Иоанн. Рейна и их друзья отправляются на поиски семи мощных, но очень опасных артефактов. Посох и Череп Лича, Молот стихии Хаоса, Магнум с Золотой Пулей, Дыхание Жизни, Кулон Вознесения… Да, героям предстоит посетить не один параллельный мир! Но самое опасное приключение поджидает их в самом конце, когда все артефакты уже собраны…
«… Семь артефактов неодолимой силы, ныне почти никому неизвестные, таят в себе великую мощь. Даже каждый сам по себе – это несокрушимая сила, а собравший их все вместе чародей будет владеть мощью, властью, богатством, станет Хозяином Жизни и Смерти!»
– Странная какая-то книжица, – пробормотал Иоанн, глядя на страницы брошюры. – Вроде бы, написано почти современным языком, шрифт вполне читабельный, а бумага старая, ветхая, пожелтевшая, да и иллюстрации странные. И, похоже, тут нет ни начала, ни конца. Кому пришло в голову прислать нам огрызок издания? Мам, ты меня слушаешь? Интересно же! Твоя рукопись никуда от тебя не убежит.
– Да, сынок, слушаю… почти. Я просто никак не могу вытащить Киру из подвала заколдованного замка, а сейчас как раз мелькнула идейка…
Рейна строчила и строчила в своей тетради, пытаясь спасти героиню очередной своей книги из западни. Требовать в такой ситуации от мамы повышенного внимания к чему бы то ни было – бессмысленное занятие, мальчик это уже понял, и поэтому он, добавив децибелов в голос, продолжал читать:
– «… Один из артефактов – Молот Стихии Хаоса. Удивительный вид имеет этот голубой боевой молот: у него невероятно длинная рукоять, а от молотовища исходят голубоватые энергетические лучи-отростки, сверкающие, как разряды молний. В спокойном состоянии артефакт выглядит, как обычный молот. Держа его в руках, любой человек чувствует себя невероятно сильным и непобедимым. Недостатком молота может служить совершенно неожиданный и спонтанный эффект, производимый им на противника владельца Молота. Жертва может лишь чихнуть, или покрыться фурункулами, или облысеть, или обзавестись кошачьим хвостом, но также возможны и страшные последствия: опасная рана, ужасная болезнь, дыра в теле, абсолютное безумие и даже смерть. Но, несмотря на всю неоднозначность артефакта, его владелец станет непобедимым, если сумеет подчинить себе Молот.
Череп Черного Лича на первый взгляд непосвященного кажется обычным черепом. Но он принадлежал когда-то черному колдуну Африканского континента, который…
– Про жителя Африки говорить «Черный Лич»… – пробормотала Рейна, как и раньше, не отрываясь от своей рукописи. – Грубо как-то, неполиткорректно…
– Нет мусик, тогда про политкорректность и слыхом не слыхивали, – не согласился Иоанн. – Здесь, скорее всего, под «черным» подразумевается то, что он – черный маг, да и душой черен. Ладно, слушай дальше: «… который пожертвовал своей жизнью ради вечной жизни в качестве лича…». Коряво как тут написано! О, мам, слушай же! Интересная черепушка! Изнутри его глазницы светятся фиолетовым огнем. Взявший его в руки начинал испытывать необъяснимый страх. Это касается всех, далеких от магии людей, но даже опытному чародею становится не по себе. Если заглянуть прямо в фиолетовое нутро Черепа, можно ясно увидеть и осознать все свои страхи. И это благо, так как только осознав свои страхи, человек может от них избавиться… О, а это совсем интересно! При желании, обладатель этого артефакта сможет воскресить самого Черного Лича, тем самым обретя в его лице могучего союзника, устрашителя и сокрушителя любых врагов. Ма, ты слышишь? Из черепа можно воссоздать того, на ком он рос, ты знала об этом?
– Сын, не выноси маме мозг, – подала голос Рейна, не поднимая глаз от рукописи. – Мне сейчас не до личей всяких и не до их черепов.
– Нет, ты послушай! – не успокаивался упрямый Ио. Отвратный ребенок! – У этого лича когда-то был посох из черной слоновой кости. Такая бывает?
– Да, в параллельных реальностях даже в наше время иногда встречаются слоны-деймонокоры, жуткие твари, – машинально ответила мама, а мальчик продолжал читать:
– «…Посох с изумрудным набалдашником дает власть над скелетами и имеет свойство делать своего обладателя сказочно богатым, неограниченно приумножая материальные блага…» Картинка тут такая классная, посох этот очень красивый! Ладно, слушай дальше. « Четвертый и пятый артефакт взаимосвязаны и по отдельности не несут в себе никакой силы. Есть версия, что артефакты эти инопланетного происхождения и появились на Земле в эпоху Средневековья. Это Магнум и Золотая Пуля. Если зарядить это огнестрельное оружие именно этой пулей и выстрелить куда угодно, хоть в воздух, то для стрелявшего время замедлится на полчаса. Он сможет вернуться в прошлое, изменить его и, тем самым, переписать настоящее…»
– Да, мне сейчас замедлить время не помешало бы, пусть даже и всего на полчаса, – рассеяно пробормотала Рейна, которая хоть и вполуха, но все-таки слушала сына.
– «Кулон Вознесения – подвеска из удивительно яркого и прозрачного аметиста, дает бессмертие своему обладателю при ряде условий: бессмертие это нужно заработать, то есть, собрать пятьдесят человеческих душ и сосредоточить их внутри этого кулона…»
– Пятьдесят человеческих душ? Звучит страшновато, – отозвалась Рейна.
– Да нет, тут написано, что забирается только темная и грешная часть души, тот человек не умирает, а даже наоборот, становится лучше. Слушай дальше. О как! Оказывается, можно забирать и всю душу, и тут возможны варианты. Первое – если жертва преступник, злой черный колдун и так далее, то он умрет, а забравший его душу и уничтоживший его, делает мир чище. Ну что же, вполне логично. Второй вариант: если душу забирать у невинных и безгрешных людей и при этом уничтожать их, то сам маг постепенно перерождается в злобную сущность, или монстра, а еще, если он не может остановиться после пятидесяти душ, то внутри у него аккумулируется энергия разрушения, и маг взрывается. Но это второе нас с тобой, мам, не касается. Дальше слушай про кулон этот. Набор пятидесяти душ дает бессмертие только собравшему. Если потом он передает артефакт кому-то другому, то тому нужно начинать все сначала, правда, при этом первый обладатель остается бессмертным и без этого кулона… Сложно как все с этой подвесочкой. О, это еще не все! Кулон не только дает своему хозяину вечную молодость, красоту и бессмертие, но и возносит его на небывалые высоты развития и просвящения, делает его полубогом! Мама, очнись! Этот аметист – замена твоему кольцу Вечности! Даже лучше! И смотри, какой он красивый: ярко-фиолетовый, и так удивительно в серебро обрамлен, в виде диковинного цветка. Ну мама же!
– Да, сынок, да. Нам нужен этот аметист, – рассеяно пробормотала Рейна, думая о чем-то своем, точно уж не связанном ни с какими артефактами. Наверное, вредная героиня никак не хотела вылезать из подвала.
– Ладно, что там еще? – вздохнул Иоанн. – Дыхание жизни… Оно представляет собой сгусток вполне осязаемой дымчатой энергии. Способен вернуть к жизни любого, даже умершего много лет назад… Мамочка, а ведь мы могли бы с помощью этого самого Дыхания воскресить папу!!! Давай соберем все эти семь артефактов, а? Хотя, книга-то не полная, да и вообще это может быть лишь вымыслом, а этих вещей не существует…
Рейна к этому времени уже вызволила свою упрямую героиню из ловушки и вполне осознала все, прочитанное сыном. Она резко развернулась в крутящемся кресле и уставилась на Ио сверкающими зелеными глазами, в глубине которых уже загорелся такой знакомый мальчику решительный огонек.
– А это мысль, сынок! Ты – гений! Ничего в нашей жизни не происходит просто так. Не знаю, кто прислал нам эту посылку, да это и не важно, но я чувствую, что «Семь заклинаний обратного зла» – это не просто брошюрка, это руководство к действию, подсказка! И плевать, что у нас только часть информации! Мы обязательно соберем все остальные части и непременно найдем все семь артефактов! Главное – не проглядеть и не упустить посланные нам шансы…
– Я не упущу и не прогляжу, мам, можешь на меня положиться! – с чувством пообещал Иоанн. – Мы с тобой обязательно во всем разберемся, добьемся своего и, возможно, уже к моему дню рождения папа снова будет с нами!
«Гарри Поттер – необычный мальчик во всех отношениях. Во-первых, он терпеть не может летние каникулы, во-вторых, любит летом делать уроки, но занимается ночью, когда все спят. А самое главное, Гарри Поттер – волшебник».
Так начинается третья книга о всемирно известном юном чародее. Мы, пожалуй, начнем примерно так же.
Иоанн Зарецкий, или, как называют его родные, Ио, – необычный подросток во всех отношениях. Во-первых, он терпеть не может бесцельное времяпрепровождение со своими сверстниками, во-вторых, всегда открыт для получения новых знаний, правда, к школьной программе это не относится, в-третьих, его мама – могущественная волшебница. А самое главное, Иоанн Зарецкий – сам чародей.
Но так было не всегда. До недавнего времени его звали Ваней Прибрежным, и жил он в обычном провинциальном городке, с обычной семьей: с Лидией и Василием Прибрежными, которых мальчик считал своими родителями, а еще – Костей и Машей, братом и сестрой. Жизнь его протекала тихо, скучно, однообразно и обычно, пока трагические события все не изменили.
В автокатастрофе погибли родители, бабушка Вера Георгиевна тяжело заболела и попала в больницу, а дети были вынуждены отправиться в Москву, к бабушкиной родной сестре, некой Регине Зарецкой, о которой уже более двадцати пяти лет никто в семье не слышал и не вспоминал.
Ио, Косте и Маше очень не хотелось ехать к незнакомой старушке, которая вполне могла оказаться еще более вредной, чем бабушка Вера. Но на деле все получилось совсем иначе: «старушка» оказалась довольно молодой, красивой и веселой женщиной, и, вдобавок ко всему, известной писательницей. Она жила в большом роскошном доме в ближайшем Подмосковье, очень обрадовалась приезду детей и раз и навсегда запретила звать ее бабушкой.
В первые же дни дети сообразили, что и с домом и с самой тетей Региной что-то не так: подмигивающие и следящие за всеми портреты кошек, зеркала непонятного назначения, двери, которые нельзя было открывать, странная тетина подруга – это лишь немногое, с чем столкнулись дети.
А потом Регина пропала, и ее племянники оказались втянутыми в череду самых невероятных событий и приключений.
Во-первых, тетя оказалась не обычной женщиной, а ведьмой, Хранительницей Гармонии и Равновесия всей Вселенной, и звали ее Рейной.
Во-вторых, за ее домом раскинулся удивительный мир Ксевенак, населенный необыкновенными созданиями, героями сказок, фильмов, мифов и легенд. Шрек, Кот в Сапогах, Баба-Яга, леший, Аладдин и Чеширский Кот здесь прекрасно уживались с драконами, пегасами и живыми деревьями, а лучшими друзьями тети были колдунья Дэя и ученик самого Мерлина, Гарат. Именно он и расскажет детям обо всем и вместе с ними отправится выручать Рейну и Дэю из беды.
А по возвращении домой на детей обрушился новый шквал невероятной информации. Из обычного, привычного для них мира, через дом Рейны в Ксевенак проникли ее давние враги, черные маги Марос и Белора Визоры. Преступная парочка намерилась найти в Ксевенаке некий артефакт – Кольцо Вечности, чтобы с его помощью обрести неограниченную власть над миром.
К слову сказать, самой Рейне это кольцо тоже было необходимо найти. Но в отличие от Визоров, артефакт должен был принадлежать ей по праву Хранительницы Равновесия, ведь он дарует вечную молодость, несокрушимую силу, что крайне необходимо тому, кто стоит на страже вселенской гармонии.
И самое главное, Рейна оказалась родной мамой Иоанна! Более тринадцати лет назад, во время войны с темными магами, она, потеряв мужа, была вынуждена отдать сына на воспитание родственникам, дабы спасти своего ребенка от смертельной опасности.
Для Рейны, ее друзей, Ио, Кости и Маши началась богатая событиями и опасностями жизнь. Иоанну нужно было многому научиться, чтобы пробудить дремавшие в нем врожденные магические способности. Необходимо было найти Кольцо Вечности раньше черных магов Визоров, а их самих изгнать из Ксевенака и отдать в руки Магического Суда.
Впрочем, обо всем этом мы уже писали в первой книге, и больше не будем возвращаться к тем событиям во всех подробностях. Напомним лишь, что, несмотря на все трудности, нашим героям удалось справиться с непростой задачей, и они вернулись победителями. Правда, Рейне пришлось уничтожить Кольцо Вечности, спасая Машу, но чародейка сделала это, ни секунды не раздумывая.
Потом, после смерти Веры Георгиевны, обстоятельства сложились таким образом, что Костю и Машу забрали к себе родственники их покойного отца, Василия Прибрежного. Так что мальчику и девочке придется видеться со своими родными-чародеями лишь на каникулах, но разве время и расстояния когда-нибудь были серьезными препятствиями для чудес и приключений?
Вот, к примеру, в конце прошлой книги Рейна с Ио получили загадочный пакет. Некто, пожелавший остаться неизвестным, прислал брошюру с интригующим названием «Семь заклинаний обратного зла». Так неужели неудержимые мама с сыном упустят возможность разгадать загадку?
Теперь мы с вами уже знаем, что нет, такой возможности они не упустят никогда в жизни.
Но вот прошло уже почти девять месяцев, а дело с мертвой точки так и не сдвинулось. Возможно, виной тому была тотальная занятость Зарецких, а, возможно, тот, кто вершит наши судьбы, решил, что время еще не наступило.
Естественно, никто не сидел, сложа руки в ожидании, когда все разрешится само по себе, а информация придет в руки без всяких усилий. Информацию эту искали в самых различных источниках: просматривали книги, которых в доме были, наверное, тонны; консультировались у различных магов из Всемирного Магического Сообщества. Друзья Рейны и Ио из Ксевенака, а особенно Гарат и Дэя, тоже старались помочь. Но, к сожалению, даже влюбленный в Хранительницу ученик Мерлина и ее лучшая подруга, искавшая ответы в своих снах, результатов не достигли. Даже Баба-Яга, которая пару раз помогала нашим героям в прошлом году, не располагала никакой информацией о семи таинственных артефактах. Дело застопорилось на самой начальной стадии и никак пока не сдвигалось с мертвой точки.
Рейна, какой бы активной и нетерпеливой она ни была, переносила неудачу и задержку с философским спокойствием. Ее сын не обладал пока мудростью матери и вынужден был мириться с тем, что не все можно получить сразу и по мановению руки…
– Мать! – что есть силы, проорал Иоанн.
Мальчик сидел в своей комнате, и считалось, что он выполняет домашнее задание по химии. На деле же, Ио, обложившись разными, странными на взгляд обычного человека, книгами, убивал сразу двух зайцев: выискивал нужную информацию и практиковался в приманивающих чарах. Последнее получалось просто отлично, и книги, преодолевая различные препятствия в виде дверей, или попавшейся у них на пути домработницы Таисии, всегда оказывались в комнате юного чародея. Жаль, что таким образом нельзя приманить маму.
– Мамусик! – еще сильнее заорал Иоанн, но результата не достиг и в этот раз.
Рейны в доме, можно сказать, не было, ибо она дописывала очередную книгу и не реагировала ни на какие внешние раздражители вроде шумов в доме, телефонных звонков, ну и голоса собственного ребенка тоже. Оставалось только ждать, что рано или поздно писательница-трудоголик решит устроить себе небольшой отдых и в качестве разминки поднимется на третий этаж, в комнату своего сына.
И она пришла. Примерно через два часа, всклокоченная, но довольная, и застала отпрыска, азартно перелистывающего старинный магический фолиант. Вокруг него на полу валялось несколько уже просмотренных томов, а ожидающие своей очереди громоздились на письменном столе.
– Мам, зачем тебе все эти книги? – не поднимая глаз от страниц, воскликнул мальчик. – «Силы боевых магов в войнах нечеловеческих рас» – это тебе зачем? «Скрытые ритуалы служителей смерти», «Забытые святыни богов Огня», «Вошедшие в историю пираты Атлантиды»… Ты всем этим пользуешься? Что еще у тебя есть? Так, «Печально известные волшебники забытых времен»… А это еще что? «Любовная лирика варварских племен», «Нечистивые мифы древних цивилизаций»… ну, мам, знаешь ли!
– Последние две книги тебе еще рано читать, – сказала Рейна. – А пригодиться в нашей жизни может всякое, на то я и Хранительница Гармонии и Равновесия. Кстати, «Печально известных волшебников…» отложи – что-то мне подсказывает, что мы найдем там нечто нужное. И садись за уроки, в конце концов! Дело делом, но учебный год ты закончить должен, впрочем, как и следующий. И это только программа-минимум…
Иоанн горестно вздохнул, отодвинул книги и нагнулся за своим школьным рюкзаком. Мама у него – что надо, но дались ей эти школьные уроки!
Он считал, что поиски нужной информации гораздо важнее пыхтения над учебниками. Прошло почти девять месяцев со дня получения таинственного конверта, а воз, как говорится, и ныне там. Артефакты все еще неизвестно где находятся. А ну как какой-нибудь другой чародей, более расторопный счастливец, которому незачем посещать среднюю образовательную школу, найдет артефакты первым?
А вот Иоанн Зарецкий, к своему великому сожалению, вынужден эту школу посещать, а еще много времени у него отнимает обучение магическому искусству и практика. И если магии юный чародей учится с огромным удовольствием и старанием, то школа не вызывает в нем никаких светлых чувств.
Он не понимал, зачем ему, который посвятит свою жизнь чародейству и поддержанию Гармонии и Равновесия (а Ио твердо решил помогать матери), алгебра и геометрия, когда есть калькуляторы и интернет? Для чего ему, к примеру, обществознание и ОБЖ? Учиться жить в социуме и спасаться при пожаре? Я вас умоляю! На огонь можно воздействовать магией. К тому же, волшебники всегда отличались от других людей и жили по своим законам.
Правда, история мальчику нравилась, а физика и химия, как он считал, единственные школьные предметы, которые пригодятся ему в его ремесле.
И если бы не упрямая мама, которая считала, что школу закончить просто необходимо, а магу могут пригодиться любые знания… Если бы не она, которая на пару со своей кошкой-ангелом Фейт, контролировала процесс получения наследником знаний, Ио уже забросил бы неинтересное занятие, отнимающее драгоценное время, и уже давно насобирал бы кучу необходимых сведений о семи артефактах.
С одноклассниками в Иоанна отношения складывались примерно также, как и со школьными дисциплинами, а именно, сложные. Ребята не понимали странного мальчика с длинными волосами и красивым одухотворенным лицом, так не похожего на них самих. Его старались не задевать. Ио внушал им необъяснимое чувство опасения, что, впрочем, не мешало ребятам судачить о нем, придумывать всякие небылицы и считать странным. А как же иначе? Зарецкий ходил в непривычной, хотя и очень дорогой одежде, имел свой собственный стиль и свое личное, отличающееся от других мнение. Он не желал носиться на переменах, пялиться на девчонок, курить за углом школы, болтать о всякой ерунде и задирать ботаника Тимку Ягодкина.
Кстати, именно с этим Тимофеем у Иоанна сложились вполне дружеские отношения. Тихий очкарик Ягодкин смотрел на своего приятеля, как на сказочного героя, слушал его, разинув рот, и считал Ио самой неординарной личностью на свете. А тот защищал хилого отличника от издевательств наглых оболтусов. Причем, защищал очень хитро: никогда не дрался, не затевал скандалов (учителя считали его очень милым и добрым мальчиком), а просто спокойно говорил:
– Оставьте Тима в покое…
Но говорил так, что всегда действовало, и оболтус оставлял Ягодкина в покое. А если попадался уж совсем «оболтус-оболтус», то Ио совершал еще какое-то неуловимое для остальных действие, или произносил что-то про себя, и с противным школяром всегда происходило что-то забавное. И тогда объектом насмешек становился уже не Тим, а его несостоявшийся обидчик.
Тимка не понимал, как его друг и защитник проделывает такие штуки, да и не задумывался над этим. Он просто восхищался необыкновенным и харизматичным мальчиком.
А Ио на самом деле был добрым и отзывчивым человеком с обостренным чувством справедливости, вот он и старался раскрасить всеми цветами радуги непростую жизнь приятеля не только в школе. Он вообще старался принимать активное участие в жизни семьи Ягодкиных.
Дело в том, что Тим был из очень малообеспеченной семьи, а в элитную школу его взяли только потому что его мама, одна растившая троих детей, работала там уборщицей. Семье жилось очень трудно, и Зарецкие часто отдавали детям вещи, с самым невинным видом утверждая, что они просто оказались Ио малы. Регина, наверное, казалась маме Тимы очень легкомысленной транжирой и безалаберной хозяйкой, которая покупала сыну не только вещи меньшего размера, но и обувь, подходящую мальчику десяти и девочке семи лет. А иногда мама Иоанна делала так, что Алевтина Ягодкина находила деньги в самых неожиданных местах.
Перед новогодними праздниками Ио посоветовался с мамой, и они забрали детей Ягодкиных к себе на все праздники. Таких счастливых дней, наверное, у них никогда еще не было.
На Новый Год приехали Маша и Костя, и на заднем дворе дома Зарецких со стороны Ксевенака устроили самый веселый и замечательный праздник на свете. Конечно, память Ягодкиным потом стерли, но зато это были самые счастливые десять дней, проведенных с самим учеником Мерлина, Бабой-Ягой, Котом в Сапогах, снежной феей и самыми настоящими, а не переодетыми актерами, Дедом Морозом и Снегурочкой.
Вообще-то, из-за того, что Иоанн Зарецкий был особенным, в школе частенько происходили разные забавные, а подчас и не очень забавные истории.
Однажды он взял с собой в школу подаренную ему Гаратом на Рождество хрустальную Сферу Силы. Этот предмет делал своего хозяина сильнее, как физически, так и магически, но имел одно такое свойство: оказавшись в чужих руках, он принимался чужаку пакостить. Один противный мальчишка без проса влез в рюкзак Ио и спер красивый переливчатый «шарик» размером с мячик для пинг-понга. В результате воришку отправили в больницу с ожогами рук и фурункулами на лице. Печально и не смешно, конечно же, но ведь еще в Библии было сказано: «Не укради!». Сфера вернулась к своему обладателю и еще долго дулась и обижалась на него за то, что не уберег ее от чужака.
Был еще такой случай. Не любивший уроки физкультуры, которые, к тому же были в среду самыми последними в расписании, Ио устроил всем учителям внеплановую диспансеризацию. Вот, наверное, врачи удивились, узрев массовое нашествие учителей одной из подмосковных элитных школ! Но время ушло, и физкультура сорвалась. Никто тогда не заподозрил, что это Иоанн Зарецкий внушил педагогам нужные ему мысли.
А перед Восьмым Марта Ио, пребывающий в этот день в прекрасном настроении и заметивший, что все мальчишки о празднике напрочь забыли, сделал так, что у каждой девчонки в школе и у каждой учительницы на столах оказались живые цветы. Да-да, Иоанн Зарецкий мог иногда преподнести приятный сюрприз не очень приятным для него людям.
Ну и остальное так, по мелочи: вредная училка, которая вдруг закудахтала курицей прямо посреди урока и не смогла остановиться до самого конца рабочего дня; заснувший математик; прыгающие до потолка учебники…
Конечно, Ио старался сохранить в тайне свои способности, но подросток есть подросток, и он не всегда был в состоянии справиться с эмоциями. С нашим героем такое тоже случалось, и кто-то из разозливших его учеников вдруг начинал икать, кто-то падал на ровном месте к великой радости остальных школяров, кто-то не мог ответить на вопрос учителя, хотя, вроде бы, вполне неплохо подготовился к уроку.
Оставалось непонятным, как никто в школе, а тем более, Тим Ягодкин, не поняли, что что-то не так, что все эти странности не случайны, но Ио все сходило с рук, и его предназначение так и оставалось тайным. Может, так было от того, что большинство людей вокруг слишком прагматичны и не хотят замечать необычное.
Многие девочки в школе с интересом поглядывали на красивого мальчика, который, к тому же, являлся сыном известной писательницы, а некоторые, наиболее смелые, даже оказывали ему знаки внимания. Но Иоанн делал вид, что не замечает всего этого, хотя и был вежлив. Он был слишком занят изучением магии и поисками разгадки семи таинственных артефактов, чтобы тратить драгоценное время на всякие дурацкие шуры-муры.
Вот так, шаля и развлекаясь помаленьку, чтобы не загнуться от скуки, Иоанн кое-как доскрипел до конца учебного года, считая не то что дни, но даже минуты. Скорее, скорее бы освободиться и заняться тем, что ему действительно необходимо и интересно, тем, что вот уже несколько месяцев занимало все его мысли, а именно, разгадкой тайны книги «Семь заклинаний обратного зла».
Но всему когда-нибудь приходит конец. Закончился и этот учебный год…
Двадцать седьмого мая Ио вернулся из школы, прямо с порога с размаху запулил рюкзак куда подальше и громко возвестил:
– Дамы, я дома! И Тимон со мной!
– А Пумба? – поинтересовалась Рейна, спускаясь на первый этаж.
А затем подтянулись и остальные «дамы»: белоснежная кошка Фейт величаво выплыла в холл и приветствовала мальчиков деликатным мяуканьем, а домработница Тася стала загонять их в столовую, так как обед уже давно был готов.
– Мальчики, вперед! – поторопила их Рейна. – Я тоже не обедала, вас ждала. Ио, у меня для тебя отличная новость: завтра приезжают Маша и Костя.
– Здорово! Костька классный, а Машка прикольная! – обрадовался Тимка и тут же в шутку «слил» своего приятеля: – Тетя Регина, а Ладка Марголина сегодня Ио любовную записку подбросила! А еще на улице какой-то бомж старую растрепанную книжку потерял, а ваш сын ее поднял и себе забрал. Вот!
– Ладка глупая и насмотрелась всяких сериалов, – парировал сын хозяйки дома. – А дядька вовсе не бомж, просто у него одежда такая. А всякие старые книжки мы с мамой специально собираем – ей может для очередного сюжета понадобиться.
И мальчик многозначительно посмотрел на мать. Рейна поняла, что произошло нечто важное, и потерявший издание бомж не случайно появился на улице именно в тот момент, когда Иоанн выходил из школы. Глаза Хранительницы загорелись, как всегда, когда она предчувствовала невероятные события.
– Так, сначала обед, а потом уж и находку вашу просмотрим! – скомандовала она, еле удержавшись от того, чтобы не выхватить грязную книжонку из рук сына прямо сейчас.
Как уж у Зарецких хватило терпения дождаться конца обеда, не знаем. Но они ели, совершенно не чувствуя вкуса любовно приготовленных Тасей блюд, и пожирали глазами приятеля Ио, который совершенно не торопился. Ему-то дела никакого не было до книжки.
Наконец, Тим проглотил последний кусок кекса, а вот запить выпечку ему не дали – Рейна выхватила у него из рук чашку с чаем и отставила ее на край обеденного стола, куда уже сдвинула всю грязную посуду.
– Ну, сын, где там эта книга? – алчно блестя глазами, вопросила мама. – И что за бомж такой был начитанный?
– Да не бомж это был, я говорил же, – напомнил Иоанн, выкладывая тонюсенькую брошюрку, очень похожую на ту, первую, которую им прислали с курьером. – Обычный дядька, длинный, очень худой, в длинном черном плаще. Лица я не разглядел – его закрывала черная широкополая шляпа, а из-под нее на плечи падали черные с проседью волосы, длинные, цвета такого неопределенного, как соль с перцем. Да я и не разглядывал его особенно, с Тимоном же разговаривал. Я лишь заметил краем глаза, что этот дядька как-то странно и подозрительно на нас посмотрел, даже воровато как-то, а потом вынул руку из кармана и, якобы невзначай, выронил книжонку.
– Так может, правда невзначай, а ты загробастал. Надо было отдать! – покачал головой Ягодкин.
– А потом пошел дядька быстро-быстро, – не слушая друга, продолжал Иоанн. – Я книжку поднял, огляделся, а мужика того словно и не было. Давайте же посмотрим…
Эта брошюрка была выполнена в таком же стиле, что и « Семь заклинаний обратного зла», вот только обложка со странными готическими рисунками названия не содержала. Листы были такими же старинными и пожелтевшими, слегка полинявший текст чередовался с не менее полинявшими, но интересными, странными, а подчас жуткими картинками. Это была лишь часть книжки, первая и последняя части, судя по неровным краям у корешка, была неаккуратно вырвана.
«… За всю историю лишь одному человеку посчастливилось (а, может быть, не посчастливилось?) собрать их почти все семь вместе. Имя тому средневековому колдуну – Эклебар Фарам, так же прозванным Tristi Animo (Угрюмый Дух). Жестокий, с абсолютно черной душой, колдун жил в уединении, шагал по трупам ради достижения своих целей и творил лишь злые, темные дела. Первым человеком, убитым им при помощи Молота Стихии Хаоса, был его родной брат…»
Далее шла ужасающая картинка, изображающая мужчину со сквозной огромной дырой в области живота. От дыры во все стороны исходили лучи-трещины. Наверное, художник таким образом показывал, что мужчина вот-вот распадется на кусочки.
– Жутковатая книжица! – поежившись, прокомментировал Тимофей. – Но интересная! Что там дальше?
«… Огромным везением для современников Эклебара было то, что он, несмотря на многолетнюю работу, так и не смог вернуть к жизни Черного Лича посредством черепа последнего, коим Угрюмый дух также владел. Но зато, имея Посох Черного Лича и обретя власть над скелетами, проклятый колдун уничтожил не одно поселение при содействии своих зловещих помощников…»
Картинка ниже изображала сцену уничтожения деревеньки армией скелетов. Во всех красках показывались разрушенные строения, люди, раздираемые на части. А среди всего этого кошмарного хаоса возвышался мрачный мужчина в черной мантии с капюшоном, почти закрывавшем лицо. Наверное, это и был тот самый Фарам.
– Очень уж этот колдун на сегодняшнего дядьку похож, только тот был одет в плащ и шляпу, – заявил Ио, многозначительно глядя на маму.
– Ты преувеличиваешь, – заметил его приятель. – Мало ли на свете бомжеватого вида людей в черном? Тебя просто картинка впечатлила.
Иоанн не стал с ним спорить, и все трое, сталкиваясь лбами, снова склонились над книгой.
«… Нет никаких исторических фактов, подтверждающих, что Фарам хоть раз пользовался Магнумом и Золотой Пулей, но есть предположение, что колдун, дабы завладеть этими двумя артефактами, убил представителя инопланетной цивилизации, которому они раньше принадлежали.
Также неизвестно, обладал ли Угрюмый Дух Дыханием Жизни. Возможно, он просто его не искал, или держал у себя на всякий случай, ведь человеку с каменным черным сердцем и сгоревшей до черни душой нет никакой необходимости кого-либо возвращать к жизни. Единственный, кого Фарам хотел бы воскресить, был Черный Лич, но в этом деле Дыхание Жизни – не помощник.
Зато Кулоном Вознесения Эклебар пользовался в полной мере, не соблюдая никаких правил и законов. Вместо отъятия у грешных людей лишь темной части души, он забирал всю, просто-напросто уничтожая любого человека, который оказывался в его власти.
Но, скорее всего, что-то пошло не так, и артефакты ополчились на своего хозяина. Эклебара Фарама не стало, просто не стало и все. А Молот, Череп, Посох, Кулон и Магнум с Пулей разлетелись в неизвестных направлениях.
Где сейчас находятся артефакты, в каких мирах и реальностях, в каком времени? Нет ответа на эти вопросы. Но вот, спустя много веков, появилось предположение, что Посох Черного Лича нашел себе пристанище в некоем сказо…»
– Сынок, принеси-ка ту брошюрку, которую нам прислали, – попросила Рейна.
Пока Ио не было, женщина еще раз просмотрела немногочисленные страницы, а когда ее сын вернулся, без сожаления оторвала обложку без названия.
– Смотрите! – велела она, вкладывая оставшуюся часть в «Семь заклинаний обратного зла».
Все подошло: формат оказался точно таким же, а неровные края одной части книжки идеально подошли ко второй. Было похоже на то, что кто-то разделил книгу на три части, а для одной сделал свою обложку. Интересно, зачем?
– Есть! – с удовлетворением отметил Ио и тут же расстроился: – Это две части из четырех. Опять нет ни начала, ни конца!
– Зато просто удивительно, что две части, найденные в разное время и в разных местах, совпали и теперь принадлежат вам, – успокоил друга Тим, который, конечно же, не мог понять, почему отсутствие какого-то начала и конца так расстраивает Ио. – Да тут столько всего интересного, мистического и жуткого понаписано! Даже из того, что есть, у тети Регины получится замечательная книга, или даже целая новая серия книг. Правда, тетя Регина?
– Конечно, Тимош, – улыбнулась хозяйка дома. – Тима, что с тобой? Ты как-то странно выглядишь, а выражение лица у тебя такое, словно у тебя проблемы, извиняюсь, с пищеварением…
Ягодкин таращил глаза, краснел от натуги, открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать, и, наконец, выдал:
– Точно! Я вспомнил! У меня есть такое…
– Какое такое, деточка? – с преувеличенной ласковостью спросила Регина. – Договаривай!
– У меня есть нечто похожее! Еще в прошлом сентябре я достал из нашего почтового ящика ободранную брошюрку. Там была всего пара листков, остальное было вырвано, а написанной галиматьи я не понял. Вот и хотел выбросить эту фигню, но мне очень понравилась старинная обложка и грязноватые, пожелтевшие страницы, вроде как антикварная книга. Точно не помню, что там было написано, но что-то мистическое, тогда мне было не интересно. Но сейчас припоминаю, что-то похожее на ваше. И я даже помню, где у нас эта брошюрка спрятана. Может, вам и это пригодится?
– А ты можешь сгонять домой прямо сейчас? – оживился Ио. – Мам, дядя Дима сегодня не выходной?
– Нет, скоро вернется, я отправила его забрать мои серьги из ювелирной мастерской. Приедет и сможет отвезти Тима.
– Да не получится сейчас, – сказал мальчик. – Я ключи дома забыл, а мама вернется не раньше восьми вечера.
– Значит, сделаем так, – решила Рейна. – Я сейчас решу кое-какие вопросы, а вы погуляйте пока на заднем дворе. Вечером Дима свозит тебя, Тим, домой, а потом можешь остаться у нас ночевать, только не забудь маму предупредить! Завтра приедут Маша и Костя, думаю, что вам приятно будет снова встретиться.
– Тетя Регина, а вы напишете в своей новой книге: «Спасибо Тиму Ягодкину за помощь в написании этой книги»?
– Конечно, напишу, мой тщеславный друг, – пообещала писательница, думая уже о чем-то своем…
… Видимо, мама забыла предупредить Иоанна, что у них сегодня еще будут гости. Мальчик даже подумал, что это Дмитрий с Тимом уже вернулись от Ягодкиных. Хотя, за сорок минут вряд ли можно было успеть, при вечных пробках-то. Но дверь открыть надо.
На пороге стояла пожилая дама в странных одеждах. Впрочем, странными они могли бы показаться кому угодно, но не Ио. К маме иногда заглядывали представители магического сообщества: кто за советом, кто с сообщением, и мальчик уже привык к длинным платьям, черным мантиям и даже остроконечным шляпам. У этой старушки шляпы не было, зато она держала в руках кошачью переноску.
– Добрый вечер, молодой человек. Вы, наверное, Иоанн? А я Маргарита Христофоровна, или, по-другому, Мелисса, – церемонно представилась гостья. – Вы позволите нам войти? Ваша мама дома?
– Конечно, проходите, – посторонился Ио, гадая, что за зверя притащила с собой дама, ведь волшебники настолько странный народ, что в кошечьей переноске запросто может оказаться черепашка, мадагаскарский таракан, или даже банка с золотой рыбкой.
– Мел! Рада вас видеть!
Это Рейна вышла в холл с Фейт на руках. Она слегка наклонила в голову в знак приветствия, потом улыбнулась и поинтересовалась:
– Как там наш Лютик? Да вы проходите, проходите, я сейчас попрошу Тасю сварить ваш любимый кофе со смесью перцев…
– Ох, дорогая моя девочка, спасительница вы наша, я, к сожалению, очень спешу и не могу остаться в вашем милом доме, – запричитала старушка. – Я только Лютика привезла. Конечно же, я буду очень скучать и даже не знаю, как проживу без него эти месяцы. Но для нас с Лютиком это такая честь, такая честь!
Продолжая тараторить, она открыла переноску, и оттуда вальяжно вышел крупный черный кот с янтарными глазами, такой великолепный, что вызвал бы восхищение даже у тех, кто не очень-то жалует кошек.
– Лютик, потому что Люцифер? – догадался Ио.
– Совершенно верно, юноша, совершенно верно, – подтвердила Маргарита-Мелисса и поспешила откланяться: – Ну, я, пожалуй, вас покину. Будем на связи…
– Будем. Всего доброго, Мел, – отозвалась Рейна, опуская свою любимицу на пол.
Животные заинтересованно обнюхали друг друга. Они представляли собой удивительную и прекрасную картину: белоснежная Фейт и черный-пречерный Люцифер, Снег и Уголь, День и Ночь. Фейт окинула гостя взглядом полным достоинства и, развернувшись, неспешно удалилась, изящно переставляя лапки. Кот поспешил за красавицей.
– Вот так парочка! – умилился Иоанн, когда кошки скрылись на втором этаже. – Ма, эта тетушка оставила нам Лютика на передержку?
– Нет, сынок, Люцифер – жених Фейт.
– А, понятно, – хихикнул мальчик.
– Не думаю, что понятно до конца, – мягко возразила мама. – Понимаешь ли, у Хранительницы всегда должна быть персональная кошка-ангел, а Фейт, к сожалению, не вечна.
– Но она же молодая! – потрясенно потянул Ио.
– Нет, милый, ей уже двадцать лет, и у меня она уже вторая. Кошки-ангелы живут достаточно долго, но умирают и они. Первая Фейт умерла в возрасте двадцати семи лет, а за несколько лет до своей кончины родила вторую, нашу Фейт. Для того у нас и Лютик появился. Отцом будущей белой кошки-ангела всегда должен стать черный магический кот, чтобы в минуты опасности она перерождалась в Фейт-ту-Блек.
– Но зачем так рано? – удивился мальчик.
– Здесь не все так просто, как у обычных животных, или даже у людей. Они должны какое-то время пожить вместе, пожениться, потом, после рождения кошечки (а у белых кошек-ангелов всегда рождается только одна дочка), потом вместе некоторое время воспитывать малышку. Так что Лютик у нас как минимум на полгода. Потом он вернется к хозяйке, а у нас будет две белоснежные кошки-ангелы… Так, где там Тимки-Димки?
А Ио как-то и забыл про Ягодкина. В чуткой и ранимой душе его поселилась легкая грусть и тоска. Его любимая Фейт умрет? Нет, он понимал, конечно, что ни одна кошка не живет вечно, но его Фейт… Он вообще старался не задумываться над тем, что когда-нибудь ему придется расстаться с дорогими и близкими ему людьми: с Тасей, Димой, Машкой и Костей, с Дэей, Гаратом, со всеми обитателями Ксевенака и, возможно, если не найдется замена Кольцу Вечности, то и с мамой тоже…
Мама с сыном поднялись на второй этаж, приоткрыли дверь комнаты, где Фейт любила прятаться, когда хотела побыть в одиночестве.
Люцифер, нежно мурлыча, смотрел на будущую мать своей дочери влюбленными глазами, а та вела себя, как самая настоящая дама, исполненная чувства собственного достоинства: вроде бы, кокетничала, но кавалера держала на расстоянии, давая понять, что такое сокровище, как она, еще требуется завоевать.
Рейна с Ио немного полюбовались грациозными созданиями и тихонько прикрыли дверь.
– Мам, я не хочу, чтобы Фейт от нас уходила, – вздохнул мальчик.
– Ну, мой дорогой, это произойдет еще нескоро…
– Все равно, никогда не хочу! Слушай, а если… то есть, я хотел сказать, когда мы найдем Кулон Вознесения, сможем сначала отдать его Фейт?
Рейна рассмеялась:
– И каким образом она будет собирать в кулон человеческие грешные души? Нет, сынок, Кулон не для кошки. К тому же, я думаю, что Фейт сама вряд ли согласилась бы жить вечно. Кошки тоже устают от своей земной миссии, знаешь ли. Бессмертие только кажется благом, а на самом деле… Я, например, знаю, что никогда не встречу на небесах Диониса именно из-за своего бессмертия, и подчас думаю, что оно – тяжкое бремя…
– Не переживай, мусик, не грусти! – нежно проговорил Ио, обнимая маму и зарываясь носом в ее волосы, пахнущие, как обычно, розой и геранью. – Я разделю с тобой это бремя. И потом, мы же вернем папу, вот только найдем Дыхание Жизни. Скорее бы уже Костька с Машкой приехали, мне не терпится им все рассказать.
– Притормози, сын. Костю с Машей приемные родители привезут около двух часов дня, а сами уедут лишь к вечеру. Днем нам с тобой нужно будет кое-что сделать, точнее, нанести визит кое-куда. От результатов будет зависеть, стоит ли рассказывать детям обо всем.
– Да? – удивился мальчик. – А куда мы поедем?
– Завтра узнаешь, – загадочно улыбнулась мама. – Давай-ка, пока Тима не привезли, зайдем к Василине. Мне почему-то кажется, что я уже где-то встречала имя Элебара Фарама, Угрюмого Духа, только вот не помню, где. Может, бабулек наш что подскажет?
В подвале Рейны, как и обычно, пахло травами и магией, а стоящий прямо на каменном полу огромный чугунный котел кипел, весело булькал и пузырил перламутрово-зеленой вязкой жидкостью. Именно в этом котле обитал дух ныне покойной Василины, бывшей наставницы Рейны.
Мальчик хотел было позвать старушку, но этого не потребовалось. Из массы пузырьков отделился один, взлетел чуть вверх и стал расти в размерах до тех пор, пока в нем не показалась голова очень симпатичной и приветливой бабульки.
– Привет, мои цыпляточки! – обрадовалась голова, ласково глядя на своих учеников: бывшую и нынешнего. – Давненько не заглядывали.
– Ага, почитай, со вчерашнего вечера! – хихикнула Рейна. – Все дела, баба Вася, все дела…
– И сейчас по делу, или просто так к бабуле заглянули?
– По делам, – признался Ио. – Слушай, ты никогда при жизни не слышала имя Эклебара Фарама? Его еще в средние века называли Tristi Animo.
– Угрюмый Дух? – проявила образованность Василина. – Ну, встречаться с ним лично, как вы понимаете, я не могла, но имя, кажется, слышала. Дай Бог памяти… Точно, не слыхала, а читала! В книге «Печально известные волшебники забытых времен». А зачем он вам?
– Он был связан с теми семью артефактами, – пояснила Рейна. – Это дело все-таки сдвинулось с мертвой точки. Я думаю, что завтра мы уже сможем кое-что рассказать, вот только сгребем все данные в кучку.
– И завтра Машка с Костиком приезжают! – сообщил Ио.
– Здорово! – заулыбалась Василина. – Значит, начинаются приключения? Все, как и в прошлом году? Эх, завидую я вам!
– Эй, я вернулся! – донесся через приоткрытую дверь подвала голос Тима Ягодкина, и мама с сыном поспешили наверх.
– Вы где были? – спросил Тимофей у хозяев. – А у меня грустная новость: мама завтра увозит меня в деревню к родственникам. Жаль, я думал, что мы на каникулах часто видеться будем, а тут на два месяца на воздух!
Еще бы ему не было жаль! Мальчик очень любил бывать в гостях у Зарецких. И дело тут даже не в роскоши дома, не в богатом и изобильном столе, а в самой обстановке. Здесь всегда было легко, тепло, и царила удивительная атмосфера некой таинственности. Тим очень любил свою маму, но другу подчас завидовал: тетя Регина такая классная, веселая, легкая, красивая, всегда находится на одной волне со своим сыном и ведет себя подчас, как подросток.
– Не переживай, дружочек! – утешила его Рейна, похлопав по плечу. – Мы тоже будем заняты какое-то время и, скорее всего, куда-нибудь отправимся, только дождемся Костю и Машу. Но зато в августе, возможно, все будем в Москве и обязательно все вместе отметим день рождения Ио. Ну, давайте скорее смотреть, что ты привез!
С этой обложкой Рейна расправилась также безжалостно, как и с предыдущей.
Да, это был именно конец книги «Семь заклинаний обратного зла»: предыдущая страница заканчивалась на «сказо», а принесенная Тимом начиналась на «чном». И снова, разложив брошюру на столе и сталкиваясь лбами, принялись изучать последние страницы. Вот что получилось.
«… Но вот, спустя много веков, появилось предположение, что Посох Черного Лича нашел себе пристанище в некоем сказочном мире, в городе, со всех сторон окруженном песками и густыми лесами. Как такое возможно? Как пустыня может соседствовать с лесными массивами? Но это всего лишь одна версия.
По второй, в этом городе находится лишь портал в параллельную реальность, и именно там следует искать Посох.
Многие великие маги современности спорили на эту тему, но так и не пришли к однозначному решению…»
– Город, окруженный и пустыней и лесом… – медленно проговорил Ио. – Мам, это же…
– Да, сынок, это уже будет не одна книга, а целая серия! Прав был Тим, – многозначительно закончила за него Рейна, взглядом напоминая ему, что рядом с ними непосвященный. – Ну, молодой человек, все-таки быть твоему имени в новом фэнтези Регины Ра. Ладно, читаем дальше…
А далее шло предупреждение, вернее, предостережение для всех чародеев, которые, поддавшись духу авантюризма, вздумают окунуться в сложные и опасные приключения и в поиск семи древних артефактов.
Всем, кто не хотел закончить свою жизнь также, как и печально известный Эклебар Фарам, анонимный автор брошюры советовал не один раз подумать и оценить свои магические силы, прежде чем поддаваться искушению, ибо артефакты эти прокляты и несут в себе погибель. Они пропитаны энергией горя, беды, убийств, ужаса, и только мощный колдовской обряд «Семь заклинаний обратного зла» сможет очистить их и вернуть артефактам светлую силу. А ритуал этот требует от мага великого мастерства, коим в наше время обладают немногие.
«Достопочтенный чародей, заклинаю тебя ради Великой Магии, которой мы живем: если не чувствуешь в себе силы и мужество, смелость и отвагу, чтобы справиться с коварными артефактами, забудь о них! И лучше бы им оставаться там, где они сейчас находятся!
Да хранит нас Великая Магия!»
Это были последние строки. Рейна, Ио и Тимофей некоторое время не произносили ни звука.
– Вот это да! – первым нарушил молчание Ягодкин. – А книжица-то суперская! Тетя Регина, а когда вы начнете писать новое фэнтези по этому сюжету? Мне не терпится прочитать!
– Не очень скоро, Тимуль, – остудила его пыл писательница. – По крайней мере, летом точно не начну. Но могу точно обещать, что будет интересно. И, возможно, я введу персонаж, прототипом которого будешь ты.
– Вау! Круто! – взвизгнул Тим. – Тетя Регина, можно мы теперь пойдем на компьютере поиграем?
– А на лето вам ничего не задали? – включила зануду Рейна.
– Вроде, что-то задали, – скривился Ио. – Мам, а может, ну это все, а?
– Ну и ладно, – легкомысленно согласилась мама, правда, тут же спохватилась: – Временно! Ладно, идите себе, играйте. Можете пиццу заказать или еще какую-нибудь вредность, да и про меня не забудьте, у моей вкусной гадости должны обязательно быть креветки. А мне нужно сделать один важный звонок и сообщение передать…
… Ио еле-еле дождался, когда его приятель угомонится и уснет. Противный Тимон, казалось, совсем не устал и не собирался отбывать в страну Морфея. Ио уже хотел как-нибудь осторожненько наслать на Ягодкина сонные чары, но тот, наконец, засопел, свернувшись калачиком на диванчике в комнате друга, не в силах даже раздеться.
Ио хмыкнул, прикрыл мальчика пледом и отправился к маме.
Рейна по-турецки сидела в кресле и вязала, что-то бормоча себе под нос. Можно было подумать, что вязальщица считает петли, но Иоанн знал, что мама ничего не делает просто так и даже в рукоделие вплетает свою магию.
– Что вяжем? – спросил сын, устраиваясь на полу рядом с ее креслом.
– Ничего определенного, – отозвалась Рейна через пару минут, закончив бормотать заговор. – Просто полоска. Завтра намотаю ее на запястье, или щиколотку, или на волосы в качестве резинки, и любое дело решится легко, благополучно и так, как нужно будет нам.
– Ты не уверена в наших силах? – здорово удивился Ио. – Думаешь, что мы не справимся и не найдем артефакты? Брось, мусик, когда это у нас с тобой что-то не получалось? Ну и плевать, что нам известно только местонахождение Посоха, да и то приблизительно. Главное начать, а потом пойдет, как по маслу.
– Да в наших силах я не сомневаюсь, – хмыкнула Рейна, вывязывая последний ряд будущей магической повязки. – Я связывалась с Аладдином и джинном, велела поискать и подумать, где у них может быть спрятан Посох Лича. Они уже ответили, что ничего не слышали ни о каком посохе, но встречали в Аграбе, на территории замка, странное кольцо в стене. Просто торчит из стены штуковина и все, назначение ее непонятно. Вполне возможно, что это и есть портал в нужный нам параллельный мир. Послезавтра за нами пришлют коврик, и мы полетим в Аграбу. Но сначала…
– Все вшестером на коврике? – перебил маму Иоанн. – Мы на нем поместимся? Еще ведь и вещи будут…
– Коврик растянули с помощью магии. Ты мог бы и догадаться, – отмахнулась Рейна. – Не о том ты, сын, беспокоишься. Наше путешествие в Аграбу и дальше будет зависеть от нашей завтрашней поездки. Очень важной поездки…
– Мы с тобой завтра куда-то поедем?
– В Штаб Магического Сообщества.
– Ого! – присвистнул мальчик. – Прямо-таки в штаб? А что, очень даже интересно. И где он находится? В каком-нибудь параллельном измерении?
– Да нет, милый, в Москве. Конечно, на здание наложены чары, и оно невидимо для глаз обычных людей. Но, в принципе, можно сказать и то, что Штаб находится в параллельном измерении.
– А зачем нам туда? И к чему я там нужен?
Рейна вздохнула.
– Ну, во-первых, пришло время представить тебя сообществу, как моего сына. Во-вторых, нужно декларировать тебя в качестве помощника Хранительницы. И, в-третьих, и это самое главное, необходимо получить разрешение на поиск артефактов.
– Декларация, разрешение… – фыркнул Иоанн. – Мы в Штаб Магии собираемся, или в налоговую инспекцию? Ты же Хранительница Равновесия и Гармонии, очень важная фигура в сообществе. Разве ты не вольна делать все, что тебе заблагорассудится?
– В магическом мире своя бюрократия, – презрительно фыркнула чародейка. – Я еще днем звонила в Штаб и переговорила с нужными людьми. Хотела поехать туда завтра днем, но вопрос оказался очень серьезным, на его рассмотрение уйдет весь день, так что отправимся к десяти вечера. Ну и хорошо. К тому времени Владимир и Дина уберутся восвояси.
– А что, в этом Штабе могут и не разрешить, чтобы я стал твоим помощником? Могут запретить нам искать артефакты? – перепугался сын Рейны.
– Легко, – подтвердила мама. – Могут решить, что предметы слишком опасны для человечества, и пусть, мол, они остаются там, где находятся сейчас. Могут и еще что-нибудь придумать.
– Но ведь Дыхание Жизни не опасно! – с жаром воскликнул юный чародей, который поставил себе цель: воскресить отца.
– Конечно, не опасно, – согласилась Рейна. – Но видишь ли, сынок, ситуация сложилась таким образом, что мы не сможем найти Дыхание Жизни, не отыскав всех артефактов, ну, или их большинства.
– Это что же получается? Если бюрократы не позволят нам заниматься поисками…
– Мы с ними согласимся и спокойно уйдем, как законопослушные маги, – серьезно проговорила Хранительница. – Но это вовсе не означает, что мы не будем искать артефакты незаконным путем!
Иоанн с удовольствием отметил про себя, что глаза у мамы загорелись мятежным огнем, а лицо приобрело упрямо-решительное выражение. Вот такая мама способна свернуть горы!
А Рейна продолжала:
– Никто и ничто не заставит меня отступить! И никакие бюрократы из Штаба мне не указ!
– Да нет там никакого кинотеатра, Регина, говорю же вам! – уже в который раз за последний час говорил Дмитрий, пытаясь донести до упрямой хозяйки нужную информацию. – Клуб там был, имени Третьего Интернационала, насколько я помню. У меня в этом районе тетка жила. Кино в том клубе, помню, показывали, кружки всякие были. Но клуб этот через дорогу от того места, что вы указали, да и навигатор…
– Дим, я так и сказала, ты просто не понял, – Рейна остановила потоки излияний словоохотливого водителя. – Нам нужен как раз этот клуб.
– В десять часов вечера? – не унимался Дмитрий.
– Да, именно так! – раздраженно рявкнула женщина. – Ты остановишься около дома номер сорок по Люблинской улице, дальше мы идем одни пешком, а ты ждешь нас до победы.
– Глупость вы, Регина придумали! – возмутился мужчина. – Отпустить даму с ребенком одних, когда стемнело? Не на того напали! Район тут хоть и не Чикаго тридцатых годов, но все же не очень благополучный. Шелупонь всякая пьяная…
– Уймись, рыцарь! – велела Рейна. – Машины ездят, люди гуляют, не ночь-полночь. Ты ждешь нас там, где я сказала и точка!
– Успокойся, дядя Дима, – хихикнул Ио, желая подбодрить насупившегося водителя. – Ничего с нами не случится. Как ты вообще себе представляешь того, кто на маму нападет? Обидеть маму может каждый, не каждый сможет убежать.
Но пришедшаяся к случаю интернет-шуточка ничуть не успокоила заботливого Дмитрия, и он продолжал возмущаться, правда, уже еле слышно.
Рейна тоже была не в духе: они опаздывали уже на пять минут, а ведь только-только проехали станцию метро «Текстильщики». Чародейка, несмотря на пренебрежение различными правилами общества, терпеть не могла опаздывать, считала, что «точность – вежливость королей».
Только Ио пребывал в отличном настроении. Дома, под присмотром Таси, Василины и Фейт с Лютиком их ждут Костя и Маша, по которым он ужасно соскучился. Несмотря на то, что им с мамой предстояли, возможно, не очень приятные и очень напряженные переговоры, мальчика охватывало чувство эйфории и уверенности в том, что все разрешится самым наилучшим образом. А еще было очень интересно: как там, в Штабе Магического Сообщества, все устроено.
– Все, приехали! – буркнул Дмитрий, глуша двигатель. – А может…
– Не может! – отрезала Рейна.
– А что, если…
– А вот «если» тоже быть не может!
Мама с сыном вылезли из машины, и подросток подмигнул мужчине и ободряюще произнес:
– Все будет хорошо, дядь Дим! Мы только туда и обратно…
– Хоббиты, блин! – выругался тот, демонстративно отворачиваясь в другую сторону.
– Ты не доверяешь дяде Диме? – удивился Ио, когда они с мамой торопливо шагали вперед. – Ну, пусть бы проводил нас до места, подумаешь…
– Подумаешь, да ничего не скажешь! – фыркнула Рейна. – Пойми, сынок, я очень люблю Диму, как, впрочем, и Тасю. Я благодарна им за их понимание и посильную помощь. Это ведь большая редкость, чтобы обычные люди понимали чародеев, поддерживали их и помогали им. Но главное здесь то, что они обычные люди, а обычный человек слаб. Он может не сдержаться, проболтаться кому-нибудь о том, что видел. Правило о соблюдении тайны в магии никто не отменял.
Сетования водителя по поводу того, что район «не очень», пока себя не оправдывали. Обычный район: по дороге едут машины, на пешеходной части время от времени попадаются прохожие, справа по ходу – скверик, откуда раздаются голоса гуляющей молодежи. И как, интересно, в таком месте можно спрятать Штаб Магического Сообщества?
– Мам, смотри! – встрепенулся Ио. – Вот, кажется, тот клуб, о котором говорил дядя Дима. Нам сюда?
– Не совсем, идем дальше…
Они миновали низкое светлое здание постройки прошлого века, добрались до перекрестка и, как законопослушные граждане, дождавшись зеленого света, перешли дорогу, а потом тут же свернули направо.
Было уже темно и, несмотря на серые кирпичные дома слева, пустынно и как-то жутко. Мама с сыном добрались до поворота и свернули налево.
Мимо прошмыгнул тощий облезлый кот, как-то странно посмотрев на мальчика. Где-то вдали завыла собака, и раздался зловещий скрежет. Подул сильный, совсем не летний пронизывающий ветер.
– О, пора! – оживилась Рейна. – Сынок, ты постой тут минут пять, а мне нужно настроить зеркало-проявитель. Не обижайся, но кое-какие действия нужно производить в одиночестве. Не испугаешься стоять тут один?
– Скажешь тоже! – хмыкнул подросток, и мама, сойдя с дорожки, скрылась в кустах.
Хотя Иоанн и хорохорился, ему было жутко не по себе. Его не отпускало странное ощущение, что за ним кто-то наблюдает со всех сторон. Так и подмывало сбежать отсюда со всех ног, но нельзя же было оставлять маму, которая засела где-то в кустах и настраивает какое-то зеркало. А тут еще закаркала ворона, даже не одна, а, похоже, целая стая. Ну, просто инфернальная зона!
– Бу! – громкий голос прямо над ухом заставил Ио подпрыгнуть.
Оказалось, что пока подросток боролся с неприятными ощущениями, к нему сзади подошли пятеро. Лет по двадцать-двадцать пять, по виду – вылитые гопники: в спортивных штанах, с мерзкими ухмылками и тупым выражением на лицах, не обезображенных интеллектом, они, как и водится, смелые и отважные впятером против одного, окружили мальчика.
Другой бы испугался, но Иоанн был рад этим асоциальным элементам – они здорово разрядили напряженную и пугающую обстановку.
– Ну, парень, ты попал! – гнусно захихикал один, самый мелкий и противный. – Дорогая одежда, телефон, поди, не копеечный… Давай все сюда. Ты, типа, понял?
Другой гопник тоже решил блеснуть своим чувством юмора:
– Тебе мама твоя не говорила, что одному нельзя ходить в темноте по улицам?
– Так именно из-за моей мамы и нельзя ходить, – хмыкнул Иоанн.
– Так-так, что мы тут имеем? – будничным тоном поинтересовалась Рейна, выбираясь из кустов. – Что происходит, сынок?
– О, дамочка! Серьги, кажись, с брюликами, сама ничё такая, а без охраны…
– А кто тебе сказал, что мне нужен охранник? – спокойно спросила женщина и с удовольствием ударила ближайшего к ней хулигана в солнечное сплетение.
Другому досталось по уху от нее же, а третий получил ногой по голени от Иоанна. Оставшиеся двое дернулись было, но не смогли: словно какая-то неведомая сила парализовала их.
– Собака! – сказала Рейна, нацелив на одного гопника указательный палец левой руки.
– Ррр- гав-гав! Ав-ав-ав! – перепуганный и ничего не понимающий отброс общества заливался лаем и таращил от ужаса глаза.
Ио пришел в восторг от проделки мамы, нацелил еще на одного хулигана указательный палец и заявил:
– Осел!
– Ииа-а! Иа! Иа!
Мама с сыном согнулись пополам от хохота.
– Слушайте меня внимательно все пятеро! – приказала Рейна, внезапно перестав смеяться. – Отныне вы будете вести себя тише воды – ниже травы. Вернетесь к старым привычкам, и все возвратится: ты будешь тявкать, ты орать ишаком, ты блеять овцой, ты квакать, а ты кукарекать без перерыва. Пока проклятие снимаю! Вон отсюда!
Спотыкаясь, падая и ежесекундно оглядываясь, местная гопота поспешила от этой жуткой парочки со всех ног. Они улепетывали так, словно за ними гнался голодный тигр, а мама с сыном опять от души похохотали.
– Мам, ну зачем ты их била? – сквозь смех и стон спросил Ио. – Неужели нельзя было сразу на них магией воздействовать?
–Зато пар выпустила, – радовалась Рейна. – Настроение было гадкое, а теперь, хоть пой! А еще на пятерых гопников в мире меньше стало. Ладно, Ио, за дело! Мы и так уже сильно опоздали…
С этими словами она достала из тканевого мешочка зеркало, обычное прямоугольное, двустороннее зеркало.
– Ты смотри с той стороны, скажешь, когда я поймаю отражение Дома Культуры, – попросила она у сына.
– Все, поймала, я его вижу! – сообщил Иоанн, и Рейна начала чуть слышно бормотать:
– Поймай то, что есть, отрази невидимое! Что скрыло – верни, непроглядом снова укрой!
Прямо на глазах у мальчика здание Дома Культуры в зеркале начало пропадать, словно густая пелена тумана скрыла строение в зазеркальном мире. Настоящий Дом Культуры тоже исчез, вернее, словно переместился с той стороны улицы на эту и преспокойненько устроился между вежливо расступившимися серыми домами.
– Интересно! – присвистнул Ио. – Это и есть Штаб Всемирного Магического Сообщества?
– Не совсем. Это российский филиал, а в каждой стране есть свой.
– И что, он все время находится тут, в этом жутком месте?
– Он находится в Блуждающей Аномальной Зоне, – пояснила Рейна. – Как понятно из названия, зона частенько перемещается, и внешний вид здания Штаба все время разный, соответственно той или иной зоне. Когда я была в Штабе в последний раз, это было здание цирка на проспекте Вернадского.
– А почему мы стоим? – спросил Иоанн.
– Ждем, – пожала плечами мама. – Должна выйти билетерша.
– Билетерша?! Зачем?
– Ну как, зачем? Проверить билеты, в смысле, пропуск. Если бы это был не кинотеатр, а, к примеру, бизнес-центр, то вышел бы охранник. А в магазине нужно было бы предъявить чек, ну, или талон к врачу, если бы это была поликлиника. Понятен принцип? И хоть Хранительницу все прекрасно знают в лицо, в целях безопасности требуется что-то предъявить. В Чили был случай попытки незаконного проникновения: беглый преступник, маг-метаморф, приняв мой облик, не смог предъявить пропуск…
– А если бы ты просто про пропуск забыла? Кстати, как того метаморфа вычислили, в чем заподозрили?
– По мелочи: у него родинка над губой была не слева, а справа. А еще, смешно просто, его «спалили» темные волосы на руках. А вот и Сима!
Из одной двери вышла полненькая тетушка, крашенная под блондинку, в бордовом трикотажном костюме, и мама с сыном поспешили к зданию.
– Добро пожаловать, госпожа Хранительница! – заулыбалась «билетерша», отрывая корешки от голубых билетов, отпечатанных на довольно дешевой и некачественной бумаге. – Это ваш сынок?
– Здравствуйте, Симона Андреевна, – отозвалась Рейна. – Да, знакомьтесь: это мой сын, Иоанн Зарецкий. Надеюсь, наше опоздание не доставило никому лишних хлопот?
– Ну что вы, что вы, госпожа Рейна! – замахала пухлыми ручками Симона. – Проходите, прошу вас.
Иоанн с мамой оказались в слабо освещенном фойе кинотеатра, но после темной улицы им показалось, что там очень даже светло.
– Куда теперь? – спросил Ио.
– Как куда? – удивилась Рейна. – Мы же в кинотеатре, значит, в зал.
Двери открылись сами собой, и Иоанн словно вновь оказался в кинозале провинциального городка, в котором он провел большую часть своей прежней жизни. Тот же приглушенный свет множества маленьких лампочек на потолке, те же сидения, обитые потертым и засаленным «бархатом», тот же особый запах в помещении и огромный белый экран на сцене. Хотя, экрана-то как раз и не было, а посередине сцены возвышалась бело-желтая тумба с красной кнопкой наверху.
Рейна с мальчиком поднялись на сцену, и Ио только сейчас заметил рядом с тумбой еще одну тетушку, по виду – близняшку Симоны Андреевны.
– Здрасте! – кивнул он, чем вызвал у мамы непонятный всплеск веселья.
– Это робот! – пояснила она и, видя недоумение на лице сына, пояснила: – Да-да, прогресс докатился и до магического сообщества… Девятая ступень, шестой этаж, комната номер три!
Последние слова на явно адресовала механической тетушке, и та, коротко кивнув, нажала на красную кнопку.
Свет в зале погас, послышался скрежет, и пол под визитерами стал вращаться, сначала медленно, а потом все набирая и набирая скорость, как карусель. На уровне глаз Рейны и Ио замелькали отдельные зеленые огоньки, которые вскоре превратились в одну сплошную светящуюся линию.
Но вот вращение замедлилось, а потом, в конце концов, прекратилось. Рейна пошатнулась, ухватилась за сына и проворчала:
– Черт! Всегда терпеть не могла карусели!
Прямо перед Зарецкими стояла одинокая дверь без стены, а на ее темной деревянной поверхности светились начертанные огнем, неизвестные Иоанну руны.
– Пойдем, сынок. Главное, ничему не удивляйся, будь сосредоточен, не бойся и не стесняйся, покажи все, что требуется и все, что умеешь, – напутствовала Ио мама и пинком открыла дверь – она всегда и в любое помещение входила именно так и никак иначе.
Они оказались в большой полутемной комнате, где полукругом располагались двенадцать столов, за которыми восседало очень много людей. Мужчины и женщины самых разных возрастов и различной наружности серьезно смотрели на вошедших.
– Доброй ночи, госпожа Хранительница! – прогремел дядька с черными буклями и хищным орлиным носом. – Прошу вас, юноша, подойдите к нам.
– Иди, сынок и помни: ты Зарецкий! – шепнула Рейна, подталкивая сына вперед, а сама осталась у двери.
Мальчик нерешительно шагнул к кудрявому дядьке. На столе перед ним лежала каменная плита с углублением в виде большой и широкой ладони.
– Поместите свою руку в идентификатор и направьте через нее свою энергию, – велел «орел».
Иоанн приложил ладонь, и вся плита вдруг просветлела, а комнату заполнил писклявый смешной голосок, словно под столом спрятался болтливый гномик:
– Иоанн Зарецкий, полных лет четырнадцать, сын Рейны и Диониса Зарецких, магические способности даны по рождению, квалификация – выше среднего.
«Гномик» умолк, а сидящие за столом переглянулись.
– Хорошо, вы идентифицированы. А теперь, молодой человек, посмотрим, что вы можете…
Ио оглянулся на маму. Она ничего не говорила насчет того, что его будут экзаменовать! Рейна ободряюще подмигнула сыну, тот улыбнулся и повернулся к экзаменаторам.
– Перианто гияникс! – крикнул мальчик, дунул на свою раскрытую ладонь, и в руках у каждой женщины за столом появилось по белой розе.
Затем он хлопнул в ладоши, и цветы трансформировались в коробки конфет.
– Очень мило! – улыбнулась одна ведьма, тряхнув красными всклокоченными волосами и щелкнула пальцами.
Предупрежденный мамой, Иоанн был начеку и готов к чему угодно, поэтому он совсем не испугался, когда прямо из воздуха на него набросился гигантский скелетоподобный ящер.
– Сфаэра татилас! – крикнул Ио, и искусственно созданный монстр резко остановился, словно наткнувшись на невидимую преграду.
– Скат! – приказал юный чародей, и ящер бесследно исчез.
– Браво, юное дарование! – восхитился кто-то за столом. – Иоанн Зарецкий, поздравляю! Вы приняты во Всемирное Магическое Сообщество!
«Так просто?» – подумалось мальчику, и он с облегчением вздохнул и шагнул к маме, намереваясь покинуть комнату.
– Еще я ходатайствую о том, чтобы моему сыну позволили стать помощником Хранительницы Гармонии и Равновесия! – скорее не попросила, а поставила присутствующих в известность Рейна.
– Уважаемая Хранительница, не знаю даже, что и сказать, – каркнул тот, с орлиным носом. – Никогда еще ни у одной Хранительницы не было помощников людей…
– Все предшествующие Хранительницы, как вызнаете, печально закончили, господин председатель, – не сдалась чародейка. – Не пора ли поменять правила? Я настаиваю на том, чтобы Иоанн получил официальный статус моего помощника со всеми соответствующими правами и полномочиями!
– На новые правила уйдет много времени, это требует многих созывов, а вы хотите решить вопрос прямо сейчас. Не мне говорить вам, госпожа Рейна, о необходимости придерживаться правил и магического закона! – брызжа слюной, завел противный председатель.
Рейна лишь удивленно приподняла бровь, и ее противник сразу же сбавил обороты:
– Извините за мой пыл. Я обещаю, что комиссия рассмотрит вашу просьбу в течение месяца. Не мне напоминать вам…
– И не мне напоминать вам, что будет, если я уйду с поста Хранительницы. Других избранных нет, и ни одна Хранительница не появится на свет, пока жива я. А если я вдруг решу переселиться в Ксевенак и стану персонажем сказки, то буду вообще жить вечно. Ксевенак может исчезнуть из этого мира в любой момент, и тогда ищи меня свищи. Обойдется сообщество без Хранительницы Равновесия? Думаю, не стоит напоминать, что я могу обратиться с ходатайством в Штаб Всемирного Сообщества, и тогда мой вопрос будет решаться на высшем уровне. Вижу, вы задумались. Даю комиссии время до завтрашнего вечера, а сейчас разрешите откланяться. Нас с сыном ждет глава Департамента пространственных археологических путешествий.
– Ну, мать, ты и выступила! – восхитился Иоанн уже за дверью. – Ну что ты к ним прицепилась? Не признают меня твоим помощником и ладно. Я ведь могу просто так тебе помогать.
– Естественно, но наша деятельность иногда будет сопряжена с такими событиями и действиями, что тебе, возможно, придется поступать незаконно, жестоко. Лучше, если у тебя на это будут все полномочия.
– Никогда не думал, что маги такие бюрократы.
– А то! Все так же, как и у обычных людей. Меня это тоже бесит, так и хочется предложить распустить весь штат московского филиала.
– А ты правда можешь стать жительницей Ксевенака? – заинтересовался Ио. – Интересно, каким образом?
– Я просто напишу книгу, ее издадут и все, ну а дальше дело за моим магическим мастерством. Ладно, статуса моего помощника мы для тебя добились, теперь осталось получить разрешение на розыск артефактов.
– Но нам еще не дали утвердительного ответа насчет моего статуса, – напомнил мама мальчик.
– Они уже все решили, точнее, поддались на мои «уговоры», просто не хотели показать, что напуганы и что пошли у меня на поводу. Я, возможно, не самая беспроблемная и удобная Хранительница, но лишиться меня они не хотят.
– Я так понимаю, что разрешение отправиться за артефактами тоже простая формальность? – прищурился сын чародейки.
– Правильно понимаешь, – подмигнула она ему. – Тем более, что глава Департамента кое-чем мне обязан. Пошли…
Они снова встали возле женщины-робота у тумбы, и Рейна сообщила:
– Седьмая ступень, минус второй этаж, комната один!
Опять пол начал вращение, только в этот раз не по часовой стрелке, а против нее. И вращение это было не столь стремительным, а может Ио просто стал привыкать.
Нужная дверь сияла просто снежной белизной, а рунический став на сей раз светился зеленым.
– Рейна! – радостно воскликнул молодой человек лет двадцати пяти, поспешно поднимаясь из-за массивного стола и направляясь к посетителям.
Неужели этот приятный темноволосый парень с румяным лицом – глава Департамента каких-то там путешествий? Он так сияет и радуется Рейне, словно повзрослевший ученик-паинька, встретивший свою любимую учительницу.
Молодой человек и сам понял, что ведет себ не по статусу и поэтому, вместо того, чтобы броситься Хранительнице на шею, просто горячо пожал ей руку.
– Здравствуйте, Рейна! Очень рад видеть вас и вашего сына. Он так похож на Диониса! Прошу, присаживайтесь.
Рейна с сыном устроились на старинных стульях, и женщина сразу взяла быка за рога:
– Амадей, хотелось бы сразу узнать о принятом решении…
– Конечно же, оно положительное! – воскликнул Амадей.
– Йес! – не сдержался Иоанн.
– А как же иначе? – удивился хозяин кабинета. – Сколько раз я уже поднимал вопрос о поиске этих артефактов, но их снимали в виду «нецелесообразности экспедиции». Неизвестно ведь ни одной координаты, не найдено ни одной подсказки, а тут такая удача! Кому как не вам, Рейна, отправляться за артефактами. Не думаю, что кто-то еще справится со столь сложной и опасной задачей…
– Я также прошу, Амадей, чтобы в экспедиции участвовали мои друзья из Ксевенака, Гарат и Дэя, а также двое моих малолетних родственников из немагического мира.
– Как будет угодно, Рейна, если вы берете на себя ответственность за этих детей. Вы даже не представляете, какую услугу окажете нашему сообществу, если передадите в хранилище все эти удивительные артефакты.
– Естественно, я не оставлю их себе, а, очистив их от черной скверны, передам в хранилище, – подтвердила Рейна. – Даже не сомневайся, Амадей.
– Ни на секунду! – жарко заверил молодой глава Департамента. – Какую награду вы и ваши друзья хотите получить за стол неоценимую услугу?
– Орден Мерлина Первой степени! – хмыкнула женщина и, заметив недоумение на лице молодого человека, перешла на серьезный тон: – Не нужна нам никакая награда, Амадей. Единственное, что я попрошу, так это чтобы эти артефакты охранялись надлежащим образом. А для себя попрошу задержать передачу в хранилище Дыхания Жизни. Хочу сначала воспользоваться им сама.
– Дионис? – понимающе улыбнулся Амадей.
– Да, – ответила Рейна, беря сына за руку. – И еще: Кулон Вознесения, после того, как он выполнит свою миссию по отношению ко мне, я хочу передать Иоанну. После того, как мой сын обретет бессмертие, Кулон займет свое место в хранилище. Вот такие простые у меня условия, Амадей.
– Конечно, дорогая, я сделаю все, что смогу, – серьезно пообещал парень и вдруг улыбнулся, и сразу стало понятно, что он еще очень и очень молод, энергичен и полон жажды приключений. – Как же я завидую вашим друзьям: отправиться в экспедицию с самой Рейной Зарецкой, искать таинственные артефакты!
– Богу – богово, кесарю – кесарево,– философски подметила чародейка. – Ну, мы пойдем. Уже поздно, а ты и так задержался на работе ради нас.
– Ради вас и вашего сына я готов сидеть на работе неделями, – воскликнул пылкий юноша. – Да, вот, держите. Я подумал, что это когда-нибудь вам пригодится.
– Спасибо, Амадей! – сердечно улыбнулась Рейна, принимая из его рук небольшой кожаный тубус, покрытый рунами. – Твоя помощь неоценима. Я представляю, каких трудов тебе стоило выправить для нас этот документ.
– Если бы не вы, мой отец погиб бы в экспедиции в древнем Радгезе, – блестя глазами, сказал молодой человек. – Моя мама умерла бы от неизвестного недуга, если бы вы не привезли из путешествия во времени великого врачевателя. И без вас я бы до сих пор оставался мальчиком на побегушках и даже не мечтал бы о должности главы Департамента пространственных археологических экспедиций. Это ваше участие в жизни моей семьи невозможно оценить.
– Не преувеличивай, крестник! – подмигнула ему Рейна и вышла вместе с сыном из кабинета.
– Ты его крестная? – воскликнул Ио, едва дверь за ними захлопнулась. – Странно как-то…
– Ничего странного, сынок. Просто в его роду существует такая традиция: когда крестный отец ребенка вдруг умирает, ребенок этот сам выбирает себе вторую крестную маму. Амадей выбрал меня.
– А меня не крестили, – напомнил Иоанн.– Точнее, таинство крещения было, но не магическое, а обычное, христианское. А потом еще, помню, бабушка Вера заставляла Лидию часто поить меня святой водой.
– Это она хотела мои гены из тебя вытравить, – усмехнулась Рейна. – Не очень умной женщиной была моя сестрица. Может, нехорошо сейчас такое говорить, но, цитируя полностью известное выражение, скажу: о мертвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды. Я ведь тоже не проходила церемонию крещения, сынок. Понимаешь, я, как Хранительница, а теперь и ты, как мой помощник, не должны быть связаны никакими условностями. Пошли, дорогой…
– Подожди, – остановил ее сын. – Что там, в тубусе, который дал тебе Амадей? Ты даже не посмотрела.
– Я и так знаю, что там – крайне полезный документ. Открой и посмотри.
Ио открыл тубус, достал оттуда небольшой пергаментный свиток и зачитал вслух:
– Все, что сделали предъявители сей охранной грамоты, сделано с одобрения Всемирного Магического сообщества и на благо всего человечества… Мне это Дюма напоминает, «Три мушкетера». Амадей прямо как кардинал Ришелье, а ты – Миледи. Неужели нам эта грамота понадобится? Интересно, для чего?
– Зря смеешься, сынок. Никто не знает, что в нашей жизни случится, не обязательно сейчас, может быть, многим позже. Возможно, этот охранный лист когда-нибудь спасет нас от бед и даже, возможно, сохранит жизнь, – сказала Рейна, подходя к бело-желтой тумбе. – На выход!
На этот развращение пола прошло практически незаметно, и вот они уже снова находятся на сцене в слабо освещенном кинозале.
– До свидания, господа Зарецкие, – раскланялась перед ними Симона Андреевна, провожая посетителей на улицу. – Всего вам доброго!
– И вашей семье всех благ, – отозвалась Рейна, спускаясь по ступенькам.
Оказывается, они провели в Штабе уйму времени: небо уже не было насыщенно индиговым и готовилось к рассвету.
Зарецкая снова достала из мешочка двустороннее зеркало и поймала отображение Дома Культуры.
– Забери, что отразило, в зазеркальном мире скрой. Верни сокрытое в мир людской!
Здание Штаба заволокло туманом, а когда он рассеялся, все было по прежнему: унылые серые пятиэтажные дома и ничего, что напоминало бы о том, что здесь только что находилось то, что недоступно глазу обычного человека.
– Мам, смотри! – захихикал Ио.
Через дорогу, почти на тротуаре была припаркована их машина, а возле проявившегося настоящего Дома Культуры в панике метался Дмитрий.
– Пошли, пока нашего защитника инсульт не разбил, – вздохнула Рейна.
Когда мама с сыном приехали в свой коттеджный поселок, совсем рассвело. Щебетали птички, раннее солнышко играло на крышах домов, и, судя по тому, что, не нарушая традиции, горничная семьи Мазаевых выпустила во двор шумного и брехливого пуделька Масика, было уже пять часов утра.
Дома Рейну с Ио поджидали Гарат и Дэя. Машенька спала, устроив голову на коленях светловолосой чародейки, а Костя откинулся на спинку дивана и, прикрыв лицо журналом, сопел вовсю.
– Чего это вы так вырядились? – хихикнула Рейна. – Даже на волшебников не похожи, но выглядите супер.
Гарату и в самом деле очень шли светлые джинсы и белая рубашка с коротким рукавом, а красный укороченный сарафан отлично гармонировал со светлыми волосами Дэи и ее женственной фигурой.
– Мы думали, что ваши родственники еще не уехали, – шепотом объяснил ученик Мерлина и добавил: – Дети никак не хотели идти спать, все вас ждали.
– А малышка, когда меня увидела, сразу же спросила, не видела ли я Калайда, – вздохнув, добавила Дэя, гладя Машу по белокурым кудряшкам.
Рейна тоже вздохнула:
– Она все время про нашего черубима спрашивает: по телефону, в письмах. Каждый день спрашивает и очень расстраивается, услышав, что новостей о нем нет.
– А почему вы не спрашиваете, как мы в Штаб съездили? – обиделся Иоанн.
– А смысл? – меланхолично спросил Гарат, вставая и беря Костю на руки. – Мы и так знаем, что вы добились того, чего хотели. Когда было иначе?
– Скучно с вами: все-то вы знаете, – поворчала Рейна, подхватывая Машу, и они вместе с Гаратом понесли детей на третий этаж.
На Ио вдруг навалилась дикая усталость. Он сел на диван рядом с Дэей и вытянул ноги. Не хотелось ничего делать: говорить, есть, думать и даже спать было лень. Мальчик даже сначала вяло отреагировал на неожиданно прозвеневший знакомый голосок:
– Ты даже не поздороваешься со мной, Иоанн?
– Здравствуй, Кирано, – лениво отозвался тот. – Ты зачем здесь?
– Соскучилась…
– Попал ты, дружок! – захихикала Дэя. – Вскружил голову фее, теперь, боюсь, не спастись тебе. Теперь ты, как благородный мужчина, просто обязан на ней жениться!
Ио метнул злобный взгляд на подругу матери и вновь посмотрел на навязчивую фею-поклонницу.
– Послушай, Кирано…
– Хочешь мороженого, Ио? – перебила его снежная фея, протягивая мальчику хрустальную вазочку, в которой красота находилась необычайная: прозрачные шарики, спиральки, фигурки разных цветов, посыпанные сахарной пудрой.
– Спасибо, – обрадовался Ио, взял серебряную ложечку, попытался ковырнуть содержимое вазочки, но ничего не вышло. – Это же просто покрашенный лед, посыпанный снегом!
– Ой, я все перепутала! – смутилась Кирано. – Сейчас все исправлю…
– Не стоит, – устало простонал мальчик. – Мне не до тебя сейчас, Кирано. Иди лучше домой, в свою вечную зиму. Я жутко устал, а дел еще невпроворот.
Девочка-фея закусила нижнюю губу, готовясь произнести обиженную тираду, но сдержалась и лишь грустно произнесла:
– Хорошо, я ухожу. Приду, когда у тебя будет более подходящее настроение. И помни, если я тебе понадоблюсь…
– Не понадобишься, – заверил ее Иоанн, и Кирано, печально поникнув своими снежными крылышками, пошла на выход.
– Ну и сердцеед ты, парень! – снова захихикала Дэя. – Ты прямо как мама твоя – упорно отбрыкиваешься от любви, но умудряешься вызывать к себе самые нежные чувства. Горе тем, кто в вас влюбляется. Нельзя так, Ио! Разве трудно было сказать нашей феечке ласковое слово, улыбнуться, еще какими-нибудь знаками внимания осчастливить? От тебя не убудет, а девчонке приятно.
– Ага, чтобы она вообще никогда от меня не отстала? – огрызнулся Ио, не разделяя веселья блондинки.
Снежная фея Кирано еще в прошлом году прониклась к сыну Хранительницы не просто симпатией, а очень даже нежными чувствами. Сейчас никто бы не узнал ту капризную, вздорную и высокомерную малышку лет восьми в теперешней Кирано. Она стала более спокойной, покладистой, вежливой. Она даже повзрослела, ведь феи могут установить себе любой возраст.
Добрый и деликатный Ио старался держать влюбленную фею на расстоянии и при этом не обижать ее, остерегался дать ей конкретный отворот-поворот, чтобы не обидеть глупышку.
Кирано, однако, не замечала, или просто делала вид, что не замечает равнодушие Иоанна и продолжала настойчиво оказывать ему знаки внимания. Иногда из-за этого происходили забавные и смешные случаи, как вот, например, случай с мороженым, а иногда и не очень.
– Нет, Дэй, я не представляю себя вместе с Кирано, – признался сейчас мальчик. – Как ты видишь вообще такую парочку: я – человек, и глуповатая снежная фея с пушистыми крылышками?
Дэя хотела что-то возразить, но не успела.
– Мой сын совершенно прав, – заявила Рейна, возвращаясь в гостиную вместе с Гаратом. – Рядом с любым человеком должна быть его ровня.
– Да ты снобка! – покачала головой ее подруга.
– Отнюдь! Во мне говорит не снобизм, а здравый смысл. Ну, вот смотри, такой пример: встречается молодой человек из столичной интеллигентной семьи с девушкой-провинциалкой. Как им общаться?
– А как же любовь? – не сдавалась Дэя.
– Пусть он влюблен, пусть девушка милая, добрая, работящая, и все у них на первых порах замечательно, но это лишь пока они встречаются. А потом образованный воспитанный парень женится на своей простушке, не обремененной интеллектом. Такое большая редкость, но случается. Девушку можно проконтролировать в одежде, макияже, но как проконтролировать ее рот и уровень развития? Приходят они в гости, женушка наряжена в платье, которое подобрал муж, на ее лице макияж, нанесенный профессиональным визажистом, и все, вроде бы, хорошо! Но вот экс-доярка из Хацапетовки открывает рот и спрашивает: «Куды польты покласть?»
– Ты мастерица доводить все до абсурда! – засмеялась Дэя.
– Хорошо, другой вариант событий. Живут они себе душа в душу, женушка-провинциалка по деревенской привычке тянет на себе весь дом, мужу угождает, создает уют и комфорт. И вот красавица визжит поросенком из соседней комнаты: «Витек! ПодЬ сюда! Тебе твой начальник звОнит!». Нет, Дэя, неравные браки долго не держатся. Единственное спасение – это дотянуться до уровня своей половинки, но не до каждой барышни-крестьянки это доходит.
– Эй, а это ничего, что я и не собираюсь жениться на Кирано? – возмутился Ио, но женщины от него отмахнулись.
– И какие серьезные отношения могут быть у моего сына с жительницей мира, который сегодня есть, а завтра нет? – продолжала Рейна.
– Да, в этом вопросе твое мнение непоколебимо, – сказал Гарат, глядя на подругу грустными глазами.
Скорее всего, он намекал ей на свои давние чувства, но та, как обычно, сделала вид, что не понимает и быстро перевела разговор на другую тему:
– Сынок, ты уже похвастался перед Дэей охранной грамотой?
– Нет еще, тубус ведь у тебя в сумке лежит.
Только сейчас Рейна заметила, что ее любимая красная сумочка до сих пор висит у нее на плече.
Дэя и Гарат ознакомились с документом.
– Отлично! – одобрила блондинка-чародейка. – Здорово, наверное, когда все вокруг тебе обязаны?
– Да, но только если они не надоедают мне со своими благодарностями и не пытаются радовать меня своей радостью, – хмыкнула Рейна, а Дэя рассмеялась:
– Как же, помню твою Мусю… Ио, твоя мама как-то по доброте своей души помогла одной назойливой тетке: изгнала вселившихся в нее низших злобных сущностей. Так эта Муся, большая любительница канареек, несколько лет задаривала твою маму, Ио, потомством своих пташек, а твоя мама не очень-то птичек любит.
– И куда ты их потом дела? У нас же нет ни одной птички, – спросил Иоанн, подозрительно косясь на грациозно входящих в гостиную Фейт и Люцифера и вспоминая, как щедро была украшена перышками мамина метла.
– Раздала в добрые руки, – засмеялась Рейна. – А ты о чем подумал? Что я их душила, ощипывала и Фейт скармливала? Ну, знаешь ли, сынок! Я так понимаю, что спать все равно никто не намерен? Тогда предлагаю начать сборы. Коврик прилетит за нами часов в десять утра, завтра.
– А у тебя уже есть какой-нибудь план, или положимся на волю случая? – поинтересовался Гарат у своей «боевой подруги».
– Есть у меня кое-какие задумки, – отозвалась Рейна. – Не знаю, что будет дальше, пока наша задача состоит в том, чтобы найти первый номер – Посох Черного Лича. Сынок, сбегай в подвал, принеси книгу «Все порталы. Их ключи и активация».
– Где же мне ее искать? – ужаснулся Ио, перед внутренним взором которого предстал необъятный, уходящий в бесконечность подвал. – Воспользоваться манящими чарами?
– Нет, там они не сработают. Слушай: спросишь у бабушки Васи секретное слово, потом произнесешь его, потом скажешь название книги, немного подождешь и все. Понял?
– Ага, я мигом!
– Ты поменяла правила пользования своей «магической кладовкой»? – спросила Дэя, когда мальчик убежал.
– Да, давно нужно было упорядочить, а то иногда недели уходили на поиск того или иного. Даже я сама не знаю всего, что у меня там, в недрах подвала, хранится, а что уж о вас говорить, или об Ио? Кстати, я подумываю, чтобы применить такую же систему к двери, ведущей в Ксевенак. Мало ли еще какие хитрецы типа Визоров нарисуются.
– Ты не узнавала, что с Маросом и Белорой? – вдруг заинтересовалась Дэя.
– Делать мне больше нечего! – фыркнула Рейна. – Ничего о них не знаю и знать не хочу! Чем глупости спрашивать, лучше сходи ко мне в спальню и сообщи Аладдину, что наш уговор остается в силе, пусть присылает коврик.
Дэя ушла, и Рейна с Гаратом остались одни. Возникла неловкая пауза, и чародей, чтобы хоть как-то ее заполнить, спросил:
– Ты уверена, что в этой книге будет информация о нужном нам портале?
– Еще как будет! Боюсь, что книга предложит даже не один, а несколько вариантов, так что придется действовать методом тыка…
– Принес! – пропыхтел Ио, еле тащивший большой, толстый и запыленный том.
Следом за мальчиком вернулась Дея и, хихикая, доложила:
– Сообщение отправила, и даже ответ зеркало уже доставило: «Будьте готовы». Ну а я написала: «Всегда готовы!». Ума не приложу, почему меня это рассмешило.
– Это ты про юных пионеров вспомнила, – хмыкнула Рейна.
– Каких еще пианэров?
– Пионеров, – поправила подругу хозяйка дома. – Ладно, забудь. Сейчас ты просто не помнишь, но в твоей прошлой жизни…
– Что ты мне все время твердишь про какую-то прошлую жизнь? – разозлилась Дэя. – Не было у меня никаких прошлых жизней!
Женщина и в самом деле не помнила, что еще несколько лет назад была обыкновенной Дашей, подругой Регины, и лишь по своей глупости и по воле случая вдруг стала своей любимой литературной героиней Дэей, не очень удачливой чародейкой. Куда делась настоящая Дэя, являлось тайной до сих пор.
Рейна, не обращая внимания на протесты подруги, нетерпеливо открыла старинный фолиант, но не сначала, а с конца, где было оглавление, и быстро забегала глазами по строчкам, бормоча:
– Абрикосовая роща… «б»… «д»… вот, «К»! Кованная решетка… кожух… колокольня… колодец канализационный… колодец забытых мечтаний… все не то. А вот, кольцо декоративное в каменной стене! Так и есть, вариантов несколько. Кольцо деревянное, при появлении мага издает треск, активируется заклинанием своими словами. Кольцо бронзовое, никак в пассивном состоянии себя не проявляет, ключ – начертание белым мелом руны «Кискалис»…
– Какой руны? – переспросил Ио.
– Кискалис. Ты ее не знаешь, она древнегераклейская. Если интересно, я потом тебе ее покажу, – отмахнулась мама и продолжила читать: – При активации вспыхивает сетка энергетических сгустков, синих и зеленых, слышны мелодичные звуки и пахнет серой. И третье кольцо в стене, портал активируется, если перерезать кольцо ритуальным ножом.
– Знать бы еще, какое кольцо попадется нам, – вздохнула Дэя.
– Без разницы, – легкомысленно отозвались в один голос мама с сыном, а потом продолжила уже одна женщина: – Так, начинаем собираться…
– Знать бы еще, что с собой брать, – опять завздыхала колдунья-блондинка.
– Где твой оптимизм, Дэя? – удивился Иоанн. – Неужели тебе не хочется отправиться в опасное, захватывающее приключение?
– Хочется, очень хочется! Но мне не очень нравится дальнейшая неизвестность. Ну, пройдем мы, допустим, через портал, а дальше что? Где искать Посох? А если найдем, потом что делать? Где искать остальное? Ведь других подсказок, как я понимаю, нет?
– Нет подсказок, – согласилась Рейна, ничуть не расстраиваясь. – Не переживай, подруга, все будет хорошо. Как любил говорить один из глав нашего многострадального государства: «Самое главное – нАчать»
На следующее утро из запретной двери вышли: Рейна, Ио, Гарат, Дея, Маша и Костя, а чуть позже – Фейт и Люцифер.
Кошки уселись на крылечке, освещенном солнышком, намереваясь дождаться момента, когда путешественники отправятся в дорогу, наверняка, чтобы сказать им свое «мяу» и пожелать удачи.
Коврика еще не было, скорее всего, он задерживался.
– От Калайда нет никаких вестей? – задала Маша свой вечный вопрос, уже в третий раз с тех пор, как проснулась.
Голубые глазки ее были грустными, уголки яркого ротика опущены вниз – даже невнимательному человеку было бы видно, как девочка переживает.
– Детка, как только что-то будет известно о нашем друге, мы первым же делом сообщим тебе об этом, – пообещала ей Дея.
– Нет, первым делом, как только эта ящерица-переросток сунет к нам свой нос, я лично придушу его! – прошипела Рейна, прижимая Машу к себе. – Только ребенка мне расстраивает. Я не видела Машку улыбающейся с тех пор, как они с Костей приехали.
– Рейна, пока мы еще не отправились в путь, я задам тебе традиционный вопрос: а не оставить ли нам детей дома? Это ведь не увеселительная прогулка…
– Почему это? – возмутился Костя, и тетя его поддержала:
– Как мы можем не взять их с собой, Гарат? Да мои племянники столько месяцев ждали этого, так болели этой идеей! Я не могу лишить их радости.
– Странные у ваших современных детей какие-то радости – опасное, возможно, смертельное путешествие, – хмыкнула Дэя. – Впрочем, я сама ни за что не упустила бы подобного случая. Кстати, вчера, пока вас дома не было, Кирано с нами напрашивалась.
– О, только не это! – простонал Ио. – Только навязчивых феечек мне и не хватало! Давайте потащим за собой всех желающих: Бабу-Ягу, Шрека, лешего, деда-Книгоеда. Еще Тасю и Чеширского Кота надо не забыть…
– Ну-ну, парень, только не заводись, – засмеялся Гарат. – Будь готов к тому, что безответно влюбленная фея…
Договорить чародей не успел, потому что раздались оглушительный гудок и гнусавый голос:
– Граждане пассажиры, будьте осторожны! Не важно какой поезд прибывает на не важно какую платформу!
Ковер-самолет и джин в форме проводника РЖД были тут как тут. Коврик изящно приземлился и золотой кисточкой поманил ожидающих взойти на него. Джинн улыбался во весь рот.
– Джинни, здравствуй! – наконец-то улыбнулась Маша и тут же спросила: – Ты не видел нашего друга, черубима?
У джинна брови встали «домиком».
– Малышка, я, конечно, очень общительный, но с этими черубимами дружбы не вожу. Но если вдруг встречу твоего друга-звероящера, обязательно передам ему, что ты переживаешь.
Маша опять сникла.
Напомним, что в прошлом году звероящер Калайд помог Рейне и ее компании справиться с темными магами Визорами, но, потеряв в сражении своего брата, не отправился вместе со всеми домой, а остался на месте битвы. И все, с тех пор про него ничего не слышали.
– Ну что, садитесь? – спросил тем временем джинн и снова принялся дурачиться: – Объявляется посадка на поезд номер…
– Садимся, садимся, прекрати…
Четверо чародеев и Маша с Костей удобно расположились на волшебном коврике.
– Граждане провожающие, – снова загнусил джинн, – отправление поезда «Восточный экспресс» через одну секунду. Просьба освободить вагоны!
– За секунду вагон не покинешь, а наши провожающие даже не заходили, так что полетели уже, – скомандовала Рейна.
– Мяу! – сказала Фейт и ласково улыбнулась.
– Мяу! – эхом отозвался Люцифер, и коврик, поднявшись с земли, стал стремительно набирать высоту.
Ио не переставал удивляться тому, как удивителен вид Ксевенака с высоты полета. Он же состоял из множества разных миров, и поэтому его вид сверху напоминал лоскутное одеяло. Необыкновенно смотрелся островок пустыни среди зеленых бескрайних лесов. Там, среди песков, стояла Аграба. Конечно, город их друга Аладдина выглядел еще невероятнее зимой – кусочек жаркого лета посреди заснеженных деревьев и равнин с сугробами.
А вот и Аграба, посередине которой высился дворец султана – прекрасное сооружение, которое напоминало мальчику индийский Тадж-Махал.
Перегруженный коврик грузно приземлился на землю, перепугав греющегося на солнышке тигра Раджу, любимца принцессы Жасмин.
– Раджик! – радостно завизжала Маша, со всех ног бросаясь обнимать хищника. Кажется, к девочке возвращалось хорошее настроение.
– Машка, не трогай его! – испугался Костя. – Это опасный зверь! И у него могут быть блохи!
Умное животное, конечно же, все поняло и обиженно оскалилось. Дэя, любившая хищных кошек не меньше Рейны, на выступление Кости отреагировала также, как и Раджа, то есть, оскалилась и прорычала:
– У тебя у самого блохи, Костян! И Раджа не опасен, он питается только маленькими противными очкариками.
– Рады вас видеть, друзья! – раздался молодой мужской голос, и к группе прибывших подошли Аладдин и красавица-принцесса. – Вам нужно отдохнуть перед дальней дорогой. Прошу вас, пойдем в замок, вас ждет угощение.
– Нет, лучше сразу перейдем к танцам, – пресекла потоки восточного гостеприимства Рейна.
– Танцы? – захлопала пушистыми темными ресницами Жасмин. – Ну, если хотите, то можем и танцовщиц позвать…
Костя приосанился и поправил очки. Ему очень нравилась девушка, жаль только, что у нее уже есть любимый мужчина.
– Ты просто не поняла, – объяснил ей очкарик. – Это расхожее выражение такое: «Чай, кофе, потанцуем?» Тетя имела в виду, что лучше сразу заняться делом.
– Вы так интересно разговариваете в ваших краях! – восхитилась принцесса. – Ну, делом, так делом. Тогда я пойду к султану – отец неважно себя чувствует. Желаю удачи, друзья! Раджа, пойдем к папе…
– Ну, пошли? Где вы там видели кольцо в стене? – заторопилась Рейна, когда девушка со своей «киской» ушла. – Ты, Ал, писал, что это где-то на территории замка? Не будем терять время…
– Наверное, ты не так поняла, дорогая, – сказал Аладдин и, видимо, решив, что невежливо высказался, поправился: – Ну, или я не очень хорошо объяснил. Необычное кольцо мы видели, торчащим из городской стены, но, чтобы добраться туда, нужно пройти через базар, так что не пяти минут это дело… Слушай, я уже одурел тут, в этом благополучии и спокойствии, так может, мы с джинни отправимся с вами? Наша помощь лишней не будет…
– Прости, Ал, но нет, – покачал головой Гарат. – В этом должны участвовать только чародеи. Не стоит нарушать течение истории. Не обижайся, но в путешествии участвуем только мы четверо, а мальчик с девочкой родственники Рейны, и ее решение неоспоримо.
– Не расстраивайтесь, мы потом вам обязательно обо всем расскажем, во всех подробностях, – постаралась сгладить категоричность друга Хранительница. – Пошли уже на этот базар. Так даже лучше: заодно и пополним запасы продовольствия. Кто знает, что за мир откроется нам за порталом? Вдруг это будет необитаемая, выжженная солнцем местность, где вообще нет ничего съестного. И кто знает, сколько нам по этому миру мыкаться…
– Мир без еды – это ужас! – обеспокоилась Дэя и первая заторопилась покинуть территорию замка, бодро шагая по дорожке сада.
Тот, кто никогда не был на восточном базаре, никогда не поймет чувств, охвативших наших путешественников. И хоть Рейна с Ио неоднократно бывали на базаре Аграбы, каждый раз для них был, как первый.
Шум, гам, упоительные запахи, многолюдность, обилие красок и товаров обрушились на гостей с первых же секунд.
Вот гончар крутит свой круг, создавая очередной кувшин. Вот толпа зевак окружила факира, который флейтой укрощал змею, и она безропотно подчинялась движениям инструмента. Отовсюду раздавались крики торговцев, зазывающих покупателей и расхваливающих свой товар. Чего здесь только не было: цветы, ткани, украшения, посуда, фрукты-овощи, сладости и прочая снедь!
– Костя, Маша, от нас ни на шаг! – скомандовала Рейна. – Восточный базар – это вам не прогулка на заднем дворе. Особенно не глазеем, покупаем только еду.
– А питье? – деловито поинтересовался Костя.
– Ну какое здесь питье? – хмыкнула Дэя. – Тем более, что у нас с собой прихвачена невыпиваемая бутылка с водой. Стесняюсь спросить, у кого-нибудь из нас есть местные деньги?
– Я заплачу! – галантно пообещал Аладдин.
Сначала, согласно требованиям Рейны, все ходили сплоченной кучкой, иногда останавливаясь, чтобы совершить ту или иную покупку, и так почти миновали базар. Но вот Ио вдруг воскликнул:
– Мам, смотри, какие серьги! Они прямо для тебя созданы!
Естественно, женщины, как сороки, тут же кинулись смотреть украшение, а мужской половине не оставалось ничего иного, как присоединиться к ним.
Это и в самом деле были изумительной красоты серьги из червленого серебра с крупными изумрудами такого оттенка, который идеально подходил к цвету глаз Рейны. Очень крупные, несколько вычурные вещицы, но Рейне подобное всегда шло.
– Девочка, а девочка! – вдруг позвал кто-то.
Маша подумала, что это не к ней обращаются, но когда зов повторился, оглянулась.
Очень старый, сморщенный и скрюченный, беззубый старик с бельмом пытался приветливо улыбаться ей и махал костлявой рукой.
– Иди сюда, маленькая принцесса! Возьми угощение, уважь старого человека…
Тетечка не велела отходить от нее, но Маша была доброй и воспитанной девочкой. Ведь не случится ничего страшного, если она отлучится на пол минуточки, верно?
Малышка подошла к прилавку, за которым торговал старик, и с восторгом забегала взглядом по предложенным сладостям. Халва, лукум, щербет, грильяж, нуга… Все было такое красивое, аппетитное и так изумительно пахло!
– Угощайся, моя маленькая пэри! – прошамкал торговец. – Чего бы ты хотела попробовать?
– Не знаю, – растерялась Маша. – Может, лукума?
– Выбирай, моя райская птичка, – старик цапнул поднос с лукумом, и Маша вдруг заметила, какие у него длинные и почему-то черные ногти.
Торговец внезапно начал вытягиваться ввысь, перегнулся через прилавок, протягивая девочке поднос, а глаза его вдруг загорелись злобным желтым огнем. Да у старика, оказывается, полон рот зубов, и все длинные, острые, темно-коричневые!
Щелк! Страшные челюсти ужасного старика чуть-чуть не сомкнулись на руке перепуганной малышки, им не хватило всего каких-нибудь полутора сантиметров. Маша зажмурилась и завизжала.
Аладдин уже готов был купить Рейне в подарок те невероятные серьги, когда раздался дикий вопль малышки.
– Девочка, что случилось?
– Машенька, что с тобой?
– Кто тебя обидел?
Подлетев к девочке, перепуганные взрослые засыпали ее вопросами, тормошили, трясли, пытаясь привести ее в чувство, но она, так и не открывая глаз, лишь визжала и топала ногами.
У джина в руках вдруг оказался тазик с водой, и он незамедлительно окатил девочку с ног до головы. Маша захлебнулась, охнула и резко пришла в себя.
Глазенки девочки были размером с блюдца. Она увидела своих близких, почувствовала, что находится теперь под защитой, расслабилась и заплакала.
– Дитя, что с тобой приключилось? – всполошился Аладдин, обнимая девочку за плечи. – Какой злодей посмел обидеть мою маленькую гостью?
– Злой дядька… старый, страшный дед… – захлебываясь слезами, попыталась объяснить Маша. – Обещал угостить меня лукумом, а сам набросился и чуть не укусил!
Взрослые огляделись. Стоит ли говорить, что ужасного старика уже и след простыл, а прилавок «радовал» глаз девственной пустотой.
– Мыша, успокойся! – заворковал Ио. – Нет здесь никаких уродливых злых стариков, тебе просто померещилось…
– Нет, не померещилось! Не померещилось! – снова заистерила Маша. – Был старик и хотел меня укусить!
Рейна обняла племянницу.
– Хорошо, хорошо, детка, не нервничай. Я тебе верю. Был старик, сумасшедший дед, а потом испугался нас и сбежал.
– Со всем своим товаром? – не к месту влез дотошный Костя.
– Да, именно так! – с нажимом, подтвердила тетя. – Был старик и сплыл. Давай, Маш, осмотрим тебя, проверим, не успел ли тот чокнутый тебя укусить.
Маша протянула свои тонкие бледные ручки, на которых не было никаких повреждений, кроме ссадины на локте трехдневной давности.
– Ну вот, все в порядке, можем двигаться дальше, – подытожил Гарат. – А на твоем месте, Ал, я бы проследил за порядком в городе. Рейна следит за всем Ксевенаком, и у нее просто нет времени отслеживать каждого сумасшедшего в отдельных частях нашего мира.
Детей пустили вперед и приставили к ним джинна в качестве охранника. До цели оставалось пройти совсем немного.
– Все-таки, не дает мне покоя Машкино видение, – озабоченно проговорила Рейна. – Боюсь, старик ей не почудился. По всем признакам это был транс-оборотень.
– Да отродясь у нас тут оборотней не водилось! – обиделся Аладдин.
– Так я же сказала: транс-оборотней, тех, кто появляется и исчезает, когда вздумается, в любой момент, в любом времени и в любом пространстве. Вот один из таких с нашим появлением и нарисовался.
– Что бы это могло означать? – проговорила Дэя. – Кто-то или что-то пытается нас остановить, задержать, или навредить нам? Хорошо еще, что эта мерзость все-таки не успела укусить девочку.
– Мы уже почти на месте! – сообщил джинн, слегка обернувшись.
Компания подошла к высокой городской стене.
Тяжелое, резное бронзовое кольцо торчало прямо из стены и вызвало бы недоумение у любого непосвященного: зачем оно здесь? Кто и с какой целью вмуровал кольцо в стену?
Но наших путешественников по мирам все это не волновало. Вот оно, нужное место, где откроется портал в другой мир!
– Ты уверена, что это то самое кольцо? – спросила Дэя у подруги.
– Мы же читали, что во втором варианте кольцо деревянное, а третье из веревки, недовольно отозвался Гарат, которого частенько раздражала колдунья-блондинка.
– Не разговаривай со мной, как с дурочкой! – обиделась Дэя. – Я имела в виду, что вдруг это просто кольцо в стене? Ну, нечто вроде ляпа безумных строителей.
– А это мы сейчас узнаем! – пообещала Рейна. – Давайте мне мел, книгу про порталы и отойдите на всякий случай метров на пять.
– Что за привычка все самой делать? – проворчал Ио, но отошел вместе с остальными и стал наблюдать за тем, как мама чертит мелом рядом с чуть позеленевшим от времени кольцом невиданную им ранее руну.
После того, как Рейна нанесла последний штрих, сама руна вдруг загорелась огнем, в стене появилось небольшое отверстие с неровными краями. Оно увеличивалось, расползалось во все стороны, как было бы, если на стекло плеснуть плавиковой кислотой. В воздухе запахло серой, и послышалась тихая приятная мелодия, похожая на дуэт флейты и треугольника.
Дыра в стене стала такого размера, что в нее легко мог пройти даже высокий и плечистый Гарат. В проеме вспыхнула часто мигающая сетка, состоящая из синих и зеленых энергетических сгустков. Серой уже не просто пахло, а невыносимо смердело.
– Это то, что нам надо! – обрадовалась Рейна и скомандовала: – Гарат, Дэя, вы идете первыми. Если ничего не случится, за ними пойдут Костя и Маша, ну а мы с Ио последними. Вперед!
Ученик Мерлина и чародейка шагнула сквозь мигающую сетку.
– Все в порядке! – через минуту послышался голос Гарата, и следующими через портал прошли брат с сестрой.
– Ну, до встречи, друзья! – сказала Рейна провожающим. – Надеюсь, что скоро встретимся. Ио, пошли быстрее, руна бледнеет…
И мама с сыном скрылись за сине-зелеными сгустками.
Аладдин с джинном, словно завороженные смотрели, как затягивается дыра в стене, как на ее месте снова появляется бронзовое кольцо, а огненная руна снова становится начертанной мелом и затем исчезает без следа.
– Ну, Ал, у меня просто слов нет, хоть для меня это и не характерно, – признался джинн другу. – Я джинн со стажем и чего только не повидал в своей жизни. Более того, сколько знаю Рейну, и чего она только не вытворяла, но подобное выбило из колеи даже меня!
– Мы точно в другом мире? – с сомнением спросил Ио, вертя головой в разные стороны. – Такое впечатление, что мы в Ксевенаке.
Они стояли на опушке леса возле заброшенного дома, сложенного из неровных бурых камней. Из стены торчало бронзовое декоративное кольцо. Впереди – обычный с виду смешанный лес, который и навел Ио на мысль, что с порталом что-то не то.
– Да не может такого быть, – возразила Дэя. – У нас нет, насколько я помню, такого места и подобного дома.
– А ты можешь поручиться, что знаешь в Ксевенаке каждый уголок? – задала вполне резонный вопрос Рейна и тут же сама дала на него ответ: – Нет, не можешь. К тому же, в Ксевенаке время от времени появляется что-то новое.
Чтобы прекратить начинающийся спор и развеять сомнения, Костя сбегал вперед, осмотрел деревья и позвал остальных. Для него снова настало время блеснуть своим умом и начитанностью.
– Насколько я знаю, – важно начал умник, – в Ксевенаке обычные деревья. То есть, я хочу сказать, как и в нашем привычном мире. И здесь, вроде бы тоже, но! Это что за дерево?
– Тебе виднее, ты же у нас ботаник, – хмыкнул Ио.
– Это осина! – многозначительно сообщил Костя. – На листочки посмотрите: форма такая же, а на конце что?
– Три усика! – восхитилась Маша.
– Вот именно, а еще прожилки не такие. А еще на гриб посмотрите. По идее, это подосиновик, но шляпка белая, а ножка красная, так не бывает. Значит, делаем вывод, что мы в каком-то другом мире.
– Логично, – согласился Гарат. – Молодец, парень.
Гордый Костик приосанился и напыжился, как индюк – он был очень польщен похвалой всегда сдержанного чародея.
Тут все заметили, что неподалеку от них на задних лапках сидит заяц. Обычный, вроде бы, заяц, но белый, какие у нас встречаются зимой. У него были огромные темные глаза, странно короткие передние лапки и черные кисточки на очень длинных ушах. Животное спокойно сидело и с интересом смотрело на людей.
– Прикольный какой косой! – хихикнула Дэя и потянулась к лесному жителю.
Но тот, хоть и не испугался, на контакт не пошел, поднялся, смешно дернул носом и деловито зашагал прочь на задних лапах
– Мерзкий зайчишка! – вдруг прошипела Маша, и все поразились ее злобному тону и яростному выражению, застывшему на всегда милом и открытом личике.
– Маша, ты что? – удивленно спросила Рейна. – Чем тебе заяц местный не угодил? Ты хорошо себя чувствуешь?
– Прекрасно! Оставьте меня все в покое! – рявкнула девочка, но тут же тряхнула кудряшками и сама себя испугалась: – Ой, тетечка, что со мной? Прости, я сама не пойму, что на меня нашло.
– Ну и куда направимся? Нельзя же стоять и ждать, когда Посох сам к нам прискачет, – вмешалась Дэя, отвлекая подругу от какой-то странной мысли, промелькнувшей, а теперь исчезнувшей.
– Непонятно, куда идти, – сказала Рейна. – Кто знает, где может быть артефакт, насчет этого не было никакой подсказки. Так что предлагаю пойти просто куда-нибудь. Рано или поздно выйдем к какому-нибудь поселению, а там можно пораспрашивать местных жителей.
– Сомневаюсь, что у простых людей может храниться посох из черной слоновой кости с огромным изумрудом. Любой бедняк тут же продаст дорогую вещь, ну, или обменяет ее на что-то, нужное в хозяйстве, – высказал сомнение Гарат.
– Значит, поищем местную знать, – решила Дэя. – Нужно же с чего-то начинать поиски. А пока предлагаю пойти хоть куда-нибудь.
– Мама недавно это и предлагала, – напомнил Ио. – К тому же, у Гарата есть магический компас. Кстати, о магии. Мы можем спросить у населения, где у них живет какой-нибудь колдун. Возможно, он поможет нам, из цеховой солидарности, так сказать.
– Ага, так и отдаст тебе колдун сильнейший артефакт, – ехидно подметил Костя.
– Так кто же ему скажет, что это артефакт? – не сдавался Иоанн. – Главное сейчас – посох найти, а с колдуном потом разберемся.
– Пацаны, брек! – скомандовала Рейна. – Хватит спорить, а то договоритесь сейчас неизвестно до чего, навыдумываете всякого, хоть книжки пиши. Гарат, доставай компас и вперед, а то солнце уже начинает садиться. Походы по незнакомым лесам среди ночи – не самая замечательная идея.
Ученик Мерлина достал из своей сумки плоский круглый предмет размером с чайное блюдце, поколдовал над ним, и множество тоненьких стрелочек завертелось в бешеном темпе.
Да-да, у этого так называемого компаса было очень много стрелочек с надписями: опасность, удача, людское жилье, возвращение домой, иди туда, не ходи в том направлении и так далее и тому подобное. Ио этот компас напоминал часы из книги о Гарри Поттере, там в доме семейства Уизли были часы со множеством стрелочек. В данный момент одна стрелочка на компасе с надписью «иди туда» показывала на север, но «жилище людей» остановилось на северо-западе, и при всем при этом, стрелки «опасность» и «удача» сошлись в одну линию, одновременно указывая на запад.
– Здорово! – восхитился Костя, с вожделением глядя на чудо-компас. – А стрелки «посох там» на нем нет?
– Нет, – отрезал Гарат, не оценив шутки. – Имейся стрелка на каждый жизненный случай, большинства захватывающих волшебных приключений не было бы. Нам следует идти на север.
– А нельзя сразу пойти на запад? Вдруг «удача» означает как раз Посох Черного Лича? – не унимался Костя.
– Идем на север, – прервала племянника Рейна. – Магический компас еще ни разу никого не подвел, и если он велит идти на север, то так следует и поступить. В какой сумке у нас бутылка с водой? Сейчас попьем и в путь.
– Ой! – вдруг взвизгнула Маша. – Моя ручка! Как стрельнет, а теперь как огнем горит. Ой-ой-ой!
– Ну-ка…
Рейна закатала левый рукав Машиной кофточки и внимательно осмотрела руку.
На тоненьком бледном предплечье девочки алели странные отметины, похожий на старый шрам, который вдруг покраснел.
– След укуса! – ахнули все хором.
– Это не зубы оборотня, – определил Гарат. – Маша, так тот старик все-таки тебя укусил?
– Нет, он точно не успел меня укусить… Я, наверное, поранилась, когда через портал проходила и только что заметила. Правда? Со мной ведь не случится ничего ужасного?
– Конечно, нет, малышка, – ласково успокоила его Рейна. – Не беспокойся, это просто ранка, не было никакого магического укуса.
– А у меня очень кстати при себе имеется замечательная мазь от всех ран, – вступила Дэя. – Не то, чтобы она была необходима, но давай помажем, так, на всякий случай. А еще я прочитаю заговор, и через несколько минут от ранок даже воспоминания не останется.
Женщина нанесла желтоватую субстанцию на ручку Маши и зашептала какие-то, только ей известные слова.
Девочка успокоилась. Дэя, Гарат и Рейна держались совершенно уверенно и спокойно, словно и не произошло ничего такого, но Ио заметил, что на склянке с мазью наклеена бумажка: «Средство от магических повреждений». Значит, не так все просто, как пытаются показать взрослые.
Маша с Костей пошли впереди, с любопытством разглядывая лесную флору, которая, вроде бы, была похожа на земную, но, тем не менее, имела очень неожиданные и интересные отличия.
Четверка чародеев, немного отстав от детей, шла и периодически сверялась с магическим компасом Гарата. А вот им четверым было не до разнообразия лесных цветочков и деревьев, они просто не обращали внимания на окружающую их природу.
– Я готов поклясться, что это не следы от укуса оборотня, – шепнул остальным Гарат. – Девочка подверглась какому-то другому, необъяснимому пока воздействию.
– Ничего, я же воспользовалась своей мазью, да и заговор очень мощный, проверенный временем, – уверенно, но тоже шепотом, чтобы не услышали впереди идущие дети, отозвалась Дэя.
– Кому, как не нам, знать, что твоя магия частенько дает сбой, и эффект бывает прямо противоположный, – безжалостно поставил на место самоуверенную колдунью ученик Мерлина. – Есть вещи, которые неизвестны и неподвластны даже Рейне и мне.
– Где-то я встречала упоминание о физическом воздействии на расстоянии, – медленно проговорила Хранительница. – Но я ничегошеньки об этом не знаю. Помню только, что колдуны какого-то племени каким-то образом могут нанести выбранной жертве любого вида раны, даже напрямую с ней не контактируя. Про последствия я тоже практически ничего не знаю, но ведь для каких-то целей это действие совершается, верно? По всем признакам, Машка стала жертвой именно такой магической атаки. Если бы я знала, что это обязательно понадобится, изучила бы этот материал от корки до корки. А так я только глазами пробежала, ведь то племя колдунов уже несколько веков, как вымерло до последнего человека.
– Мам, с Машкой ведь все будет хорошо? – обеспокоенно спросил Ио. – Мы ведь не дадим ей умереть, заболеть или превратиться в неведому зверушку?
– Разумеется, сынок, мы приложим все усилия, сделаем все, от нас зависящее и даже больше. Обещаю! И, если понадобится, плюнем на все артефакты, прервем поиски и будем спасать Машку.
Долго ли, коротко ли шагали по лесу наши путешественники по параллельным мирам, но вот они вышли на довольно широкую и хорошо протоптанную дорожку, разделяющую лесной массив на две части.
– Смотрите, указатель! – воскликнул Ио, подбегая к торчащей у обочины дорожки корявой палке с прибитой к ней потемневшей дощечке. – Тут написано: «У Буд. Население семьсот человек». Семьсот зачеркнуто, коряво приписано шестьсот восемьдесят. Это тоже зачеркнуто. Последняя цифра – шестьсот шестьдесят шесть. Зловещие правочки!
– Ничего зловещего, – философски хмыкнул зануда Костик. – Люди всегда и везде умирают… Есть что-то очень хочется.
– Философ-обжора! Новый вид человека, ты – родоначальник, – ехидно подметил сын Рейны. – Открою тебе страшную тайну: люди не только умирают, но и рождаются, а здесь только уменьшение населения.
– А может, кто-то переехал…
– Дети, хватит препираться! Прикрикнула на мальчиков Рейна. – Подкрепиться нужно, но давайте, на всякий случай, снова углубимся в лес. Мне тоже не нравится информация на табличке.
– Кто что будет? – деловито поинтересовалась Дэя, запуская обе руки в свою бездонную дорожную сумку? Курочку? Ваша Тася выдала и ножки, и грудки, и даже целые окорочка.
– Мы с мамой едим только грудки, – предупредил Ио.
– Естественно, кто бы сомневался, – съязвила подруга Рейны, доставая промасленные свертки. – Машка, а тебе обязательно надо съесть целый окорочок – уж больно ты бледная и худенькая.
– Давай! – алчно согласилась девочка, жадно сверкая глазами.
Она посмотрела на жареную часть курицы, что протягивала ей тетина подруга, и поморщилась:
– А сырой нет? Ладно, давай такую…
Она хищно вцепилась зубами в куриное мясо и заурчала от удовольствия.
Все обеспокоенно и подозрительно смотрели на девочку. Маша была маленькой худенькой девочкой с плохим аппетитом, ее всегда нужно было заставлять съесть хоть чуточку мяса чуть ли не силой. А тут ест, словно голодный дикий зверек. А выступление про сырое мясо?! Ох, неспроста это!
Стоит ли говорить, что все ели без удовольствия, обеспокоенные состоянием малышки. Впрочем, уже через пять минут она стала вести себя, как обычно. Похоже, теперь в ней уживались две разные Маши.
– Тихо! – вдруг приказал Гарат. – Слышите, едет кто-то?
Вскоре на дорожке показалась небольшая старая телега, которую тянула за собой лошадка, пегая, размером чуть больше пони.
Управляла телегой женщина средних лет в простом длинном платье крестьянки эпохи Средневековья. Темные с проседью волосы ее были заплетены в четыре тоненькие косички, на макушке сидел смешной темно-зеленый чепец. Судя по шевелящимся губам, крестьянка разговаривала со своей лошадкой, и, видимо, слова ее были ласковыми, ибо животинка периодически поворачивала к хозяйке голову и одобрительно кивала.
– Пошли, нужно поговорить с тетушкой, – дернулся Костя. – Ну же! Она вот-вот уедет, и нам придется ее догонять!
– Подожди, торопыга, – осадила его Рейна. – Она может нас испугаться, и мы ничего из нее не вытянем даже клещами. Тут важна осторожность.
Наверное, телега наехала на камень, корень или корягу: она дернулась, накренилась, зашаталась, одно колесо отлетело и покатилось далеко вперед.
Лошадка недовольно заржала, женщина свалилась на землю, но тут же поднялась и запричитала:
– Вот беда-то! Вот напасть! И что нам с тобой теперь делать? Как домой доберемся?
Она то хлопала себя по бедрам, то порывалась кинуться вдогонку за бодро убегающим колесом, то возвращалась к своей калеке-телеге. Короче, вела себя, словно всполошенная курица.
И тут колесо-беглец внезапно остановилось и покатилось назад. Накренившийся край телеги приподнялся, а колесо само собой встало на ось, закрепилось…
Бедная тетушка перепугалась не на шутку: вытаращив глаза, она пятилась назад, пока не споткнулась обо что-то, после чего она грузно опустилась на землю.
– Гарат! – возмутилась Рейна, но в глазах ее плясали чертики. – Ты не мог разве просто починить телегу, не прибегая к помощи магии? Попробуй теперь объяснить необразованной крестьянке, что мы – безобидные чародеи, которым нужна помощь.
Перепуганная селянка в ужасе взирала на подходящую к ней подозрительную группу странных, невиданных ею доселе людей. Чистые, ухоженные дети в удивительной одежде; высокий длинноволосый мужчина с лицом уставшего ангела и амулетами на шее, и две красивые женщины с распущенными волосами: одна в длинном богатом платье, а втора – в узких кожаных штанах. Все шестеро улыбались, держались свободно, уверенно, а лица их были такими одухотворенными, какие бывают только на картинах, изображающих древних богов и богинь. Не иначе как демоны, выползшие на свет и принявшие обличие красивых людей. Вообще-то, чувствительная лошадка не проявляла никакого беспокойства, но на то они и демоны, чтобы вводить в заблуждение любое живое существо.
– Здравствуй, добрая женщина, – сказал рыжий демон приятным женским голосом. – Не бойся нас, мы не причиним тебе никакого вреда. Наоборот, нам нужна твоя помощь. Мы – чародеи из другого мира…
– Ча…чародеи? – пролепетала бедняжка, закрыла лицо руками и замотала головой, бессвязно выкрикивает: – Нет! Демоны! Демоны! Спаси меня от демонов, Великий Мунор!
– Кто великий? – не к месту вякнул дотошный Костя.
– Мы не демоны, женщина, успокойся, – терпеливо проговорил Гарат. – Еще раз: мы – чародеи, путешествующие между мирами с очень важной миссией…
Женщина раздвинула пальцы, посмотрела сквозь них на странного мужчину и заикала.
– Ой, ты слишком сложные вещи говоришь! Она не понимает и от этого еще больше пугается, – догадалась Маша и обратилась к аборигенке: – Здравствуйте, тетенька, меня зовут Маша, а мою тетечку – Рейна. Ее друзей – Гарат и Дэя, а мальчики – мои братья, Иоанн и Костя. Все мы очень добрые, честное слово. А как вас зовут, тетя?
– Ви… ви…виниса, – выдавила из себя женщина, убрав, наконец, ладони от своего лица.
– О, есть контакт! – обрадовался Ио. – Ну, сами посудите, уважаемая Виниса, стал бы наш Гарат ремонтировать вашу телегу, будь мы демонами?
– Ну, нет, наверное, – нерешительно согласилась Виниса, поднимаясь с земли. – А что вы от меня хотите? Я простая крестьянка и…
– Мы пришли в ваш мир, чтобы найти некий магический предмет. Он очень опасен, и если его не забрать отсюда, ваш мир рано или поздно окажется под угрозой, – начала рассказ Рейна.
Женщина очень внимательно слушала, а Рейна очень красочно, специально сгущая краски, живописала все ужасы, которые грозят У Буду, не забери они кошмарный артефакт. Время от времени в речь Хранительницы вставляли свои дополнения Ио, Гарат и Дэя. Женщина слушала, разинув рот и лишь изредка охала и ахала.
Пока старшие вели беседу, Маша и Костя гладили дружелюбную лошадку и угощали ее фруктами, купленными на базаре в Аграбе.
Лошадка была очень хорошенькая: как уже упоминалось, пегая и очень миниатюрная, от земных братьев и сестер ее отличала лишь грива, растущая не только на голове и шее, но и дальше, тонкой полоской по всей спине, ну и еще, пожалуй, раздвоенными, как у козочки, копытцами.
– Ну, не знаю, чем вам помочь, – выслушав чародеев, сказала Виниса, которая уже успокоилась окончательно и перестала бояться пришельцев из другого мира. – Судя по тому, как вы мне описали эту колдунскую клюку…
– Посох Лича…
– Ну да, посох этого самого. Вы расписали очень дорогую вещь: драгоценный камень, кость какая-то странная. Я в глаза такое богатство не видела, и все мои односельчане, я думаю, тоже. Ну, где бедным людям видеть подобное? Мы ведь натуральным хозяйством живем, к роскоши не приучены, еле концы с концами сводим.
– А есть над вами кто-то главный? – влез Костя, отвлекаясь от милой лошадки. – Ну, начальник богатый…
– Начальник? Что такое начальник?
– Ну, главный. Смотрите, в нашем мире есть много-много стран, каждой из которых правит президент, ну, или король какой-нибудь. В каждой стране есть города, ими управляют мэры этих городов. Вами тоже должен кто-то управлять.
– А, горкур! – осенило Винису. – Наш повелитель?
– Ну, да-да, повелитель!
– Есть, конечно, горкур Маркинакос правит северной и западной областью У Буда, – словоохотливо подхватила приветливая женщина. – Но у него точно нет того, что вам нужно. Я много лет хожу помогать в уборке тамошним слугам – это у нас обязанность такая, каждый что-то делает для горкура. Так вот, каких только ценностей я там не видела, но вашего посоха не встречала.
– А тот, кто правит всем У Будом? – не унимался Костя. – Кто-то вроде короля общего.
– Нет, не нужен нам общий король, – отмахнулись от него взрослые. – Эдак мы тут на полгода застрянем. Скажи, Виниса, а колдун у вас есть?
– Колдун? Есть, шаман Ко-Хо-Ру, жуткий старик! – поморщилась женщина. – Он приближенный нашего Маркинакоса, живет на территории его поместья. Но, боюсь, что встретиться с ними обоими не получится – горкур вот уже третий месяц как заперся в своем поместье, никого не выпускает, а допускает только проверенных поставщиков провизии.
– Почему ваш повелитель решил вести такую уединенную жизнь? – спросил Ио. – С ума сошел, или это вы так его достали?
– Если бы! – воскликнула женщина и, воровато оглядевшись, шепнула почти неслышно: – Он Твари боится!
– Какой твари?
– Ужасной Твари!
– Слушай, прекрати выдавать информацию в гомеопатических дозах! – разозлилась Рейна. – Говори внятно, понятно и со всеми подробностями: что за Тварь, откуда она, и почему ваш Морти…как его там, только что забаррикадировался в своем поместье!
– И как вы думаете, если мы избавим вас от этого чудища…
– От Моркинакоса что ли?
– Да нет, я имею в виду вашу Тварь, – пояснил Ио, досадливо поморщившись от ограниченности Винисы. – Если мы избавим вас от этой Твари, согласится ли ваш горкур нас принять, а колдун – помочь?
По одобрительным улыбкам мамы и Гарата мальчик понял, что высказался к месту.
– Так Тварь эта не пойми откуда появилась лишь три месяца назад, – охотно пояснила аборигенка. – Честно говоря, я мало что знаю о ней, никогда не видела, да и никто ее не видел… Ой, господа чародеи, если вы избавите нас от этой Твари, вы совершите благородный поступок! Знаете что, от меня толку мало, поехали лучше со мной в нашу деревню, поговорите со старейшиной. Дед – самый мудрый из всех, кого я встречала, а уж знает всего столько, что диву даюсь, сколько ему в мозги помещается.
– Мозг у человека бывает только один! – важно изрек Костя, не преминув лишний раз блеснуть эрудицией. – Есть, правда, еще костный, спинной, но это все не то…
– Ой, началось! – закатил глаза Ио. – Правда, мам, поехали в деревню Винисы, уже вечереет. Как раз совместим приятное с полезным: поговорим с мудрецом, и будет где переночевать.
Костю с Машей посадили на телегу, с удобством устроив их на мешках, а остальные, не особенно торопясь, пошли пешком. Виниса, ведя лошадку за поводья, с удовольствием рассказывала гостям о мире У Буд, о быте его жителей и о многом-многом другом. Очень познавательной оказалась вечерняя прогулка, жаль только, что ни слова не прозвучало о Посохе Черного Лича.
Дорога не заняла много времени, и до наступления темноты путники уже вступили в деревню Лога.
Сначала деревенские жители настороженно отнеслись к появлению чужаков, но Виниса бойко растолковала своим не очень сообразительным и недальновидным соседям, что иномиряне вызвались избавить У Буд от страшной Твари.
Крестьяне одобрительно и радостно загудели, но бодренько разошлись по своим жилищам – когда сгущается тьма, лучше быть под защитой своего родного дома, чтобы не стать жертвой Твари.
– Пойдемте, пойдемте! Скорее в дом! – засуетилась Виниса, подталкивая гостей к одной довольно просторной хижине. – Мудрец Дого будет очень рад вас видеть.
Хижина эта оказалась домом гостеприимной Винисы, а старейшина Дого – ее дедом. На вид ему было никак не меньше двухсот пятидесяти лет, но старик умудрился сохранить острый ум, живые и яркие глаза и гибкое тело.
Гостей накормили очень вкусными тушеными овощами, сами пришельцы поделились сластями с восточного базара, после чего Машу и Костю отправили спать вместе с тремя детьми Винисы, а старик Дого, с удовольствием раскурив свою длинную трубку, завел свой рассказ:
– Ну что вам рассказать, достопочтенные чародеи? Откуда взялась эта Тварь, никто не знает. Известно лишь, что она нашла себе пристанище в Башне Наоборот, в западном Черном лесу…
– Это просто название такое – Черный лес? – спросил Ио.
– Нет, юный маг, не просто название, – глухо ответил старец. – Он на самом деле черный: черная трава, черные цветы, черные деревья с черной травой. И ни одной птички там не живет, ни одного животного. Но лес этот не всегда был таким. Когда-то он был зеленым, красивым и приветливым, как и все вокруг. Примерно пять лет назад это место почернело, и появилась Башня Наоборот.
– Почему ее так назвали? – задал свой вопрос Гарат.
– Потому что она – наоборот, а именно, не вздымается вверх, как все башни, а находится под землей.
Ио подумалось, что очень хорошо, что Костю отправили спать. Иначе зануда обязательно пристал бы к деду со своими дотошными вопросами: а откуда известно, что под землей башня, может, там просто нора, ну и так далее.
Старик меж тем продолжал:
– Некоторые смельчаки, вернее, безголовые глупцы, ходили в Черный лес и осматривали башню, когда там еще никого не было. А потом там появилась Тварь, стерегущая пленника, или пленницу, точно неизвестно.
– Как?! – изумилась Рейна. – Никто из вас даже не поинтересовался, что там с пленником, никто не попытался его спасти? Я поражена вашим равнодушием и черствостью!
– Зачем нам спасать чужого человека? – пожал плечами старик. – Даже точно неизвестно, есть ли он там, так зачем рисковать? Но чудовище уничтожить пытались, потому что из-за него каким-то необъяснимым образом у нас раз в два дня случается засуха, просто жуткая засуха: вдруг пересыхают реки, ручьи, даже колодцы. И так длится целые сутки.
Нет, очень мило! Эти люди недовольны днем засухи, а на человека, страдающего в башне, им наплевать! Да стоит ли избавлять жителей У Буда от Твари? Они, похоже, ближайшие родственники.
– Засуха – это единственная неприятность от Твари? – резко спросила Рейна, которой этот мудрец резко разонравился.
– Можно прожить сутки без воды, сделав запасы заранее, – отозвался старик. – Но ночами Тварь вылезает из своей башни и охотится на людей, она ведь тоже хочет есть. Причем, животных она не ворует, ее устраивают лишь люди до пятидесяти лет. Вы видели указатель на лесной дороге? Население У Буда уменьшилось на двадцать человек за один месяц!
– Шестьсот восемьдесят было зачеркнуто, и стояла цифра шестьсот шестьдесят шесть, – вспомнил Ио.
– Правильно, а четырнадцати молодых и сильных мужчин мы лишились за один день, – горько сообщил Дого. – Четырнадцать лучших воинов со всего У Буда, вооружившись до зубов, двинулись на Тварь. Полегли все. Вернее, один остался в живых, парень из нашей деревни. Он кое-как добрался до дома, от ран со временем излечился, но умом тронулся. Так и живет дурачком, а это все равно, что умер.
– Значит, если он выжил, то видел чудовище? – отрывисто спросила Рейна, борясь с желанием надавать равнодушному старику подзатыльников.
Ничего не подозревая о хулиганских намерениях Хранительницы Равновесия и Гармонии, мудрец кивнул:
– Ну да, он до сих пор все пытается рассказать всем и каждому о том, что ему пришлось пережить. Да только речи у него невнятные, понять лишь можно, что у Твари есть крылья, огромные и кожистые…
– Как у дракона? – подхватил Иоанн.
– Возможно, мальчик, возможно. Вот только последний дракон, по преданиям, покинул У Буд пять тысяч лет назад.
– Ничего удивительного, драконы – благородные создания, а вас я бы тоже покинула, – пробурчала себе под нос Рейна и продолжила, уже громче: – Что еще рассказывал несчастный о чудище?
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.