На аромат цветов слетались пчёлы и жирные шмели, целый день они жужжа собирали нектар. Бабочки, эти прелестные создания, так и порхали над ними и нежно целовали лепестки. Легкий ветерок тихонько обдувал и гладил их, ласкал в своих объятиях, и они в знак благодарности качали утонченными головками.

И вот однажды ранним утром, когда солнце только-только поднялось из-за горизонта, осветило всё вокруг ярким светом и согрело своим теплом, Клауд отправился поохотиться в дальний лес. Правда король-отец строго-настрого запрещал уходить из замка без сопровождения, без охраны. Но разрешения принц ни у кого не спросил. Ведь отец накануне ушел в поход по своим королевским делам. И для принца выдалась счастливая возможность убежать из дома, пропустить занятия с наставниками и отправиться в незнакомый лес, видневшийся вдалеке на горизонте тоненькой полоской. Королевский сад ему надоел, там ему всё было знакомо, он знал каждый куст, каждое дерево, каждый цветок, вот он и отправился на поиски новых приключений. Он долго вынашивал план побега. Тщательно к нему готовился. И только сейчас наконец-то удобный случай представился.

Вооружившись рогаткой, перекинув через плечо самодельный лук, закинув за спину колчан со стрелами, подпоясавшись широким кожаным отцовским ремнём, он бесстрашно отправился в поход. Перелезть через ров, перебежать по мосту – для него не составило никакого труда. Клауд вышел на дорогу, ведущую к лесу, и вот она – свобода! Он уверенным шагом отправился в путь, оставив далеко позади окрестности замка.

Принц не спеша шел по тропинке, наклоняясь и отодвигая ветки, нависающие и мешающие его продвижению, и на ходу сбивал шляпки грибов, растущих то тут, то там. Он смотрел по сторонам, зорко выискивая добычу, в которую можно было бы пострелять, спугнуть, обидеть, позабавиться, а может, даже и убить. Тропинка становилась всё уже и уже, но Клауд смело шёл вперёд и ничего не замечал.

И вдруг тёмное облако закрыло солнце. Воздух неожиданно стал казаться плотным и тягучим, стало трудно дышать. Он посмотрел на небо. Сквозь зеленую листву огромных деревьев было видно, как всё небо заволокли чёрные тучи, всё вокруг потемнело. Тучи набегали и сталкивались друг с другом. Вдруг засверкали молнии, на мгновение освещая окрестности, и тут раздался сильный грохот. Гром!

Принцу стало так страшно, что он развернулся и побежал обратно по тропинке. Но чем дальше он бежал, тем больше ему казалось, что эта не та тропинка, что он здесь не проходил, не был он тут; и лес стал каким-то чужим, незнакомым и ужасным. А вскоре тропинка совсем исчезла. Огромные деревья преграждали ему путь, кусты хлестали по бокам, колючки хватали за штаны, мешая идти вперед. Ему слышались странные голоса, как будто кто-то его звал, и хотя слов было не разобрать, он чётко слышал своё имя; или ему так казалось, потому что у него воображение от ужаса разыгралось.

Клауд заметался, он бросался в одну сторону, потом бежал в другую и совсем сбился с дороги. Потеряв голову от страха, утомившись, он понял, что заблудился окончательно и бесповоротно. Обессиленный, он сел под высокое дерево, прислонился к его стволу, устало закрыл глаза и задремал.

И приснился Клауду сон… Как будто стоит он совсем один в густом лесу. Кругом огромные, толстые деревья, но не такие, к каким он привык, а чёрные, обгорелые, обугленные, как после ужасного пожара. Некоторые превратились в головешки без веток и суков, одни стволы стоят мёртвые. Сухие, корявые кусты торчат вдоль тропинки. Но это не просто тропинка, а растрескавшаяся земля, перемешанная с камнями. Спотыкаясь и цепляясь за торчащие огрызки корней он, с трудом передвигая ноги, пытается идти вперед. Ноги же стали тяжёлыми и непослушными, будто бы налиты свинцом. Голова кружится от неприятного запаха, который заполняет его лёгкие и мешает дышать. Липкие щупальца стелющегося по земле тумана цепляются за ноги, не давая идти.

Вдруг какая-то огромная птица низко пролетела у него над головой и громко ухнула. Принц присел от неожиданности и закрыл лицо руками. Подумал: «Сейчас она меня унесёт к себе в гнездо».

Это была сова. Круглыми немигающими глазами она посмотрела на Клауда, ещё раз ухнула и, взмахнув крыльями, обдав тяжёлым воздухом, задев его русые кудри, улетела.

– Где я? – эта мысль навязчиво билась в его мозгу. – Я хочу домой к маме. Мне страшно, – захныкал принц, вдруг представив, что он никогда не найдёт свой дом и никогда не увидит маму, отца и даже своих родных сестёр.

И тут раздался жуткий смех, от которого кровь в жилах застыла. Клауд подскочил и что есть мочи рванул вперед, не разбирая дороги. Продираясь сквозь засохшие кустарники, ломая хрупкие ветки, цепляющие и рвущие его одежду, он бежал, не жалея сил. И вдруг лес кончился, деревья расступились, и он вышел на поляну. Туман рассеялся, он увидел невысокий покосившийся дом, весь заросший высокой травой и сорняками. Маленькие грязные окошки, открытые ставни, дверь, держащаяся на одной петле, сломанные ступеньки, развалившееся крыльцо. Дом выглядел заброшенным, не жилым каким-то, и от этого казался неприглядным.

«Это, наверное, охотничий дом нашего лесничего. Отец рассказывал мне о нем когда-то, – подумал принц и устремился к дому. – Может, он поможет мне найти дорогу. Правда, мне потом попадёт, но лучше так, чем оставаться в этом страшном лесу», – на ходу рассуждал Клауд.

Он поднялся на скрипучее крыльцо и что есть силы забарабанил в дверь.

– Откройте! Это я, принц! Я заблудился!

Тишина. Ни звука, ни шороха не доносилось из дома. И вдруг дверь сама с тягучим противным ржавым скрипом отворилась. Из черноты проёма потянуло сыростью и затхлостью.

«Как странно», – подумал он и шагнул через порог.

Чернота. Когда глаза привыкли к темноте, Клауд осмотрелся. Тусклый свет едва-едва проникал сквозь грязные, немытые окна. Пыль повсюду. В углах – огромные липкие паутины, в которых запутались мотыльки и мухи. На стенах – полки со странными склянками, банками и бутылочками. Такие он видел только на кухне у себя в замке, когда прибегал к повару, но там они были чистыми и блестящими, в них хранились разные специи и полезные травы.

Кругом грязь, ветхость и запустение, казалось, что здесь давно никого не было. И что этот дом давным-давно покинули.