Останутся только сказки Сборник стихов <empty-line/>Дмитрий Фламин

ЧАСТЬ I СЕВЕРНЕЕ СЕВЕРНОЙ КОРЕИ

СЕВЕРНЕЕ СЕВЕРНОЙ КОРЕИ Севернее Северной КореиРаспахнут свои стальные двериГородов курганы и купели.Севернее Северной Кореи.Севернее Северной Кореи…Севернее Северной КореиРусские свистящие метелиПесни сложат, будто менестрели.Севернее Северной Кореи.Севернее Северной Кореи…Севернее Северной КореиПесни о бескрайнем запределье…В них знамёна в небе гордо реют,Алых звёзд горит священный трепет,И от сказок слышится добрееЗамогильный шёпот мавзолеяСевернее Северной Кореи.Севернее Северной Кореи…Чтобы нам отправиться скорееСевернее Северной Кореи,На замок не запирая двери,Вместе с незаправленной постелью,Недобитой взмокшей самокруткойИ по трассе мчащейся маршруткой…Мы сбережём напутствие:Чтоб однажды в душе твоей куцейСевер, мой добрый друг,Добела вычистил юг…И тогда свои стальные двериРаспахнут курганы и купелиСевернее Северной Кореи.Севернее Северной Кореи…

АВТОЗАК Автозак, летящий в вечность, —Шум колёс, мотора хрип…В даль, где шепчет бесконечность,Он устраивает трип.Смысл скалит человечность:Радость – миг, а боль – в века!Автозак, летящий в вечность,Рассекает облака.За туманом дальней далиХоровод ведёт беспечность.К ней спешит, сверкая сталью,Автозак, летящий в вечность.И улыбок быстротечность,И костер упрямых глаз.Автозак, летящий в вечность,Чью-то душу снова спас.Вновь начало ждёт конечность.Воскресеньем бьётся крик.Автозак, летящий в вечность,Вечность превращает в миг.

АНЕСТЕЗИЯ Коли живёшь в России —Живи без анестезии.Сначала немножечко асфексии,Но попробуй без всякой агрессии:Не вой волком.Не зри вороном.Просто умолкни.И с твёрдым норовом,Потихоньку,Да с мягким гонором,Чуть да чуточку,Ясным соколом…Снимай её.Отключай её.Такой невозбранный кайф —Будто у бездны видишь исподнее.В общем, уймись и отбрось.Наших широт не краситЭта брезгливая слизьВечного одночасья.Карьеры, курьеры, клетки.Родственный трупный запах.Свадьбы, поминки, предки.Расхлябанный дух поддатых.Не верь лупоглазым дурням —Попам, клопам, депутатам,Не верь размалеванным шкурам,Ни Цезарям, ни Пилатам.Ни римским легионерам,Ни нашей опричной братьи,Мерцающим соглядатаямИ государевой стати.Хмелеющим Смердяковым,Жиреющим доброхотам,Лакеям со словом «добрым»,С их «ласковым» взглядом знакомым.Одна внепригляд дорога.Одна ненасытна полночь.И эту основ основуБоится любая сволочь.Русская хлябь весенняя,Да на безбожье распутство…Просто помни: жизнь без анестезии —Самое выдающееся искусство.

ОБЛАКА Облака всё также вдаль летят.Мы не знаем, что они хотят.Еле слышен их дождливый плач,Если слух немножечко напрячь.Облака всё также вдаль летят,Будто бы с тоской кому-то мстят.Еле виден сквозь усталый бликМягкий танец облачных туник.Облака всё также вдаль летят.Знаешь, никогда им не простятЭтот лёгкий, но тоскливый путь.Облака нам не дают уснуть.Облака нам не дают уснуть.Мыслей паутину не сомнуть:Отчего же вдаль туда летят?Облака молчат. Не говорят.Свой обет трагически влачат.Серым днем стоически молчат.Правда, слышен их дождливый плач,Если слух немножечко напрячь…

НЕ СПРОСИЛИ Грозным забором запретных усилий,Мнительным возгласом гневных орудийСамого главного вы не спросили:«Зачем же живут на свете те люди?»Зачем же живут на свете те люди,Кто руку приподнял во мраке молчанья?И будто Сизиф к твердокаменной грудеСнова поднялся, сверкая плечами…Зачем удивительно прямы их взоры?Как будто в боязни, плеская сомненья,Семенем входят в родные просторы,А урожаем гребут поколенья!Кто-то от гордости с детскою щедростьюСмог вопреки, когда вы запретили,Силой, терпеньем, великою дерзостьюОспорить планету…Но вы не простили!Сжимающих время строчек поэту!И тайна ученого вам не раскрыта!Солдатская грусть предрасстрельного светаВам кажется вовсе скупа и избита.Наверно, предвзято, обрывисто где-то…Но может, и вправду века колесили,Чтоб сытые люди, прилично одетые,Под рюмку и закусь это спросили?И так улыбались,И так веселились…И, речи сплетая в их адрес,Кокетливо согласились…Впрочем, они не заморачивались.Они просто не спросили.

АМЕРИКА (СВИДРИГАЙЛОВА ФАНТАЗИЯ) Растопим баньку.Замутим гулянку.Клопы и каморка,Водка, махорка…И после вечернего панегирика,Когда из души выйдет лирикаМелочной лжи и истерики,Мы полетим в Америку!Там, где ни брода, ни берега,Мы полетим в Америку…Аркадий Иванович встретитНас непременно с беленькой…Нас, может, даже покажут по телику,Когда мы уедем туда, в Америку!Растопим там баньку.Замутим гулянку.Клопы и каморка,Водка, махорка…Там, в забытьи новоселийИ новых химических зелий,Живут средь районов панелекГраждане Загробных АмерикИм даже не надо денег.И каждый из них – подельник.Заложники гиблой мечты,Достигнув могильной плиты,Растопят там баньку.Замутят гулянку.Клопы и каморка,Водка, махорка…Аркадий Иваныч всех встретит.Аркадий Иваныч всех встретит!Встретит, как Гэндальф, с фейерверком…

МЁРТВЫЕ В ОКОПАХ Мёртвые в окопах зарастали мхом,Осенью мрачнели в забытьи глухом…Похмелялись снегом, лютою зимойСгнили все одежды с яркою тесьмой.Гулко воронята кружат да поют,Год за годом скачет, у солдат уют:Под бескрайним небом сладостен приют —Никого не ищут, никого не ждут.Мёртвые в окопах!Мёртвые в окопах!Мёртвые в окопах!Мёртвые в окопах!Ветерок резвится, пляшет невпопад.По весне гарцует, танец нарасхват…Только мёртвым чужды и подъём, и спад.Мёртвые в окопах беспробудно спят.

БАРДО ТХЁДОЛ

* (см врезку – «Бардо»)

Бежать без оглядки вдаль.Лихо стряхнуть всю пыль,Чтоб в неземную стальСлита была вся быль.Точных отрезков частьСмерят во тьме часы.Каждой минуты властьСлепит по нам весы.Почувствуй своё бардо.Живо ли иль мертво,Прямо ль идёшь на плато —Своё разбуди нутро.Прочувствуй своё бардо.Вечность не знает УДО.Бежать без оглядки вдаль.Насилу грызть до костиДеяний подсудных табельИ грёз, что уже не спасти.Трогать осенним утромСкитаний небесных клеть.На свете не знает мудрый,О чём было б стоит жалеть.Почувствуй своё бардо.Живо ли иль мертво,Прямо ль идёшь на плато —Своё разбуди нутро.Прочувствуй своё бардо.Вечность не знает УДО.

* Бардо в буддизме – это «промежуточное состояние» между различными проявлениями сознания.

Чаще всего имеется в виду Бардо Процесса Умирания – интервал между моментом,

когда некто начинает серьёзно болеть приводящей к смерти болезнью или умирать, и моментом,

когда имеет место разделение ума и тела.

«Бардо Тхёдол», или «Тибетская книга мёртвых» – тибетский буддийский текст, подробно описывающий процесс посмертного опыта.

КУХНЯ Чернокнижных кухонь долгий разговор.Лунный свет чеширский скалится в упор.И скрипит уныло наш дверной затвор.Дым табачный вводит философский спор.Сколько в мироздании нераскрытых тайн?Сколько долголетья стоит жизни займ?Стопку горькой водки услаждает лаймИ на все вопросы отвечает: «Nein!»От бессмертья темы до любви большойСлушай разговоры, не криви душой.«Ролтон» остывает со свиной лапшой.Тема переходит про правшу с левшой.Сколько б ни растратил суетливых сил,Сколько пьянок звонких ты б ни пропустил,В кухонных забвеньях не нашел посыл.Юных глаз огарок тихо подостыл.За окном сугробы – нету ни души.В кухонных чертогах лучше не спеши.Всю мечту о звёздах тихо опиши.Сигареткой с другом мягко пошурши.Воздухом морозным зазывает мирПоглощать прекрасный будущий эфир.Небо спит спокойно, как большой сапфир,Зевом охраняя наших кухонь ширь.

МОСКОВСКАЯ НОЧЬ Я стою у окна в пустобденьиИ врастаю в московскую ночь,Будто зритель её представленья,Где сливаются желчь да щелочь.Зев проспектов, да тремор окраин,И промзон театральный туман.Тяжкий воздух устало засаленЧередою непрожитых драм.Полнолунье холодных софитовОсвещает кружащийся тактИномарок и гул общепитовВо единый клубящийся тракт.Где скорбит многозвучие парковВ платье первой осенней листвыО засилье табачных огарковДа озябших бездомных, увы.Многословно её безразличье,Так прохладна актёрская длань.На подмостках без знаков отличьяОднозычна крикливая брань.О, как трепетен миг расставаньяДля проросших в московскую ночь!Сон – прекрасный предлог для прощанья,Чтоб унять лицедейскую горечь!

ТОСКА Иногда нападает тоска —Будто девица черноволосаяГладит мои виски,И космы ее прекрасныеКасаются нежных сосковТак ласково и подобострастноНочью, не знающей снов.Гладит виски чуть боязно,Чтоб не нарушить покровСамой своей оснастки…Такая судьба у тоски —Будто бы треплет властно,А сама жалко скулитСобакою перед лордомИ вяжет за рифмой рифмуЕле слышным елейным аккордом.Такой беспробудной жалости,Такой невозбранной пошлости,Но это та самая малость,Что не оставит и места оплошности.Я закрываю ей векиИ, будто погибшей избраннице,Шёпотом смертной патокиТихо молвлю проказнице:«Ты светишь лишь мёртвым лицам.Тебе ли лобзать живое?Ступай, я люблю тебя, девица.Но больше люблю такое,Когда, ниспадая в полночь,Ты, унося вопросы,Скроешься с шумом в сумрачи…Я выйду навстречу угрозеТого душевного мрака,Цельного дна и покоя…В общем, когда я во фракеПриду танцевать с тобою…С тобой танцевать как хозяин!И снова рука за рукою —В вальсе я властелин,А ты лишь глаза прикроешь…Целуешь…И я снова один.Целуешь…И я снова один.Поэтому просто уйди.И я снова останусь один».

НАЗГУЛЫ ПРОМЗОНЫ Скачут кони,Чёрные кони.У промзоныНа небосклоне…Скачут кони,Чёрные кони.Дымом заводскимНас куда-то гонят…Скачут кони,Чёрные кони.Всадники ихВсе слышат и помнят.Скачут кони,Чёрные кони.И копытаПо небу трезвонят!Скачут мои нежные,Скачут мои ласковые —Витязи прилежные,Братья седовласые.Назгулы промзоны —Стражи потаённой Русской стороны.Назгулы промзоны —Призраки грядущей Гражданской войны!Назгулы промзоны,От крови пьяны —Призраки последнейГражданской войны!Будто когти кошечки,В их карманах ножички,Засверкают лезвия —Клать, клать!На кривой дорожечкеНочью у окошечкаТьма да повылезла,Глаз не видать!Зла и недолюблена,Степь неуютная…Эй, не спи, угрюмая!Вахтерша-страна…Головы да об стол,В забытье так простоВсадники размажут,Мать Родна!Ядом измождённая,Блокпостами срытая,Жадно похотливаяПаучиха-Русь!Братья седовласые,Эх, позабавятся,С тобой позабавятся,Смотри не трусь!Засверкают ножички!Ночью да под рёбрышки!Ласковые мои,Моргульские хорошие!Засверкают ножички!Ночью да под рёбрышки!Завизжат воробушки,Ни дать ни взять!А ножей владельцы,Седые умельцы,Такие хитрецы,После сядут пировать!Эгегей, братцы!В такой околесице…Нам ли вешаться?Нам ли вешаться?Веселей, луна-пересмешница!Будем пить,Будем гулять!Братья!В решающей битвеПусть главной молитвойНазло всем подонкамГнильно-елейно сытым,Самым злобнымВороньим выкрикомПусть выступят наши проклятья!Так тому и бывать!Да здравствует черная рать!Да здравствуют наши проклятья…Двум смертям не бывать,А одной…Лишь только на небе чуть слышно опять…Тук-тук…Цок-цок…Тук-тук…Цок-цок…Тук-тук…Цок-цок…Тук-тук…Цок-цок…Это грядет ваш рок…Скачут кони,Чёрные кони.У промзоныНа небосклоне…Скачут кони,Чёрные кони.Дымом заводскимНас куда-то гонят…Скачут кони,Чёрные кони.Всадники ихВсе слышат и помнят.Скачут кони,Чёрные кони.И копытаПо небу трезвонят!Скачут мои нежные,Скачут мои ласковые —Витязи прилежные,Братья седовласые.Назгулы промзоны —Стражи потаённой Русской стороны.Назгулы промзоны —Призраки грядущей Гражданской войны!Назгулы промзоны,От крови пьяны —Призраки последнейГражданской войны!

ПОЖЕЛАНИЕ Из всех своих пожеланийЯ выбрал бы то, что, прощаясь,Люди бы жаждали знаниеО том, что лишь глупая грязь,Всего лишь осенняя грязь —Препятствие к новой встрече…И скоро грядёт та зимняя сласть,Что сгладит противоречие.Возможно, что эта встреча —Отчаянный бред безумца.Он ищет, роняя свечи,Место, куда бы вернуться.И эта одна презумпцияЕму и сулит покой.Я знаю, среди вольнодумцевВыделил б тип такой:Кто объявляет тенденциюВ месте, где лишь возможность,И с жаром жестокой рефлексииОн снова вершит оплошность.И всё же эта уверенностьЯрче любых нажив.Горит его пылкая ненависть,Что, не предав, иссушит —Но будет в итоге лучше.Но будет в итоге чище.В мире, который бездушен,Праведно лишь огнище.И я думаю, что, прощаясь,Люди хотели бы знания,Что это всего лишь данность,Что сквозь пустоту страданияБудет новая встреча…Все ищут только себя.И сколько б ты ни был беспечен —Помни зубами скрипя:В мире, что обречён,Ни страх, ни любовь, ни вераТебе не подставят плечо!На смену любым химерамИз всех смешных пожеланийВыбери то, что, прощаясь,Люди бы жаждали знание,О том, что лишь глупая грязь,Всего лишь осенняя грязь —Препятствие к новой встрече…И скоро грядёт та зимняя сласть,Что сгладит противоречиеВстречи с самим собой…Под ласковый снежный покрой.

ТОЧКА И вновь я услышал из древних глубинТот ужас, когда был оставлен одинНаш маленький возглас в смиряющей тьме,Что тихо шептал о тебе, обо мне…О всех нерождённых и скованных в сон,О тех неприметных и глупых основах,Что, может быть, даже мы всуе не зналиИ так друг за дружкой затылком кивалиВ вечность. Она представляласьНам маленькой точкой.Ты увидишь её тотчас,Когда перестанешь быть оболочкой,Став оголённой проволокой.Тугими ударами резко порвав волокна.Так быстро и так разорванно.Выпустив ввысь весьСвой электрический импульс,Ты больше не сможешь проснуться,Мой милый прекрасный нарцисс —Ведь свет не пройдёт сквозь окна.Тебе лишь останется выстоять.Или в неё упасть.Когда ничего не останется,Ты просто попробуй стоять.Времени уже не будет.Будет лишь твой приказ,Ты и точка. Ты и точка.Будды шершавый глазСкажет предельно точно,Когда иссохнет твоя оболочкаВсего твоего приплода:Ветхая дрянь, шелуха, мокрота,Липкой жижи от жизни, судьбыИ всего продолжения рода.Вот эта возня-размазня…Всё, что сокрыто ночью.Пойми, после всех «за» и «нельзя»Останется только точка.Останется только точка.От патрона стальная коробочка.Ей всё дозволено!Ей всё подвластно!Ей всё безразмерно!Ей всё немыслимо!Вообще ВСЁ!Во веки веков так простоИ ныне и присноТебя приласкает воистинуВеликая бездна-мать.И огненно-дерзкий,Со всеми грехами мира,Как демон порочный,Ты будешь пред нею стоять.Так тому и бывать.Так тому и бывать.Так тому и бывать…Нет уз священнейНет уз прочней.Не бывает пут жёстче.Ты победишь её.Потому что ничего кроме этогоНигде никогда и не было,И в общем, скажу по секрету,Даже не происходило.