Все права защищены.

Illustration copyright © Hodder & Stoughton Limited

Enid Blyton’s signature and The Famous Five are а Registered Trademark of Hodder & Stoughton Limited

First published in Great Britain in 1952 by Hodder & Stoughton

Серия «Знаменитая пятёрка»

© Чулкова С. И., перевод на русский язык, 2019

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательская Группа «Азбука-Аттикус», 2019

Machaon®

* * *

Девочка быстро заполнила открытку и поспешила на улицу. Громко хлопнула входная дверь, и отец нервно заёрзал на стуле. Он был добрым и отзывчивым человеком, но при этом отличался нетерпеливым, взрывным характером и крайней забывчивостью. Джордж была очень похожа на него, а ему так хотелось иметь кроткое создание вроде племянницы Энн.

Джордж опустила открытку в почтовый ящик. Текст её был краток, как в телеграмме:

Вернувшись домой, Джордж приступила к сборам, к ней присоединилась мама. Это всегда сопровождалось пререканиями со стороны Джордж. Вечно она отказывалась брать тёплые вещи, юбки и платья, а мама из-за этого расстраивалась.

– Джордж, ну когда ты повзрослеешь? – вздыхала она. – Опять эти несчастные джинсы и длиннющая красная футболка. Ты в них как мальчишка. И зачем ты выложила тёплые кофты? Я кладу их обратно. Джулиан просил не забыть толстый свитер и плед. По ночам может быть прохладно.

– Джулиан писал, что фургоны – старые. Значит, они впрягали туда лошадей. Хотя нынешние путешественники давно пользуются трейлерами, просто цепляют их к машинам и переезжают с места на место, – рассказывала Джордж, перебирая вещи.

– Ну, завтра всё сама и увидишь, – успокоила её мама. – О Джордж, ты опять кашляешь!

– Ничего страшного, это от пыли, – сказала девочка. Она схватила стакан воды, стараясь унять першение в горле. Вот будет ужас, если мама вдруг передумает. Джордж не любила болеть – во время болезни она капризничала как маленькая девочка. Но теперь к ней вернулся прежний боевой дух, что и являлось, по мнению мамы, признаком выздоровления. «Нет, пусть уж едет в Фэйнайтс, я с ней тут с ума сойду. Девочке нужна компания, да и климат там теплее, чем у нас».

Джордж летала по комнате, словно у неё выросли крылья. Ведь уже завтра она будет с друзьями, и впереди – две недели вольной счастливой жизни!

В холле зазвонил телефон, и мама спустилась вниз. «Алло? А, это ты, Джулиан? У вас ничего не случилось?..»

Джордж пулей сбежала вниз. Только бы не сорвалось! А вдруг Джулиан собирается всё отменить? Затаив дыхание, она зависла над мамой. «Что ты сказал, Джулиан? Я не очень хорошо тебя слышу. Нет, твой дядя в полном порядке. А почему ты спрашиваешь? Нет, он никуда не пропал, с чего бы это?»

Джордж недоумевала. Ерунда какая-то. Положив трубку, мама сказала:

– Джордж, ну что ты стоишь над душой? Всё хорошо. Просто Джулиан хотел убедиться, что твой папа жив и здоров. В вечерних газетах прошла новость об исчезновении двух учёных.

– Вот дурак! С чего бы это наш папа исчез! – фыркнула Джордж. – Наверняка эти двое сбежали в другую страну, чтобы продать государственную тайну, а мой папа не такой!

– Дик, ты что, не видел, я вытащила их прямо из кипятка? – проворчала Энн. – Теперь мне придётся варить ещё одно яйцо. Эх, жаль, что Тимми ещё не доехал – он бы вылизал пол дочиста.

Пришлось подождать, пока Энн сварит другое яйцо.

Пригревало солнышко, и ребята уселись завтракать на ступеньках фургончика. Яйца всмятку, щедро смазанные маслом ломти хлеба, домашний мармелад и сочные яблоки – лучшей еды на природе и не придумать. Становилось жарко, и Джулиан снял куртку.

Стена из высокого кустарника за фургончиками служила хорошей защитой от ветра, рядом по траве стелились бледно-золотистые примулы и заросли чистотела – его жёлтые атласные цветы жадно тянулись к солнцу.

В некотором отдалении находились два современных трейлера, чьи обитатели, судя по закрытым дверям, ещё крепко спали. Прошло три дня, но дети так и не успели ни с кем познакомиться.

На соседнем холме стоял древний полуразрушенный замок с крепостной стеной, способной сдержать самый яростный напор ветра и непогоды. На севере, юге, востоке и западе имелись четыре башни – три из них в плачевном состоянии, а четвёртая осталась неподвластна времени. Верхняя часть крепостной стены и башен была усеяна узкими стрельчатыми окнами-бойницами – из них во время набегов неприятеля воины пускали стрелы. Когда-то давным-давно это был величественный замок, окружённый семи графствами, и отсюда был великолепный обзор на многие и многие километры вокруг. Джулиан, самый начитанный из всех, поделился с ребятами своими знаниями: любой обитатель замка мог заранее увидеть войско вражеского графства, решившего пойти на них войной. До момента атаки оставалось достаточно времени, чтобы протрубить тревогу, закрыть крепостные ворота, расположить лучников у окон, приготовившись к длительной осаде.

Ребята сидели на ступеньках фургона, любуясь замком и наблюдая, как вокруг него кружат бесчисленные галки.

– Их там тысяча, не меньше, – наконец нарушил молчание Дик. – Эх, бинокля не хватает. Мне, например, интересно, как они умудряются летать в толчее не сталкиваясь.

– Они там что, гнездятся в таком количестве? – поинтересовалась Энн.

– Да, на верхушках башен. Таскают туда прутья и вьют жилища. Бьюсь об заклад, что на земле валяются горы оброненных веток.

– Вот приедет Джордж, и сходим туда на экскурсию, – предложила Энн. – Входной билет стоит всего каких-то пять пенсов. Обожаю старые замки и этот неповторимый запах старины.

– Я тоже, – признался Джулиан. – Надеюсь, Джордж прихватила бинокль, подаренный ей на день рождения. Поднимемся наверх и будем смотреть вдаль. Пересчитаем все семь графств!

– Ой, мне надо ещё умыться, – спохватилась Энн. – И навести порядок к приезду Джордж.

– Думаешь, она заметит разницу между тем, что есть, и тем, что будет? – ухмыльнулся Дик.

Энн обожала порядок, у неё всё должно быть разложено по полочкам. Она считала себя хранительницей фургончиков и хотела представить всё в лучшем виде. Энн сбегала и нарвала охапку примул. Потом разделила их на два букета – один поставила в синюю вазочку, расправив ниспадающие стебли, а другой – в жёлтую.

– Ну вот, очень сочетается с занавесками в жёлто-зелёную клетку, – довольно сказала она и взялась за уборку. Энн хотела было отправить Дика на речку мыть посуду, но побоялась, что он что-нибудь разобьёт и будет неудобно перед хозяевами фургончиков.

К половине двенадцатого домики были отдраены до блеска и каждая вещь лежала на своём месте. Энн приготовила для кузины постель, но застилать её не стала: в дневное время спальные места откидывались к стене.

«Вот такие каникулы меня очень даже устраивают, – говорила Энн сама себе. – Маленькое уютное жилище, и сразу за порогом – поля и холмы. Скромная трапеза на природе, и, что главное, никаких приключений!»

– Что ты там бормочешь? – поинтересовался Дик, заглянув в фургончик. – Я что-то слышал про приключения – уже мечтаешь?

– Упаси боже! Меньше всего на свете мне хочется приключений! Да и где их тут взять, в таком райском месте.

– Ох, не зарекайся, – рассмеялся Дик. – Ну что, готова? Нам пора.

Дик запер фургончики на ключ, и ребята отправились к развилке, откуда вела дорога в деревню. Чем ниже они спускались, тем выше нависал над ними старинный замок, отбрасывая на землю длинную тень.

– Ой, я так рада, что рядом со мной будут спать Джордж с Тимми. Я обожаю, когда он храпит.

– Неужели? – рассмеялся Джулиан. – Могу подселить тебя к Дику: он не только храпит, но ещё сопит и стонет. Наверное, ему снятся кошмары, как никому другому в нашем королевстве.

– Что ты врёшь? Когда я храпел?! – возмутился Дик. – Послушал бы ты себя ночью.

– Ой, а вон и поезд! – воскликнула Энн. – Бежим скорее!

Ребята успели на платформу как раз вовремя. Из окна вагона высунулась голова с короткими кудряшками, а следом за ней – собачья морда.

– Ой, это Джордж с Тимми! – радостно запищала Энн.

– Ребята, привет! – Джордж так отчаянно махала рукой, что едва не вывалилась из окна.

«Гав!» – отреагировала собачья голова и исчезла. Через минуту на платформу спрыгнул Тимми, чуть не свалив Дика с ног, а следом спустилась и Джордж.

– А вот и я! – Она обняла сестру, а братьев поприветствовала по-мальчишески – стукнув каждого кулаком в грудь. Глаза её радостно сияли. – Я так рвалась к вам, но меня свалила простуда. Мама уже извелась от моего нытья.

– Могу себе представить, – рассмеялся Джулиан и приобнял Джордж. – Давай свой чемодан. Мы сейчас зайдём в деревню и отметим твоё прибытие мороженым. Тут в магазинчике отличный выбор.

– Я только за, – радостно проговорила Джордж. – Смотрите, Тим облизывается, услышав про мороженое. Ну какой же он умный! Тимми, ты рад, что знаменитая пятёрка в сборе?

«Гав!» – ответил пёс и уже в двадцатый раз лизнул руку Энн.

– Ой, Тимми, для общения с тобой нужно ходить с полотенцем, – рассмеялась Энн. – Переключись, пожалуйста, на Джулиана!

Увидев, что через плечо кузины перекинуты два ремешка, Дик похвалил её:

– Молодец, Джордж! Ты не только фотоаппарат прихватила, но и бинокль. Будем изучать местных галок. А на болоте, говорят, водятся цапли.

– Это мои первые каникулы с биноклем, куда ж без него, – сказала Джордж. – А в школу его нельзя брать, мама считает это баловством. Ну пошли. Где тут ваше мороженое?

– Это рядом. Им торгуют в молочном магазинчике, – ответил Джулиан, показывая дорогу. – Предлагаю начать с ванильного, потом взять клубничное, а потом и шоколадное.

– Ого, ну и аппетиты у тебя! Если поглощать мороженое такими темпами, мне придётся одолжить у вас деньги. У меня не так-то много на карманные расходы, – рассмеялась Джордж.

Устроившись в магазинчике за столом, ребята заказали мороженое. Их обслуживала милая толстушка, уже знавшая ребят в лицо.

– Повезло вам с погодой, – улыбнулась она. – В поле много фургонов?

– Я бы не сказал, – ответил Джулиан, воткнув ложку в мороженое.

– Ну, скоро вашего брата прибудет, – заметила продавщица. – Обычно там разбивают лагерь бродячие артисты, так что скучать вам не придётся.

– Вот и отлично, – ответил Дик. – Надеюсь, мы с ними подружимся. Тимми, как ты относишься к бродячим артистам?

– Ого, – присвистнул Дик. – Опять новости об исчезнувших учёных.

Тут Джордж вспомнила про вчерашний звонок Джулиана.

– Кстати, Джулиан, – сказала она, – как ты мог подумать, будто мой папа сбежал из страны с важными научными секретами?

– Я такого не говорил, – обиделся Джулиан. – Просто вчера прошла новость о двух пропавших учёных, а имя дяди Квентина известно на весь мир. Вот я и переживал – а вдруг и его похитили?

– Видел бы ты мамино лицо, когда ты спрашивал про папу. Потому что в это самое время он как раз громыхал у себя в кабинете. Наверняка искал кусок рукописи.

– А сам на ней сидел? – с улыбкой предположил Дик. – Но, если серьёзно, послушайте, что тут пишут: похоже, эта парочка учёных всё же не была похищена. Они испарились вместе с документами. Вот гады! И откуда только такие берутся? «Дерек Терри-Кейн и Джеффри Поттершэм пропали два дня назад, – прочитал он. – Они отправились в гости к коллеге, чтобы обсудить некоторые детали своей работы. Затем, попрощавшись с хозяином, спустились в метро, и больше их никто не видел. Между тем стало известно, что Терри-Кейн заранее обновил свой заграничный паспорт и купил два билета до Парижа. Информация, что учёные доехали до Парижа, отсутствует».

– Вот именно! – воскликнула Джордж. – Наверняка смылись в какую-нибудь далёкую страну вместе с документами. Именно это я и сказала маме.

– Дядя Квентин будет расстраиваться, – задумчиво произнёс Джулиан. – Кажется, он в своё время работал с этим Терри-Кейном?

Джордж молча кивнула.

– Я вовремя уехала, – сказала она. – Отец наверняка рвёт и мечет, высказывая маме, что он думает про этих негодяев.

– Его можно понять, – вздохнул Джулиан. – У меня просто в голове не укладывается, как можно предать родину. Ну и хватит об этом. Энн, неплохо бы нам пообедать. Какие будут идеи?

– Жареная картошка с сосисками. Консервированные персики. И ещё соус приготовлю.

– Чур, я жарю сосиски. Хотите, надрежу их в форме собачьей косточки? – предложил Дик.

Все дружно кивнули.

– Только мне прожарь получше, – попросила Джордж. – А сколько мне дадут сосисок? Я сегодня ничего не ела, кроме мороженого.

Энн передала пакет с продуктами Дику.

– Тут двенадцать сосисок, по три на каждого, а Тимми обойдётся. Для него у меня припасена отличная сахарная косточка. Джулиан, сходи за водой, ведро вон там. Мне нужно почистить картошку. Джордж, ты откроешь персики. Только не порежься до крови, как в прошлый раз.

– Не волнуйся, капитан, – хмыкнула Джордж. – Эх, вот и наступили старые добрые времена. Простая еда, рядом – друзья, это ли не счастье. Гип-гип ура!

– Пожалуйста, перестаньте кричать, иначе я не удержу своего пса и он кинется на вас, – предупредила Джордж.

– Что?! – возмутился коротышка. – Ваш пёс шныряет тут, обнюхивает моих змей, и после этого вы мне угрожаете?

Он переминался с ноги на ногу, словно боксёр, примеривающийся к удару. – Ну погодите – вот выпущу своих змей, и ваша собака сразу даст дёру.

Угроза произвела впечатление, и Джордж с мальчиками впихнули Тима в девичий фургончик, плотно закрыв дверь. Энн тоже спряталась в домике, прижавшись к Тиму и пытаясь его успокоить. А ребята, оставшись на улице, увидели такое… Незнакомец вытащил ящик и открыл крышку. Ребята замерли, приготовившись к тому, что сейчас оттуда выползут гремучие змеи или кобры. Над краем ящика показалась большая сплющенная голова: раскачиваясь из стороны в сторону, она смотрела перед собой гипнотическим взглядом. Длинное змеиное тело поползло по ногам незнакомца, обвивая его пояс и шею. Мужчина тихо и ласково заговорил с питомцем.

Джордж охватила дрожь, а Джулиан с Диком смотрели как заворожённые.

– Господи, да это же питон, – тихо проговорил Джулиан. – Какой огромный, я никогда не видел питона так близко. Как бы он не задушил его до смерти.

– Смотри, он намеренно придерживает его рукой за хвост, чтобы этого не случилось, – прошептал Дик. – Ого, ещё один.

И действительно: медленно разматывая своё блестящее, сложенное кольцами тело, из ящика с громким шипением вылез другой питон и тоже забрался на хозяина. В обхвате каждая из змей была толще человеческой лодыжки.

Открыв рот от удивления, Энн наблюдала за происходящим из окна фургона. Она в жизни не видела таких огромных рептилий и даже не знала, как они называются. Сейчас ей хотелось только одного – чтобы их фургончики оказались как можно дальше от этого места.

Коротышка тихо разговаривал со змеями, успокаивал их. Две сплюснутые головы зависли возле его лица.

Тим подошёл к окну и увидел то, что пару минут назад шипело в ящике. Поражённый, он даже перестал лаять: поджав хвост, он спрятался под стол и больше оттуда не показывался.

Мужчина ещё немного поворковал со своими любимцами, а потом отправил их обратно в ящик. Питоны заползли внутрь и свернулись. Коротышка захлопнул крышку, заперев её на ключ, а потом обернулся к ребятам и сказал:

– Видите, как вы их расстроили? Так что приструните свою собаку. С некоторых пор мои змеи не любят детей, и я тоже. Ясно?

Он так громко гаркнул, что ребята подпрыгнули от страха.

– Мы дико извиняемся, – начал Джулиан, – но вы же понимаете, что такое собаки. При встрече с непонятным они лают. Это инстинкт.

– Терпеть не могу собак, – проворчал коротышка. – Я вас предупредил. Держите пса подальше, особенно когда я выгуливаю питонов. Иначе кто-нибудь из них задушит его в своих объятиях.

Злобно хмыкнув, мужчина вернулся в фургончик.

– Вот и познакомились, – хмуро произнёс Джулиан. – А я-то надеялся, что мы подружимся с этими артистами и узнаем парочку-другую профессиональных секретов.

– Не нравится мне всё это, – встревоженно сказала Джордж. – Как он собирается выгуливать своих змей, если рядом Тимми? Я не могу всё время держать его взаперти. Но самое странное, что этот коротышка любит этих чудовищ.

– Мне тоже так показалось, – согласился Джулиан. – Хотел бы я знать, кто живёт во втором фургоне. Может, горилла, или гиппопотам, или даже слон?!

– Не сходи с ума, – оборвала его Джордж. – Пошли к себе, уже темнеет. Нет, постойте, мы забыли про третий фургон – он почти доехал.

Медленно взбираясь вверх и громыхая на ухабах, к лагерю подъезжал фургон с красной надписью «Гуттаперчивый человек».

– Интересно, не он ли сидит на облучке? – гадала Джордж.

Ребята уставились на извозчика. Это был долговязый человек с таким выражением лица, словно он вот-вот расплачется. Что интересно, и сама лошадь была такой же унылой.

– Да, я погорячилась, предполагая, что этот человек может прыгать как мячик, – заключила Джордж. – Он сделан из какой-то невесёлой резины.

Повозка остановилась. С неожиданной для своего нескладного тела грацией гуттаперчивый человек спрыгнул с облучка, отстегнул оглобли и отпустил лошадь пастись.

– Баффло, ты здесь?! – крикнул Гуттаперчивый.

Дверь второго фургона отворилась, и на пороге появился улыбчивый молодой громила в ярко-красной рубашке и с копной соломенных волос.

– Привет, Раббер! – приветствовал он вновь прибывшего. – А мы уже тут. Давай проходи, Джекки приготовил ужин.

Гуттаперчивый человек с похоронным видом вошёл в фургон, прикрыв за собой дверь.

– Интересные дела, – протянул Дик. – Раббер, Баффло, Джекки и ящик с питонами. То-то ещё будет!

– Ребята, идите сюда! – позвала Энн. – Тимми извёлся.

Ребята вернулись в домик и обнаружили, что Энн успела накрыть ужин: сэндвичи с ветчиной, порезанный на ломтики фруктовый пирог и разлитый по стаканам апельсиновый сок.

– А можно мне парочку маринованных луковиц? – попросил Дик. – Я съем их вместе с сэндвичем. Кто-нибудь будет ещё?

Между ними горел костёр, и можно было различить склонённую над ним фигуру коротышки, любителя питонов. Дик вернулся к столу:

– А можно попросить ещё маринованного лука?

– Ты уже съел свой сэндвич, – ответила Энн.

– Ничего страшного, можно и без сэндвича. Передай, пожалуйста.

– Не дам. Я уже убрала банку. Оставь хоть немного на завтра. Ну ты и прожорливый! Вон, съешь печеньку.

Дик презрительно фыркнул.

– Я рассчитывала посидеть у костра, но у меня уже глаза слипаются, – призналась Джордж.

– И у меня, – кивнула Энн. – Давай быстренько приберёмся – и на боковую. А мальчики могут почитать или поиграть в настольную игру и у себя в фургоне, если им захочется.

– Пожалуй, – сказал Дик и зевнул. – Энн, надеюсь, вам хватит воды умыться? Не очень-то хочется тащиться в потёмках к реке, спотыкаясь о храпящего в траве питона или какого другого зверя.

– Ой, ты думаешь, эти змеи могут убежать? – испугалась Энн.

– Конечно нет, не выдумывай, Энн, – успокоил её Джулиан. – А если даже и так, Тимми всегда нас предупредит.

Пожелав сёстрам спокойной ночи, мальчики ушли к себе. Было видно, как в их фургоне зажёгся свет и Дик задёрнул занавески. Светящееся окно навевало спокойствие и уют. Энн снова показала Джордж, как опускается спальное место. С лёгким щелчком кровать разложилась. Девочки стали застилать постели. Для экономии места в дневное время низкие подушки убирались в плотные чехлы и использовались на стульях как «думки».

Надев ночную сорочку, Джордж пошла к раковине, чтобы умыться и почистить зубы. Потом вытащила затычку, и вода с бульканьем вылилась на землю под фургончиком. Тимми настороженно прислушался – что это?

– Класс, – довольно хмыкнула Джордж и юркнула под одеяло.

Увидев, что хозяйка ничем не встревожена, Тимми снова лёг на пол. И всё же сегодня он услышал целых два непонятных звука.

– Джордж, я хочу задуть лампу, ты положила в головах фонарик? – спросила Энн. – Ой, посмотри на Тимми. Он не понимает, почему ты не идёшь спать наверх.

Тимми застучал хвостом по полу, словно подтверждая слова Энн. Пёс и впрямь был в замешательстве: ведь и дома, и в школе-пансионе спальня Джордж находилась на втором этаже. Ему понадобилось несколько минут, чтобы переварить информацию, а потом он запрыгнул к ней на кровать и устроился в ногах.

– Ой, ну и медведь! – проворчала Джордж. – Ползи к стенке, дай мне вытянуть ноги.

Тимми послушно свернулся у стенки, положил морду на колени девочки, горестно вздохнул и уснул.

Но одно его ухо стояло торчком, улавливая все ночные звуки. Вот на крышу невесть зачем забралась мышка, а затем заскребла коготками по стене, возвращаясь на землю. Смельчак кролик юркнул под фургон, хрумкая травой. Майский жук упрямо долбился в окно возле Джордж. Наконец, так и не поняв, что за преграда встретилась на пути, он сдался и с шумом улетел. Тим спал, готовый проснуться в любой момент, если его ухо уловит подозрительный звук. Утром его разбудило пение чёрного дрозда, который старательно выводил новую мелодию, а потом к нему присоединился и дрозд обыкновенный.

– Тирли-доброе тирли-утро! – старалась птаха.

Тимми приподнялся в кровати и сладко потянулся. Потом зачесался. Джордж открыла глаза, пытаясь понять, где она, но, вспомнив, счастливо улыбнулась. Девочка оценила музыкальный талант чёрного дрозда и перевернулась на другой бок. Вдали слышалось мычание коров, выгнанных на пастбище. Луч солнца упал сначала на стенные часы, а потом на вазочку с примулами.

Поняв, что хозяйка не собирается вставать, Тимми снова устроился поудобнее подле неё и уснул.

Прошёл час, и все стали пробуждаться. Послышался скрип открываемых дверей, голоса, люди потянулись к реке за водой.

В дверь фургончика забарабанили:

– Эй, сони, просыпайтесь! Уже полвосьмого, мы проголодались!

– Ой, – встрепенулась Энн. – Со сна её карие глаза казались темнее обычного. – Джордж, вставай!

Очень скоро на улице затрещал костёр, и в воздухе распространились приятные ароматы. Дик жарил яичницу с беконом. Наконец на ступеньках возникла Энн: на подносе у неё стоял заварной чайник и тарелка с фруктовым пирогом.

– Энн делает всё чин по чину, словно мы живём в поместье, а не в старых фургончиках, – улыбнулся Дик. – Джу, передай тарелку, твоя порция готова. Тимми, убери нос, а то опять пролью на тебя шипящее масло. Джордж, присмотри за собакой – я не могу отвлекаться, а он уже спёр один неподжаренный кусок бекона.

– Правильно, а зачем ему поджаренный? – усмехнулась Джордж. – Ребята, смотрите, сколько артистов понаехало.

И впрямь: возле домиков Баффло и гуттаперчивого человека по кличке Раббер появилось ещё пять фургонов. На одном из них – он был ярко-жёлтого цвета – были нарисованы языки красного пламени, и красная надпись гласила: «Альфредо, пожиратель огня».

– Так и вижу этого Альфредо, – сказал Дик. – Огромный злой детина с громовым голосом и широкой поступью великана.

– А на деле он окажется щуплым человечком, который движется трусцой как пони.

– Вот сейчас и узнаем – как раз кто-то выходит из фургончика, – хмыкнула Джордж.

– Это вообще тётенька, его жена, наверное, – сказала Энн.

Показалась женщина миниатюрного сложения, смуглая, чертами похожая на испанку.

– А вот и сам Пожиратель огня, – объявил Джулиан. – Ба, он точь-в-точь как ты его описал, Дик.

Пожиратель огня и правда был огромен, плечист и свиреп как лев – во многом благодаря разметавшейся по плечам каштановой шевелюре. Широкими шагами он шёл в сторону реки, а маленькая жена семенила следом.

– Вот это да-а… – присвистнул Дик. – Я бы предпочёл держаться от такого подальше, особенно если он тоже не любит детей. Этот Пожиратель огня, видно, намеренно выбрал себе такую жену – чтобы она крутилась вокруг и во всём ему потакала.

– Не знаю, не знаю, – покачал головой Джулиан. – Смотри, он зачерпнул два ведра воды и несёт их как пушинку.

– А вот и ещё один артист, пошёл к реке. В нём чувствуется мощь и грация тигра. Наверное, это и есть Джекки.

– Я уверена, что это тот самый человек, который умеет выпутываться из верёвок, – восхищённо произнесла Энн.

Было очень интересно наблюдать за артистами. Они болтали, смеялись, заходили друг к другу в гости и весело перекрикивались. Наконец три женщины с корзинками направились в сторону деревни.

– Пошли закупаться продуктами, – догадалась Энн. – Кстати, я тоже собираюсь в деревню. Джордж, пойдёшь со мной? Автобус через пятнадцать минут, так что посуду помоем потом.

– Ладно. – Джордж поднялась с земли. – А чем будут заниматься мальчишки?

– Пусть принесут воды, соберут хворост и постелют кровати, – распорядилась Энн.

– Ты уверена? – хмыкнул Дик. – Может быть, может быть. Мне нравится твоя идея затовариться продуктами. Ты не можешь купить мне тюбик зубной пасты? И если в молочном магазине выкинут пончики, прихвати десятка полтора.

– И не забудь про молоко и пару банок консервированных ананасов, – добавил Джулиан.

– Если вы так оголодали, пойдите и принесите сами, – огрызнулась Энн.

– Нет, мы будем таскать воду из реки, пока она не иссякнет, – рассмеялся Джулиан. – Да, и загляни на почту насчёт писем и не забудь прихватить свежую газету. Мы должны оставаться в курсе всех новостей.

– Ладно-ладно, – смилостивилась Энн. – Ну всё, мы побежали.

Девочки поспешили в сторону дороги, а Тим увязался за ними.