Капитан 2-го ранга Игорь Хвостовой стоял в рубке своего легкого Крейсера “Юрий Гагарин” и смотрел через главный визор на отдаляющуюся планету. Это стало для своего рода ритуалом, каждый раз когда его корабль уходил на задание любоваться огнями городов, дымкой облаков, мрачной стальной громадиной орбитальной базы со снующими рядом мелкими катерками…

Сегодня в путь отправлялась целая эскадра – три тяжелых крейсера “Гуань Юй”, “Сварог” и “Один” – все однотипные, “божественной” серии. Если все пойдет гладко, то через два года будет повышение по выслуге – и самому кап-2 достанется в подчинение такой же красавец. Отменные пушки, три батареи ракет, ангары на два десятка универсальных МЛА и в четыре раза больше БПЛА, энергощиты способные выдержать минимум один полный бортовой залп практически любого известного корабля миминогов, и при этом отличные скоростные характеристики благодаря гипердвигателям нового поколения. Хвостовой был влюблен в этот проект. Нет, его нынешний крейсер тоже был отличной боевой машиной, и уже стал чем-то родным за время капитанства, но мощь тяжёлых всегда манила его.

Три громады шли следом за “Юрием” неправильным клином, ловя на серебристых корпусах темно-багровые отблески местного красного карлика.

Кофе – негромко отдал голосовую команду расположившийся в соседнем кресле штурман, и тотчас раздалось басовитое гудение. Конечно, по всем правилам на мостиках боевых кораблей никакие кофемашины предусмотрены не были… Но это тоже была часть ритуала, каждый корабль стремился обзавестись какой-то оригинальной деталью, а поэтому даже особист закрыл глаза на нарушение, когда капитан притащил ее с одной из планет и воткнул чуть в стороне от навигационного оборудования. Плавные обводы навороченной кофеварки органично вписались по соседству с радарным комплексом “Заслон-2М БИС-3027к” от одноимённой мегакорпорации и постановщиком помех их же производства.

Идти до столовой на таких махинах далеко, а так можно было позволить себе немного комфорта прямо во время вахты. К тому же пока можно было расслабиться – корабли отойдут от станции на безопасное расстояние, подготовятся к прыжку и перейдут в систему Новая Бурятия-23. Так что пару часов спокойных у кап-2 были – прыгать возле самой планеты невозможно, гравитационное поле вблизи создает слишком большие возмущения для расчета скачка. А вот потом начнется работа и там уже никаких послаблений. Слишком дорого расплачиваться придётся.

Кофе – повторил кавторанг, и аппарат, после непродолжительного жужжания выдал вторую порцию божественно пахнущего напитка. Хвостов не глядя протянул руку, подхватил чашку и сделав небольшой глоток задумался.

Задание…. В течение одного только последнего месяца в этой области пропало три мелких торговых суденышка. Это было неприятно и заставляло заподозрить неладное, но неделю назад там пропал караван с продовольствием для Терры-16, что и стало последней каплей для адмирала. Эскадра вышла на охоту – три тяжелых крейсера с легкостью справятся с любыми пиратами, а легкий и более шустрый “Гагарин” прихватили для разведки, посыльной службы и прочих мелких надобностей.

Капитан сделал ещё глоток и вернулся на свое место. Кроме него в каюте находились только пилот и штурман, но они оба были заняты, маневрирование вблизи планет хоть и не требовало постоянного контроля экипажа, большинство навигаторов не хотело полностью доверять ИКСину в этом вопросе.

С тихим шорохом раскрылась входная панель и в рубку зашел особист. Среднего роста, русый сероглазый и в целом ничем не приметный человек, не считая старого, белёсого шрама на правой щеке. О его происхождении штатный контрразведчик не распространялся, а сам кавторанг особо не интересовался, интерес к представителям структуры не особо поощрялся.

Шах, а именно так его звали на крейсере, считая кличку удобным сокращением от фамилии Шаховцев, появился на корабле примерно полтора стандартных года назад, когда его предшественника наконец повысили и забрали в орбитальный штаб Омеги. За это время с ним сложились вежливо нейтральные отношения, неприязни не было, однако и товарищем ни для кого на борту он не стал. Во многом на это повлияла должность, но и сам Шах в друзья никому не набивался, держал дистанцию.

Особист повторил недавно отданную капитаном команду и кофеварка вновь ожила. Минута, и он расположился вполоборота в крайнем левом кресле с кружкой в руках, так же глядя на удаляющуюся планету и одновременно держа в поле зрения всех присутствующих.

– Нехорошее у меня предчувствие – отхлебнув напитка и немного помолчав тихо сказал особист.

– Думаешь, в НБ-23 нас ждет что-то серьезнее обычной шайки пиратов на каком-нибудь довооруженном посыльнике или древнем фрегате у которого заплат больше чем родной обшивки?

– Не знаю. Просто предчувствие. Жопа сигналит. И она еще ни разу не ошибалась. – Шах поморщившись сделал еще глоток. – в последний раз она так ныла перед тем, как я заполучил вот это – его палец коснулся шрама. – Не самое приятное воспоминание, не хотелось бы повторить.

Особист замолчал, что-то рассматривая среди экранов. Капитан привычно мониторил показания приборов, всё шло штатно, крейсер по прежнему скользил сквозь пространство, но настроение уже было испорчено. Радость от полёта сменилось напряжённым ожиданием.