Автор отобрал для публикации стихи разных лет и различных жанров. В большей своей части они шутливого содержания. Но это – на усмотрение читателя, поскольку в каждой шутке… Некоторые из его стихов в разное время публиковались в районной газете, в геологических изданиях и прессе. Автор принимал участие в поэтических конкурсах в институте, в котором он работал, и занимал призовые места. Для любителей поэзии.
– Неба голубого точка,
Три зелененьких листочка,
Паутинки тонкой сетка,
Видно дерево и ветку,
Две травинки как усы.
– Облаков кудрявых стая,
Что над нами пролетают,
И ветлы пушистой шарик,
Искры радужный фонарик,
Если солнца подождать.
– Огорченье, иль обида,
Все всерьез, а не для вида,
Радость, горе, наказанье,
Иль плывут, как предсказанье,
Тени будущей грозы.
Разномастные тузы
Разнесут всю жизнь по полкам –
Прямиком пойдет и с толком,
А невзгоды и печали,
Что вчера в окно стучали,
Сгинут с капелькой слезы.
Жизнь не стоит упреждать,
Залезать в чужие души,
Слушать бред. На то ли уши!
Проживем все вместе дружно,
А все то, что нам не нужно,
Смоет струйками дождя.
Невезенья полосы
Нет, а счастья перелески,
Все отмытые до блеска,
Побегут строкой лучистой,
Огневой, прозрачной, чистой,
Словно капельки росы.
Тройки бубенцы рассыпают трель,
Серые поля, чёрные леса.
Словно месяц май, или же – апрель,
Кони все в грязи, сырость в небесах.
Нет ни райских кущ, ни цветущих роз,
Мне печальный вид сон загородил.
Я ушёл в другой мир прекрасных грёз,
Но меня ямщик криком разбудил.
И гляжу опять в серое окно,
Где-то вдалеке промелькнул просвет,
Вон за тем холмом дерево одно,
Я ему рукой передал привет.
Обволок меня дум моих туман,
Все мои мечты сон опередил.
Окунулся я в призрачный обман,
Но меня ямщик снова разбудил.
Как широк простор! Дышится легко!
Не даёт заснуть серебристый звон.
Предстоящий путь виден далеко,
И сиденье тут – словно царский трон.
Напитай добром, пуще дождик лей!
Там лесов узор виден без границ,
Сладкий аромат всходит от полей,
Как от роя слов читанных страниц.
Там река блестит, а на ней – баркас,
Радуюсь всему, радуюсь весне.
Слава ямщикам, что разбудят нас!
А иначе жизнь пролетит во сне.
Часто нас согревает в пути
Незабвенная тройка-одежда,
Без неё ни прожить, ни пройти –
Это
На кого уповать суждено?
Кому путь свой по жизни доверим?
Мы в душе приоткроем окно,
Обратимся к незыблемой
И
Не оставит вопрос без ответа,
И создаст нам уют и покой,
И добавит хоть капельку света.
Если что-то пришлось изменить,
Если что-то не так, то мы прежде,
Чтоб порвать неприятностей нить,
Обратимся к безликой
27 марта 2007 г.
«Лежу в траве, забыв усталость,
Медовым запахом пьяня,
Земля к щеке моей прижалась,
Земля баюкает меня».
Олег Дмитриев.
Сижу на облаке и свесил ноги,
Чтобы увидеть то, смахнув слезу,
Как подо мной бегут пути-дороги,
Так, вероятно, смотрят боги
На то, что движется внизу.
Прижался ухом я к земному телу,
Чтобы услышать гул её пучин,
Который пробежит по свету белу,
Нарушит сон богини Геры,
Так, без каких-либо причин.
Лежу на радуге, спиной на красном,
Обогреваю свой радикулит.
Я не кажусь себе совсем несчастным,
Надеюсь, это не напрасно,
Чего не сделаешь, коль заболит.
Плыву в тумане я, раскинув руки,
Чему-то радуюсь, на что-то злюсь,
В промокшей маечке и мокрых брюках,
Мне по душе все эти трюки,
Просохну снова я, коль приземлюсь.
Иду по морю я, аки по суху,
На всякий случай руку протянув,
Молюсь Ходящему Святому Духу,
Не веря снам, не веря слуху,
Коль не дойду, то значит – утону.
Я хочу услышать тишину,
Ощутить её многоголосье,
Шелест ветра в поле по колосьям,
И настроить на него волну.
Я хочу услышать, как звучат
На лету искристые капели,
Что земли коснуться не успели,
Пусть их звон окутает меня.
Я хочу услышать, как поёт
Синева безоблачного неба,
Струйка пара подового хлеба,
Как весной берёза слёзы льёт.
Я хочу услышать тихий сон
Безмятежно спящего ребёнка,
Как сова баюкает совёнка,
Как поют травинки в унисон.
Я к себе прислушаться хочу,
Проследить за звуком быстрой мысли,
Как слова, вдруг, в воздухе повисли,
И услышать то, как я молчу.
Слышат всё, чего не назовёшь,
Слышать всех, казалось, очень просто.
Врач сказал: «Лечиться? Парень, брось ты!
С чем живёшь, так с тем и доживёшь».
Всё ж хочу услышать наяву
Глубину забытого беззвучья.
Но, как видно, мучь себя, не мучь я, -
С чем живу, так с тем и доживу.
Перед 80-летием Л.Г.Зыкиной была передача по телевизору, в которой она сказала, что ей хотелось бы, чтобы кто-то написал для неё песню к этому юбилею, которую она хотела бы и исполнить в этот день. С этим она и обращалась к аудитории. Но такого не случилось. То, что я написал в стихотворении «Ностальгия», мне казалось, как раз и подходит к этому юбилею и к этой просьбе Людмилы Георгиевны. Перед юбилеем я отправил текст стихотворения на сайт Л.Г.Зыкиной. Без музыки, конечно. Читала ли она его – не знаю. А вскоре, 1 июля, не стало и самой Людмилы Георгиевны.
Посвящается Людмиле Георгиевне Зыкиной. 10 июня 2009 г.
По зиме
Возвращается снова весна,
По земле
Растекаются зимние слёзы,
Заострит
Солнце в лужицах, словно блесна,
Загрустит
Вдалеке тёмный снег под берёзой.
Иногда
Пробежится в нас тёплой волной,
Разгадав
Наши мысли и наши желанья,
Детства миг,
Промелькнет за туманной стеной,
Словно мы
Возвратимся от знаний к незнанью.
Светит нам
Тот осколочек прошлых дорог,
По годам
Пропорхнёт, словно отрок по лужам,
Без него
Не вступить в зимний сад за порог,
Без чего
Не согреть наши зимние стужи.
Не взбежать
Налегке на пригорок крутой,
Надо ждать,
Пока новое сердце уймётся,
Не войти
В необузданность юности той,
На пути,
Что оплачено, то не вернётся.
С сединой
Всё острей светлой юности взор,
За стеной,
Озаряющий вехи начала,
Что прошло,
То сплело в нашей жизни узор,
За веслом,
Отмечающим путь до причала.
По зиме
Возвращается снова весна,
По земле
Растекаются зимние дали,
Проплывём
За бурунами стрелки-весла,
За быльём,
Что пророки нам вслед нагадали.
И выпит день
В полоске жёлтого заката
чаинки-воронье.
К.Джангиров.
Одна заря спешит сменить другую,
Дав ночи полчаса.
А.С.Пушкин.
День проглочен канареечный,
Скинут платья жар.
Солнца диск, совсем копеечный,
Превратился в шар.
Светит горизонт-раскрой,
Солнце клонит вниз,
Облаков кудрявых рой
На лучах повис.
Пригорюнился цветок,
Огоньком горя,
Тихо льётся на восток
Долгая заря.
Небо звёздами обклеено,
Гонит сумрак прочь,
Вечер, как-то неуверенно,
Переходит в ночь.
Был ещё не полдень,
Он вдали маячил,
Мы толпою грезили
Миром красоты.
Был тогда я голоден
И немного зрячий,
В чемодан не лезли
Все мои мечты.
И сейчас – не полдень,
А намного больше.
Я храню мешками
Мира красоту
И несу, как орден,
В сложенной пригоршне
Мелкими шажками
Всю мою мечту.
«Кто имеет уши слышать, да слышит!»
Мтф.: 13, 9.
«Имеющий очи – увидит,
Имеющий сердце – поймёт,
Имеющий уши – услышит,
Имеющий душу – всплакнёт.»
Виталий Коломыц.
Имеющий уши, да слышит,
А зрячий всё видит окрест.
Где грамотный что-то напишет,
Неграмотный ставит свой крест.
Имеющий право – тот правит,
А кто не имеет – дурак.
Имеющий власть не избавит
Попавшего в чём-то впросак.
Живущий в несчётном богатстве
Для братьев припас пулемёт.
Поскольку нет равенства в братстве,
То братство от равенства мрёт.
Взлетевший до власти на г
Отнявший у нищего кус,
Не видящий слёзное море
Достоин верёвки на брус.
Имеющий разум – замкнётся,
Под бой не подставит свой лоб.
Ушедший вперёд не вернётся,
Идущий назад – остолоп.
Приветливый радостно встретит
И к вам, не таясь, постучит.
Кто знает, хоть что-то ответит,
Незнающий важно смолчит.
Взгордившийся славой надутой
Ту славу себе и найдёт,
По жизни пройдёт как разутый,
На ровной тропе упадёт.
Укравший обкраден да будет,
Отнявший, тот мало возьмёт,
Отдавший, тот много добудет,
Ударивший вряд ли поймёт.
Кидающий камни в другого
И роющий яму другим
Не ведает доброго слова,
В душе остаётся нагим.
Изведавший радости власти,
Воспринявший власть не для нас
Не будет любим хоть отчасти,
Не будет счастливым хоть час.
Имеющий званья и славу
Бесславным окажется вновь.
Подсыпавший в пищу отраву
Свою отравляет тем кровь.
Назвавшийся груздем влез в кузов,
Жирует в живых мухомор.
Лентяй будет в мире обузой,
И вором останется вор.
Непризнанный гений воскреснет,
Другие его вознесут.
Назвавшийся гением – грешник,
Пойдёт с этим «правом» на Суд.
Посеявший доброе семя
Не сам собирает плоды.
Другому поправивший стремя
Не примет наград за труды.
Поющий в терновнике миру,
Надевший такой же венец
Не стряпает жертвы кумиру
Взамен на бесславный конец.
Спасающий грешные души,
Он сам ещё ниже падёт
И веру в спасенье разрушит,
Того, что искал, не найдёт.
Кто ставит себя выше слова,
Не слово то будет, а прах.
Клянущийся снова и снова
Претерпит презренье и крах.
Ногами толкающий двери
Просящего может убить.
Охотник уверен, что звери
Должны его стрелы любить.
Имеющий много богатства
Над бедным копейкой трясёт
И громко кричит он о братстве,
И ересь о правде несёт.
Назвавшийся в мыслях кумиром
Не ведает то, что творит,
«Ничто» осуждается миром,
Нечестная слава сгорит.
Поднявшийся вверх из народа
Не будет народу служить.
Не можем мы жить без урода,
С уродом не сладко нам жить.
Кто лезет быть в памяти вечным,
Не знает тех вечностей мер,
Тому есть урок безупречный,
Тому есть известный пример.
Злословящий станет убогим,
Надевши вериги из слов,
И в вечности будет двурогим
Согрет на поленнице дров.
Распятый в историю вписан
С распявшим одною строкой,
Но поднят во славе он выше
Его погубившей рукой.
Разрушивший вряд ли построит,
Но точно – нацепит наград.
Построивший – чести достоин,
Но будет ли чести он рад?
Имеющий друга – богатый,
А кто не имеет – тот пуст.
Кто честь не блюдёт – тот рогатый,
А честным займётся Прокруст.
Идущий дорогу обрящет,
Стремящийся славу найдёт,
Нечестный у честных растащит,
Бездельник с ухмылкой живёт.
Имеющий Слово расскажет
Глухому, как правильно жить.
А тот, кто с указкой, покажет
Тому, кто с лопатой, где рыть.
Прослывший лжецом не воспримет,
Что правдою колют глаза.
Объявший весь мир не обнимет
Того, что я здесь рассказал.
Отвергнувший «видеть» и «слушать»
К другому приложит рассказ,
Поскольку родные, знать, уши
И свой верноподданный глаз.
«Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй».
Василий Тредиаковский (1766). «Телемахида».
«Что значит человек? – Загадка,
Где неизвестное одно.
Иному думается сладко,
Что это единица, но…».
Николай Ерофеев.
Кому-то – быль, кому-то – сказка.
Приходит в мир он из дежи:
У ну, попробуй, удержи!
Едва поднявшийся с пелёнок,
Узнавший острые края,
Познавший близко слово «я».
Пусть хороша на нём одежда,
Мы не завидуем ему,
Коль провожаем по уму.
В пылу ответов на вопросы
И в тихой думе про себя,
Страницы мыслей теребя.
Которому цена – полтина,
И то, к концу уже продаж,
Когда за так почти отдашь.
Всего, чем Землю одарило
То Существо по чудесам,
Такое же, как он и сам.
Он потихонечку, не сразу,
Свернёт мозги вам набекрень,
Что назовёте ночью день.
Он дышит, чувствует и ходит,
Страдает, гневом наделён,
Где – слабоват, а где – силён,
Ударить может он другого,
Такого же и не такого,
Не видеть зла за шторкой век …
Кто – механизм, а кто – зверушка,
Которой правит тот, кто прыток,
С набором разных клизм и ниток.
Кто будет присно, как и ныне,
Защитником всего народа,
Благочестивого и сброда.
От новолунья к новолунью,
От света дня до мрака ночи,
Пророкам враг, но сам – пророчит.
В базарный день за поларбуза
Уйдёт, а то и так,
За гнутый старенький пятак.
Рукой такого же собрата,
Презревший ложные наветы,
На все вопросы дав ответы.
Набор, других заскоков.
Но он в себе не видит их,
Зато всегда найдёт в других.
Обитель зла, добра обитель,
Насмешник близких чудаков,
Хоть, без сомнений, – сам таков.
Мозги запудрены немножко,
Кто в тихом омуте живёт,
Но по течению плывёт.
Уму работа и зарядка.
Не надо мучиться, потея,
Напрасная всё то затея.
Нет в Бесконечности на это,
Но если хочешь знать ответ,
Ты – человек, здесь спору нет!
Подходит срок, пора уже смениться,
Природе не дано природу изменять.
Смотрю на фотографии, на лица,
Которых я сменил, которые – меня.
На той, с углом, надорванным когда-то,
Из них двоих давно я знаю одного –
Вот этот – мой отец, когда он был солдатом,
А здесь – в полвека счёт от времени того.
А вот и здесь углы, надорванные тоже,
Смотрю я на лицо прабабушки моей:
Знакомые черты, так с мамой очень схожи,
И грустно от того – нет прадеда на ней.
Вот дедушка Сергей, при галстуке, в костюме,
И черно-белый фон идёт для серых глаз.
Каков он был живой – оставим на раздумье,
Война тому виной, что не увидел нас.
И бабушкин портрет, с прибавкой слова – Маша,
Я помню дом её, напротив – магазин.
И сладким помню суп, сливной от пшённой каши,
Волшебных сказок мир навеки заразил.
А вот портрет двойной родителей отцовых,
Их объектив отвлёк от гор домашних дел:
Здесь бабушка в нарядной кофточке, как новой,
И дедушка пиджак пасхальный свой надел.
И снова те ж черты, с прабабушкиного фото,
На маму излились и врезались навек.
Их рисовали труд, забота и работа,
С которыми вся жизнь созвучна с словом бег.
Подходит срок, пора уже смениться,
Природе не дано природу изменять.
Смотрю на фотографии, на лица,
Которых я сменил, которые – меня.
Расплескалась жизнь
По распутьям дней,
Завершить дела
Не успелось в ней.
Что не сделано –
Светит за бортом,
Что задумано –
Для кого потом?
Чьих-то капель рой
Соберёт пруды,
А моих всего –
На глоток воды.
Упавший Ангел не умрёт,
Он станет былью,
Он только пыль с себя стряхнёт,
С себя и крыльев.
– А падший ангел? – С ним дела,
Он станет пылью,
И Бог лишит его крыла,
А то и крыльев.
Пишу и плачу,
Плачу – и пишу:
Решу ль задачу,
Да и как решу?
Охотник меткий
Даст всегда ответ:
– Он слишком ветхий,
Тот Его завет.
Я вернусь с полей реки Непрядвы,
(Для кого-то – это в сердце нож),
Потому, что есть ещё неправда,
Потому, что есть ещё и ложь.
Через двести лет вернусь я с поля,
Что в местечке, у Бородина,
Потому, что не нужна неволя,
Потому, что есть ещё она.
Я вернусь из грома Революций,
Что прошли потоком вешних вод,
Потому, что жизнь должна быть лучшей,
Потому, что нет ещё свобод.
Встану из Гражданской, из окопов,
Поднимусь из пепла и гробов,
Чтоб из вас не сделали холопов,
Не взрастили нищих и рабов.
Я вернусь из Колымы холодной,
Растворив врата ГУЛАГских зон,
Возвещу о плаче всенародном,
Расскажу про этот страшный сон.
Я восстану из земной постели,
Победивший миллионы бед,
Чтоб глаза Победы заблестели
Теплотой и радостью побед.
Мы вернёмся из Афганистана,
И поднимем Северный Кавказ,
Потому что есть на сердце рана,
Потому, что трудно вам без нас.
Нас не победит ничто, не сломит,
Потому, что вечность в нас живёт,
Потому, что есть ещё, кто помнит,
Потому, что есть ещё, кто ждёт.
Сколько нас на Земле – столько истин.
Семи пядей во лбу иль простак –
Бьётся рыбой об лёд, правду ищет,
А найдёт, говорит: «Только так!»
Грозил Проповедник, что к Богу на суд
Тот явится, кто веселится до срока,
Кто думает праздно: «Зачем этот труд?»
Не видит в веселье судьбы и порока.
Писал Проповедник трактат для юнца.
Тем грешен был сам, но давал всем советы:
«Ты книг не пиши – им не будет конца,
И книг не читай – утомительно это».
«Всему своё время и
время каждой вещи под небом»
Екклесиаст, 3:1
Когда наступит время миру,
Найдётся время и любить,
Искать и строить, говорить,
Рождаться временно кумиру,
И врачевать не только тело,
Сшивать не только строчки шва,
Когда свободна голова,
И руки просятся до дела.
Найдётся время насаждать
И обнимать покоя счастье,
Смеяться даже и в ненастье,
И, собирая, время ждать
Друзей на праздник им известный,
Послушать их, да и успеть
Их похвалить, и песню спеть,
И случай вспомнить интересный.
Коль для войны наступит время –
Найдётся время убивать,
И умирать, и вырывать,
И ненавидеть грешных племя,
И раздирать всё то, что сшито,
Терять родное, и молчать,
За многих жизнью отвечать,
И раздавать всё, что нажито.
Наступит время разрушать,
И плакать с возгласом проклятий,
И уклоняться от объятий,
И память в сердце воскрешать
О мира времени и жизни,
Любви, объятьях и другом,
В тебе живущем, дорогом,
О людях дальних и о ближних.
Я скажу вам секрет: тут такое дело –
В этом веке ползёт здесь одно лишь тело,
Потому что сейчас жить совсем не просто,
Потому – голова где-то в 90-х.
(Памяти Леонида Филатова).
Пошла охота, знать, и на меня –
Всё чаще анонимки получаю,
И всем вам, братцы, оптом отвечаю,
Хотя и знаю ваши имена.
Л.Филатов. «Анонимщикам».
Мне ясно всё давно, как «альфа» и «омега»:
Почтовый индекс, адрес, всё, что надо – есть.
Пришла на счёт меня от вас опять телега,
Пришла опять ко мне отравленная весть.
В ней правда вся и всё: и отчество, и имя,
Фамилия отца, и место, где служу,
(Какое молоко извергнет ваше вымя?)
С кем водку пил вчера, и с кем ещё дружу.
О чём я говорил, (а я и не скрываю),
Иль думаю о чём, (да я и сам скажу),
(Какие мысли здесь вам злоба навевает?
Потуги вам вредны – я вас опережу).
Опять скрипит перо, и строчки на бумаге
Выносят для меня бесчестный приговор,
Нацепят ярлыки, и вывесят все флаги,
Распишут всё, как есть, что только что не вор.
Проститесь вы со мной, не замедляя бега.
Ну, кто ж из вас ещё? Конечно же, не ты!
Пришла от вас за мной скрипящая телега,
На ней простой сосновый ящик и цветы.
(Пессимистическая комедия).
Кто-то что-то сказал, или мне показалось?
Перед «Троицей» тихо лампадка горит.
Сердце встало в груди, время попросту сжалось:
Сам с Собой о Себе ни о чём говорит.
Кто-то что-то сказал, или мне показалось?
Или это привычно звенит голова?
Нет, не тот это звон. Ну, какая же жалость!
Снова мимо меня пролетели слова.
Кто-то что-то сказал, или мне показалось?
Не услышал я слов, стало быть глуховат.
Вот опять невезёт! И совсем то не малость!
Но, поверьте, я в том не совсем виноват.
Может быть это я? Может быть это старость?
Может сам я сказал, а не кто-то другой?
Сам с собой говорю, знать немного осталось,
В вечность сделать шажок этой самой ногой.
Кто-то что-то сказал, или мне показалось?
Перед зеркалом ярко как факел горю.
Сколько жил на земле? Сколько жить мне осталось?
Сам с собой о себе ни о чём говорю.
Кто-то что-то сказал?.. Или мне показалось?..
10.07.2012 г.
Очисти нас от всякого греха,
Какой бы мы не совершили,
Чем помышляли, чем грешили,
Предавши с криком петуха!
Податель жизни и Источник благ,
Нас Духом Истины наполни,
Спаси от скверны и напомни,
Что блажен тот, кто вечно наг!
Утешь болящих нищенством души,
Податель жизни и её Наставник,
Её Разлучник и её Исправник,
И с наказаньем не спеши!
Царю Небесный! В нашу жизнь вселись,
Коль скоро – Ты есть Вездесущий,
Преблагий, Вечный и Могущий,
И с нами вместе веселись!
Каждый вечер Мухин возвращается домой,
чтобы уйти на другой день совсем другим человеком.
Только кажется, что это Мухин. Где тот Мухин,
который только что сделал шаг от двери?
Он уже изменился. Состав организма не остаётся постоянным,
обновлению подвергаются все части тела, в том числе – кости,
зубы и сухожилия. Мухин сделал свой следующий шаг. Где же Мухин?
Аркадий Бартов. «Кое-что о Мухине, его родственниках, друзьях и соседях»
Думал – финиш не скор, ещё
Много дней и ночей
Проведу в этом сборище,
Чей-то друг, и ничей,
А кому-то – и враг, поди,
Пробежал поперёк.
На востоке ль, на западе
Жил, как в клетке зверёк.
Отмету все напасти я
Без оглядки назад.
Трудно в жизни без пастыря
Плыть во тьме наугад.
Закружусь в вихре танца я,
Жизни круг теребя,
Пробегу всю дистанцию,
Положась на себя,
Вскачь от ленточки стартовой,
С бубенцом под дугой –
Я как Мухин у Бартова –
Каждый день – я другой.
По тропинкам извилистым,
По горам и долам
Жизнь испишет свои листы
По свершённым делам.
– Неба голубого точка,
Три зелененьких листочка,
Паутинки тонкой сетка,
Видно дерево и ветку,
Две травинки как усы.
– Облаков кудрявых стая,
Что над нами пролетают,
И ветлы пушистой шарик,
Искры радужный фонарик,
Если солнца подождать.
– Огорченье, иль обида,
Все всерьез, а не для вида,
Радость, горе, наказанье,
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.