Абраэль – самый старший и главный демон-инкуб, обходил территорию замка Семинор, прогуливаясь и, заодно, высматривая лазутчиков. Его длинные, доходящие до локтей, светло-русые волосы развевались от легкого ветра, открывая овальное лицо с мягкими чертами. Серые глаза под светлыми бровями зорко улавливали всякое движение. Прямой аккуратный нос был чутким, а его красивой формы губы бледно-розового цвета так и просились на грех. На шее, на длинной цепочке, висел медальон, потемневший от времени. Демон был статным, с военной выправкой, двигался он уверенно и гордо, немного расправив крылья кирпичного цвета с множеством узоров,будто начертанных раскалённой лавой, слегка выпуклых, похожих на шрамы. Он был одет в жилет из красной кожи, не предполагавший застёжек, открывавший гладкий мускулистый торс. Рельефы тела были выражены не ярко, в целом, он был изящно сложен. На брюках с низкой талией, из такой же красной кожи, как и жилет, красовался широкий черный ремень с квадратной пряжкой-защёлкой из бронзы. Обуви на нём не было – инкубам она только мешала, так как им требовалось тихо передвигаться и очень часто приходилось снимать брюки.

Его взгляд привлекла высокая черная фигура в доспехах, стоящая в пяти метрах от невидимой границы. За плечами развевалась ярко-красная мантия, а из глаз черной фигуры шел пронзительно-яркий свет, из-за которого трудно было рассмотреть всё остальное. Абраэль подошёл к самому краю защитного барьера и обратился к посетителю:

– Я приветствую тебя, Принц Востока! Зачем пожаловал в наши негостеприимные владения?

– Скажи, Абраэль, могут ли твои инкубы дать потомство? – спросил демон низким раскатистым голосом.

Инкуб ожидал всего, чего угодно от Люцифера, но не подобного вопроса. Демоны обычно губят жизни, а не создают их.

– С каких это пор Тьма интересуется вопросами репродуктивности? – прищурился Абраэль, скрестив мускулистые руки на груди.

– Отвечай, – спокойно, но требовательно сказал Люцифер.

– Нет, они не могут иметь детей, иначе на земле не осталось бы ни одного чистокровного человека, – усмехнулся инкуб, подумав о том, сколько женщин он поимел за свою долгую жизнь, и сколько всего демонов, подобных ему. А их было около тысячи.

– Абраэль, – вкрадчиво обратился к нему демон, – а хотел ли бы ты уподобиться Творцу?

– Ну, нет, можешь играть в свои игры с кем угодно, но только не со мной, – инкуб понял, к чему клонил Тёмный Принц – он намекал на его ангельское происхождение и связанные с ним способности, которые каким-то образом сохранились после его падения. Он всё ещё мог способствовать зарождению жизни.

– Я настаиваю, и точно знаю, что твои ангельские способности при тебе, хоть ты и пал.

Абраэль приложил кулак к губам, задумавшись. Через несколько мгновений он уточнил:

– Ты хочешь, чтобы я сделал своих инкубов способными к зачатию?

– Именно так, Абраэль. И заметь, не я это сказал, – в низком голосе Люцифера проскользнула нотка иронии.

– Я не стану этого делать. К тому же, насколько я знаю, у тебя уже есть два инкуба в твоём подчинении, – на этот раз уже Абраэль пошёл в атаку, – те дети, которых явили две суккубы от человека. Почему бы тебе не воспользоваться ими и не унижаться, прося меня о таких вещах?

– Это тебя не касается, Абраэль. Если, конечно, ты хочешь и дальше видеть свой народ независимым, – с угрозой в голосе предупредил демон и почти незаметно сжал кулак в металлической перчатке, отчего она издала противный скрежущий звук, от которого инкуба внутри передёрнуло, но вида он не подал.

– Если я выполню твоё желание, что ты можешь предложить мне в качестве награды?

– Можешь просить у меня что угодно, – ласково пропел Люцифер, – ты же знаешь, моё слово далеко не последнее в хитросплетениях Судьбы и мироздании в целом.

– Дай мне время на размышление, – сдался Абраэль и завёл назад свои длинные белокурые волосы.

– Один день. – Немного помолчав, демон добавил, – Один день думай, если ты не дашь мне ответ, за тебя ответит Самаэль.

Абраэль от души рассмеялся, отчего даже затрепетали его огромные крылья, пустив яркие символы в пляс:

– Ты многое пропустил, Принц. Я уже давно не подчиняюсь Самаэлю, причём настолько давно, что даже не помню, когда последний раз я исполнял его волю.

– Я знаю, – загадочно ответил Люцифер и испарился, будто его и не было.

Абраэль резко взмыл в воздух и залетел в окно замка. Он попал в центральный зал, для приёма гостей, хоть их визиты были исключительно редки. Инкубы старались никого не приводить в своё логово, только если в качестве пищи. Абраэль очень дорожил этим замком, домом, как он его называл. Высокие потолки дарили чувство некоторой свободы и простора, которых ему так не хватало многие годы. Хоть стены и были из серого камня, но он постарался всячески их украсить – на стены регулярно наносились гравюры, отражающие историю жителей замка и некоторые особо знаменательные сцены истории мироздания.

Инкуб подошёл к гравюре – одной из самых старых. На ней была отражена его история. Когда-то давно он был ангелом-хранителем. Его подопечная – молодая красивая египетская жрица, ум и талант которой восхищал его, однажды нашла способ связаться с ним по своему желанию. Они тогда о многом поговорили, девушка сразу поняла, кто перед ней и не питала иллюзий. Но это поставило под сомнение всё то, чему её учили. Абраэль влюбился в неё, как и она полюбила своего ангела. В то время он стал одним из приближенных Самаэля, почти его другом. И в тот день, когда Самаэль пал, Абраэля свела с ума страсть к своей подопечной, и он оказался в лоне этой человеческой девушки. А когда самая прекрасная ночь в его жизни закончилась, он осознал, что больше не может вознестись, и Тьма тянет его в Преисподнюю. Будучи обессиленным, он не смог долго сопротивляться и появился в Чёрном дворце прямо перед, сидящим на троне в центре зала, Самаэлем. Ранее белые одежды превратились в грязную мешковину, а теперь уже чёрные крылья были обожжены, остатки перьев тлели, издавая противный запах гари, в просветах между ними виднелась закопчённая кожа. Его русые волосы превратились в иссиня-чёрные, а из глаз исходил мертвенно-зеленоватый свет. Он посмотрел на Абраэля безжизненным взглядом, и сказал:

– Отныне друг, ты – мой советник и слуга.

Абраэль был настолько растерян и не понимал, что произошло, что не посмел сказать ничего против. Так он стал его помощником и слугой. Сам же он обрёл крылья – вместо белоснежных пушистых – перепончатые, кирпичного цвета, как у гигантской летучей мыши, мягкие пёрышки просто осыпались. Все остальные качества в нём сохранились, но добавилось одно новое, очень мешающее обстоятельство – безумное желание в паху, настолько сильное, что порой затмевало разум. Самоудовлетворение не принесло никакого результата, даже наоборот – желание только усилилось, доведя его до крайности. Видя его терзания, Самаэль приказал привести к нему женщину, но глупые черти притащили ему суккуба. Когда они остались наедине, она долго рассматривала его, ощупывала – изучала. А потом рассказала ему о своём виде, чем они питаются и как живут. Обнаружив общие черты, они выяснили, что он теперь такой же, только мужского пола. Так Абраэль стал первым инкубом.

Ему пришлось потратить много времени, чтобы принять свою нынешнюю природу и научиться нормально питаться. Ведь ангелам запрещено было предаваться любовным утехам без цели продолжения рода. В это время Самаэль, всячески пользуясь его безумием, заставлял выполнять его приказы, порой бессмысленные и странные. Так, однажды, ему пришлось «приручить» женщину, которая по его желанию принесла свою дочь в жертву ради того, чтобы доказать свою преданность Абраэлю. Когда мать поняла, что она сотворила, она попросила его оживить дитя, и Абраэль вселился в девочку. Около года он мучал её мать, а затем покинул тело, когда Самаэль снова призвал его.

Несколько сотен лет он служил своему Господину. А когда его рассудок вернулся, он явился к Самаэлю и сказал, что больше не желает служить ему, обвинив того в своём падении. На что Самаэль расхохотался и ответил, что таким образом он помог ему осознать и проявить свою истинную сущность. Что больше не нужно играть в прятки и выглядеть добрым и милым. А если Абраэль этого не ценит, то может катиться на все четыре стороны. Тогда Абраэль ушёл и возвёл замок Семинор, поставил защитный барьер и объявил на всю Преисподнюю о своей независимости. А также о том, что подобные ему демоны-инкубы могут беспрепятственно приходить в этот замок, а пожеланию – считать его своим домом. Вторым инкубом стал Салазар, до этого он был человеком, при жизни ни разу не испытав сексуального удовольствия – он был послушником в монастыре. Но его мечты и мольбы об этом грешном желании реализовались странным образом – после смерти он стал инкубом, чтобы теперь наслаждаться этим вдоволь. Абраэль с радостью принял нового жителя и на его правом крыле появился первый узор – символ, принадлежащий новому инкубу. Со временем, их обитель пополнялась всё новыми и новыми жителями, символы на его крыльях множились, и теперь они уже все чувствовали скорое появление новенького. Падшему ангелу пришлось установить законы и правила, чтобы сохранить мир между ними и не ввязываться в гнилые дела ада. Независимость всем пришлась по вкусу и инкубы сами стали предлагать нововведения, чтобы укрепить их замок и границы.

Абраэль шёл дальше мимо гравюр, размышляя о прошлом и пытаясь предположить дальнейшее развитие событий. «Я, конечно, могу сделать инкубов репродуктивными и попросить у Люцифера билет на небеса, но как он мне его обеспечит?» – Абраэль крутил свой широкий бронзовый браслет с множеством символов, точно таких же, как и на крыльях, вокруг запястья, – «Никак, потому что тогда легионы демонов родятся на земле, и путь обратно будет навсегда закрыт для меня… И что имел ввиду Люцифер, говоря, что за меня ответит Самаэль? Я ему не подчиняюсь, как он сможет меня заставить сделать это?» Его размышления прервал звук приближающихся шагов и хихиканье девушки. Он повернулся к входу и увидел, как Салазар ведёт под ручку очередную жертву.

Он был высок и более крепкого телосложения, чем Абраэль. В падшем ангеле сохранилось изящество, тогда как в этом демоне преобладала грубая мужская сила. Мощные серые крылья не складывались до конца из-за размеров, что давало ему схожести с только что встрепенувшейся крупной птицей. Длинные тёмно-каштановые волосы были заведены назад с помощью косичек, заплетённые на висках, открывая высокий лоб. Брови у переносицы располагались ниже, чем внешние края, правую рассекал небольшой шрам. Голубые глаза, холодного льдистого цвета всегда смотрели ясно и пронзительно, прямой нос, правильной формы губы, немного впалые щёки и высокие скулы с легкой щетиной придавали ему схожесть с индейцами. Ав левом ухе серьга – гладкое кольцо с висящим на нём равносторонним крестом. Одет он был точно также, как и Абраэль, только на его ремне была другая пряжка – гладкий прямоугольник из блестящей стали.

– Салазар! – окликнул его Абраэль, – мне нужно поговорить с тобой. Срочно.

Инкуб открыл противоположную дверь, которая вела в комнату, оборудованную под любовные утехи, или, как называли такие комнаты жители Семинора – обеденные. Салазар завёл туда девушку, шлёпнул по попке и подмигнул, закрыв за ней дверь.

– Я тебя внимательно слушаю, друг, – инкуб был в хорошем расположении духа, – явно что-то случилось, если ты не можешь дождаться окончания моей трапезы.

– Как бы ты отнёсся к тому, что теперь смог бы иметь детей?

– Хэх, – от удивления выдохнул Салазар, – трудный вопрос… Мне кажется, с одной стороны – это было бы прекрасно, возможность иметь семью и детей… Но ведь это невозможно, – пожал плечами инкуб.

– Что невозможно? – уточнил старший.

– Иметь семью, я же не смогу быть верным только одной, да и к тому же – на ком мне жениться? Выбирать жену из Ада? Нет уж, увольте, – поднял ладони вверх инкуб.

– А как же я? Ты мог бы жениться на мне! – послышался звонкий голосок из конца зала.

Демоны одновременно обернулись. Девушка бродила вокруг колонн в конце зала и пальчиком ощупывала гравюры.

– Кто её сюда пустил? – нарочито громко спросил Абраэль.

– Не обращай внимания, всё равно ей больше не выйти отсюда, – шепнул Салазар другу, подмигнув, затем ответил девушке – Конечно, женюсь, милая! Видишь, у нас с тобой даже есть жильё, да какое! Целый замок! И ты можешь всем пользоваться.

– Правда? – округлила глаза девушка, – и мы здесь будем жить одни?

– Не совсем, моя хорошая, – Салазар поспешил затолкать девушку обратно в свою комнату, – я тебе всё объясню чуть позже. Он страстно поцеловал её, так, что у неё подкосились ноги, и ему пришлось подхватить её на руки и уложить на кровать.

– Я скоро вернусь, – игриво пропел ей Салазар и замкнул дверь.

Абраэль уже стоял рядом.

– Если серьёзно, друг, – сказал Салазар и положил руку на плечо Абраэлю, – это станет для меня настоящим адом. Жениться, я, конечно же, не буду, тогда представляешь, сколько у меня будет детей? И зачем они мне? Я уже не смогу приходить к одной и той же женщине, если она будет беременна от меня. Ведь демон, что будет сидеть в ней, не даст мне ни капли её энергии – она нужна ему самому… И я потеряю стабильные источники питания. Нет, это плохая идея, – заверил его инкуб. – Откуда у тебя такие странные мысли?

– Люцифер, – коротко ответил Абраэль.

Салазар присвистнул.

– Этот прохвост явно что-то задумал… – демон изменился в лице, – Абраэль, не иди у него на поводу, ты же знаешь, чем это может обернуться для тебя и всех нас.

– Я знаю, – Абраэль подвёл своего друга к гравюре, на которой была изображена их история с Самаэлем, и указал на изображение, – он пригрозил, что Самаэль даст за меня ответ.

– Нет, такого не может быть, – демон встревожился, – Но всё же, тебе нельзя покидать замок некоторое время, пока всё не утихнет. Я не хочу, чтобы мой старый друг попал в ловушку, подстроенную этими нечистыми.

Абраэль посмотрел на свой браслет, затем тихо сказал ему:

– Пообещай мне, что если со мной что-нибудь случится, ты не дашь Саллосу занять моё место. Он продастся кому угодно ради большего могущества и власти. Я до сих пор не понимаю, как вышло, что такой человек, как он, стал инкубом. Я хочу, чтобы ты стал Главой. Ты больше других этого достоин.

– Я обещаю, друг, – они скрепили уговор крепким рукопожатием, коснувшись локтями, – но постарайся не доводить до этого.

Салазар удалился в комнату, где оставил девушку. Абраэль остался стоять в задумчивости, сложив руки на груди и провожая взглядом друга.

Самаэль, по своему обыкновению, восседал на троне из костей разных существ, стоящему посреди огромного зала из чёрного блестящего камня.Его красивое лицо с мужественными чертами – прямой греческий нос, слегка выдающийся подбородок и скулы – выражало глубокую задумчивость. Чётко очерченные бледные губы были плотно сжаты. Суровый взгляд из-под прямых бровей источал бледный мертвенно-зеленоватый свет. Длинные иссиня-чёрные волосы были гладкими и доходили почти до пояса. Из-за спины выглядывали пики таких же чёрных крыльев, с синим отливом, формой напоминавшие птичьи головы, с острыми наконечниками. Верхняя часть его тела была обнажённой, открывая взгляду рельефный гладкий торс. Его кожа была бледной, с серым оттенком, а сильные руки заканчивались не длинными, но острыми чёрными когтями. Его нижнюю часть прикрывали остатки чёрного балахона, затянутые на бёдрах в виде длинной юбки, скрывающей ноги.

Чёрно-серые тени медленно маячили вокруг него, пока Самаэль, устремив свой холодный взор в черноту длинного коридора, мысленно перебирал каждую людскую душу в поисках подходящей. Обычно он выискивал запертые в мире людей души, оттого озлобленные или отчаявшиеся. Часто они были привязаны к месту или к предметам, не способные покинуть то, что им было дорого при жизни. Самаэль находил их и отрывал от их скорбной привязанности, забирая в своё подчинение. Но прежде, он старался замучить их или напугать до такой степени, чтобы они стали крушить всё вокруг без разбора и желали только одного – убивать живых существ.

Из глубины коридора показался свет, он становился всё ближе и ярче, и Самаэлю пришлось прервать своё занятие, потому что он знал, кто пожаловал к нему. Послышался скользящий шорох и противный скрежет металла. Самаэль поднялся и расправил свои рваные на концах крылья в приветствии.

– Принц Востока, – демон на долю секунды склонил голову в почтении и сложил крылья, – приветствую тебя в своей скромной обители.

Под «скромной» обителью понимался огромный замок, высеченный в горе из гладкого чёрного камня на границе Ада. Он имел сотни помещений и был разделён на уровни. В самой верхней части обитали горгульи, охраняя подступы к горе и зорко следя, чтобы никто не смог пройти через границу. Этаж ниже был отведён под гостевые и церемониальные комнаты. В нижних этажах когда-то жила прислуга и рабы, а в центральной части – Самаэль. Множество залов были соединены сетью коридоров, образуя своего рода лабиринт. Сейчас же замок был почти заброшен. Самаэль отдал в полное распоряжение горгулий их этаж, с условием, что они не будут ему мешать, а живых слуг он сделал мёртвыми, захватив их души, если они имелись. Его трон был создан как раз из их костей.

– Давненько я о тебе ничего не слышал, Самаэль, – со вздохом заметил Люцифер. – Решил проведать тебя, вдруг ты сгинул?

Самаэль щёлкнул пальцами, его несколько чёрных теней метнулись куда-то за стену и появились вновь за спиной Люцифера, установив шикарное кресло из золота, с кроваво-красной бархатной обивкой и затейливой резьбой по ножкам, подлокотникам и спинке. Демон сел, закинув ступню одной ноги на колено другой, поставив один локоть на подлокотник. После этого Самаэль сел сам:

– Угощения? – Тени вокруг него задрожали и съёжились в жутком ожидании.

– Не стоит, – ответил Люцифер, – ты самый радушный хозяин во всей Преисподней, хоть и самый мрачный.

Самаэль коротко кивнул в благодарность. Шутку Люцифера он оценил, но даже не улыбнулся. Он никогда этого не делал с того момента, как попал сюда. Люцифер продолжил:

– Хочу довести до твоего сведения, что твой слуга – Абраэль, отказался мне помочь.

– Он больше мне не служит.

– Почему же?

– Я отпустил его, – ответил Самаэль, проведя рукой по подлокотнику, – теперь это его право – соглашаться или нет.

– Ты не прав, Самаэль, – в голосе Люцифера проскользнули приказные нотки, – Слуга не может сначала служить, а потом просто взять и уйти. Слуга не может служить только по одной причине – если он уничтожен.

Самаэль скрестил когтистые пальцы на груди и прищурился. Он понял, что Люциферу что-то нужно от него, но в его привычки не входило говорить прямо. Самаэль решил последовать этикету переговоров:

– Какую услугу я могу тебе предложить?

– Мне нравится твоя проницательность, – Тёмный Принц принял величественную позу, – мне нужна более сильная власть над моими слугами. Их становится всё больше и больше, и я уже не могу также контролировать их, как раньше. Они пытаются иметь своё мнение, и уже были попытки к бегству.

– Я могу дать тебе часть своей силы, но на восстановление уйдёт очень много времени, а ты знаешь ему цену.

– Старый друг, неужели ты подумал, что я ничего тебе не предложу? – сладко пропел демон. – Я верну тебе Абраэля, он будет собирать для тебя энергию, как это было раньше и ты восстановишься в кратчайшие сроки.

Свечение глаз Самаэля стало более насыщенным. Он помнит, каким могущественным был, когда ему служил Абраэль. Будучи безумным, он приносил ему столько, сколько приносили все вместе взятые демоны в его подчинении. На тот момент, Самаэль был настолько силён, что с лёгкостью отпустил его. Но потом быстро пожалел об этом. Почти все демоны предали его, ему пришлось уничтожить их, впитав их силы в себя, но это было единовременным усилением. Тогда он переключился на духов. Чем злее они были, тем больше энергии высасывали из своих жертв и приносили ему. Он нашёл способ трансформировать их, и теперь они могли взаимодействовать с материальными предметами. Раньше он бездумно тратился на разные развлечения и забавы, теперь же ему приходилось только накапливать. Предложение Люцифера звучало очень заманчиво, он смог бы вернуть свою былую силу, и даже, стать ещё могущественнее, если у него будет козырь в лице Абраэля. К тому же, этот сукин сын, по какой-то причине не растерял своего ангельского дара, и он мог бы пользоваться его умениями, как своими собственными.

– Как ты сможешь вернуть мне Абраэля? – после некоторых раздумий спросил он.

– Это уже не твоя забота, – ответил Люцифер, – я скажу тебе, что и когда нужно сделать, чтобы получить его обратно.

– Я согласен, – кивнул Самаэль, положив руки на подлокотники, – я дам тебе необходимую силу после того, как получу поводок от ошейника Абраэля.

– Долго ждать тебе не придётся, – Люцифер встал, снял металлическую перчатку и протянул коричневую руку ладонью вверх.

Самаэль тоже встал и положил свою ладонь поверх его, вспышка света озарила помещение – сделка состоялась.

– Начнём сейчас же, – Люцифер одел перчатку, – Ты знаешь полукровку бестию по имени Лия?

– Конечно, она – одно из лучших твоих творений, – кивнул Самаэль.

– Тогда свяжи узами её с Абраэлем.

Мечущиеся тени вокруг Самаэля резко остановились.

– Зачем мне это делать? Абраэль должен служить мне, а не ей.

– Он будет тебе служить, не сомневайся. Даю тебе слово. Лия приведёт его к тебе.

– Люцифер, ты не хуже меня знаешь, что подобные связи просто так не разрушишь, – Самаэль прищурился, – если Абраэль будет во власти Лии, тогда она должна быть в моей власти. Но мне не нужен посредник.

– Всё верно, посредника у тебя не будет, – заверил его Люцифер.

Самаэль выдал подобие усмешки, приподняв один уголок губ.

– Я понял. Чтобы всё сработало правильно, – Самаэль положил свою когтистую ладонь на грудь Люцифера, – ответь, Принц Востока, готов ли ты принести в жертву полукровку бестию Лию ради моей власти над Абраэлем?

– Да, я готов пойти на это. – Твёрдо ответил Люцифер. Хоть ему были противны подобные обязательства, и он всячески старался их избегать, на этот раз по-другому было невозможно. Да и само слово «жертва» понятие растяжимое, так что иные пути всё равно сохранялись.

Самаэль отстранился с довольным выражением лица. Он сел в своё кресло и уставился куда-то вдаль. Чёрные тени носились с бешеной скоростью, затем они исчезли на долю секунды и появились вновь, уже спокойно паря в хаотичном порядке.

– Готово.

Довольный Люцифер легким кивком выразил уважение и вышел из зала.

Абраэль прогуливался по замку, рассматривая древние гравюры. Он вспоминал старое, пытаясь найти ответы на свои вопросы и выход из сложившейся ситуации. Внезапно его будто поразило громом, острое желание пронзило всё его тело. Он не испытывал такого сильного чувства с того дня, как научился контролировать свои потребности. Он остановился, прислушался к внутренним ощущениям: к нему взывала женская плоть. Настолько сильно, будто женщина находилась прямо возле него. Абраэль на всякий случай обернулся, но никого не увидел. Возбуждение накрыло его новой более сильной волной, от которой ему пришлось опереться рукой на стену. «Когда я питался последний раз?» – сам себя спросил инкуб, и сразу же себе ответил – «Вчера. Я могу месяцами жить без подзарядки, откуда эти ощущения?» Следующая волна неистового желания прокатилась по нему, отчего он прогнулся и почувствовал болезненное пульсирование в паху. Абраэль настроился на волну желания, закрыл глаза, отдавая своё тело в направлении зова, и через мгновение открыл – он оказался в уютной девичьей спальне в человеческом мире. Слева у стены стояла кровать, возле неё маленькая светлая тумбочка, на которой царил беспорядок. Над кроватью висело бра – стеклянный цветок персикового цвета на изогнутой ножке. Позади инкуба стоял шкаф для одежды, а рядом с ним – комод. Из окон струился лунный свет сквозь прозрачную тюль.

Симпатичная девушка невысокого роста безмятежно спала в своей постели. Её короткие каштановые волосы были растрёпаны, красивой формы аккуратные губки набухли и приоткрылись, выдавая её возбуждение. Под изогнутыми бровями закрытые глаза быстро двигались – ей явно снилось что-то очень приятное. Она спала нагишом, открывая взору полную грудь. Одеяло прикрывало лишь нижнюю часть её стройного тела. Демон носом втянул воздух – аромат её желания разбудил каждый нерв его тела. Он сделал шаг в её сторону, и незнакомка повернулась на спину, открыв выразительные зелёные глаза, в обрамлении тёмных загнутых ресниц. На её лице отразилось сначала удивление, а затем понимание. Она прищурилась и, потягиваясь, нежным голосом пропела:

– О, ты пришёл, мой ночной принц…

Несколько мыслей тут же пронеслись в голове демона – «Она кого-то ждала? Может, её кто-то навещает?»

– Ты ждала меня? – бархатистым голосом ответил он.

– Не совсем… Мне снился такой прекрасный сон… – девушка сладостно провела ладошками по своему телу сверху вниз, – я тонула в мужских ласках…

– Я могу сделать твой сон реальностью, – приближаясь, вкрадчиво сказал Абрэль, проследив глазами за движением рук девушки. Он почувствовал в ней что-то ещё, кроме обычного человеческого желания, но что, он никак не мог понять.

– Я знаю, инкуб, ты можешь сделать всё, что я захочу, лишь бы получить своё, – томно пропела девица, – но мне это не интересно…

«Она чья-то, к пророку не ходи» – подумал Абраэль, – «только какой кретин рассказал ей о нашей природе? И чем ещё от неё веет? Не может человек так сильно действовать на меня».

– Да, я всё сделаю так, как тебе мечтается, – демон опёрся о спинку кровати, его намерения явно выдавались через красные кожаные брюки, – но почему ты отказываешься?

– Потому что, дурень, – блеснула глазами девушка, – я не твой клиент.

Она приподнялась на локти и пронзительно посмотрела ему в глаза:

– Разве ты не замечаешь?

Абраэль приподнял одну бровь в недоумении.

– Не понимаешь? – девушка легонько постучала по своему курносому носику и стала стягивать с себя одеяло, – Хорошо, я покажу тебе кое-что, но имей ввиду, сегодня ты останешься без обеда.

Она ногой откинула в сторону одеяло, и перед демоном открылась восхитительная картина – её стройные ножки, согнутые в коленях открывали светло-розовую плоть, блестящую от возбуждения. Промежность была гладкой, и аккуратной, как у маленькой девочки. Аромат её соков ударил в голову, как молот, зрачки инкуба расширились, он уже представлял, как овладеет ей. Все мысли в голове смешались, как в те страшные годы безумия, когда ему хотелось лишь одного – овладеть женщиной целиком и без остатка. Чтобы каждая клеточка её тела отдавала ему своё тепло. Он моментально скинул с себя брюки и предстал перед ней во всей своей красе.

– Я так не думаю, – ответил Абраэль, – совсем скоро ты узнаешь, что такое настоящее наслаждение.

– О, ты уже сходишь с ума, – подначила его девушка, – не думаю, что ты мне можешь показать что-то новенькое.

Абраэль нежно дотронулся до её лодыжки и молча повёл ладонью вверх, похотливо смотря ей в глаза.

– Я же сказала, демон, я – не твой клиент, – упрямо настаивала девушка, ближе сомкнув ноги, но так и не прикрыв оголенную плоть, – нам нельзя, как бы ни хотелось.

Абраэль немного отпрянул. Откуда такая проницательность? Кто эта девица? Он начинал злиться, бушующее желание и непонимание происходящего начинало злить его.

– Для меня не существует запретов, – настойчиво сказал инкуб, – и раз уж я здесь, ты будешь моей.

Абраэль проник пальцем в её лоно, отчего девушка с наслаждением выдохнула и прерывистым дыханием сказала:

– Я под присмотром Принца Востока, знаешь такого? Он тебе не простит, если узнает о том, что ты сделал со мной.

«Эта заигравшаяся в демонологию девица совсем потеряла страх, опираясь на таких могущественных демонов», – подумал Абраэль, – «Я покажу ей, что к чему».

– Какая ирония, что ты его вспомнила, – инкуб ввёл второй палец и проник глубже, – я беседовал с ним намедни и про тебя он не упоминал.

Демон резким движением развёл ноги девушки и грубо прорычал:

– Ты – заигравшаяся глупая девчонка, я сделаю с тобой всё, что захочу, потому что ты – никто, – инкуб резко вынул пальцы из неё и перевернул на живот. Схватив её за шею и притянув к себе, вверх, он прошептал ей на ухо:

– Радуйся, что именно я посетил тебя.

Девушка издала протяжный стон. Абраэль резким движением вошёл в неё сзади. О, все тёмные! Её жаждущее тепла лоно с лёгкостью приняло его, заключив во влажные тугие объятия. Он крепче прижал её за горло к своей груди и грубыми движениями наслаждался её беспомощностью перед ним. Внезапно он ощутил себя на берегу моря, легкий бриз колыхал его длинные волосы, а брызги воды охлаждали его торс. Девушка стала стонать и прогибаться под ним, выставляя к нему свою округлую попку. Абраэль уже чувствовал песок под коленями и крики чаек, как сознание резко вернулось к нему:

– Бестия! – выдохнул инкуб и отстранился от девушки, видения тут же исчезли.

– Я предупреждала тебя, инкуб, – игриво заметила девушка, – а ты меня не послушал…

Абраэль снова схватил её за горло, но на этот раз с другими намерениями:

– Как ты замаскировалась, тварь? Почему от тебя пахнет человеком? – его гневу не было предела.

– Ты меня душишь, – просипела девушка, – и я не маскировалась, я такая и есть. Я не виновата, что ты припёрся ко мне!

Абраэль немного ослабил хватку:

– Ты сама хотела так, что весь Ад бы к тебе явился! Что ты там говорила про Люцифера, повтори!

– Что тебе хана, – попыталась засмеяться девушка.

– Неубедительно, – Абраэль сжал её сосок так, что девушка взвизгнула, – как тебя зовут, и какое ты имеешь к нему отношение?

– Я – его дочь, придурок! – выпалила девушка.

Инкуб ослабил хватку, и девушка освободилась, снова перевернувшись на спину.

– Что, страшно стало? – подначила она, пронзая взглядом.

– Была бы ты его дочь, то я распознал бы в тебе демоницу. А если ты такая умная, то должна знать, что мне плевать на него и его делишки, – злобно выплюнул демон.

– А если ты не глуп, то уберёшься отсюда, чтобы не вызвать его гнев, – парировала она.

– Ты не назвала своего имени, – заметил Абраэль, снова схватив девушку за горло, пальцем поглаживая её щёку.

– Лия.

– Никогда о тебе не слышал, – демон снова запустил свою руку ей между ног, и тут же ощутил ответную реакцию её тела.

– Я расскажу ему об этом, и ты пожалеешь, – пригрозила она.

– О чём же? – Абраэль снова чувствовал её возбуждение, и его тело не могло не ответить на это, – О том, что ты сама настолько хотела трахаться, что призвала инкуба, а теперь он ласкает твою плоть и ты не в силах сопротивляться?

Ощущалось, что Лию подобное заявление дико разозлило, но не согласиться с этим она не могла.

– Тогда расскажи ему о том, что ты не смогла соблазнить даже демона, желающего секса, – на этих словах Абраэль исчез из её спальни и появился в своём замке, прихватив свою одежду.

Он появился в смотровой башне, откуда можно было просмотреть все окрестности замка. Он всё ещё чувствовал запах Лии, его пальцы были в её соках. Он облизнул их – о, тёмные! Этот вкус был восхитителен! Неудовлетворённое желание вновь взывало к себе пульсирующей болью в паху. С трудом он натянул на себя брюки, и внезапно стены замка сотряс раскатистый голос:

– Абраэль, я жду тебя!

Это был Люцифер. Инкуб моментально спустился и предстал перед ним со своей стороны невидимой границы.

– О, да я прервал тебя на самом интересном моменте, – заметил Князь Тьмы, обратив внимание на выдающуюся деталь Абраэля и заложив руки за спину.

– Если ты хочешь, чтобы мои инкубы произвели на свет что-то вроде полу-бестии Лии, то я тебе не помощник, – ответил Абраэль, не дожидаясь вопроса Люцифера. – Это мерзость, какой я ещё не встречал.

– Ты ошибаешься, инкуб, она – прекрасна. Она – одно из лучших моих творений.

– Ты сошёл с ума, – констатировал Абраэль.

– Пусть так, – легко согласился Люцифер, – я ещё раз напомню, что в случае твоего отказа мне придётся обратиться к Самаэлю. А для тебя такой поворот событий крайне нежелателен.

– Мне плевать на Самаэля и на то, что ты думаешь о наших с ним делах, – Абраэль сжал руки в кулаки.

– На том и сошлись, – сказал Князь Тьмы и испарился.

Абраэль остался стоять возле своей границы в полном раздрае. Он был взбешён самоуверенностью Люцифера, его слова насчёт Самаэля заронили семя тревоги в мозгу, и он всё ещё был возбуждён от встречи с Лией.

Лия осталась в своей кровати в негодовании. Ей снился такой чудесный сон, который чуть позже стал реальностью, и всё оборвалось на самом интересном месте. Ей хотелось срочно спуститься в Преисподнюю, найти этого красавца и продолжить начатое, доведя дело до логического конца. Она желала, чтобы этот инкуб в страстном бреду хрипел её имя, а она, гордо восседая на его горячей плоти, с наслаждением копалась бы в самых потаённых уголках его разума… Но этот самодовольный демон сумел противостоять её чарам и смылся! Негодование перерастало в ярость. Теперь она представляла его в своей власти, как рисовала бы в его мозгу самые жуткие картины, от которых бы он корчился и молил о пощаде. Её нежная рука потянулась к пылающему желанием месту между ног.

– Развлекаешься? – низкий голос Люцифера вернул её в реальность.

Он стоял возле её кровати, со скрещенными руками на груди и широко расставленными ногами.

Девушка быстро нырнула под одеяло и, сделав невинное выражение лица, ответила:

– Вообще-то, это не очень весело. Подарили бы мне, питомца, что ли… – в голосе Лии прозвучал сарказм.

– Да? И какого же питомца ты хочешь? Адского пса или огненную крысу? – иронизировал Люцифер.

– Я не знаю, – пожала плечами Лия.

– Знаешь. Давай, не стесняйся, скажи папочке, кого ты хочешь. – Демон явно веселился. – Я сегодня добрый.

Не смотря на то, что биологическим отцом Лии являлся человек, Люцифер считал девушку своей дочерью. Пару десятилетий назад он устроил так, что человек по имени Антон добровольно оплодотворил нескольких демониц, которые принесли потомство. От человека требовался только «биологический материал», а всё остальное – воспитание, защиту и прочие нужности давал ей Люцифер.

Лия поразмыслила минуту, затем всё-таки сказала, рассчитывая отшутиться:

– Ко мне сегодня приходил инкуб… Хочу его! Но это ведь невозможно? – протянула девушка, грустно опустив голову.

Демон поднял на неё свой пронзительный взгляд.

– Моя дочь повзрослела, – заметил он. – В мироздании возможно всё, дитя моё, главное – правильно использовать инструменты, запомни это. Теперь маленькое уточнение – ты хочешь любого инкуба или именно того?

– Именно того, – Лия посмотрела на Люцифера щенячьими глазами.

– Ты знаешь его имя?

– Нет, к сожалению, – выдохнула она, – не знаю.

– Тогда опиши мне его.

– Высокий, красивый, у него светлые волосы почти до талии…

Люцифер издал смешок:

– Они все высокие и красивые. И у половины из них светлые волосы. Может, есть ещё какие-нибудь приметы?

Лия стала перебирать в памяти моменты их свидания. Она не успела толком его рассмотреть, но когда он держал её за горло…

– Он носит браслет! – торжественно выдала девушка.

– О, да сам Абраэль явился к тебе, – демон лукавил. Конечно же, он знал, кто посещал его дочь, но хотел убедиться, чтобы не попасть впросак.

– Это хорошо или плохо? И каковы шансы на успех? – спросила Лия деловым тоном.

– Абраэль – самый древний инкуб, он первый в своём роде, а значит, и самый сильный. Хорошо это, или плохо – посмотрим.

Люцифер сложил руки за спиной, внимательно посмотрел на Лию и исчез в мелких искорках, говорящих о том, что он не спокоен.

Лия откинулась на подушку. Она выдохнула, как всегда, после посещения отца. Конечно, она понимала, что Люцифер очень её… ценит. Да, именно ценит. О какой любви может идти речь, если твой отец – Князь Тьмы? Но всё же, она опасалась его, ведь для него все и всё вокруг – лишь средство для достижения своих неизвестных целей.

Лия не пыталась понять и разгадать его планы и замыслы, ей это было не интересно. Она жила своей жизнью и старалась наслаждаться тем, что у неё есть.

Успокоившись, она посмотрела на часы – половина третьего. Спать и спать ещё до утра, а все её мысли крутятся вокруг этого красавца инкуба – Абраэля… Имя-то какое, ангельское… Она закрыла глаза, но буквально через несколько секунд снова почувствовала чьё-то присутствие в её спальне. Понимая, что кроме отца и её дяди, кстати, тоже инкуба, больше никого не может здесь быть, она решила притвориться спящей. Достаточно с неё на сегодня визитов. Ещё, правда, может появиться Абраэль, но он так отпрянул, узнав, что она полу-бестия, будто его окатили кислотой. Она про себя вздохнула с сожалением, что если разговор сотцом так и останется разговором, то она больше никогда его не увидит. Может быть, ей показалось? Но через мгновение она почувствовала горячее дыхание возле уха.

– Абраэль? – трепетным шёпотом спросила Лия.

– Да, – коротко выдохнул он.

– Тогда это сладкий сон… – протянула девушка.

Инкуб ничего не ответил. Он приоткрыл одеяло и положил горячую ладонь на её грудь, отчего её соски моментально затвердели. Демон прокатил их между пальцами, затем накрыл ртом один из них. Лия расслаблено притаилась, ожидая дальнейших действий. Его поцелуи покрывали её тело, спускаясь всё ниже. Откинув одеяло, сильным, но нежным движением он раскрыл её ноги и обдал горячим дыханием её самый женственный уголок. Лия напряглась, как натянутая струна, но тут же растаяла от прикосновения его влажного языка. Он ласкал её так, как никто и никогда, совершая круговые движения, то более сильные, более мягкие и нежные, он заставлял её метаться по кровати, сминая постель и вырывая стоны из её груди. Она извивалась как уж на горячей сковородке, но инкуб очень крепко держал её своими руками и ртом. Чувствуя подступающий оргазм, Абраэль вонзился языком в глубину её плоти, Лия сжала ногами его голову так, будто собиралась больше никогда не отпускать от себя. Он трахал её языком, отчего её грудь ритмично поднималась и опускалась, а стенки лона сжимались в такт. Когда её наслаждение стало утихать, Абраэль мягким, но сильным движением проник в неё членом, заполняя всё пространство внутри. Девушка прогнулась навстречу ему, делая это проникновение более глубоким. Из груди демона вырвался протяжный стон. Он прижал её большим телом, доставляя неземное удовольствие. Инкуб одной рукой приподнимал её упругую попку, направляя и удерживая, а другой рукой ласкал её красивую грудь. Лия поглаживала и ощупывала каждый сантиметр его сильного тела, каждую крепкую мышцу исследовали её маленькие пальчики. Она делала это невольно – удовольствие управляло ей.

Абраэль ускорил ритм, и теперь они дышали в такт, ловя на губах стоны друг друга. Поцелуи, покусывания и объятия сменялись, будто в танце. Они чувствовали друг друга на интуитивном уровне, давая именно то, что хотел другой и именно тогда, когда нужно. Инкуб ускорился, он прижал её к себе крепким объятием и вколачивался в неё со всей страстью, на которую только был способен. Лия отдавалась ему целиком и без остатка, стараясь отдать даже больше, чем у неё есть. Она откинула голову и заметалась, только крепкое тело Абраэля, за которое она держалась, как за якорь, не давало ей уплыть в безумие от экстаза. Она почти закричала, когда демон накрыл её губы своими, и застонал ей в ответ. Последние мощные толчки, чувство наполненности и…

Пустота. Демон исчез, будто его и не было. Осталась только смятая постель и вытекающая из её лона сперма. От злости она ударила кулаком по кровати. В таком состоянии она ещё никогда не находилась – удовлетворённая, но опустошённая, будто ей дали попробовать вкусный кусочек, а всё блюдо увели из-под носа. И в первый раз из её прекрасных глаз скатилась одинокая слеза.

Абраэль появился в Семиноре, в комнате для сексуальных игр. В его голове роилась куча мыслей. Зачем он снова явился к этой мерзости? Почему его притянуло к ней настолько сильно, что он не смог сопротивляться? Что за способности вложил в неё Люцифер и зачем ей я? Ведь если раньше он даже не знал о существовании этой Лии, значит, это кем-то подстроено. Но кем? И зачем?

Он со стоном обхватил голову руками и повалился на каменный пол. Со скрипом открылась дверь, и вошёл Канаах. Он был высок, спортивного телосложения. Короткие тёмные волосы были аккуратно уложены. Рога и роспись на крыльях исчезли, как только он стал свободным. Мягкий овал лица с аристократическими чертами, слегка курносый нос, верхняя губа была немного тоньше нижней, но чётко очерченные, насыщенного цвета, они выдавали недавнее их использование – пять минут назад он ласкал ими одну из девушек, живущих в замке. Он осмотрел помещение чёрными бездонными глазами из-под длинных бровей. Увидев своего наставника и друга в таком состоянии, он поспешно закрыл дверь и подсел к нему.

– Не каждый день увидишь Старейшину в таком состоянии… – мягко и вкрадчиво начал Канаах, – я могу чем-то помочь?

На минуту воцарилось молчание. Затем Абраэль медленно открыл голову и попытался присесть, прислонившись к холодной стене. Видно было, что слова давались ему с трудом:

– Не каждый день встречаешь прекрасных полукровок…

– Мне можно всё рассказать, Абраэль, – заверил его Канаах, – хоть я и новенький в клане, но мне можно доверять. О каких полукровках ты говоришь?

– Она прекрасна, брат… – Абраэль прикрыл глаза, – я никогда не испытывал ничего подобного.

– Кажется, я догадываюсь, о чём идёт речь… ты влюбился, – инкуб положил руку на плечо Абраэлю.

– Нет. Это что-то другое, – ответил Абраэль, – здесь задействованы большие силы, чем я могу их понять…

Канаах убрал руку с плеча товарища и молча ожидал дальнейшего рассказа.

– Меня к ней тянет… Нет, не так. Я не могу сопротивляться её притяжению, будто меня вызывает сам Властитель Тьмы, понимаешь?

– Да, имею представление, – кивнул инкуб.

– Так вот она, эта девушка… Она – самое странное существо из всех, кого я когда-либо встречал… Её запах… Горького шоколада и пикантная нотка корицы… её вкус – о, тёмные! Я схожу с ума… А во время секса, мне чудилось, что я в раю, на берегу моря… Тёплый песок под ногами и крики чаек… Свежий лёгкий ветерок трепал наши волосы, разнося и смешивая наши запахи…

– Абраэль, – строго посмотрел на него Канаах, – я думал, что в твоём возрасте тебе давно пора знать о бестиях…

– Нет! – резко оборвал его Абраэль, – она пахнет человеком! Несомненно, она бестия, но очень и очень хорошо замаскирована под человека, и я обязательно выясню, кто провернул сию штуку с ней.

– Как её зовут? – настороженно спросил Канаах.

– Разве это имеет значение? – замученно спросил инкуб.

– Да.

Поколебавшись, Абраэль ответил:

– Лия.

Канаах вскочил на ноги и заметался по комнате.

– Как тебя угораздило, Абраэль? Как ты её нашёл?

– Говорю же тебе, я её не искал, она сама призвала меня… Постой, – внезапно мутный взор Абраэля стал ясным и пронзительным, – ты знал о ней? Откуда?

Молодой инкуб замялся.

– Я не могу об этом вот так запросто говорить. Но зато могу сказать другое – держись от неё подальше, – в его голосе промелькнула угрожающая нотка.

Абраэль поднялся на ноги и сложил руки на груди, как делал, когда принимал важные решения относительно своего клана. Иногда это не сулило ничего хорошего. Он прищурился:

– Так вот кого она ждала – тебя. Я прав?

– Нет, – отрезал Канаах.

Воцарилось молчание. Каждый из них прикидывал, что это всё может значить. Наконец Абраэль нарушил тишину, по-дружески обратившись к молодому инкубу.

– Ты знаешь, что ты – наш брат, что теперь мы – твоя семья, ты не должен ничего удерживать в тайне. Особенно, если это очень важно. А эта девушка – это очень важно, Канаах. Расскажи мне, как старшему брату, всё, что ты знаешь о ней.

Канаах обошел круг и встал боком к Абраэлю, сказав через плечо:

– Лия – моя племянница.

– Пле… Что?? Племянница?? – в мгновение ока он прижал Канааха к Андреевскому кресту, – ну-ка повтори!

– Ты глухой?! – Я тебе сказал, что Лия – моя племянница, – инкуб оттолкнул Абраэля от себя на несколько шагов. Напряжение нарастало.

– Почему ты молчал? – возмутился Старейшина.

– Я заметил, что у инкубов как-то не принято говорить о родственниках, тем более из прошлой жизни.

– Так, – Абраэль запустил руки в волосы, пытаясь успокоиться, – давай по порядку. Каким образом она тебе племянница, и что она за существо?

– Она – дочь моего брата, Антона. Надеюсь, ты его помнишь, – Канаах тоже стал потихоньку успокаиваться.

– Это тот, который весь Ад поставил на уши своими сексуальными подвигами?

– Да, он. Бестия родила от него Лию.

– Я его убью! – в гневе зарычал Абраэль, направляясь к окну. Канаах резко остановил его за плечи.

– О, все тёмные! – воскликнул Абраэль, вспомнив. – Он ведь уже и не живой даже! Тогда…

– Даже не думай, – Канаах резко оборвал его, – Лия под моим присмотром. Я не дам её в обиду. Повторяю: держись от неё подальше.

Два инкуба встретились взглядами. Они стояли друг напротив друга, испуская гнев, который уже почти ощущался на коже каждого из них.

– Выбирай, – прошипел Абраэль, – кто твоя семья: инкубы или эта полукровка, которой вообще не должно существовать?

– Абраэль, ты обезумел, – спокойно, но твёрдо ответил Канаах, – я не могу предать Лию, она – моя семья так же, как и вы – мои братья. К тому же, учти тот факт, что я отвечаю за неё перед Люцифером.

– Снова Люцифер! – не выдержал Абраэль, мечась по холодному залу, – мне плевать на него!

– Хорошо, тогда я спрошу тебя: с каких пор инкубы вмешиваются в дела Преисподней? Или именно ты сам хочешь вмешаться ради чего-то более весомого для тебя, чем все мы?

Канаах попал в больное место. Абраэль действительно пытался приглядывать за делами Ада, чтобы события «не выходили за рамки». Когда это происходило, он тайком устраивал всё так, будто случайно планы Ада срывались. Тем самым он старался заработать себе выход из этого места на Небеса. Но всё же, его братья не были ему безразличны, он не собирался их предавать, поэтому впал в замешательство и не знал, что ему ответить. Он стоял, опустив голову, невидящим взором упершись в серый камень. Канаах тем временем, понял его смятение, поэтому подошёл и, положив руку на плечо, сказал:

– Брат, я понимаю тебя. Но и ты пойми меня. Я не могу предать свою семью. А Лия – моя семья. И жители Семинора – моя семья. Поэтому я буду посередине ровно до тех пор, пока живу этой жизнью.

Абраэль посмотрел на него измученным взглядом:

– Что же мне делать? Она действует на меня так… Последний раз такое влекущее чувство я помню, когда сама Преисподняя меня тянула к себе… Когда я пал…

– Мой совет, брат – противься этому. Сопротивляйся настолько, сколько есть у тебя сил и даже больше. Ради твоего блага и ради блага Лии. – Канаах помолчал, затем продолжил, – Я не знаю, для чего она Люциферу, но поверь мне, вряд ли твоя роль в них будет завидной.

Утро. Лия проснулась и посмотрела в окно. Пасмурный день нагонял лень и тоску. Она вспомнила ночные события и пыталась понять, почему Абраэль снова сбежал. Она ведь «отключила» свою силу воздействия на разум, стараясь больше не пугать его. Девушка искренне наслаждалась происходящим, доселе не испытывая подобных ощущений. Почему он так внезапно ушёл? Молчаливый, но чувственный секс снова пробудил её желание. Она хотела насладиться воспоминаниями вдоволь, и пусть его нет рядом, но она сама придумает заключительную часть их ночи. Лия потянулась, провела ладошкой по животу, спускаясь ниже… Но внезапно, как обычно, появился Люцифер.

– Я имею право на личное пространство? – недовольным голоском проворчала Лия.

Люцифер, будто не заметив её вопроса, тёплым голосом, по-отцовски, сказал:

– Есть разговор.

– Насчёт Абраэля? – робко спросила девушка.

– Да. Он будет твоим, ручным послушным пёсиком, как ты хотела, – заверил её отец.

– Вау! И когда я получу этот подарок? – Девушка захлопала в ладоши от восторга.

Люцифер встал, обошёл её постель, встал лицом к окну и деловым тоном сказал:

– Ничего не даётся просто так, детка. Ты сделаешь кое-что, и награда твоя – пользуйся, сколько пожелаешь.

Лия задумалась, она прекрасно понимала, что, не зная броду, не лезь в воду. Иначе всё может очень и очень плохо обернуться, особенно, когда дело касается её отца. Также, она понимала, что она уже практически согласилась, да и отказываться было уже поздно. Поэтому она спросила сдавленным голосом:

– Что нужно сделать?

Люцифер, отметив про себя, что всё удачно получается, доброжелательно-завлекающим тоном ответил:

– О, сущий пустяк. Тебе нужно будет призвать Абраэля, как ты это уже делала, затем с помощью своих способностей проводить его в одно место, которое я тебе укажу, когда он окажется в твоей власти.

– А если он не явится? – подозрительно спросила девушка.

– Он явится, не сомневайся.

Лия заёрзала в кровати от предвкушения и от опаски одновременно.

– Допустим, а куда я его поведу и зачем? Если он итак будет моим э… Питомцем, зачем мне куда-то его вести?

– Затем, моя дорогая, что сама ты не сможешь сломить его волю и контролировать так, чтобы он целиком и полностью слушался тебя. А всё время держать его в своих чарах у тебя ещё силёнок не хватит, поэтому ты поведёшь его к помощнику.

– Что за помощник? – деловым тоном поинтересовалась Лия.

– Он поможет тебе сделать из Абраэля послушного… пёсика, который ляжет у твоих ног. И поверь мне, только он и сможет это сделать.

Девушка задумалась. Перспектива, конечно, заманчива, но хочет ли она, чтобы Абраэль был послушным пёсиком, как выразился её отец? Или же ей как раз и нравится та недосказанность в словах, но полное взаимопонимание их тел?

– Так ты хочешь это сделать? – Поинтересовался Люцифер.

– Да, – ответила Лия, протягивая руку, как при любой договорённости с отцом, – хочу, чтобы он был моим.

– Вот и славно, – демон накрыл её ладонь своей, белое сияние на миг ослепило её, затем он исчез, оставив на её ладони очередную метку.

Лия чувствовала, что она наконец-то делает что-то для своей выгоды, но ощущение использования её не покидало. Она смотрела на свою ладонь и вспоминала сколько раз ей перепадало хорошего от выполненных заданий отца: вот удача в делах, вот неиссякаемый кошелек, эта метка – квартира, следующая – авто… При этом она не работала и практически не училась в учебных заведениях. Метки выполненных обязательств имели чёрный цвет, а эта свежая – рыжий, будто была начерчена ржавчиной. Но в глубине души она чувствовала, что именно эта сделка повлияет на её дальнейшую жизнь кардинально. Шутка ли, иметь в собственном распоряжении инкуба? И почему вдруг отец так расщедрился?

Размышляя, она умылась, заказала доставку пиццы на завтрак и уселась в задумчивости в кресло со стаканом газировки – «Может быть, посоветоваться с дядей? Нет, он же теперь с другими инкубами, и не допустит, чтобы с Абраэлем что-нибудь случилось. Ой, да что с ним плохого может случиться? Подумаешь, станет чуть покладистее, может даже совсем покорным, да и всё… В конце концов, он же будет со мной… Да, ничего дурного не произойдёт, поговорю».

Лия представила своего дядю-инкуба и позвала по имени. Она приготовила второй стакан и, наполнив его, поставила на журнальный столик, стоящий между кресел. Спустя некоторое время в её комнате появился Канаах:

– Привет, родная, – он плюхнулся в рядом стоящее кресло и взял со стола приготовленный для него стакан.

– Дядя, я хочу поговорить с тобой кое о чём, – выпалила девушка.

– Опять не здороваешься, – недовольно заметил инкуб, – сколько можно учить тебя манерам? Я вроде бы так себя не веду.

– Беру пример с отца, – Лия скорчила язвительно-поддразнивающую гримасу.

– Вот этого не стоит делать, – Канаах многозначительно посмотрел на племянницу и сделал большой глоток напитка, – так о чём ты хотела поговорить со мной?

– Отец хочет подарить мне питомца, – девушка замялась.

– Продолжай, – протянул инкуб, догадываясь, что если идёт речь о Люцифере, то не стоит ожидать чего-то хорошего.

– Только для этого мне нужно будет отвести его на дрессировку, после этого я стану полноправной хозяйкой.

– Это замечательно, – подумав, что речь идёт о какой-нибудь адской псине, ответил Канаах. – Дрессировки дисциплинируют не только питомца, но и его хозяина. Так и в чём же твои сомнения? Стоит ли принимать подарок от отца?

– Да, эм… Нет, не совсем так, – Лия потупила глаза и стала теребить кисточку от кресельного покрывала. – Я очень хочу того, что предлагает отец, но мне кажется, он что-то недоговаривает. Возможно эта… дрессировка, – девушка очень тщательно старалась подбирать слова, чтобы в случае дурной реакции можно было бы выкрутиться, – возможно, она может нанести вред.

– Кому? Питомцу или тебе?

– Ему.

– Люцифер действительно может скрывать от тебя что-то, но не думаю, что в данном случае всё настолько серьёзно.

Канаах задумался на секунду, сделав глоток. Закинул ногу на ногу и продолжил:

– Самое страшное, что можно скрыть в этой ситуации – жестокое обращение. Возможно, он не стал тебе об этом говорить, чтобы ты меньше переживала на этот счёт. Может быть такое, что жестокость в воспитании вполне оправдана. Кстати, а о каком существе идёт речь?

Лия ответила не сразу, она заёрзала в кресле и, отвернувшись, выдохнула:

– Об инкубе.

Канаах поперхнулся газировкой.

– Как это?? Ты сдурела?! О каком ещё инкубе? – он разволновался так, что стакан выпал из его рук на пол, зелёная жидкость моментально впиталась в бежевый ковролин.

– Вот этого я не могу сказать, – покраснела девушка.

Канаах вскочил на ноги и заметался по комнате. Его крылья нервно подрагивали, а руками он то хватался за голову, то скрещивал их на груди. Лия, боясь пошевелиться, вжалась в спинку кресла.

– Лия, послушай. – Его голос был резким, а слова острыми, как бритва, – откажись от этой затеи. Скажи Люциферу, что ты передумала, что больше не хочешь, да что угодно! Только не участвуй в этом. Ты ведь даже не можешь догадаться, что на этот раз он придумал.

Канаах подошёл к девушке, взял её за плечи и, глядя в глаза, продолжил:

– Лия, ты можешь потом очень сильно пожалеть. Ты ведь знаешь своего отца – он ничего не делает просто так. Пообещай мне, что ты откажешься.

Именно такой реакции и боялась Лия. Дядя снова пытается запретить ей то, чего она очень сильно хочет. Она чувствовала в глубине души, что он прав, но желание обладать прекрасным инкубом с ангельским именем брало вверх.

– Я не могу, – выдавила она.

Канаах зарычал от злости, отстранившись от неё, он выпрямился в полный рост в центре комнаты, расправил крылья и пронзил девушку своим взглядом. Его глаза неестественно сияли, предупреждая об опасности.

– Тогда, как твой опекун, я запрещаю тебе ввязываться в это дело, – низким грудным голосом сказал инкуб, – А если ты ослушаешься, то горько об этом пожалеешь.

– Ой-ой-ой, – дразнилась Лия, она разозлилась, в свою очередь, что дядя запрещает и, вдобавок, козыряет своим опекунством – и что же ты мне сделаешь? В угол поставишь?

– Узнаешь. – Бросил Канаах и исчез.

Абраэль стоял в главном зале, уставившись невидящим взором в гравюры. Он пытался сложить детальки новой информации в единую картину.

«Почему я не могу сопротивляться её зову?», – думал он о Лие, – «И почему это не проявлялось раньше? На эти вопросы я обязательно найду ответ, но как мне с этим бороться? Может быть, Люцифер наложил свои чары на меня и свою дочь, чтобы провернуть своё дельце? Эта тяга появилась как раз после моего отказа участвовать в его замыслах. Он понял, что добровольно я на сделку не пойду, и подослал свою дочь. Стоп. Первый раз я почувствовал её после предложения Люцифера, а не моего ответа. Нужно выяснить, что он с нами сделал. Я сломаю его планы, мне достаточно того, что я был игрушкой в руках Самаэля, не хватало ещё, чтобы девчонка-полукровка мной распоряжалась!»

В Абраэле начинал нарастать гнев. Он подошёл к окну и только хотел вылететь в него, чтобы явиться к Лие с допросом, как чья-то рука легла на его плечо. Он резко обернулся – перед ним стоял Канаах. Волосы были растрепаны, пики крыльев выдались вперёд, а во взгляде горел огонёк легкого помешательства.

– Куда ты собрался? – пророкотал он.

– На допрос, – спокойно ответилАбраэль. – Что с тобой, брат? Ты выглядишь весьма… пугающе.

– У меня есть для тебя новости. Но не здесь, – молодой инкуб быстро посмотрел посторонам. – Есть где-нибудь в замке комната, где нас никто не услышит?

– Конечно, – встревожено отозвался Абраэль, – идём.

Быстрым шагом они направились вниз по винтовой лестнице, ведущей в подвал. Спустившись, они оказались в длинном коридоре. По боковым стенам располагалось множество дверей – помещения, использовавшиеся под кладовые. Там хранилась провизия для прислуги и «кормящих» девушек, лекарственные и опиумные травы, а также оружие и магические предметы на всякий случай. В самом конце коридора на стене висел огромный гобелен с библейским сюжетом, который скрывал нишу с потайной дверью.

– Нам сюда, – Абраэль откинул полог, шепнул какое-то слово, и задняя стенка ниши отъехала в сторону, открыв проход.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.