц – живой, пульсирующий, будто сердце.

– Прими его. Это начало.

Серж протянул руку. Полумесяц прирос к его ладони, проник под кожу, начал расти. Боль растекалась по венам, превращая кровь в расплавленный металл.

Она смешивалась с ощущением, которого он не мог назвать: как если бы внутри него раскрылась дверь.

В голове зазвучали голоса – десятки, сотни – шепчущие, стонущие, смеющиеся.

«Ты наш… ты – ключ…»

Он упал на колени. Вода у берега закипела, будто в ней растворяли кислоту. Из глубины поднялся пузырь, лопнул – и в воздухе повис запах железа и мёда.

– Он выбирает тебя, – произнёс голос. – Но помни: когда полумесяц станет полным, ты уже не сможешь вернуться.

Глава 9. Дейла. Тайна крови

Серж очнулся на берегу. Солнце уже поднималось, окрашивая воду в ржавые тона. На запястье – полумесяц, теперь чёткий, с краями, похожими на лезвия.

Он потрогал кожу. Под ней извивался червяк.

– Ты выжил, – раздался голос.

Дейла стояла в тени деревьев. В руках она держала бутылку с тёмной жидкостью.

– Что это? – спросил Серж.

– Кровь тех, кто отказался. Кто попытался бежать. – Она поставила бутылку на камень. – Она сохраняет их силу.

– Зачем ты принесла это?

– Чтобы ты понял. – Она посмотрела на его полумесяц. – Ты должен почувствовать их всех. Иначе не поймёшь.

Она надрезала запястье ножом. Капля упала в бутылку. Жидкость вспыхнула багровым светом.

Он колебался. Но голод – настоящий, нечеловеческий – уже сжимал горло. При глотке кровь обожгла его, но в голове прояснилось.

Видения:

Лица: сотни глаз, смотрящих из тьмы. Некоторые – знакомые (Лиза, Дэн), другие – древние, с полумесяцами на лбу.

Голоса: «Ты наш. Ты – ключ. Открой дверь».

Место: подземелье под городом, где в каменном саркофаге лежит что‑то – не тело, а сгусток тени и крови.

Когда он очнулся, его полумесяц горел, как раскалённый металл.

– Теперь ты знаешь, – сказала Дейла. – Ты не просто носитель. Ты – преемник.

– Преемник чего?

– Праотца. Древнего вампира, который спит под этим городом. Он не пьёт кровь. Он создаёт её. Из страха, из снов, из теней.

Глава 10. Подземелье. Первый полумесяц

Они спустились через заброшенную шахту. Воздух становился гуще, как если бы они погружались в воду. Стены были покрыты символами – полумесяцами, переплетёнными в узоры.

В центре зала стояла каменная плита. На ней – первый полумесяц, вырезанный в камне. Он светился, но не ярко, а мерцал, как тлеющий огонь.

– Это источник, – прошептала Дейла. – Тот самый «первый полумесяц».

Серж подошёл ближе. Когда он коснулся камня, видение накрыло его:

Город, но не нынешний – древний, с башнями из чёрного камня.

Люди в длинных одеждах, стоящие вокруг плиты. Они поют, а полумесяц на камне растёт, заполняя небо.

Голос: «Когда сто душ примут знак, семя прорастёт. Город станет им».

Он отпрянул.

– Значит, ритуал…

– Должен завершиться, – перебил отец, появившийся в дверях. – Если не остановить его, город проснётся. И мы все станем… им.

Дейла коснулась плиты. Её полумесяц затрепетал, будто пытаясь слиться с камнем.

– Ключ – не в уничтожении. Ключ – в переосознании. Ты должен стать первым полумесяцем. Занять его место.

– То есть… раствориться?

– Или стать им. – Она посмотрела ему в глаза. – Ты можешь переписать правила.

За спиной раздался шум. Тени в туннеле двигались, образуя фигуры. Они приближались, шепча:

«Пора. Пора. Пора».

Серж посмотрел на плиту. Полумесяц на ней расширился, заполняя всё пространство.

– Сколько времени осталось? – спросил он.

Отец опустил голову.

– До полнолуния. Тогда он прорастёт.

Серж повторил мысленно: «До полнолуния…» Значит, у них меньше недели.

Глава 11. Охота за «избранными»

Следующие ночи Серж и Дейла искали тех, кто ещё сопротивлялся.

Первая встреча: Лиза, девушка из библиотеки. Она сидела в парке, обхватив колени.

– Я слышу его, – прошептала она. – Он говорит: «Стань моей рукой». Но я не хочу…

Серж коснулся её руки. Полумесяц на её запястье вздрогнул, словно пытался разорвать кожу.

– Мы можем разорвать связь, – сказал он. – Но тебе придётся отдать часть себя.

– Какую часть?

– Свою кровь. Настоящую кровь. Не ту, что он даёт.

Лиза сжала кулаки.

– Я не хочу стать его рукой. Лучше умереть.

Дейла достала нож. Медленно провела по её запястью. Первая капля упала на землю – полумесяц потускнел, но в его глубине ещё тлел красный отблеск.

Вторая встреча: Сара, пожилая женщина из парка. Она стояла у реки, глядя на отражение луны.

– Слишком поздно, – сказала она. – Я уже его голос.

Её тень отделилась от тела и шагнула к Сержу. В её контурах мелькнуло лицо, которого он не узнал.

– Беги, – прошипела Дейла.

Но Серж не успел. Тень ударила его – не физически, а ментально. Боль пронзила череп, будто тысячи игл впились в мозг. Полумесяц на запястье расплавился, оставив ожог в форме полного круга.

Глава 12. Ворон и выбор

Ворон сидел на шпиле часовни. Его глаза пылали, как два красных угля.

– Ты колеблешься, – сказал он. – Но выбор неизбежен.

– Какой выбор?

«Стать им или убить его. Одно исключает другое».

Серж почувствовал голод – не телесный, а духовный. Он хотел владеть этой силой, а не бороться с ней. Голод внутри него рос, как шторм, заглушая голос разума.

– Если я стану им… что останется от меня?

«Ничего. Но ты будешь всем».

Глава 13. Последний ритуал

Они вернулись к каменному саркофагу. Внутри – тень, которая пульсировала, как сердце.

Дейла встала перед плитой.

– Есть способ. Ты должен впитать его силу, но не дать ей поглотить тебя. Для этого нужна чистая кровь – та, что не была тронута им.

– Где её взять?

Она сняла кольцо с пальца. На нём – капля застывшей крови.

– Моя. Я сохранила её с того дня, когда пыталась вырезать полумесяц. Это – моя человечность.

Отец положил руку на саркофаг. Камень раскололся, выпуская вихрь тени.

– Сейчас! – крикнул он.

Серж взял каплю крови Дейлы и приложил к своему полумесяцу. Боль ослепила его. Он закричал, но голос утонул в хоре голосов: «Ты наш… ты – ключ…».

Глава 14. Пламя внутри

Боль отступила – но не исчезла. Она превратилась в пульсацию, синхронную с биением сердца. Серж ощущал, как по венам течёт не кровь, а жидкий огонь.

Он открыл глаза. Дейла стояла над ним, её лицо было бледным, но в глазах горел странный свет – как если бы внутри неё разгорался собственный полумесяц.

– Ты выдержал, – прошептала она. – Но это только начало.

Отец, стоявший у расколотого саркофага, обернулся. В руках он держал обломок камня с выгравированным полумесяцем.

– Сила Праотца теперь в тебе, – сказал он. – Но она не твоя. Пока.

Серж попытался встать. Тело казалось чужим – слишком лёгким, будто кости превратились в пустотелые трубки. Он коснулся лица: кожа была холодной, но под ней что‑то шевелилось.

– Что со мной? – его голос прозвучал непривычно низко, будто из глубины.