Шесть дней пути по лесам, полям, глинистым дорогам. 150 километров. Подъем в два часа ночи. Выход в три утра. С 3 по 6 июня на Вятской земле совершается Великорецкий крестный ход, на который съезжаются люди со всей России и из-за границы. Идут и в дождь, и в зной. Идут с молитвой. В начале шествия – чтимый образ святителя Николая Чудотворца. И так каждый год крестный ход открывает северное лето уже более шести веков. Что движет людьми совершать этот подвиг? Пусть ответят сами «герои заметок». Все чудесные истории – реальные, рассказанные паломниками, с которыми мне довелось познакомиться в годы пешешествий на Великую. Пойдемте вновь с ними…
Каждый год в начале июня Вятская земля собирает паломников из разных уголков земного шара, которые поспешат сюда, чтобы отправиться вслед за иконой в многодневный Великорецкий крестный ход. Событие поистине масштабное. Масштабное не только по продолжительности, не только по разнородности участников, шестивековой истории. Однако и в духовном делании масштабное. Труд и молитва в течение шести дней – для тех, кто относится серьезно. По-настоящему.
Трудясь с осени 2013-го в пресс-службе Вятской Епархии, воочию наблюдаю, что не просто живет традиция, но продолжается многовековая история. Так, в 2014-м крестный ход был юбилейным: праздновались сразу две знаменательные даты – 400-летие Великорецкого крестного хода и 25-летие с момента его официального возрождения после советского периода гонений. В 2015-м впервые за историю крестного хода на реку Великую вслед за чудотворным образом отправился правящий архиерей – митрополит Вятский и Слободской Марк. А 6 июня 2017 года также впервые за всю многовековую историю хода Божественную литургию на берегу реки Великой возглавил предстоятель Русской Православной Церкви Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл.
2018-й… Минувший крестный ход уже для моей души был по-своему юбилейный. Десять лет, как я открыла для себя, в 2008-м, еще будучи светским журналистом, этот духовный праздник. Позднее постепенно приобщалась к событию, совершая год за годом свои шаги на Великую. Конечно, они далеки от духовного делания опытных крестоходцев. Однако сумка с фотоаппаратом на плече и диктофон в кармане «подарили» по пути на Великую много интересных встреч, бесед, в том числе с духовными лицами, размышления над которыми постепенно и у самой открывали все новые грани восприятия события.
На страницах этой книги захотелось поделиться впечатлениями – как собственными, так и попутчиков, а также мудрых батюшек и совсем незнакомых паломников. И вместе с героями «заметок» еще раз осмыслить событие, совершающееся каждый год на Вятской земле как исполнение современниками обета предков о перенесении чудотворного образа святителя Николая к месту его явления на реку Великую.
Тех, кто совершал паломничество с иконой, вероятно, при прочтении будут «посещать» свои воспоминания, тем самым читателю посчастливится еще раз, уже на страницах книги, пережить дни пути. Кто-то, возможно, только откроет для себя это событие и поспешит 6 июня автотранспортом в село Великорецкое, чтобы помолиться соборно перед чудотворным образом. Возможно, будут и те, кто решится крестным ходом пойти на Великую. Отправляться ли в крестный ход и сколько пройти? – это уже человек решает сам, а святитель Николай, видя его намерения, управит, выдавать ли «билет», и «до какой станции».
Однако почему все-таки люди самых разных возрастов и профессий снова и снова идут на Великую? Берут отпуска и специально съезжаются на период крестного хода на Вятскую землю? Что же влечет тех, кто далек от вятчан и соответственно данного их предками обетования? Что же такое стяжается в пути, что покрывает неудобства и немощи? На эти вопросы попытаемся найти ответы на страницах «заметок» вместе с их «героями».
«Всех Вас, дорогие братия и сестры, от всей души поздравляю с особым праздником Вятской земли, который мы отмечаем здесь сегодня – проводы иконы святителя Николая Чудотворца на реку Великую. Эти торжества в честь великого угодника Божия продлятся шесть дней до 8 июня включительно. А кульминацией торжеств станет праздник 6 июня в Великорецком на месте обретения чудотворной иконы святителя Николая.
Начало Великорецкого крестного хода и прославления образа Святителя Николы восходит еще к тому далекому времени, когда предки жителей Вятского края, выходцы из Великого Новгорода, первые селились в этом краю, по берегам рек Камы, Вятки, Чепцы и других. Они селились среди диких языческих народов – вотяков и черемисов.
Они основали здесь первые русские православные поселения: Никульчино, Котельнич и Хлынов. Жизнь первых вятских христиан в далеком краю, в окружении языческих народов, была трудной и опасной. Вскоре на Русь напало войско Батыя, и в вятские земли, располагавшиеся за непроходимыми болотами и лесами, хлынул поток переселенцев из русских княжеств. Скорбь и страдание надолго стали их спутниками. Именно тогда, в утешение всем страждущим жителям Вятской страны, Господь явил на Великой реке образ Святителя Николы, вскоре прославившийся великими чудотворениями.
В "Повести о Великорецкой иконе" говорится, что это произошло в 1383 году «при державе благоверного и благородного и христолюбивого великого князя Димитрия Иоанновича, нарицаемого Донским, при архипастырстве всесвятейшего Пимена, митрополита Московского и всея России». В то время в одном из русских поселений на реке Кобре хранился образ Святителя Николая, написанный «в чудесех», то есть с житийными клеймами, рассказывающими о чудесах этого великого святого. Известно, что христиане тогда нередко подвергались нападениям воинственных местных племен – вотяков и черемисов. Спасаясь от одного из таких набегов, христиане были вынуждены бежать «дикими лесами» на реку Великую, один из северных притоков Вятки, и там «в густой чаще леса, на высокой горе неведомо како судьбами Божьими той святой образ оставиша».
В помощь и утешение православных, заброшенных в глушь чужих земель и народов, и в знак своего благоволения к этому краю, месту их поселения, Господу Богу угодно было чрез Своего угодника, святителя Николы, явить здесь следующее дивное знамение. «Некоторый благоговейный муж», проходя вблизи этой горы, вдруг увидел в лесу чудесный свет, как бы от множества горящих свечей. Остановившись в испуге, он не решился подойти к таинственному месту и продолжил свой путь. На обратном пути крестьянин вновь на том же месте увидел сияние светозарных лучей и почувствовал непреодолимое желание подойти ближе. Осенив себя крестным знамением, он пробрался сквозь лесную чащу и увидел там, у небольшого источника, образ святителя Николая, «свещи же невидима быша». Тогда, со страхом Божиим и радостью, взял он обретенную икону и принес в свой дом и «о сем явлении чудотворного образа никому не поведа».
Но недолго довелось ему в неведении хранить эту святыню, ибо сказано: «Не может укрыться город стоящий, на верху горы, и, зажегши свечу, не ставят ее под сосудом, но на подсвечнике и светит всем в доме» (Мф. 5, 14-15).
Был в том селе «человек некий, именем Иоанн», который уже двадцать лет «лежал в расслаблении». Ночью явился ему «в тонце сне» Святитель Никола и, открыв имя крестьянина, хранящего его святой образ, повелел пойти и приложиться к нему с верой в исцеление. Едва это желание окрепло в душе больного, он сразу почувствовал, как к нему возвращаются силы, и, «домочадцами своими подкрепляем», пришел в указанный ему дом. Упав на колени перед святой иконой, больной со слезами молился о своем здравии и, восстав от земли, приложился к чудотворному образу, «внезапу совершенное получи от него исцеление, и бысть здрав». Тогда хозяин дома, уразумев, какой великой святыни сподобил его Господь, поведал собравшимся свою историю, а жители села, пораженные исцелением расслабленного, построили на месте обретения иконы часовню и поставили в ней этот чудотворный образ. «И наша пока многие чудеса от него бывати». Православные, желая обезопасить святыню от посягательств иноверцев и стремясь облегчить доступ паломников к ней, решили перенести образ с берегов реки Великой в центр Вятского края, город Хлынов (Вятку). Жители села Великорецкого согласились на это. Отпуская от себя образ, они взяли с граждан Вятки обет, что те ежегодно в мае-месяце с крестным ходом снова будут приносить образ к месту его обретения – на реку Великую.
Все вятичи, от мала до велика, наложили на себя пост и долго молились Святителю Николе и слезно просили у него милости и согласия на перенесение к ним его образа. Снова при этом они подтвердили свое обещание – ежегодно носить икону на берега реки Великой для торжественного празднования там его обретения. С торжеством и ликованием крестный ход встретил Святителя в виде его образа за пять верст от города, обошедши с ним кругом города, водворил его в Свято-Троицком кафедральном соборе. События эти совершились в 1392 году.
Так была заложена одна из самых древних и величественных традиций Православной Вятки – Великорецкий крестный ход, который с тех пор вот уже более шести столетий совершается вятчанами в память об данном ими обете. Тем временем под покровительством Святителя Николы Хлынов рос и мужал и вскоре стал главным городом Вятской страны.
С того времени многие свидетельства говорят о благословении, которое принес Святитель Никола городу и всему краю. Так, к примеру, страшные эпидемии холеры, свирепствовавшие в 1831 и 1848 годах по всей России, здешнего края не коснулись. Это явное покровительство Чудотворца возлюбившим его вятичам. Но сохранившееся в записи предание повествует, что со своей стороны и Чудотворец строго охранял заключенные с ним гражданами условия, склонившие его на милость к их городу.
В 1551 году, когда жители Вятки, – неизвестно, по каким обстоятельствам, может быть, по нерадению, – не совершили в обычное время крестный ход с образом на берега реки Великой, Святитель грозно наказал их. Среди жаркого лета вдруг выпал во всей стране глубокий снег, начались морозы, и сильный холод стоял с 1-го до 12 июня, до тех пор, пока граждане не опомнились и не отправились в крестный ход. Тогда снова Угодник Божий так же чудесно преложил свой гнев на милость: началось сильное тепло, и затем последовал небывалый урожай хлеба и плодов.
Эта дивная история чудотворного образа, постоянно и во множестве изливавшиеся от него чудеса, и по перенесении его в Хлынов скоро распространили славу о нем не только по всей Вятской земле и соседним с ней краям, но и по всей России. Известия достигли, наконец, столицы Москвы и там породили глубокое желание у всех благочестивых россиян, начиная с царя до последнего простолюдина, видеть славный образ и поклониться ему. Желанию христолюбивых москвичей суждено было исполниться. В памяти о пребывании Вятской святыни в Москве сегодня служит Покровский собор на Красной площади более известный как собор Василия Блаженного. Один из его пределов посвящен как раз святителю Николаю.
До XX века жители Хлынова провожали чудотворный Великорецкий образ до села Филейского, что находится в 5 километрах от города, и уже отсюда, в сопровождении священства, чудотворная икона следовала по рекам Вятке и Великой до самого места ее обретения.
Вот и сегодня паломники уже не только земли Вятской, но и из других земель русских, и даже из других стран собираются 3 июня, чтобы вместе совершить этот древний крестный ход с иконой святителя Николая. Но необходимо помнить, в чем главный смысл этой православной традиции. Потому что без него крестный ход превратится просто в праздное шатание по лесам и по полям, не неся никакой духовной пользы человеку. Крестный ход – это особое явление в духовной жизни, совершающееся в память того первого шествия со Своим крестом Самого Спасителя нашего Господа Иисуса Христа, когда Он шел на Голгофу во искупление наших грехов. Вот и благодарные Богу верующие люди с тех пор тоже стали совершать крестные шествия по возможности не только в Иерусалиме, но и в тех местах, где проживают. Но главный смысл всех крестных ходов, где бы они ни проходили, это воспоминания страданий нашего Спасителя Господа Иисуса Христа во искупление наших грехов. Поэтому эти шествия носят покаянный характер в первую очередь. Крестный ход – это своего рода время, когда человек оставляет все земные заботы и вновь, и вновь вспоминает, что сделал Бог для его возвращения к жизни вечной. И конечно же, здесь же вспоминаются и все прегрешения, совершенные с детства, которыми убивается душа и лишается своей надежды на Царство Божие. В память о страданиях Спасителя за нас, ради нашей вечной жизни, паломники в течение всего хода должны хранить благоговейное и молитвенное состояние своей души. Ведь только тогда душа сможет обрести в пути очищение и радость от благодати, которую Господь по молитвам великого угодника Своего святителя Николая в изобилии ниспошлет.
Всем Вам, дорогие братия и сестры, в этот день я хочу пожелать крепости духа. Пусть крестный ход с молитвой и покаянием о своих грехах будет Вам в радость и в утешение. С Богом!»
Первое знакомство с событием у меня состоялось в 2008 году. На тот момент подготовка к «госникам» в университете перемежалась с репортажами для «Комсомольской правды» в Кирове». 6 июня редакция командировала в пресс-тур на правительственной машине, и в числе других фотокоров отправляюсь в июньский день к берегам реки Великой.
Почему-то приехали не в час богослужения. Записали речь губернатора, пофотографировали паломников. Но что особенно запомнилось: в июньский день 2008-го года на берегу Великой получасовой прогулки с коллегами оказалось достаточно, чтобы ощутить прохладу северного лета. Пока записывали на диктофоны и камеры речь губернатора, колючий ветер, сквозь кофточку и жакет, пронизывал до нутра. И, наблюдая за группой детворы в летних курточках, обступивших, по-видимому, своего отца, внутри меня крутился вопрос, граничащий с полным недоумением: а как же идут паломники, среди которых много ребятишек? Где они ночуют? Где черпают силы на преодоление таких препятствий, как холодный ветер и прочие бытовые неудобства в пути? И почему идут?
…Редакционное задание выполнено. Речь губернатора записана. Нашлись общительные паломники, которые воодушевленно рассказали, что, несмотря на все трудности пути, идти вслед за иконой святителя Николая на реку Великую для них дело благостное и при этом они испытывают истинное счастье. Однако внутри оставались вопросы: что все-таки движет людьми, откуда берется это ощущение «истинного счастья», как трудности перековываются в радость, а на смену усталости приходит благодать?
Именно тогда в душе зародилось крохотное, едва осознаваемое желание самой когда-нибудь стать причастной к этому масштабному событию – Всероссийскому Великорецкому крестному ходу и, возможно, пройти путь вслед за чтимым образом святителя Николая к месту явления иконы на реку Великую. И святитель Николай, по-видимому, отвечая на мое внутреннее прошение (от верующих уже тогда приходилось слышать, что сам Николай Угодник благословляет паломников на крестный ход) сподобил и меня проделать первые шаги по направлению к реке Великой.
***
Решиться – не решиться? Подобные мысли посещали в течение всего последующего года – после трехчасового пресс-тура, совершенного с «губернаторским пулом» летом 2008-го с целью «осветить мероприятие». Тогда моя миссия – сфотографировать Николая Ивановича Шаклеина (занимавшего пост главы региона на тот период) у купели и опросить нескольких паломников – в соответствии с редакционным заданием была выполнена. Но главный внутренний вопрос – что же движет православными, следующими десятки километров в непогоду за иконой, для меня остался не разгаданным. И требовал ответа.
Священники говорят, что если внутреннее желание человека совпадает с волей Божией, то дело сложится, и задуманному быть. Так, мысли об участии в Великорецком крестном ходе не рассеялись бесследно. В 2009-м, в первый год моей работы корреспондентом в правительственной газете Кировской области «Вести. Киров» (куда по окончании вуза перешла после «Комсомолки»), буквально накануне крестного хода, редактор предлагает мне поучаствовать в событии в качестве паломника. Конечно, снарядили меня в крестный ход с целью репортажа, мол, событие всероссийского масштаба правительственной газете, так или иначе, освещать придется, но что украсит номер лучше, чем репортаж «с полей»?
Однако никто не настаивал. «Смотри сама… Ориентируйся на свои силы, занятость, выносливость, здоровье», – напутствовала редактор Мария Борисовна Кузеванова. Однако по прищуру ее умного взгляда угадывалось, что «материальчик» газете все же интересен. Ей, приехавшей на Вятку с Дальнего Востока, страна восходящего солнца была понятнее, нежели многодневное путешествие с иконой по весям Вятской земли. Ну, думаю, отказываться грех. Раз редактор в рабочие дни в крестный ход отпускает, значит, Сам Бог велел поучаствовать, пофотографировать и… помолиться.
Однако редакторского разрешения, чтобы отправиться на Великую, по-видимому, недостаточно… За несколько дней до крестного хода со мной начали приключаться неприятности, препятствующие задуманному, сеющие сомнения, словно кто-то вставлял «палки в колеса». Простуда с температурой была настолько неожиданной, что напоминала аллергию, которой до той поры никогда у меня не наблюдалось.
«Говорят, в Великорецкое идти не всем позволено. “Билетик” в крестный ход еще заслужить надо», – полушутя, полусерьезно, глядя на мои «чихи», заметила соседка по коммуналке Неля, протягивая мне градусник и, на всякий случай, записочки о здравии с именами родных, пояснив мне, что в пути перед иконой святителя Николая часто совершаются молебны.
Простуды мало! Бегая по магазинам в поисках экипировки (рюкзак, спальник, дождевик), заглянула и в аптеку, за средствами сразу от простуды и от аллергии, где прямо у аптечного прилавка безо всякой на то видимой причины потеряла вдруг сознание. Мелькнула мысль: «Наверно, соседка была права. А я и грешна слишком, и слаба пока еще для хода и духовно, и физически». Однако приводящий меня в сознание юный фельдшер на «скорой», бодренько заметил: «Иди, конечно! Я четыре раза бывал там! Интересно! Если что приключится – врача кликнут».
Однако окончательное решение было принято после благословения батюшки. Спросив, впервые ли собираюсь участвовать в паломничестве, отец Андрей Петров, служивший на тот момент в Серафимовской церкви, обычно строгий и серьезный, вдруг снисходительно сказал: «Иди. Сколько пройдешь – столько и пройдешь. Это и будет твой крестный ход».
3 июня. Утро. Небо затянуто серыми тучами. Моросит дождь. Вливаюсь в разноцветную клеенчатую массу паломником на территории Трифонова монастыря. И встречаю здесь свою коллегу по прошлой работе, хорошую приятельницу. О, это святитель Николай позаботился мне о попутчике! Александра также командировалась от старой доброй «Комсомолки» в крестный ход, вооружившись, как и я, «цифровиком» и диктофоном. Как призналась Саша, случайная встреча со мной для нее оказалась столь же приятной, поскольку одной в продолжительное путешествие, начавшееся под проливным дождем, идти было не совсем уютно. Спустя годы, по Промыслу Божиему, судьба нас снова свела с Александрой. Уже пятый год, как мы вместе трудимся в пресс-службе Вятской Епархии Русской Православной Церкви. И в начале июня вновь и вновь сопровождаем с фотоаппаратами Великорецкий крестный ход. Но об этом нашем служении вернемся в «заметках» несколько позднее.
…А тогда, 3 июня 2009-го, под ливнем протопали мы до первого места привала. Кеды промокли насквозь. Сто раз успела пожалеть, что не взяла с собой резиновые сапоги. Хотя в такую непогоду и они паломников не спасали. Кто-то шел в резиновых и «хлюпал», а кто-то на привале выливал из сапога воду, словно из графина. Мы по примеру некоторых повязали на кроссовки полиэтиленовые пакеты. Реальность показала, это «ноу-хау» от луж не могло спасти. Но, несмотря на дождь, возвращаться никто не собирался, после часового отдыха, сворачивая коврики, и осеняясь крестным знамением, взирая на Троицкую церковь, паломники, из слободы Макарье продолжили свой путь довольно бодро.
Асфальт сменился грунтовой дорогой. Местами до Бобино шли полем. Не сказать, что к селу, первые избы которого забрезжили в вечерних сумерках, мы подступали на исходе сил. Напротив. Опытные паломники поделились, что если не хотите остаться без крова, лучше поторопиться в числе первых и занять местечко в школе. Мелькнула мысль, а по-христиански ли так торопиться, заботясь о ночлеге? Ведь в крестный ход идут, напротив, учиться молитве, терпению, смирению и упованию на Господа, оставаясь верным в каждом шаге. Так или иначе, добродетели эти паломникам приходится стяжать.
Однако таких спешащих оказалось большинство. К тому же ночлег для паломников организован, и вообще у нас пусть скромная, но аппаратура, которую нужно держать в сохранности, чтобы выполнить редакционное задание – тут же в ответ на «голос совести» нашлись внутренние оправдания.
По Бобино продвигались дружной колонной, не берусь предположить с какой скоростью, но далеко не средней пешеходной. И особенный «затор» сложился в дверях бобинской школы, которая встречала на ночлег. К счастью, «прижатых в дверях» не оказалось. Кстати, который год в школе уже паломников не размещают – классы предопределены для певчих, медперсонала, сотрудников МЧС, отряда «Пересвет» – всех тех, кто обеспечивает своей организационной помощью крестный ход на протяжении долгих километров.
Вернемся вновь в 2009-й. …Моментально все коридоры двухэтажного здания, лестничные площадки, спортзал наполнились телами, располагающимися плотно друг к другу на туристических ковриках и спальных мешках. Нам с Сашей достался «номер люкс» на двоих – подсобка под хознужды рядом с туалетом. Раскинув спальники на кафельном полу, мы отошли ко сну. Правда, холодный кафель и ноги в согнутом состоянии не позволили почивать мне долго. Проснулась в полночь с одной мыслью: «Пора! Пора обратно в Киров! Может, и дотяну до Загарья – в село прибудем только в полдень… А там в машину и домой. Хорошо, что там организованы автобусы для тех, кто вдруг сошел с пути». Наивная, не знала я на тот момент, что и до Загарья путь распахнется вовсе не прогулочной дорогой.
В три часа ночи под колокольный звон колонна паломников выходит из Бобино. Православные не сомневаются, что святитель Николай услышал их молитвы: небо ясное, красивый восход предвещает ведро.
Однако с подъемом солнца жара и ветер, воспринимаемые поначалу за великую радость, утомляют не на шутку. Причем в дороге справа и слева слышишь, что в недугах ты не одинок. У кого-то тянет чрезмерный груз, у кого-то появляются мозоли. Но есть и те, и таковых немало, – кто идет и молится в пути. Первых певчих, идущих за иконой, конечно, не догнать. Но внутри колонны идут приходы. Священник читает утреннее правило, евангельский отрывок, после певчие поют Угоднику Николаю акафист нараспев. Присоединяешься к одному из приходов, и душа, приобщаясь незаметным образом к соборной молитве, начинает ликовать.
Но стоит оторваться от молящегося прихода, нет-нет и начинают подкрадываться совсем иные мысли. К примеру, то усталость напоминает о себе, от которой и до уныния в пути недолго. Так, приунывшие, вдруг мы с Сашей встречаем еще двух знакомых собратьев «по перу». В нашу компанию вливаются двое молодых людей, вооруженные фотоаппаратами. Фотокоры Леонид из «КП-Киров» и Алексей из «ПРОгорода» разбавляют нашу приунывшую компанию. Поскольку слабы мы на молитву, шутка добрая соседа укрепляет нас в пути.
Мы шли примерно в середине «колонны», растянувшейся на несколько километров по глинистой дороге через перелески, «начало» и «хвост» которой охватить взглядом редко удавалось. Говорят, растяжимость колонны доходила до девяти километров. А представьте только, насколько неоднороден ее состав! От самых маленьких детей до сухоньких бабушек и седовласых старцев. От сурово одетых деревенских мужиков до столичных модниц (даже в крестный ход приодевшихся со вкусом, словно подчеркивая ярким образом праздничное настроение). От немощных болящих в колясках до крепких спортивно сложенных мужчин в камуфляжной экипировке с фирменными рюкзаками за спиной. От весело щебечущих подростков до непрестанно творящего в пути молитву молчаливого монаха. И все же паломники, которые на время путешествия мне стали соседями по крестному ходу, не ощущались разнородной массой, напротив, чувствовалось единение путников в ходу. И в единение этом ощущалась духовная основа. Как отмечают священники, каждый участник крестного хода является частью этого события – перенесения иконы к месту ее явления, тем самым исполняя обет предков, и каждый в своем уровне духовного развития так или иначе обращается к Господу и святителю Николаю со своими чаяниями в пути. А по Слову Господа,
В этом путешествии особым образом ощущается «плечо» даже незнакомого соседа. Без труда в дороге можно обратиться за помощью к идущим рядом, будь это школьник или бабушка, вятчанин или москвич. Каждый с пониманием поделится и хлебом, и пластырем, и добрым словом подбодрит, и может имя уточнить в Крещении, чтобы помолиться… А какое почтение к паломникам проявляли и продавцы, и просто жители сел и деревенек, встречавшихся на пути. В холодной и даже горячей воде ни в Загарье, ни в Монастырском нам не отказывали. Безусловно, на крупных стоянках ощущалась и забота организаторов – удивляло обилие продуктов на прилавках, в первую дорогу даже в полях встречали нас машины с продажей кваса, шоколадок, постных пирожков.
Мы шли примерно в середине колонны и подходили к селу, где совершается обеденный отдых, ближе к полудню. Паломников вновь встречают машины с горячим кипятком. Заварили пюре быстрого приготовления, на десерт – в сельском магазине нашли даже весовое мороженое с грецкими орехами (о том, что паломники идут первую дорогу обычно постом на тот момент мы даже не подумали). Цены также радуют. Стаканчик чая всего за три рубля!
– Как же продуктов на всех хватает? – обращаюсь с вопросом к продавцу.
– Нас предупредили, что нужно завезти с расчетом на 30 тысяч человек, – отвечает женщина из-за прилавка. – Но, похоже, покупателей столько не будет. Немножко мы перестарались.
И все же когда, сидя вдоль дороги, наблюдаешь нескончаемый поток продолжающих подтягиваться паломников, вспоминаются строки из Евангелия про «Пять тысяч хлебов…». И в крестном ходу в течение недели еды хватает каждому – это ли не чудо?
Здесь из нашей компании теряем двух попутчиков. Моему коллеге из «Вестей» Виталию, примкнувшему с фотокамерой недавно, необходимо уехать, чтоб успеть привезти фотографии в готовящийся выпуск. У Леонида же разболелась нога. В машине «скорой помощи» врачи вкололи обезболивающее парню и настоятельно порекомендовали прекратить испытывать себя и возвращаться, чтобы дать ноге покой.
…К ночлегу в Монастырское притянулись уже после заката. В «хвосте». С какой радостью впервые подумала о палатке, которая весь путь давила на плечо. Лечили Сашины мозоли, отстирывались от глины, и ближе к полуночи отошли ко сну. Правда, спать оставалось всего порядка двух часов.
«Мобильники» разрядились, но заботливые паломники стучали по палатке, сообщая, что крестный ход отходит дальше и нам следует поторопиться. Сквозь сон, соображаем, что пора подниматься, и в путь. Но дождь! По палатке стучит дождь! Тут мгновенно вспоминаю, что на ночь у палатки мы раскинули «подсушиться» застиранную верхнюю одежду, а теперь она промокла до нитки.
– Только представь, как все это сейчас наденем? В лучшем случае грипп? А если пневмония?.. – спросонья обменявшись мыслями с соседкой, решили, что береженого Бог бережет, и провалились дальше в сон.
Конечно, проснувшихся под утро, нас не оставляли угрызения совести, что, поддавшись искушению сна и испугавшись вымокшей одежды, мы вынуждены были так быстро «сдаться» и оставить крестный ход.
– Может, еще успеем догнать крестный ход? – с надеждой обращаюсь к ребятам.
На что получаю сомнительное: «Попробуй. Крестный ход уже далеко».
Так или иначе, но дух нашей журналистской братии сломлен. Решили поступить благоразумно: звонок другу и… фотокор «Вестей» Виталий Лучинин поспешил ранним утром друзьям на выручку.
Утром в Монастырском мы обнаружили, что не одни оказались в поле среди отставших от крестного хода. Разговорились с москвичками из соседней палатки.
– И мы проспали. Видимо, слаба еще вера. А ведь из Москвы приехали. Настраивались от начала до конца пройти… – сокрушались дамы с сожалением.
Среди «недошедших» оказались и мужчины из Львова. Нам же было интересно, как вообще украинцы узнали о Великорецком.
– Интернет – великая вещь. Списались на форумах с единомышленниками-православными. Решили попробовать…
– И как? Вы в крестном ходе впервые?
– Бывали в разных крестных ходах. Но Великорецкий – самый трудный.
– Братья, что ж вы хотели? Это же крестный ход. Смирение, принятие, вера, – заметил наш попутчик Алексей, воспитанный в православной верующей семье, и который из всех нас на тот момент был ближе к храму.
Подходя к машине, время расслабиться. Но… испытания нас не оставляли. Наш попутчик из «ПРОгорода» вдруг обнаружил на теле клеща. По приезду в город ему пришлось извлеченное из груди насекомое доставить в медицинский центр на исследование с проверкой на зараженность боррелиозом и энцефалитом. Но вроде все обошлось без последствий. По-видимому, каждому свое испытание.
А вообще от знакомых крестоходцев неоднократно приходилось слышать, что Господь промышляет о каждом – по надобности даруя заботу, а порой и проявляя вразумление. К примеру, ох как недовольна я была первым ночлегом на кафеле в каморке, но ведь кому-то и на улице под дождем довелось ночевать. Среди таковых были наши приятели из соседних изданий, Алексей и Леонид поведали, что палатка отнюдь не спасала от потоков воды. А вот журналисту «Российской газеты» «повезло» в ту ночь больше. Вот о чем воодушевленно поведал Андрей Андреев, встретившись с нами в пути: «Кто мог – пристроился под крышу, а мы с попутчиком остались под открытым небом. Ну, думаем, ночевать нам под дождем. Лишь бы уберечь аппаратуру… И тут как-то внутренне, по-видимому, не совсем осознанно, скорее от наступавшего отчаяния воззвал я к Богу. И вдруг встречаю приятеля. Оказывается, у него в Бобино дача, и там как раз осталось еще место для двух человек».
Вернувшись в Киров в выходной, дома усидеть не получилось. Одолевали мысли о празднике на берегу Великой, который так хотелось разделить! Приодевшись потеплее, на специально организованном для паломников автобусе вновь поспешила – уже в село Великорецкое, чтобы встретить крестный ход.
В Великорецком разговорилась с двумя семиклассниками. Максим и Дима оказались сильнее меня: выдержали дорогу до Великорецкого, как и планировали. Ребята рассказали, что также отчаявшись найти в Бобино на ночь крышу над головой, попросились в очередной дом.
– Нашлось место только в бане. Видимо, хозяева специально истопили ее для паломников. Жарко же нам было спать на пологе, под потолком. Но ничего, выдержали, – рассказывают мальчишки.
– На следующий год, наверное, соберетесь пройти крестный ход уже полностью?
– Нам хватило, – вздыхают ребята.
Но, глядя в их горящие глаза, почему-то я не сомневалась, что парни еще не раз здесь побывают.
Разговор был продолжен.
– Третий день от Монастырского до Великорецкого самым трудным оказался?
– Второй – он самый продолжительный. А в третий сил меньше, зато идти интереснее. Такие чудесные полянки открывались! Природа очень красивая… А в селе Горохово в церкви Казанской Божьей Матери купались в купели!
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.