Хотелось бы верить, что эта сказка рождественская. И потому, что события в ней происходят под Рождество, и потому, что у рождественского вертепа современные дети слушают рождественский сказ. А ещё хочется верить, что книга поможет всем, кто любит кукольный театр, сделать его самостоятельно для своих друзей.
…сделай (…) это чудо, если ты в состоянии. А. Грин. Алые паруса
© Вера Мещерская, 2019
ISBN 978-5-4493-9430-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Собственно ничего чудесного в тот день не было, разве что вечер, в который всё это произошло, считается особенным – это произошло в Сочельник.
Впрочем, я чуда не ждала. Каникулы моего младшего братишки были в разгаре, а мне надо было писать курсовую работу для колледжа. Так что я, не ожидая никаких чудес, читала учебник по педагогике.
Мой младший брат Игорёк тоже не ждал от жизни чудес, даже в каникулы, даже в Сочельник. Сколько его помню – самым главным чудом в его жизни была техника, а вершиной радости – сконструировать что-нибудь такое, чего до него никто не делал. В тот день он пытался сконструировать машину времени из старого папиного будильника. До этого будильник ходил вполне исправно и звонил как тракторный мотор, что было главным для нас с Игорьком. Только этот звук и мог разбудить нас утром, чтобы он не опоздал в школу, а я – в колледж. На минутку, оторвавшись от учебника по педагогике, я подумала: как же мы теперь без будильника? Но тут же решила заниматься, сдать сессию на «отлично» и на стипендию купить новый будильник. Должен же ребёнок как-то реализовать свой исследовательский инстинкт!.. Так… Что там ещё по этому поводу писали великие педагоги?..
А Игорёк тем временем уже полностью разобрал будильник и радостно наблюдал обилие деталей на столе. Интересно, какую из них надо сменить, чтобы само время повернуть как стрелку назад или вперёд?.. Может, спросить у старшей сестры?.. Сейчас опять скажет, что по законам физики время остановить невозможно. А может, и вообще начать рассказывать о времени, как о философской категории – с неё станется!.. И почему это старшие всё рассуждают и рассуждают – действовать надо! А то все путешествия во времени только в книжках да в кино бывают!.. Игорёк вздохнул, но с такой несправедливостью не смирился:
– Юта! – донеслось до меня из его комнаты.
– Игорёк, отстань! – безнадёжно попыталась отговориться я, мрачно уставившись в учебник – позанимаешься теперь!
– Между прочим, так отвечать непедагогично! – отвечал мой младший братец.
– А ты забыл, что во время экзаменов я использую исключительно непедагогические методы?!. Вот надеру тебе уши, чтобы не мешал мне заниматься!
Думаете, мой бедный маленький братик обиделся или пригрозил нажаловаться родителям? Глубоко ошибаетесь!
– А какие методы ты применяла во время последней практики в школе?
Нет, ну вы слышали что-нибудь подобное?! Кажется, у нашего Игорька природная склонность к шутовству.
– Не помешал бы тебе сейчас витамин «Р», – шумно вздыхаю я.
– Это тот, что висит у папы на штанах и плачет по моей попе?! А папа на работе! – радостно заключает он.
– Не забывай, что на моих джинсах тоже есть ремень!..
– Всё! Напугала! – и радостный Игорёк вбегает в мою комнату. Теперь прощай, педагогика!.. Неужели не суждено стать настоящей учительницей?..
А мой брат уже в нетерпении ждёт ответа на свой новый вопрос:
– Послушай, Юта, а как гадалки узнают прошлое и будущее?
Вот так вопросец! Когда мой братишка разражается такими, мне становится стыдно, что я решила стать учительницей… иногда.
– А ты не думал спросить у одной из них?.. Оденься и, поди, погуляй, может, встретишь на улице цыганку, – быстро нашлась я, – Только будь осторожен – говорят, они воруют детей! – это я уже цинично обижаю его. Но, думаю, Игорьку это пойдёт на пользу – собьёт с него шутовскую спесь!
– Зачем?! – невозмутимость Игорька переходит все границы, – Я же знаю, что весь верхний ящик твоего письменного стола доверху набит тетрадками и книжками с разными гаданьями!
Нет, наверное, не быть мне учительницей!.. Неужели вот так всю жизнь и буду краснеть перед всем классом?.. Ну, вот ещё!.. Не все же дети такие любопытные, как наш Игорёк.
Отложив книгу, я встала и выдвинула из своего письменного стола тот самый злополучный ящик с моими «гаданьями». Я давно начала собирать их, чего там только не было: астрология, хиромантия (гадания по руке), карточные гадания, гадания по игральным костям, на бобах и кофейной гуще, загадывание желаний под разные праздники, гадания на любовь и даже рецепт приворотного зелья (это я выписала, когда мне показалось, что я влюбилась!) – всё это, конечно, глупо, и для педагогики будет лучше, если я…
Я переношу ящик на кухню и разом вытряхиваю всё его содержимое в помойное ведро. Игорёк громко хохочет, пока ещё ничего не понимая.
– Игорь! – говорю я ему, как можно серьёзнее, – Все эти гадания – полная ерунда! И верить в них может только очень глупый человек!
Игорёк расхохотался сильнее, и теперь, к моему большому сожалению, мы оба знаем, почему. Я вздыхаю:
– Понимаешь, будущее предсказать невозможно. В какой-то мере мы сами его делаем…
– Ну, Ютка, ты скажешь!.. «В какой-то мере!..» Так сами или не сами?!
– Этого никто толком не знает. Одни учёные доказывают существование Бога, а другие просто в Бога верят…
И тут Игорёк стал серьёзен:
– Значит, только Бог знает будущее?
– Наверное.… Но иногда и мы можем кое-что предполагать. Вспомни папину любимую поговорку: «Человек предполагает, а Бог располагает».
Игорёк кивнул:
– А сейчас, мы можем что-нибудь предположить?
– Не знаю, как ты, а я могу предположить, что если сегодня не позанимаюсь, то не смогу написать курсовую!
– Тогда и я могу предположить, – неожиданно выпалил Игорёк, – Что если я не придумаю что-нибудь интересное, то умру со скуки, и ещё один день каникул пропадёт!
– Ну, так иди к друзьям! – пробую уговорить его я, оглядываясь на свою комнату, где на столе меня ждал открытый учебник педагогики.
– Как же я могу пойти к друзьям, если не придумал ничего интересного?! Ты же не позволишь своему брату просто так прослоняться во дворе или проторчать за компьютерными играми?!
Когда юные шуты говорят с такой укоризной, с ними лучше не спорить. Они так серьёзны в этот момент.
Лихорадочно начала я перебирать в памяти всё, чем занималась в возрасте Игорька.
«А может, сейчас в её голове прокручивается машина времени? – размышлял Игорёк, – Неужели её и в самом деле невозможно изобрести?!»
И тут я робко прерываю мысли будущего учёного… шута:
– Знаешь, в твоём возрасте мы с друзьями устраивали для ребят помладше кукольные представленья, – взглянув на стенные часы, я быстро смекаю, чему успею научить Игорька за это время, благословив его ко всем… его друзьям с новой идеей.
Набрав оставшихся от моего шитья лоскутков, мы с Игорьком засели за мамину швейную машинку и соорудили перчаточную театральную куклу собачку.
Игорь давно мечтал о живой собаке, но по разным причинам нам нельзя было её заводить. А эта игрушка, почти как живая, и к тому же, часть тебя самого – ведь в ней твоя собственная ладонь, что и заставляет её жить. Сшив собачку-бибабо, мы с Игорьком соорудили костюм ещё для одной куклы – всеми любимого Петрушки. После чего убрали лоскутки и машинку, и отправились на кухню делать для этого Петрушки самое главное – голову из папье-маше. На это ушло с полчаса. Готовую, но ещё сырую голову мы оставили сушиться на окошке (как Колобка). После чего убрали за собой на кухне, и вымыли руки с мылом.
Игорёк радостно подхватил Тузика (так он назвал свою собачку-бибабо) и отправился к друзьям полный новых идей.
А я, переполненная чувством собственного достоинства от проделанной практической работы, вернулась к теории. Учения великих педагогов неожиданно ожили для меня и лучше запоминались. Конечно, именно об этом я, студентка педагогического колледжа, Анна Морозова, и напишу свою курсовую! Да, именно – это будет работа о воспитании искусством! А какое искусство, кроме литературы, начинается с пелёнок? Ну, конечно же, кукольный театр!
И будьте уверены, я написала эту курсовую на «отлично», получила стипендию и купила нам с Игорьком новый будильник.
А старый – папа с радостью отдал в вечное пользование сынишке, прибавив к нему детскую книжку по физике и пожелание добиться своей цели.
Некоторые выдержки из моей курсовой я покажу вам – всем, кому может понравиться мой опыт работы по организации кукольного театра с малышами. Читайте наши несказочные приложения к этой сказке, в которой и мы с Игорьком тоже оказались участниками.
Куклу Петушку мы в тот же вечер доделали до конца – разрисовали голову, пришили к рубашке, а сверху к голове пришили яркий колпачок. Игорёк весь вечер репетировал представление, которое сможет показать своим друзьям в праздничные каникулы…
А если тебе, читатель, тоже хочется сделать кукольный театр, как у нас, то тебе пора познакомиться с нашими приложениями.
И ещё – все картинки в этой книге можно раскрасить на свой вкус и цвет!
Перчаточных кукол, изображающих зверей, лучше всего изготовлять из кусочков меха, набивая головы поролоном. Так они будут симпатичнее смотреться. Но можно сшить и из других обрезков ткани, которые окажутся под рукой. Главное, проявить собственную фантазию. Конечно, чтобы стать настоящим мастером кукольником, надо много учиться. Но ведь всякая учёба начинается с малого. Я знаю, что даже студенты кукловодческих факультетов театральных институтов, т.е. будущие актёры-кукольники, на первых своих занятиях учатся мастерить перчаточных кукол. Значит, дело это не такое простое… Но и не такое сложное. Научились же герои нашей сказки, да и мы заодно. Я училась шить таких кукол по выкройкам в старых журналах – вроде этой. Выкройки удобнее чертить на специальной миллиметровой бумаге. Тогда одна клетка будет в точности соответствовать 1 куб. см.
Перчаточный (или, как его называют, петрушечный – по имени главного героя) театр один из самых простых для показа представлений самым маленьким зрителям. Поэтому наука о нём пригодиться также всем, кто занимается или собирается заниматься с маленькими детьми.
Слово «папье-маше» в переводе с французского языка означает дословно «мокрая бумага». Из этого материала когда-то и игрушки делали, когда не было ещё пластмассовых.
Из папье-маше удобно делать головы тех перчаточных кукол, которые изображают персонажей-людей (или, похожих на людей, как какие-нибудь волшебники).
Изготовление изделий из папье-маше процесс кропотливый, но не сложный. Стоит только набраться терпения – и всё получится!
Сначала нужно сделать заготовку будущей головы куклы из пластилина, потом нарезать бумаги полосками и сварить клейстер. Полоски бумаги следует размочить в воде. Первый слой полосок накладывается прямо на голову ровным слоем, оставить не заклеенным нужно только отверстие в области шеи, которая потом будет пришиваться к рубашке куклы. Наложенный слой бумажных полосок следует покрыть слоем клейстера и новый слой бумаги накладывать уже на клейстер. Так нужно накладывать слой за слоем, пока бумажный слой не станет достаточно плотным. После чего высушить голову будущей куклы, а сухую разрезать пополам и вытащить оттуда пластилиновую болванку. Потом склеить готовые половинки, например, с помощью марлевого бинта и клейстера и оставить для окончательной просушки. Высохшую голову хорошо бы покрыть специальным акриловым грунтом, но если его нет, можно использовать и ненужную зубную пасту. Этот слой тоже высушить, после чего можно раскрашивать готовую голову на свой вкус, чтобы у куклы, наконец, появилось своё лицо. Готовую голову соединить с рубашкой куклы – все рубашки для перчаточных кукол можно скроить по одному эскизу, добавляя по необходимости некоторые элементы.
В общем-то, ширму для домашнего кукольного театра сделать не сложно. Подвесить занавеску, например, в дверном проёме, и показывать над ней представление, так чтобы тебя самого видно не было – только и всего. Но развиваясь, каждый кукольный театр устраивает ширму зависимо от своего репертуара – пьес, которые в нём идут и зрителей, которые эти пьесы смотрят.
Самое интересное и загадочное в этой истории произошло, между прочим, в саму Рождественскую ночь. Даже не верится…
Проштудировав в тот Святой вечер весь учебник педагогики, я решила лечь спать пораньше, чтобы хорошенько выспаться перед экзаменами. Да и Игорёк рано вернулся от своих друзей, показав им всем новую самодельную игрушку.
Родители тоже устали после рабочего дня, и хоть стояли ещё в каждом доме праздничные новогодние ёлки, всё же показалось, что праздник куда-то ускользает. Устали мы что ли? Хотя, бабушка как-то обмолвилась, что в Сочельник лукавый пуще всего лютует.
Усталые за день, разбрелись мы по своим постелям и быстро уснули. Однако около полуночи к моей постели подкрался мой младший братец:
– Юта! Юта! – он так сильно тормошил меня, что я проснулась скорее от испуга, – Юта, в моей комнате появился какой-то сундук!
Ничего, не понимая, я уселась на своей постели:
– Что с тобой, Игорь? Ты не заболел?
– Может, и заболел… – серьёзно вздохнул братишка, и по его тону я сразу поняла, что случилось что-то неладное.
– Что ты говоришь в твоей комнате?
– Сундук…
Стараясь не удивляться, и не размышлять, я спокойно накинула халат и, завязывая его на ходу, направилась прямо в комнату Игорька:
– Идём, посмотрим, что это за сундук такой…
Игорь покорно поплёлся за мной. Я прислушалась к двери в комнату родителей – слава Богу, мы их не разбудили. Просочившись в комнату Игоря, мы закрыли за собой дверь, и Игорёк включил свой маленький карманный фонарик. Свет фонарика он направил прямо на середину комнаты – там, действительно, стоял какой-то странный, громоздкий предмет, похожий на старинный сундук.
– Кажется, я сегодня перезанималась, – схватилась я за свою лохматую голову, – А тебе, Игорь, трудотерапия не пошла на пользу… Неужели у нас коллективная галлюцинация?
– Юта! Он настоящий! – с этими словами Игорь подошёл к сундуку и похлопал ладонью по его верху. Я тоже подошла ближе и прикоснулась к деревянной поверхности предмета. Какая-то старинная резная вещь!.. Что за чудеса! Я, было, потянулась к выключателю, но Игорь остановил меня:
– Не включай свет!.. Вдруг за нами следят из окна напротив!
– Ну, начитался детективов! – усмехнулась я, подняв руку с твёрдым намерением включить свет, но так и застыла… Застыла, потому что крышка ящика сама собой отворилась, и заструившийся из неё свет явил нам сказочный городок внутри. Я рассеянно опустила руку на голову и снова взлохматила свои и без того лохматые волосы.
– Что это такое? – непонятно у кого спросил Игорёк.
– Похоже на вертеп, – ответила я ему почти машинально, – Я читала о них, да и видела немножко…
Мы присели около загадочного ящика. Створка и вправду открыла нечто вроде сцены, освещённой изнутри крошечными свечками. По сцене сами собой двигались фарфоровые фигурки, распевая на все лады рождественские песенки.
«Должно быть, я всё ещё сплю, и мне всё это снится: и Игорёк, и вертеп…» – подумала я.
– А вот и не спите! – странный дерзкий голосок из ящика стола Игорька вывел меня из оцепенения не хуже былого будильника.
Мы с Игорьком, как по команде, метнулись к его письменному столу – из его открытого ящика выглядывали только что сделанные нами театральные куклы Петрушки и Тузика.
– Ну, что уставились?! – нарисованный рот Петрушки недовольно скривился, – Одевайте нас скорее на руки, а то мы уж устали без движения!
– Тяв-тяв! – поддакнул Тузик, – Давно пора!
Переглянувшись, мы с Игорьком надели на свои ладони кукол; он – Тузика, а я – Петрушку. И вмиг наши ладони перестали нас слушаться, а двигались исключительно так, как этого хотели сами куклы.
– Так вот, уважаемая публика! – разразился Петрушка, – Приехали мы к вам из-за моря, из-за леса и не поняли ни бельмеса! Вы как гостей встречаете?! Почему лица такие постные?! Сегодня же праздник!
Тузик радостно залаял.
– Слушай, – обратился Игорь к Петрушке, – Скажи честно, ты нам снишься?..
– Может, и снюсь!.. – хитро прищурился нарисованным глазом Петрушка, – Сны разные бывают, а сегодня – все сны волшебные…
– Значит, и вертеп нам тоже только снится? – почти облегчённо вздохнула я.
– Говорю же: сны бывают разные. Если он вам снится, это не значит, что его нет на самом деле…
– Ох, Юта! – Игорёк изумлённо посмотрел на меня, – Неужели мы сами попали в настоящую сказку?
– Юта? – озорно подмигнул мне нарисованным глазом Петрушка, – Какое странное имя!
– Здесь как раз ничего странного нет, – почти устало махнул рукой Игорёк, – Её все с пелёнок Анютой звали, а она тогда много букв не выговаривала, потому и называла сама себя Ютой. Так теперь её все и зовут!
– Понятно! – ещё шире улыбнулся нарисованным ртом Петрушка, – Вот ты и объяснил, как рождаются легенды. А этот вертеп, который вы сейчас в Сочельник видите в своей комнате, причастен к вашей семейной легенде…
Переглянувшись, мы слово за слово так разговорились с Петрушкой, что и не заметили, как он начал нам рассказывать историю о хозяевах этого вертепа. А произошла эта история много-много лет назад…
Всю Святочную неделю мы чудесным образом оказывались перед волшебным вертепом с куклами на руках, с нетерпением ожидая из нарисованных уст Петрушки продолжения увлекательной истории одной семьи, к которой, как оказалось и мы были причастны…
Давным-давно жила в N-ской губернии M-ского уезда в имении князя Телянинова крепостная девка Дуняшка. Сиротой при жизни вроде не была, но и родителей своих с малолетства не видела. Отослал их барин в какое-то дальнее своё имение, а Дуняшу господская нянька Матрёна выходила. Едва девчушка в разумение приходить начала, взял её барин в дом, в подружки к своей дочери Насте. А няня Матрёна так при них и осталась: присматривала, чтоб не баловались, песенками да сказками забавляла, а по воскресеньям Дуняшу в Церковь Божию водила. Дочка же князя – Настенька – ходила туда со своей маменькой, а то и с папенькой, коли, не занят был.
Росли Дуняша с Настенькой как родные сестрички. Барыня и одевала-то их на один манер. И писать, и читать, и считать Дуняша быстро выучилась. А Матрёна, как стала хуже видеть, так и просила её почитать вслух то Библию, то Святцы. Не нарадовалась старушка на свою названную внучку, и как выдавался ярмарочный денёк, брала её с собой и прикупала ей какой-нибудь гостинец – сахарный кренделёк или пряничную лошадку.
– Вот вырасту, баба Матрёна, – сияла от восторга девочка, – Тоже тебе подарок куплю!
– Да уж куда там! – отмахивалась старушка, – Сама ты у меня такой уж подарочек! – Матрёна пыталась сдвинуть брови.
А Дуняша с ещё большим усердием училась. Барышня языки заморские изучает, и Дуняша не отстаёт, барышня крестом-гладью на пяльцах вышивает, и Дуняша с ней. Настенька танцует вальсы-мазурки, и Дуняша тоже. И так подружились девочки, что уж и забыли, что между ними не только родства, но и равного положения-то нет. Да и няня Матрена кивала:
– Перед Богом-то мы все равны!
Так и шло время. Подрастали девочки. Обе лицом заневестились. А Настенька всё свою сестру названную от себя отпускать не хотела:
– Вот. Подожди, Дуняша, мы и замуж с тобой за таких же названных братьев пойдём.
– Ох, голубка! – и Дуня сложила губки, совсем как баба Матрёна, – Это всё от Бога!
Но Настя начала читать по-французски какую-то поэму о молодой цыганке и её страстной любви. Дуня слушала, улыбаясь, а у самой на душе смурно сделалось – слыхала она от стариков, что цыгане всегда недоброе предвещают.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.