Второй титульный лист "Титулярника".

Я обожаю рассматривать эти гербы – они настолько красивы, что просто завораживают. Это, конечно, не совсем гербы – в геральдике ни художники, ни заказчик ничего не понимали. Это, скорее, роскошные картины на геральдическую тему, написанные акварелью с применением золота и серебра и заключенные в роскошные орнаментальные рамки. Однако часто именно эти картины стали основой для настоящих гербов, некоторые из которых дожили до наших дней.

На самом деле гербы эти нарисованы не просто так, ровно как не случайно и название книги – «Титулярник». Слово «титулярник» происходит от слова «титул».

А титул в Средневековье – это было очень и очень серьезно. Достаточно сказать, что искажение царского титула – нечаянное или тем более намеренное – считалось уголовным преступлением. Приговор по таким уголовным делам выносил только сам государь и наказанием назначалось либо битье кнутом, либо тюремное заключение на незначительный срок. Гораздо более серьезным проступком в Средневековье считалось назвать кого-нибудь словами из царского титула. Просто назвал кого-нибудь «царем» – и ты уже больше никого никак не назовешь. Я не шучу. В архивах, к примеру, сохранился именной царский указ «Об урезании языка Проньке Козулину, если по розыску окажется, что он называл Демку Прокофьева царем Ивашки Татариинова».

Царских титулов было два – полный и короткий. Или, как тогда говорили, «титла царская большая» и «титла царская малыя».

А рисунки гербов на самом деле были едва ли не первым русским комиксом – это просто иллюстрации к полному царскому титулу. Во времена Алексея Михайловича большой царский титул звучал так:

Божиею милостию, Мы, Великий Государь Царь и Великий Князь Алексей Михайлович, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержец Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский, Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Сибирский, Государь Псковский и Великий Князь Литовский, Смоленский, Тверский, Волынский, Подольский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных, Государь и Великий Князь Новагорода Низовския земли, Черниговский, Рязанский, Полоцкий, Ростовский, Ярославский, Белоозерский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны Повелитель, и государь Иверския земли, Карталинских и Грузинских Царей, и Кабардинския земли, Черкасских и Горских Князей и иных многих государств и земель, восточных и западных и северных, отчич и дедич, и наследник, и Государь, и Обладатель.

Я вот и подумал – а почему бы нам, рассматривая картинки, не совершить небольшое путешествие по этому титулу? Заодно и с древними русскими землями познакомитесь. Всего для Титулярника были нарисованы гербы 33 русских земель, названия которых были включены в большой государев титул Алексея Михайловича.

Семнадцать земель из первой части царского титула мы посетили в первом томе нашей книги.

Поэтому второй том начинается с восемнадцатой главы.

А отправляемся мы в Нижний Новгород…

Нижний Новгород. Гравюра из книги А. Олеария «Описание путешествия в Московию». 1656 г.

При этом основание это произошло не сказать, чтобы сильно поздно. Город, который сегодня называется Нижний Новгород, появился на карте России примерно через сто лет после Москвы, в начале XIII века, и вот при каких обстоятельствах.

Северо-восточную Русь, как известно, вынянчили две реки – Ока и Волга. При этом исторически славяне владели только верхней Волгой, а дальше начинались чужие земли – мордвы, чувашей, марийцев и т.д. – и чужие государства: раньше Булгария, а потом татарские ханства.

Невозбранно петь «Волга-Волга мать родная, Волга русская река» стало возможно только после Ивана Грозного и падения Казани и Астрахани, когда Русское царство утвердилось на всей акватории великой реки.

Ну а до этого момента и русские, и нерусские князья активно двигали границы своих речных владений – разумеется, в нужную для себя сторону. Одна из таких «подвижек» и произошла в начале XIII века.

У князя Всеволода Большое Гнездо (1154 – 1212 гг.) была большая семья – отсюда и прозвище.

Всеволод Большое Гнездо. Портрет из Титулярника.

После его смерти многочисленные сыновья, по обычаям того времени, устроили шумную дележку власти и земель, сопровождаемую междоусобными войнами.

Один из сыновей, Юрий Всеволодович, войну за наследство проиграл, после чего был отправлен княжить на самый край русских земель, в Городец – последний русский город на Волге.

Именно там, изучив свои владения, он и понял, что кровь из носу надо ставить город на месте, где Ока впадает в Волгу. Если здесь будет русская крепость, никто невозбранно вверх по Оке не пойдет, и русские земли будут гарантированы от внезапного нападения.

Но вот проблема – устье Оки находилось на территории, которая контролировалась Булгарией. Случай воплотить мечту представился только несколько лет спустя, после того, как Юрий Всеволодович добыл себе великое княжение. Вскоре после этого знаменательного события он учинил удачный поход на булгар, сжег их город Ошель и разорил их земли.

Булгары запросили мира, а в процессе заключения договора, среди прочего, согласились и на основание нового города.

Через несколько лет, в 1221 году, князем Юрием был основан «новый Новгород».

Дальнейшую его судьбу определили два обстоятельства, причем оба были связаны с его местоположением. Которое, с одной стороны, было очень удачным, с другой – очень неудачным.

С одной стороны, город стоял на очень бойком месте, оживленнейшем перекрестке торговых путей. «Проходимость», как выражаются владельцы торговых точек, там была бешенная – ни один торговый караван, идущий по Волге из Азии в Европу, мимо не пройдет.

Но при этом это был самый нижний русский город на Волге, абсолютное Пограничье, открытое всем врагам. Собственно, «воевать Новагород» принялись сразу после его основания.

И это были не булгары. Основанием города возмутилась мордва, которая всегда считала эту землю своей родовой территорией. Как следствие – российско-мордовская «замятня» продолжалась несколько лет. И Нижний Новгород мордва штурмовала, и их усмиряли владимирские князья в союзе с князьями рязанскими и муромскими.

В общем, первые несколько столетий существования история Нижнего Новгорода была цикличной.

Сначала город богател, богател, богател… Потом его грабили и разоряли до основания. Он зализывал раны и опять начинал богатеть, после чего история повторялась.

После смерти Ивана Калиты федеральный центр в лице хана Узбека решил «разукрупнить» территорию Владимирского княжества и переделил земли. Несколько городов на Волге – в том числе и Новгород – достались суздальскому князю Константину Васильевичу, которому и выдали ярлык на княжение в новообразованном самостоятельном Суздальско-Нижегородском великом княжестве. А очередное усиление Нижнего Новгорода привело к переносу в 1350 году столицы из Суздаля на Волгу.

Впрочем, почти сразу на новообразованное княжество положили глаз москвичи, которые периодически прибирали его под свою руку. И однажды сын Дмитрия Донского Василий решил вопрос радикально – он просто покупает в Орде ярлык на наследственное правление в Нижегородском княжестве.

Великий князь Василий Дмитриевич. Портрет из Титулярника

С тех пор Нижний становится частью московских владений. Суздальско-новгородских князей это «властная рокировка», разумеется, совсем не обрадовала. Они начинают отчаянную и долгую борьбу за возвращение независимости. Иногда им даже удавалось вернуть себе власть в княжестве, но, как правило, ненадолго.

Впрочем, московское владычество не спасло Нижний Новгород от традиционных качелей «богатеющий-богатый-разоренный-богатеющий».

Например, после очередного разгрома, учиненного основателем Казанского ханства Улу-Мухаммедом, с которым мы уже сталкивались в прошлой главе, Нижний Новгород на несколько десятилетий просто пропадает из источников – ни одна летопись ничего о нем не пишет. Судя по всему, город был разорен на совесть и возрождался медленно и с большим трудом.

Эти качели продолжались, как я уже говорил, до времен Ивана Грозного и сокрушения волжских ханств, после чего Нижний перестал быть непрестанно воюющим фронтиром и стал спокойным тыловым городом.

И вот тогда-то выгоды его местоположения и проявились в полной мере. Новгород II быстро заматерел и стал одним из самых… Даже не богатых – торговым центром Империи и «карманом России» он стал много позже, после переноса туда Макарьевской ярмарки и возникновения на ее базе ярмарки Нижегородской – крупнейшей торговой площадки Российской империи.

Нижний стал одним из узловых городов России. Есть города, которые живут тихо и за всю свою историю почти не выходят на авансцену отечественной истории. А есть узловые, опорные города, без которых в России не обходится практически ни одно крупное событие.

Вот Новгород Второй – из таких. С семнадцатого века и до нынешних дней он не покидает своеобразной «высшей лиги» российских городов, центров, создающих историю страны.

Взять, к примеру, XVII век, в котором появился наш Царский Титулярник. В этот век случилось несколько событий, которые определили судьбу нашей страны на несколько столетий вперед, и в некоторых из них Нижний Новгород сыграл ключевую роль.

Смерть Смуты – возможно, величайшего потрясения в истории России – пришла из Нижнего Новгорода. Нет, разумеется, на борьбу со Смутой тогда встали все города земли русской – но началось все именно в Нижнем. Когда тамошний мясник Кузьма Минин на общем сходе сказал, наконец, то, что все в глубине души понимали, но ни у кого не хватало духу озвучить. А сказал он простую вещь – стране, и нам, ее жителям, пришел край. Чуда не будет, Бог не спасет, никто не сбежит, само собой не рассосется. И теперь выбор простой – или мы упремся насмерть, заранее соглашаясь на любые жертвы – вплоть до продажи жен и детей. Или просто сдохнем – вместе с женами и детьми.

К. Е. Маковский. Воззвание Минина.

Так на площади возле церкви Иоанна Предтечи и началось Второе народное ополчение и освобождение Москвы.

Если в истории Смуты Нижнему Новгороду досталась отыграть кульминацию, то в истории еще одной страшной беды XVII века – Раскола – волжский город вышел на сцену сразу после увертюры и оставался на ней до самого конца, до массовых староверческих поселений на реке Керженце.

Достаточно напомнить, что два главных антагониста Раскола родились на новгородской земле, причем по соседству. Будущий патриарх Никон – в миру крестьянин-мордвин Никита Минин – появился на свет в селе Вельдеманово, а поповский сын, будущий протопоп Аввакум Петров – в селе Григорово. Расстояние между этими селам всего 14 километров.

Гербом Нижний Новгород обзавелся с началом спокойной жизни, при Иване Грозном, и принадлежит к тем считанным русским территориям, герб которых не менялся никогда.

Помните знаменитый кадр из «Кавказской пленницы» с оленем на капоте «инвалидки», на которой ездили Трус, Балбес и Бывалый?