Прошло пять лет….

Шумная веселая компания расположилась на берегу озера. Был чудесный летний день. Мила бегала по мелководью с двумя шустрыми малышами в догонялки друг за дружкой. Одному мальчику было почти шесть лет, другому едва исполнилось четыре. У самой воды в песке играли Долли и две малютки девочки двух и трех лет. Было шумно и весело. Неподалеку, в плетеных креслах, расположились взрослые. Пикник был в самом разгаре.

– Ты не стала строить на берегу озера беседку? Мне кажется, где бы ты ни жила, у тебя всегда на берегу водоема есть чудесная беседка.– Ванесса с интересом посмотрела на подругу.

– Ты мне каждый раз говоришь, что мы в Америке ненадолго. Вот, я и подумала, зачем что-то строить, если мы все равно скоро уедем. А может и стоит подумать над твоим предложением?– оживилась Агнесс.

– Думаю, не стоит. Я как раз хотела с вами поговорить на одну интересную тему.– задумчиво проговорила Ванесса.

Зная ее не первый год, все замолчали и повернули к ней головы.

– Не томи, говори, что надумала!– не выдержал Филипп.

– Я подумала: война закончилась год назад. Уже не стреляют, и мир потихоньку приходит в себя. Не пора ли нам вернуться домой, в Европу?

– Заманчивое предложение. Но, дорогая моя, посмотри на наших детей! Если мы вернемся в Европу, нам всем придется расстаться. Я этого совсем не хочу! Вспомни, как мы с тобой, еще маленькими девочками, мечтали в монастыре о том, что когда-нибудь будем жить все вместе, и у нас будет большая дружная семья, что мы никогда не расстанемся. Здесь у нас прекрасный огромный дом и есть все для счастливой жизни. Мы живем вольно и свободно, все вместе, одновременно не мешая друг другу. А там каждый поедет в свой замок, начнутся хлопоты, в повседневных трудах мы отдалимся друг от дружки. Если ты меня, хоть немного любишь, ты не будешь так жестока. – с дрожью в голосе проговорила Агнесс.

– Дорогая моя, Агнесс! Я очень люблю тебя, ты же знаешь. Но не кажется ли тебе, что, постоянно откладывая поездку, мы тем самым наносим непоправимый урон нашему хозяйству. Нам просто необходимо увидеть своими глазами, что стало с нашими замками и домами, с фабриками и заводами. Это все равно необходимо сделать. Вот только, когда? Как вы считаете?

– Давайте рассуждать! – неожиданно сказал Филипп.– Как нам известно, в результате войны Австро-Венгрия распалась, и там уже нет короля. Для нас это плохо и не плохо. Плохо, что теперь необходимо юридически закрепить свои владения в новом государстве. Не плохо, потому что сам собой перестал действовать вассальный договор. Больше не надо бояться за свои поступки и нести ответственность за них перед королем. С другой стороны, замок Агнесс находится на границе с Венгрией, и большая часть земель расположена в этой стране. Это, безусловно, необходимо решать. Германия потеряла часть своих территорий и должна выплатить немалую контрибуцию, Ванессе просто необходимо навести порядок в своих финансовых делах на территории Германии. Не знаю, как там обстоят дела в Вене с нашими домами, фабриками и мастерскими. У меня лично никаких известий оттуда нет. Также необходимо проверить состояние замков во Франции на Луаре. А потом можно будет отдохнуть в Швейцарии. Там все спокойно. Как вы считаете?

– Значит, ты полностью поддерживаешь Ванессу? Неужели ты разделишь детей и лишишь их радости быть всегда вместе? Посмотри на них! Они же не могут друг без дружки. И как ты будешь делить Милу и Долли? Девочки просто обожают Долли, а мальчики не могут обходиться без Милы! Не представляю себе, как я переживу этот разрыв.– на глазах Агнесс заблестели слезы.

– Друзья мои!– весело проговорил Николай Александрович.– А что, если мы просто совершим небольшое кругосветное путешествие по Европе? Мы ведь можем, все вместе, поехать сначала в один замок во Франции, осмотреть его, поправить все, что необходимо, переехать в следующий, никуда особо не торопясь, решить текущие дела и юридические вопросы. Для этого совсем не надо расставаться. Нам нет необходимости куда-то спешить и делать сразу все…

– Прекрасная мысль! Только начнем мы не с Франции, а с Испании. Первым делом мы поедем в наш родовой замок под Мадридом. Мы там не были без малого двести лет.– смеясь, сказала Ванесса.

– Почему Испания? Ты не боишься ехать в этот замок? Ведь там жил граф Лерин? Там могут остаться преданные ему люди. Они могут мстить.– спросил Филипп.

– Испания – потому, что там не было войны. Замок в полном порядке. Там, правда, нет таких удобств, как здесь: нет ванны с горячей водой, только купальня, но в этом тоже своя прелесть, там сейчас жарко. А ехать туда я не боюсь, там меня очень ждут преданные мне люди. Они двести лет служили моей семье верой и правдой, ежечасно подвергаясь риску, писали моим предкам, а потом и мне обо всем, что творится, говорится и намечается в замке графов Лерин. Они вовремя предупредили меня об опасности. Если бы ни они, мы бы сейчас уже не сидели все вместе на берегу этого чудесного озера. Кстати, Филипп, это и твой родовой замок. Ведь твой прапрадед был одним из сыновей дочери моего прапрапрадеда. Так, что тебе должно быть тоже интересно посмотреть на свое родовое гнездо. Тем более что нас там очень ждут и надеются увидеть.

– Убедила. Давайте наметим маршрут. Думаю, что Николя, как никто другой, может составить для нас примерный путь и сроки.

– Давайте. Значит, мы едем в Испанию. Там мы отдохнем пару месяцев и узнаем все новости. Затем мы поедем в "Тунисский замок" Ванессы, оттуда в замок Агнесс, убедившись, что во Франции все хорошо и наведя порядок в делах на территории Германии, где мы остановимся в Нижней Саксонии, в поместье Лизхен, потом мы переберемся в Вену, в самый большой дом, где все можем разместиться с комфортом, оттуда в большой замок Агнесс на границе с Венгрией. Затем, можно будет заехать в Чехию в Марианские Лазне, там нас тоже ждет большой дом со всеми удобствами и огромным бассейном. Если все будет не так страшно, то можно будет доехать до нашего поместья в Польше и Литве, посмотреть, как обстоят дела там. Если же нам не понравится этот маршрут, то можно будет вернуться в Австрию, а там и до Швейцарии рукой подать.… Как вам такая идея?

Все сразу же оживились и начали наперебой уточнять и предлагать свои варианты путешествия.

– Ванесса, дорогая! Но кого же ты собираешься брать с собой в Европу? И на чем мы поплывем? Нам опять нужен корабль. Неужели же ты заставишь нас плыть на "морском госпитале"?– забеспокоилась Агнесс.

– Ни в коем случае! Мы поплывем на собственной яхте. Скоро она должна прибыть в Нью-Йорк из Дании. Мне так понравился проект, что я не удержалась и заказала. Они учли мои пожелания. Так что у нас будет яхта на двадцать кают со всеми удобствами, рестораном и бассейном.

– Ты неисправима! Какой сюрприз! Николя, а ты знал о покупке яхты?– Агнесс повернулась к Н.А.

– Знал, конечно, и проект сам предложил Ванессе.

– А нам ничего не сказал!– с обидой в голосе проговорила Мэгги.

– Не хотел испортить сюрприз. Ведь здорово получилось? Представляете, мы плывем на белоснежной яхте с парусами и дизельными двигателями? Разве это не прекрасно?

– Как это замечательно!– восторженно произнесла Лизхен.

– Но кто же поедет с нами? Ведь не все захотят вернуться в Европу?– опять спросила Агнесс.

– Я думала пригласить всех, но знаю точно, что София не поедет. Она вполне счастлива в Калифорнии со своим мужем и двумя прелестными близнецами. И да, она как всегда сонная и безмятежная. Муж ее просто обожает! Он открыл на ее имя золотой депозит в моем банке и регулярно его пополняет. У нее очень недурное состояние.

Все рассмеялись и порадовались за Софию.

– Розали и Борис тоже останутся здесь. Они очень точно вписались в этот образ жизни, вполне комфортно чувствуют себя в роли хозяев Кабаре, после свадьбы вообще все стало замечательно и сынишка у них чудный. Вряд ли они захотят перемен, а вот Виктория и Отто Рихтер обязательно поедут, она уже несколько раз заводила об этом разговор. Г-н Клаус совсем старенький стал и ему очень трудно управлять фабрикой, он слезно уговаривает Викторию вернуться.

– Но кто же тогда будет здесь управлять твоим холдингом? Ведь сэр Джон Лоу тоже совсем немолод, ему вряд ли под силу такая нагрузка?

– Натали Юсупова-Шереметева останется вместо Виктории. Она в последнее время фактически переняла у Виктории все дела. Ей вполне по силам управиться со всем этим хозяйством.

– А Мэгги? Лизхен? Они ведь постоянно торчат в мастерских. Неужели ты и их оставишь здесь?– проговорил Филипп.

– Нет, конечно. Девочки поедут с нами. Там тоже есть мастерские, и гораздо больше, чем здесь. И, потом, я совсем не хочу, чтобы они прониклись духом американской свободы. Хватит с меня и того, что Мэгги начала курить. И не стесняется делать этого при мне.– строго сказала Агнесс.

Мэгги и Лизхен переглянулись и послушно кивнули, пряча счастливые улыбки.

– Лизхен, ты опять будешь брать с собой кошку?– подразнил сестру Николай Александрович.

– Конечно. Я свою Мурку ни за что не оставлю! Она мужественная путешественница! Как она орала всю дорогу от России до Америки! Ужас! А теперь стала толстая и ленивая. Но я ее все равно люблю.– В тон ему ответила Лизхен.

– Да, помню, как я познакомилась с Муркой,– заулыбалась Ванесса.– Я вам не рассказывала? Это было на другой день, после приезда Николя. Я отправила его обедать, а сама сделала вид, что уснула. Лежу тихо-тихо и вдруг слышу, что кто-то мягко так запрыгнул ко мне на постель. Мне стало интересно. На глазах маска, я все равно ничего еще не вижу, но чувствую такие мягкие шаги и чье-то дыхание у щеки. Кто-то лохматый касается моего лица мокрым носиком, потом лапкой трогает волосы, сворачивается на них клубком и начинает громко-громко мурлыкать. Сначала, я просто обмерла от страха, а когда поняла, что это кошка, так удивилась, что не стала ее прогонять. У меня никогда не было животных в доме. Собак я не люблю за их запах и вечно грязные лапы. А про кошек я и не думала. Зачем они мне? А тут…. Приходит Николя, я у него спрашиваю, откуда взялось это существо. Он мне говорит, что "весь дом перевернули, разыскивая беглянку, а она вот где. Это любимая кошка Лизхен, она с ней не расстается. Кошка выскочила за дверь комнаты … и исчезла. Сейчас я ее унесу". " Нет. Не надо. Она так славно мурчит. Сама уйдет, когда захочет". Вот так мы познакомились сначала с кошкой, а уже потом с ее хозяйкой.

– Да. Эта кошка задала нам жару. Как она рвалась на свободу всю дорогу. За три недели пути она вымотала нам все нервы. Даже сидя на руках у Марты или Лизхен, она не замолкала ни на минуту. Я уже хотел выпустить ее на улицу, но девушки мне не дали этого сделать. А потом… она принесла котят прямо на любимом кресле Ванессы. Ей повезло, что хозяйка еще не могла принимать участие в посиделках у камина. Иначе бы неизвестно, какая участь ее ожидала.– проговорил Николай Александрович.

Все опять рассмеялись и стали вспоминать самые забавные случаи с кошкой и ее котятами, теперь уже взрослыми любимцами всей семьи. Таким образом, было решено, невзирая на предстоящие трудности, забрать их с собой в очередное путешествие. Еще долго они с жаром обсуждали, что хотят увезти из Америки. Пока Ванесса не предложила все же сократить багаж до разумных пределов, иначе это будет не путешествие на яхте, а караван судов, перевозящих домашний скарб. И опять все дружно включились в игру "Что необходимо взять с собой". Пока Николай Александрович не предложил каждому составить свой список и отдать ему, а потом собраться всем вместе и обсудить окончательный вариант, который он составит, соизмеряясь с запросами всех членов семьи. Это устроило всех. Оставалось предупредить Викторию и остальных о принятом решении.

В начале осени белоснежная яхта вышла в открытое море и взяла курс на Испанию. Путешествие было легким и приятным. Погода, словно радуясь такому обществу, ни разу не украсила небо не то что тучами, а даже пышными облаками. Лишь на заре восходящее, еще не видимое солнце, окрашивало тонкие перистые облачка в малиновый цвет, переходящий в нежно-розовый, и тающий вместе с облачками по мере того, как солнышко поднималось над морем. Ванесса любовалась этой красотой, тесно прижавшись к мужу. Только они вдвоем, из всей их дружной компании, не ленились встать на заре, чтобы с восхищением встретить каждый новый рассвет. Они были женаты уже шесть лет, а все еще продолжали держаться за руки, как будто только что объяснились в любви друг другу.

Ванесса ехала в Испанию впервые и очень переживала по этому поводу, стараясь не подавать вида, чтобы не вызывать такое же чувство у друзей. Николай Александрович чувствовал состояние жены и много рассказывал ей о стране, в которой провел без малого два года. Она была ему очень благодарна. Его наблюдательность, точные беспристрастные характеристики и выводы были общеизвестны. После свадьбы Ванесса постепенно переложила на плечи мужа почти все свои дела, занимаясь ими лишь для собственного удовольствия. Она была согласна с Агнесс, что чувствовать себя полностью защищенной широкими плечами мужа гораздо приятнее, чем самой биться об острые края бизнеса. Шрамы на руках и лице давно затянулись и проступали только на солнце, когда она загорала. Но это ее совершенно не беспокоило. Муж смотрел на нее с такой любовью и обожанием, что ей становилось трудно дышать. У них было двое чудных малышей: старший сын, которому исполнилось четыре года и малютка-дочь двух лет. Уже шесть лет Ванесса жила в полном счастье и благополучии. Привычка ожидать неприятностей в самый неподходящий момент временами сдавливала ей сердце, и она начинала внимательно прислушиваться и приглядываться к людям и событиям вокруг себя, высматривая опасность. Но все было тихо, и она успокаивалась, уткнувшись в плечо Николя.

Граф много работал, безропотно, как само собой разумеющее, взвалив на себя все дела жены, стараясь не перегружать ее трудностями, а просто держать в курсе событий. Ванесса ввела мужа в совет директоров банка, и это получило полное одобрение ее акционеров и подчиненных. Граф фон Корф обладал уравновешенным, целеустремленным характером и никогда не менял своих решений. Его знания вызывали удивление и уважение окружающих, что тоже пошло на пользу финансовой империи Ванессы. После войны весь мир лихорадило, только самые крупные промышленные группы не понесли тяжелых потерь, а средние и мелкие предприятия надо было поднимать буквально из руин. Мелкие банки тоже разорились, спрос на большой капитал был неисчерпаем. Н.А. дневал и ночевал в городе, появляясь дома лишь раз в несколько дней, пока не наладил взаимоотношения между банком и бизнесом. Но теперь он был относительно свободен. Небольшая передышка перед делами в Европе, где они с Филиппом уже наметили для себя гору дел, пошла ему на пользу. Внешне он сильно помолодел, седина скрылась в блеске русых волос, глаза светились радостью и искрились улыбкой. Теперь он не сильно отличался от своих друзей. Знакомые, которых он встречал после нескольких лет разлуки, просто не узнавали его.

Испания встретила путешественников теплой ясной погодой, замок утопал в цветах и фруктах. На площади собрались все: дворовые, сторожа, прислуга и крестьяне из окрестных деревень. Они пришли посмотреть на свою истинную хозяйку. Как только Ванесса вышла из машины, зазвучала старинная испанская мелодия и люди стали петь гимн своей госпоже. Такой прием не мог не растрогать маркизу. Она сказала несколько слов благодарности на испанском языке и велела выставить для всех угощение и вино в честь такого праздника. Веселье на площади продолжалось всю ночь, лишь к утру самые стойкие разбрелись по домам.

Филипп и Ванесса, в сопровождении старшего управляющего, с любопытством обошли весь замок. В картинной галерее они долго рассматривали портреты своих предков, ища сходство между ними и собой. Получив ключи от замка и всех служб, Ванесса утвердила всех, кого ей представил управляющий, назначив им должное содержание. Прислуга была благодарна и принесла присягу верности. После чего жизнь в замке потекла в привычном русле.

Прошло несколько дней после приезда в Мадрид. Однажды утром Ванессе принесли голубой конверт, в котором лежала записка от герцога Рауля фон Р., в которой он просил разрешения посетить замок маркизы в любое удобное для нее время. Ванесса показала записку друзьям, и они решили пригласить герцога на другой день к завтраку, с тем чтобы он мог провести с ними весь день, если располагает временем. Об этом ему и сообщила Ванесса.

Она немного беспокоилась о первом моменте встречи, вспоминая пылкие строки последнего письма герцога. Еще ее беспокоила судьба медальона, который она необдуманно передала для Рауля с посыльным. Если теперь это всплывет, то Николя может неправильно все понять. Ванесса знала, как он страдает от ревности и не хотела делать больно мужу. Вновь в сердце закралась тревога….

– Любимая, ты как-то опечалилась, получив записку от герцога. Что тебя тревожит?– спросил Н.А., внимательно глядя на жену.

– Не знаю, Николя. Наверное, нахлынули воспоминания, связанные с участием герцога Рауля фон Р. в моей прошлой жизни. Ты знаешь, мы пытались одно время стать друзьями по переписке, и даже, обращались друг к другу на ты. Но из этого ничего хорошего не вышло. Он привез ко мне в дом графа Риккардо Лерина. Чем все закончилось, ты знаешь.

– Зачем же ты его теперь принимаешь? Да еще так радушно?

– По большому счету он не виноват в том, что произошло. Даже попросил прощения, хоть и не за что. Не знаю, у меня двоякое чувство. Еще тогда, в Америке, мне показалось в какой-то момент, что тебе неприятно существование в моей жизни герцога Рауля фон Р. Вот я и опечалилась, не зная, как ты теперь к нему отнесешься.

– Не печалься, моя девочка. Все в прошлом. Я не собираюсь ревновать тебя к этому человеку. Тогда это было в первый и последний раз. Тогда каждый, кто мог дотронуться до тебя, рукой, взглядом или письмом, вызывали в моей душе бурю страстей из ревности. Но когда я узнал, что ты любишь только меня, все встало на свои места. Теперь я горжусь своей женой, радуюсь, что окружающие так неравнодушны к тебе. Ведь и я до сих пор в восторге от тебя. Чего же ждать от остальных?

– Николя, любимый! Как я счастлива!

На следующее утро приехал герцог Рауль фон Р., одетый в свой привычный фрак, в белоснежной шелковой сорочке и белом жилете. Как всегда слегка отстраненный, с легкой полуулыбкой на лице. Пришлось соблюдать строгий этикет встречи. Только Филипп не стал церемонно пожимать руку герцогу, а просто подошел и обнял его, это слегка растопило первый ледок при встрече. Знакомство с графом фон Корфом тоже прошло вполне благополучно, мужчины просто пожали друг другу руки, обменявшись положенными любезностями. Когда же Рауль увидел Мэгги, он просто остолбенел:

– Мадемуазель Магдалена! Это Вы? Как Вы изменились! Вы просто красавица! Не верю своим глазам!– непроизвольно воскликнул герцог.

–И не надо! Здравствуйте герцог. Рада видеть Вас в добром здравии.– прохладно сказала Мэгги – позвольте представить Вам мою подругу, сестру мужа Ванессы, графиню Эльзу фон Корф. Вот она настоящая красавица!

– Очень приятно, графиня.

Герцог Рауль фон Р. церемонно поцеловал руку Лизхен. Та сделала полный реверанс, чем несказанно удивила Агнесс и Ванессу. Они переглянулись, одобрительно кивнув головами.

За завтраком Рауля усадили между Мэгги и Лизхен. Он не ударил в грязь лицом, развлекая обеих девушек веселыми рассказами. За столом царило непринужденное веселье. Рауль почти не общался с Ванессой, посвятив все свое внимание Мэгги и Лизхен. После завтрака все вышли в сад, где в беседке был накрыт чайный стол с десертами, фруктами и винами. Агнесс взялась расспрашивать Рауля обо всем, что творилось в Европе последние шесть-семь лет после их отъезда за океан. Рауль рассказывал охотно. Он по-прежнему оставался послом в Испании, правда, как надолго теперь, после развала империи, он не знал. На вопрос, что же он будет делать, если его не утвердят в этой должности новые власти, он ответил, что поедет в свое маленькое имение в Австрии и будет заниматься математикой в тишине и покое.

– Сколько Вам лет, герцог?– спросил граф фон Корф.

– В этом году мне будет тридцать один год.

– Мне кажется, что в таком возрасте еще рано заниматься только математикой.

– К моему большому сожалению, граф, я больше ничего не умею. Как посол я тоже не сильно преуспел. Как математик я состоялся больше. По учебнику, написанному мною, математику преподают в Мадридском университете.

– Браво, Рауль! Очень рада за Вас! А как же архитектура? Ведь это было Ваше самое большое увлечение! – воскликнула Ванесса.

– Ах, Ванесса, с архитектурой пришлось проститься. Война убила в людях чувство прекрасного. Первое, что было уничтожено – это красота. Теперь всех заботит только какая-никакая крыша над головой и практичность. Строить для людей коробки из бетона и камня я не хочу. Так что моя мечта о чудесном замке убита войной.

– Печально, но боюсь, что Вы совершенно правы.– согласилась Ванесса.

–У Вас чудесные дети. Такие славные. Как всегда, я опять завидую вашей компании. Как вам удается не расставаться? Вы все вместе и только прирастаете замечательными людьми.– со вздохом сказал Рауль.

– Это потому, что мы не ищем выгоды от знакомств.– с вызовом сказала Мэгги.

Агнесс посмотрела на нее с удивлением, но ничего не сказала. Лизхен, чтобы сгладить неловкую ситуацию спросила:

– Скажите, Герцог, а как Ваша семья? Они здоровы? Где они теперь?

– Спасибо, графиня, это печальная история. Но могу сообщить, что наша общая знакомая принцесса Натали, все же вышла замуж и уехала жить в Баварию. Там у нее есть, где развернуться…

Настроение у Герцога совсем испортилось, он замкнулся в себе и замолчал. Тогда граф фон Корф пригласил его и Филиппа осмотреть замок, с которым он только знакомится. Мужчины извинились перед дамами, и с их разрешения отправились на импровизированную экскурсию. Агнесс тут же набросилась на Мэгги:

– Мэгги! Как ты могла так грубо разговаривать с Его Высочеством?

– Ничего с ним не станет! Подумаешь, герцог! Лизхен, не верь ни одному его слову! Вечный ловец невест! Видела, как он забросил свои сети на меня? Не на ту напал! Я его сразу раскусила!

– А мне показалось, Мэгги, что герцог смотрел на тебя как на чудесный бриллиант. У него было такое выражение лица, как будто он видит нечто необыкновенное, невероятное. Разве так смотрят ловцы на свою жертву?

– Ты не знаешь, Лизхен, но этот герцог сначала хотел жениться на нашей Натали, потом на французской принцессе Эжени, потом на Агнесс, потом на Ванессе. Теперь очередь дошла до меня! Нет, покорно благодарю, не выйдет! Поверь, как только он увидит богатую девушку, тут же собирается жениться на ней, ему очень нужно большое состояние! Поверь!

– Ты не права, Мэгги.– мягко произнесла Ванесса.– Это не Рауль хотел жениться на всех подряд, а только его сестра, принцесса Натали пыталась обеспечить брату безбедное существование. Она известная интриганка, беспринципная и нахальная. Этим она сильно навредила своему брату в глазах общества.

– Конечно, он же бедненький бессловесный бычок, куда его ведут, туда он и идет.– фыркнула Мэгги.

– Не забывай, ему тогда было лет, как тебе сейчас, и он всегда очень зависел от сестры и матери. Это трудно понять, но поверь, мне всегда было его жалко.

– Разве он не хотел жениться на тебе? Скажи правду!

– Нет, жениться на мне он не хотел. Он меня боялся. Боялся попасть под мою тяжелую руку. Он знал, что я его сразу сломаю и не дам произнести ни слова без моего ведома. Он очень боялся, что Натали организует этот брак. Рауль послушный, поверь.

– Не знаю! Вы его защищаете, но у меня свое мнение. Я ему никогда не прощу, что он привез к тебе в дом Риккардо Лерина. Этого не забыть никогда!

– Мэгги, он и в этом не виноват. Ведь он не знал, насколько это опасно для меня. Он сто раз пожалел о своем поступке. Не забывай, что он фактически спас Филиппа от крупных неприятностей, взяв на себя такую ответственность в тот момент.

– Ты пытаешься убедить меня, что герцог фон Р. совсем не такой, как я о нем думаю. Тебе это не удастся. Увидишь, что я права. Как только он узнает, что наша Лизхен богата, так сразу же перекинется на нее, получив от меня резкий отказ.

– Мэгги, зачем ты так? Я совсем не хочу вставать на твоем пути. Если Герцог фон Р. влюблен в тебя, он не обратит на меня никакого внимания. Вот увидишь сама.– тихо сказала Лизхен.

– Давай заключим пари! Если я сосватаю тебе Герцога фон Р., то ты выйдешь за него замуж, и я сошью тебе свадебное платье по своему усмотрению, и ты его наденешь! А если, он, как ты говоришь, совсем не обратит на тебя своего внимания и будет добиваться моей руки, тогда ты свободна в своем выборе.

– Ты говоришь глупость, но я согласна! Если герцог влюблен в тебя, то ты тоже его полюбишь и выйдешь за него замуж. И тогда я сошью для тебя свадебное платье по своему усмотрению, и ты его наденешь! Согласна?

– Девочки! Это же недопустимо! Такими вещами не шутят! Я бесконечно рассержена и расстроена! Прекратите, немедленно!– возмутилась Агнесс.

При появлении мужчин, спор сам собой затих. Граф фон Корф сразу определил, что между дамами пронеслась гроза: Агнесс, негодуя, отвернулась в сторону, рассматривая что-то в саду, Ванесса печально смотрела вдаль, Мэгги воинственно фыркала и поджимала губы, а Лизхен наклонила голову, делая вид, что с интересом рассматривает вышивку на скатерти.

– Мои прекрасные, леди! Сейчас мы обнаружили конюшню с прекрасными лошадками. Как вы посмотрите на то, чтобы мы все вместе завтра отправились на конную прогулку вон к тем далеким холмам и ручью? – делая вид, что не заметил женской размолвки, спросил Николай Александрович.

– Замечательно! С удовольствием!– воскликнула Агнесс.– Я обожаю конные прогулки!

– Я тоже! – загорелась восторгом Мэгги.– А ты, Лизхен?

– Можно я не поеду? Во-первых, я очень боюсь лошадей, мне кажется, что они мечтают сбросить меня на землю. Когда я сажусь на лошадь, даже самую спокойную, у меня начинает кружиться голова…. А во-вторых, мы с Ванессой обнаружили огромный сундук со старинными мантильями и шалями, если вы меня с собой не возьмете, то я хотела бы рассмотреть, как следует кружева на мантильях….

– Если вы не против, то я тоже хочу остаться дома с Лизхен. Мне тоже интересно, что носили наши бабушки и прабабушки.– Попросила Ванесса.

– А я бы с удовольствием пригласил герцога Рауля составить нам компанию. Знаю, что он прекрасный наездник и знаток лошадей. Если Вы, герцог, не заняты завтра, то приглашаю Вас на прогулку и пикник.– Обратился к Раулю Филипп.

– С удовольствием! Я так истосковался по приятному обществу, что ни за что не откажусь от возможности побыть в вашем кругу.– поблагодарил Рауль.

Мэгги сузила глаза, но так ничего и не сказала, хотя Агнесс со страхом ждала реакции сестры.

Было решено отправиться в путь ранним утром, пока не началась жара, чтобы к полудню подняться к лесу, видневшемуся на горизонте на вершине горы. Герцог Рауль фон Р. приехал к тому моменту, как все участники стали собираться во дворе. Вместе с ними поехали двое провожатых, хорошо знакомых с местностью. Кавалькада из семи всадников выдвинулась в путь. Граф фон Корф всю дорогу расспрашивал проводников. Свободно владея испанским языком, он не испытывал трудностей в общении с местным населением, а природная простота и уважительность еще больше располагали к нему людей. Филипп всю дорогу веселил Агнесс, не давая ей возможности поворачиваться в сторону сестры. Герцог ехал рядом с Мэгги. С начала пути ни он, ни она не произнесли, ни слова, делая вид, что глубоко задумались о своем. Но постепенно Рауль стал втягивать Мэгги в разговор, делясь впечатлениями об окружающих местах. Незаметно для себя, Мэгги стала отвечать, и сама стала задавать вопросы о жизни в этой стране, о том, как Герцог пережил войну:

– Скажите, Ваше Высочество, каково это- знать, что твоя страна объята огнем, что рушится все: и дом и судьба?

– Трудно ответить в двух словах, баронесса. Я пытался, в силу своих возможностей и талантов, как-то помогать своей бедной Родине и родителям, но, видимо, я не столь значительная фигура, моих талантов не хватило. Случилось то, что случилось. Фактически я остался один, если не считать мою сестру Натали. Но после вашего отъезда я видел ее только на ее свадьбе. Свадьба была очень скромной, буквально за несколько дней до начала войны, настроение было совсем не для веселья.

– Я Вам очень сочувствую, герцог. Не представляю, как бы я могла перенести такие события. Ванесса увезла всех нас от этого ужаса, но мне хватило и газет, чтобы как следует наплакаться…

– А как Вы пережили приезд графа Лерина? Он нашел Ванессу?

– Это было ужасно! Я Вам расскажу, если Вы дадите слово никогда об этом не заводить разговора ни с кем и никому не рассказывать то, что услышите от меня.

– Клянусь! Можете на меня положиться. Поверьте, я никогда не прощу себе, что привел в дом Ванессы этого мерзавца, Риккардо Лерина. Я так виноват перед всеми вами за свой необдуманный поступок. Непростительная глупость! А ведь Ванесса меня предупреждала, что для нее небезопасно это родство. Но я не принял это всерьез, решив, что это женские причуды, как у моей сестры.

– Ванесса, кстати, совсем, не обижается на Вас за это, даже наоборот, защищает и оправдывает Вас в моих глазах. Но я скажу Вам честно, что не понимаю, как Вы, такой проницательный и умный, могли так поступить с Ванессой.

– Ах, баронесса, я и сам не могу смириться со своим поступком. Когда я ближе узнал графа Энрике Лерина, то пришел в ужас, представив только на минуту, на что способен этот человек.… Если бы я только мог встать на его пути… Он уехал в тот момент, когда меня вызвали в Вену, потом эта свадьба, … а когда я вернулся в Мадрид, его уже и след простыл. Я даже опоздал предупредить Ванессу. Можете представить себе, что я чувствовал тогда…

– Если бы Вы знали, что чувствовали мы, узнав, что граф Лерин прибыл в Нью-Йорк, и прекрасно осведомлен о том, где мы живем.

– Но откуда он узнал, куда надо ехать? Клянусь, что не говорил об этом ни с одной живой душой!

– Мы знаем, что это не Вы. Нас предала горничная Агнесс – Люси. Помните ее?

– Смутно. Кажется смуглая блондинка с неприятной улыбкой. Да?

– Да, она.

– А как вы узнали, что это она предательница?

– Она сама об этом нам рассказала. Николя ее заставил.

– Прошу Вас, баронесса, расскажите мне все. Я должен знать, к чему привело мое легкомыслие.

Мэгги рассказала обо всех событиях, произошедших в Америке. Ее рассказ так подействовал на Рауля, что он остановил лошадь и с ужасом произнес:

– А я еще и напросился к Вам в гости.… Да после таких событий, Ванесса должна закрыть дверь перед моим носом и никогда меня не замечать!

– Не надо так говорить, Ваше Высочество. Ванесса считает, что Вы совсем не виноваты в этой истории, что это все равно когда-нибудь бы случилось. Бесконечно продолжаться такая вражда не могла бы. Нам очень повезло, что в нашей жизни появился граф фон Корф, он так много сделал для всех нас: спас Агнесс, спас Ванессу, поддержал всех нас в самые трудные времена. Без него бы один Филипп не справился.

– Да, мне тоже очень понравился граф. Откуда он? Немец, да?

– Не знаю, он из России.

– Он русский? Никогда бы не сказал. Я знаком с несколькими русскими, но они совсем другие, излишне шумные и надменные, не очень приятные люди. Хотя, с русским послом мы в неплохих отношениях, он тоже спокойный, рассудительный человек. Видимо, они тоже бывают разными, как, в прочем и все.

Герцог фон Р. опять замкнулся в себе и замолчал. Теперь Мэгги начала отвлекать его своими замечаниями. Так за неспешными разговорами, кавалькада спустилась к ручью, чтобы, перейдя его вброд, расположиться под оливковым деревом на пикник. Время приближалось к полудню.

Они ожидали увидеть узенький ручеек, весело стекающий между камней в долину, но вместо этого за поворотом их ожидал шумный мутный поток, больше похожий на реку. Проводник что-то сказал графу, он повернулся к спутникам:

– Проводник говорит, что неделю назад в горах прошли сильные грозы, они спровоцировали оползни, поэтому вода такая грязная. Хотя все выглядит устрашающе, на самом деле здесь мелко, и кони свободно перейдут эту речку вброд. Можно попытаться проехать пару миль ниже по течению, там должен быть мост, если его не снесло потоком, а можно рискнуть и перейти здесь. Как вы считаете, что будем делать?

– Я бы попробовала перейти речку вброд.– сказала Агнесс.

Никто не стал спорить. Кавалькада выстроилась за проводниками. Один за другим, стали медленно переходить на другой берег. Воды, действительно, было лошадям по колено. Замыкающими были Мэгги и герцог Рауль. Мэгги уже доехала почти до середины пути, как ее лошадь дико заржала и стала дергать задней ногой, пытаясь вытащить ее из-под воды. Она явно в чем-то застряла, и резкими скачками пыталась выскочить из ловушки. Мэгги изо всех сил вцепилась в поводья, стиснула коленями бока неожиданно обезумевшего животного, чтобы усидеть в седле и не свалиться в воду. Рауль подъехал максимально близко и, улучив момент, выдернув Мэгги из седла, перетянул на своего коня. А сам спрыгнул в воду и схватил брыкающуюся лошадь под уздцы. Мэгги благополучно выехала на берег. Мужчины бросились на помощь герцогу. Проводники стали освобождать бедное животное, вытащив из воды поломанный сук дерева, придавленный большим камнем, лошадь застряла ногой в развилке. Герцог крепко держал узду, Филипп что-то говорил лошади на ухо, она стала успокаиваться, ее вывели на сушу и граф осмотрел рану. В результате резких движений, лошадь сильно повредила заднюю ногу. Стало понятно, что на ней дальше ехать нельзя. Граф фон Корф достал из походной сумки фляжку и кусок белого полотна. Филипп гладил лошадь по морде и что-то успокаивающе ей шептал, в то время как Н.А. быстро обрабатывал и туго перебинтовывал рану. Один из проводников переседлал своего коня и отдал его Мэгги, а сам взял под уздцы раненую лошадь и пешком направился вниз по течению.

Компания, между тем расположилась под раскидистым деревом оливы. Граф фон Корф, с помощью оставшегося проводника, накрыв полянку большим куском ковра, организовал на нем походный обед. Филипп и Рауль попытались привести свою одежду в надлежащий вид, но куртка и рубашка герцога были безнадежно испорчены. Раулю было неловко перед дамами за свой вид, что сразу заметил проницательный Н.А.

– Герцог, не сочтете меня нескромным, я от всей души предлагаю Вам мою запасную рубашку. Отправляясь в поход, даже кратковременный, у меня всегда с собой есть запасная рубашка, … на всякий случай, … и небольшая аптечка – добавил он, видя, что Мэгги собирается спросить его о чем-то.

– Благодарю Вас, граф. С удовольствием воспользуюсь Вашей любезностью. Мне, правда, неудобно предстать перед дамами мокрым и оборванным.

– Думаю, что Филиппу тоже необходимо снять мокрую куртку, чтобы не простыть. Несмотря на жару, сейчас дует довольно сильный ветер. Куртки высохнут быстрее, если их повесить на ветку дерева.– проговорила Агнесс.

Покончив, наконец, с взаимными извинениями и благодарностями, они расселись под деревом вокруг импровизированного стола. Шутки, смех, взаимные поддразнивания продолжались все время обеда. Когда все насытились и успокоились, проводник привел лошадей, и все отправились дальше по склону горы, чтобы сверху посмотреть на долину и окрестности.

– Ваше Высочество, позвольте поблагодарить Вас за мое спасение! Если бы не Вы, я, в лучшем случае, искупалась бы в этой грязи, а в худшем… даже не знаю, … могла сломать себе шею, если бы упала на камень. … Брр…– содрогнулась Мэгги.

– Не надо меня благодарить, я не сделал ничего особенного. Очень рад, что Вы не пострадали, баронесса.– рассеяно сказал Рауль.– На моем месте любой мужчина поступил бы точно так же.

– Не знаю, все мужчины были слишком далеко, чтобы помочь мне, они бы не успели, в любом случае. А Вы оказались рядом, к моему счастью. Я бы долго не усидела на брыкающейся лошади, особенно, когда она вся вымокла. Мне кажется, что будь на моем месте любая другая женщина, Вы бы поступили также.

– Безусловно, даже если бы на Вашем месте оказалась моя сестра Натали, я бы и ее достал…, потом…– странным тоном проговорил Рауль.

Мэгги с удивлением посмотрела на него:

– Принцесса Натали не любит лошадей. Она ни разу не каталась на них, когда гостила у нас. Думаю, что Вы бы не успели ее подхватить, она бы сразу упала в воду.

– Это бы ей пошло только на пользу. Иногда полезно охладить свой пыл…

– Вы на нее за что-то сердиты? Ваше Высочество?

– Баронесса, могу я просить Вас не называть меня Высочеством? В Австрии больше нет монархии, …

– Но, разве Вы перестали быть сыном короля? Разве Ваш титул больше не принадлежит Вам?

– Какое это теперь имеет значение? Мир изменился после войны.… Скажите, а в Америке тоже соблюдают этикет? Там к Вам тоже обращались согласно вашему титулу?

– Нет, в Америке никто не обращает внимание на родословную. Иногда приходится иметь дело с очень грубыми, даже наглыми людьми. Там все обращаются друг к другу на ТЫ. Это сильно режет слух, особенно в некоторых случаях. Мы, во всяком случае, к этому так и не привыкли…

– А я бы очень хотел, чтобы ко мне обращались, хотя бы по имени. Мне кажется, что я стал забывать, как меня зовут…– с легкой иронией тихо проговорил Герцог фон Р.

– Но мы с Вами не настолько близки, чтобы говорить друг другу ты и обращаться по имени. Хотя, можно попробовать.… Вот Агнесс удивится, может быть, даже выскажет мне свое неудовольствие. Она твердо соблюдает нормы воспитания…– рассмеялась Мэгги.– Но, чтобы подразнить ее, я буду называть Вас Рауль, если Вы, конечно, не против.

– Мне это очень приятно, тогда, с Вашего позволения, я буду называть Вас Магдалена. Мне так нравится произносить Ваше имя- Магдалена! Сколько в нем музыки…

– Дома меня все называют Мэгги. Так повелось еще с детства. Магдалена – звучит, как будто обращаются к другому человеку. Но так будете называть меня только Вы, Рауль.

– Я согласен. Вот у нас с Вами уже есть общая тайна…

– Какая же это тайна? О ней все узнают еще сегодня!

–Да, но ведь никто не узнает о нашем уговоре!

–Верно. Значит, у нас есть тайна…. Это хорошо.

Мэгги пришпорила коня, догоняя Филиппа и остальных, Рауль тоже не отставал. Дальше Мэгги поехала рядом с Агнесс, которая захотела забраться на вершину горы, чтобы оттуда как следует рассмотреть окрестности. Мужчины остановились немного ниже, убедившись, что дорога хорошо утоптана и ничто не представляет опасности для всадниц. Насмотревшись вдоволь, все пустились в обратный путь. К замку они подъехали уже в сумерках.

Граф фон Корф обратился к герцогу:

– Герцог, уже довольно поздно, предлагаю Вам остаться у нас на ночь. Будьте нашим гостем.

– Благодарю Вас, Граф. Но мой водитель хорошо знает дорогу. Мы довольно часто приезжали в этот замок и раньше. К тому же мне необходимо привести свой костюм в порядок…

– В таком случае, если Вы завтра ничем не заняты, прошу Вас провести с нами столько времени, сколько у Вас есть. Мы будем только рады.

– Еще раз благодарю Вас! С удовольствием. Мне очень не хватает приятного общества, особенно в последнее время. Я приеду завтра. В какое время Вы бы хотели меня увидеть?

– Как Вам будет угодно. Приезжайте к завтраку. Тогда у нас будет впереди целый день. Мы сможем заняться чем-нибудь интересным. Мне хочется познакомиться с Вами поближе. Филипп говорил о Вас много хорошего.

– Договорились, граф. Мне тоже очень приятно ваше общество.

Распрощавшись с герцогом Раулем фон Р., все разошлись по комнатам, чтобы привести себя в порядок перед ужином.

Лизхен едва дождалась, пока Мэгги умоется и переоденется, она отправила горничную из комнаты, а сама стала укладывать волосы Мэгги в привычный той хвост:

–Ну, что? Давай, рассказывай! Не томи душу! Я вся испереживалась. Как все прошло?

– Прогулка была просто замечательная!

Мэгги подробно в лицах рассказала Лизхен обо всем, что случилось. Передала весь разговор с герцогом о событиях в Америке. Они опять повспоминали, как все произошло, как пострадала Ванесса, как долго она выздоравливала. Лизхен схватилась за сердце, когда Мэгги рассказала о своих впечатлениях от скачки на взбесившейся в одночасье лошади.

– Как ты удержалась верхом? Какая ты сильная! Я бы и минутки не усидела на такой сумасшедшей лошади! Как хорошо, что я не поехала! А герцог! Какой молодец! Нет, он определенно влюблен в тебя! Меня бы он и спасать не стал! Ведь лошадь могла его зашибить насмерть! Как он ее удержал?

Переживая заново утреннее приключение, они едва не опоздали к ужину. Агнесс была явно недовольна и даже сделала им замечание. За ужином Филипп рассказал Ванессе о происшествии на прогулке.

–Вот, видишь, как хорошо, что мы не поехали. Я бы точно свалилась с лошади. Мэгги, ты просто молодец! Как тебе удалось усидеть на этом монстре?

– Ванесса, не переживай. Все нормально. Я даже не успела сообразить, что произошло. Просто вцепилась в поводья и коленками сжала бока лошади, что было сил. А тут герцог, так кстати, оказался рядом. Схватил меня как пушинку и перетянул на своего коня. Буквально в одно мгновение.

– Как? Вы ехали с герцогом вдвоем на одном коне?– удивилась Ванесса.

– Нет. На коне выехала я одна, а герцог спрыгнул в воду и стал удерживать мою лошадь, пока проводники пытались вытащить ее ногу из поломанного куска дерева. Лошадь ему всю куртку и рубашку порвала и грязью всего заляпала.

– Бедный Рауль! Он такой эстет! Сорочки только шелковые, только белоснежные, фрак, в крайнем случае, смокинг. А тут! Грязь! Весь оборванный. В первый момент, как мне показалось, он вообще хотел просто ускакать от нас. Но Николя отдал ему свою запасную рубашку, а Филипп снял куртку, чтобы поддержать герцога. Только после этого он остался.– пожалела герцога Агнесс.

– Николя! Откуда ты знал, что надо взять с собой запасную рубашку?– спросила графа Мэгги.

– Дорогая, Мэгги, в моей жизни было так много разных событий, когда запасная сухая, чистая рубашка была просто подарком небес, что я всегда держу в походной сумке небольшую аптечку и запасную рубашку. Вот и сегодня она пригодилась…

– А вы чем занимались без нас?– повернулась к подруге Агнесс.

– Мы провели замечательный день! В кладовой стоит огромный сундук, а в нем… Штук пятьдесят различных мантилий, шалей, кружевных накидок. Все ручной работы, почти забытой технологии плетения. Изумительно. Мы с Лизхен набросились на них как две голодные моли. День пролетел незаметно. Мы даже забыли про обед. Опомнились, когда услышали ваши голоса.

– Я тоже хочу посмотреть на это чудо!– воскликнула Мэгги.

– И я!– поддержала сестру Агнесс

– И я! – подхватил Филипп.

– Вот и отлично!– Сказал Николай Александрович.– Завтра вы можете посвятить весь день созерцанию прекрасных изделий ручной работы, а я познакомлюсь поближе с герцогом Раулем фон Р. Мне интересно узнать, что он за человек.

Прошло два месяца, как друзья вернулись из Америки. В Мадриде было покончено с делами. Ванесса позаботилась, чтобы старая графиня Лерин ни в чем не нуждалась, она положила в банк на имя графини значительную сумму, и успокоилась только тогда, когда получила от графини письмо, в котором та поблагодарила маркизу за заботу и написала, что не держит на нее зла за все, что произошло, а, наоборот, просит прощения за то, что не смогла остановить двух одержимых местью мужчин. Так же в письме она сообщала, что у Риккардо остался внебрачный сын, которого не признали наследником графов Лерин, что ему теперь тринадцать лет, и он воспитывается в доме герцога Альба. Ванесса вздохнула, читая это письмо:

– Видимо, эта ядовитая кровь неистребима. Будем надеяться, что герцог Альба не станет воспитывать сына Риккардо Лерина в ненависти ко мне и моим потомкам.

– Ты ведь не собираешься ничего предпринимать по этому поводу?– тревожно спросила Агнесс.

– Нет, конечно. Да и что я смогла бы сделать? Просто будем знать, что на свете живет один человек, который может не испытывать ко мне и моим детям дружественных чувств.

–Ванесса, может быть, нам стоит уже поехать во Францию?– промолвил Филипп.– Там пока еще тепло. Где ты собираешься провести зиму? Или стоит остаться здесь? Здесь климат мягче и зимы теплее, чем в Австрии.

– Как хотите, здесь я все дела завершила. Можем выдвигаться в путь. Тем более Виктория пишет, что мой замок совсем не пострадал, там даже не было мародеров. Его уже привели в порядок и ждут нас.

–Виктория – молодец. Она такая же, как ты, совсем не умеет отдыхать. Разве ты не звала ее с нами в Испанию?

–Звала, но она отказалась, торопилась посмотреть, как там дела во Франции и в Австрии.

–Тогда, в путь! Когда поедем?

–Николя считает, что уехать просто так – неприлично. Необходимо устроить большой прием. Здесь довольно обширное общество, соблюдающее этикет. Возможно, даже король Альфонс XIII, окажет нам честь своим присутствием. Давайте, после бала и уедем, как вы считаете?

– Ванесса, каждый раз как ты устраиваешь грандиозный бал, случается какая-нибудь крупная беда. Скажи честно, есть еще кто-нибудь, желающий твоей смерти?– засомневалась Мэгги.

– Нет, Мэгги. Надеюсь, что у меня больше нет таких врагов, которые бы хотели устроить мне нечто подобное, что было в Нью-Йорке. Будет просто большой прием. Нудный, по испанской моде. Вам предстоит ознакомиться с правилами этикета на таких мероприятиях. Это будет совсем не весело. Но, Николя прав, через это необходимо пройти. Ведь мы – в Европе. Здесь другие законы. Их необходимо соблюдать.

– Нуу, воот!– протянули хором Мэгги и Лизхен.

– В этих правилах, что и форма одежды расписана?

– Конечно. Мужчины обязаны быть во фраках и белых жилетах. А женщины в длинных вечерних платьях, драгоценностях и головных уборах. Допускаются маленькие шляпки или короны и диадемы, в зависимости от древности рода.

– Ты что же, должна одеть корону?– Заинтересовалась Мэгги.

– Придется и корону, и мантилью. Как видишь, предстоящий бал не вызывает у меня восторга.

– Да. Мужчинам легче. Им не надо надевать короны и шляпки…– Вздохнула Лизхен.

Все рассмеялись и принялись обсуждать предстоящее мероприятие. Подсчитав количество гостей и рассмотрев все условности, стало ясно, что для подготовки к балу потребуется никак не меньше трех недель.… Самая большая трудность заключалась в том, как устроить прием, соблюдя этикет и не задев чести испанских сеньоров, ведь малейшая неосторожность могла иметь непредсказуемые последствия. Надлежало накрыть обеденные столы таким образом, чтобы короля за столом окружали только представители высших родов Испании. Не допускалось присутствие иностранцев или недостаточно знатных господ за одним столом с королем. Зато вокруг королевы могли находиться иностранцы старинных фамилий. Но столы должны стоять на достаточном удалении друг от друга, чтобы не создавалось ощущения единого обеденного стола. Было решено накрыть к обеду в огромном зале для приемов. Его площадь позволяла в тяжелые времена размещать внутри замка даже полностью экипированных в доспехи рыцарей на конях. Готические своды подпирали два ряда колонн, что, тоже создавало видимость разделения помещения на отдельные сегменты. Филиппу пришлось попотеть, размещая за столами так и эдак высший свет Мадрида. Было решено, что угощать короля на правах хозяина будет Филипп де Гиш, Ванесса и Агнесс возьмут на себя эту роль за столом королевы, Граф фон Корф будет угощать дипломатический корпус и дворян иностранного происхождения.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.