– Линка! Линка, ты куда?! Вернись! Вернись сей же час! – моя тетушка Агриппина Артанская, или попросту, Агриппа, уже несколько минут надрывала горло, тщетно пытаясь образумить меня.

Меня, Линетту, дочь самого Черного Мага! Да щаз!

Послушная метла несла меня под облаками туда, на Лысую гору, где сегодня собирались все ведьмы.

Именно там и должно было состояться ежемесячное ведьминское общение по интересам. Там ведьмы, каждая по отдельности, демонстрировали Верховной, кто на что способен. И мне это сборище было очень даже на руку!

Ну я им устрою! Они навсегда забудут, каково это – пытаться обидеть тихоню Линетту!

Потому что я Линеттой не была. Я была Ленкой. Еленой Афониной. И перекинуло меня сюда, в этот мир, без моего на то желания, целых три недели тому назад.

На Земле мне было тридцать пять. Я занимала приличную должность, получала хорошую зарплату, развлекалась в свободное время в караоке-барах и отдыхала за границей три-четыре раза в год. У меня были мужчины, но не было серьезных отношений. Я любила жизнь и не заморачивалась вопросами будущего. В общем, все у меня было прекрасно и на работе, ив личной жизни. Я не жаловалась и не искала ничего другого. И уж тем более не горела желанием менять свой обустроенный быт на нечто новое.

Здесь же я очутилась в теле всеми презираемой тихони-ведьмы, у которой нет магии. Ей двадцать пять, по местным меркам старая дева, и вроде не уродка, но на нее давно никто не смотрит, не воспринимает ее всерьез. Молодость по меркам этого мира уже прошла. И все, что ей остается, – прозябать в практически нищете в старом замке. Ее родители пропали без вести несколько лет назад. И из родственников у нее одна тетушка, тоже не имеющая магии.

Казалось бы, что можно сделать в такой ситуации? Правильно, ничего. Если бы не одно «но». У меня внезапно появилась магия. Угу, именно у меня, Елены Афониной. Прямо разлилась по венам, заискрилась на кончиках пальцев. Никогда не соприкасавшаяся с колдовством на Земле, тут я вдруг почувствовала, что значит – быть сильной магичкой. И я потихоньку тренировалась уже несколько дней, в том числе и в вызове метлы. Теперь же я летела на Лысую гору, чтобы показать этим дурам ведьмам, что умеет тихоня Линка! Хватит с нее терпеть насмешки и оскорбления. А то ведь даже за ворота замка не выйти – вечно то одна, то другая гадины подкараулят и пакостить начнут.

В небе было холодно, очень холодно. Наверное, так же холодно, как в какой-нибудь плите изо льда. И если бы не эликсир, который я заблаговременно выпила дома, то в своем тонком платьице я однозначно давно окоченела бы. И прилетел бы на Лысую гору кусок льда. Гладкий такой кусок. На метле. То-то ведьмы посмеялись бы, порадовались бы моей бестолковости.

Интересно, почему тетка орала? Вряд ли ей было жалко Линку. Она ее терпеть не может, в том числе и из-за тихого характера.

И, по идее, ей, единственной опекунше, Линкина возможная гибель была бы только на руку. Тогда именно Агриппе отходило бы все немаленькое Линкино состояние.

Но тем не менее Агриппа орала, взывала к Линке и ее мозгам.

Скорее всего, это клятва. Та самая, которой связывают слуг с господами. На крови, как говорят здесь. Хотя самой крови здесь нет. Магия просто пропитывает весь организм существа. И когда слово или клятва бывают нарушены, магия уходит, забирая с собой жизнь того, кто сотворил это нарушение.

И если так, то Агриппа сейчас вполне может бояться, не зная, что я совершу дальше и как сложится ее, Агриппы, жизнь.

Ну то ее проблемы. Не просто же так она нанялась присматривать за мной, пока я замуж не выйду. Видимо, имелась какая-то выгода.

Мне на «замуж» было плевать. Здесь и сейчас я летела на шабаш, чтобы утереть нос наглым ведьмам, посмевшим издеваться над Линкой.

Лысая гора показалась в поле моего зрения довольно быстро.

– Аккуратно приземляемся, – приказала я метле. – Посмеешь меня скинуть – на прутья поломаю.

Ответа не последовало. Но я знала, что меня поняли. Магические вещи чувствовали настрой своих хозяев и воспринимали одинаково хорошо похвалу и угрозы.

Я приземлилась аккуратно, на самую «плешь» горы, туда, где местные ведьмы устраивали свои шабаши. Шабаши здесь, как я смогла понять из рассказов Агриппы, были похожи на земные вечеринки – обычные встречи после работы, где можно выпить, поесть, с народом пообщаться. Ну и сбросить напряжение разными способами.

– Вы ж посмотрите, кто пожаловал! – разнесся над «плешью» крик. И рядом со мной очутилась Аласья, миленькая и толковая ведьма с отвратительными манерами, примерно моего возраста. Аласья была из тех, о ком говорили: «Сила есть – ума не надо». – Это ж Линка-тихоня. Как ты сюда добралась, чучело? Ты ж не умеешь ничего.

– Сама чучело, – отрезала я и щелкнула пальцами. – Чтоб у тебя на носу две бородавки выросли.

Я приказала – бородавки выросли. Аласья сразу же заверещала, нащупав «подарок», и предсказуемо полезла в драку.

Ведьмы, до того гудевшие по всей «плеши», что-то обсуждавшие и демонстрировавшие друг другу, мгновенно притихли.

Всем хотелось посмотреть, как Линка-тихоня будет справляться с ученицей самой Верховной ведьмы.

Я справилась просто – приказала магии, и та спеленала драчливую Аласью по рукам и ногам. Теперь она орала, будучи подвешенной в воздухе. Не самое удачное положение. Но на что уж нарвалась.

– И правда, магия появилась, – послышался у меня за спиной задумчивый голос.

Я повернулась и, как требовалось правилами, поклонилась в пояс. Передо мной стояла Верховная ведьма – высокая плотная брюнетка с черными как смоль глазами. Наряженная в длинное закрытое платье, полностью скрывавшее ее фигуру, она с интересом рассматривала меня. Ну прямо как того жука на иголке. Буквально сканировала и мой легкий сарафан, издалека похожий на платье, и раскрасневшиеся после полета щеки и, наверное, растрепанные волосы. В общем, то еще чудо перед ней предстало.

Я была невысокой, немного полноватой шатенкой с синими глазами и не особо выразительными чертами лица. И потому прежде чем лететь на шабаш, я накрасилась подручными средствами, подчеркнула губы и глаза. И теперь искренне надеялась, что мой макияж остался в порядке во время полета.

– Здравствуй, Линетта, – проговорила Верховная ведьма благожелательным тоном. – Метла слушается тебя?

– У нее нет выбора, – честно ответила я.

– Угроза или похвала?

– Первое, конечно.

– Вся в отца, – одобрительно кивнула Верховная. – Пойдем, познакомлю тебя с почетным гостем нашего шабаша.

На Аласью, свою ученицу, она даже не посмотрела. Пусть себе дальше орет, связки надрывает. Раз ведьма не может справиться с проблемой сама, то и помогать ей смысла нет. Серая мораль, но другой ведьмы не знали.

Верховная развернулась и пошла куда-то вглубь «плеши». Я – за ней, по пути руками приглаживая волосы.

Вообще, это была честь – знакомство с почетным гостем. Да еще и когда представляет его сама Верховная. И потому я шла и гадала, кого же мне представят.

На шабаши ведьм редко залетал кто-то посторонний. Они этого не терпели, предпочитали отдыхать по своим законам и без тех, кто сможет потом растрепать об этом отдыхе по всему свету. И раз уж кого-то специально сюда пригласили, значит, повод был веским.

Все это я прочитала в дневниках Линки, которые она вела до своего исчезновения из данного мира.

Лысая гора была довольно большим объектом. «Плешь», на которой собирались ведьмы, поменьше, но тоже места довольно много. Можно и особняк отгрохать, и конюшню радом поставить, и даже бассейн выкопать.

До почетного гостя мы добирались минуты три-четыре. Несколько раз нас останавливали ведьмы, удивленные моим присутствием на шабаше и нашим с Верховной ведьмой общением.

Приходилось эффектно стряхивать с кончиков пальцев искры, чтобы показать, что да, у меня все-таки проснулась магия. После этого от нас с Верховной отставали.

Наконец, мы подошли к отцу-дереву, большому дубу, настолько объемному, что его не смогли бы обхватить руками и три человека. Отец-дуб рос на Лысой горе несколько тысяч лет. И под его кроной обычно молодые ведьмочки договаривались об ученичестве с ведьмами взрослыми, уже видевшими жизнь. Воздух под дубом просто искрился от магии.

Возле него стоял и осматривался с весельем на лице мужчина лет тридцати—тридцати пяти. Высокий мускулистый шатен с кудрявыми вихрами, одетый в местный нарядный костюм, он явно не скучал от недостатка внимания.

Но смотрела я во все глаза не на него, а на его спутника.

Мертвец. Самый настоящий мертвец. Да, стоит без движения, не пытается ни на кого кидаться. Но… В общем, это мертвец, я была точно уверена. Тогда, получается, что? Передо мной…

– Линетта, позволь представить тебе нашего гостя, – торжественным тоном произнесла Верховная, едва мы подошли, – иностранного нэкрОманта, и его слугу, лича.

Я чуть от смеха не прыснула. НэкрОмант, значит. Ну-ну.

– А кто из них нэкрОмант, а кто – лич? – невинно поинтересовалась я, похлопав ресничками.

Шатен недовольно сверкнул глазами и сделал шаг вперед.

– Позвольте представиться, Дерек Лорганский, магистр смерти и всех ее искусств.

То есть все-таки некромант. И что он здесь забыл? Почему Верховная смотрит на него с явной благосклонностью? И для чего понадобилось знакомить с ним меня?

– Линетта Ростайская, хозяйка Марсон-вилля, – прикинулась я дурочкой.

Не говорить же, что мне в равной степени подчиняются все стихии. То бишь я не ведьма, а маг-универсал. Или как это тут правильно называется?

– Линетта – ведьма молодая, но подающая надежды, – рекомендовала меня Верховная.

Ах, так? И с каких пор я стала те надежды подавать? С тех пор как Аласью спеленала? Подумаешь, великое дело.

– Очень приятно познакомиться, рисса1, – поклонился Дерек.

– Взаимно, рисс, – затрепетала я ресничками, делая вид, что не замечаю заинтересованных взглядов, которые Дерек бросал на мой довольно-таки открытый наряд.

– Вам не холодно, рисса? – поинтересовался он с явным намеком.

– Пока что нет, – улыбнулась я. – Я сварила эликсир тепла перед отлетом.

Верховная ведьма посмотрела на меня с той же заинтересованностью, что и Дерек. Да, знаю, этот эликсир не всем начинающим ведьмам дается. Но что делать, если у меня он получился практически сразу же? Не выливать же. Вот и выпила.

– Действительно, подающая надежды, – оценил мои успехи в зельеварении Дерек. – Рисса, вы одна живете в своем замке?

– С опекуншей, – и еще один взмах ресничками.

Боги, сделайте так, чтобы «краска» продержалась до конца вечера! Иначе Дереку кошмары сниться будут!

– И я могу приехать навестить вас, допустим, через два дня?

– Конечно, рисс.

Почему, собственно, нет? Умной ведьме всегда найдется, о чем побеседовать с неглупым некромантом.

Тем временем невдалеке раздались характерные хлопки – полопались веревки, которыми я спеленала Аласью.

– Пятнадцать минут, – Верховная ведьма недовольно покачала головой. – Плохо, Аласья, очень плохо.

Ну, допустим, раньше она при всем желании не освободилась бы. Я уж постаралась ее прификсировать. Но пусть Верховная думает, что ее ученица – полное ничтожество. Мне же проще.

Пылая гневом и жаждой мести, эта глупая девчонка стала меня разыскивать. Ну, сначала, конечно, у нее руки-ноги затекли, после связывания-то. И она себя в порядок привела, теми же заклинаниями и растираниями с приседаниями. А потом помчалась на мои поиски. Буквально на крыльях любви, угу. И нет бы подумать головой, ну хоть немного. Если я смогла обездвижить ее надолго, значит, еще что-нибудь смогу. Но эта упертая дура решила сразу же взять надо мной реванш, чтобы показать всем, кто тут самый сильный.

Верховная ведьма как раз с кем-то беседовала, то ли с заместительницей своей, то ли с помощницей. Я отиралась рядом, посматривая вокруг в поисках развлечений. Ну, собственно, развлечение нашло меня само.

Сначала в меня полетела сетка. Обычная такая, рыбацкая. Понятия не имею, где Аласья ее раздобыла, у какого рыбака стащила. И ведь никакого наведения на жертву сделано не было. Просто увидела – кинула. Дурь же.

Я отошла на пару шагов и с любопытством наблюдала, как привычная к постоянным ловушкам и подковерным играм Верховная уничтожает ту сетку одним щелчком пальцев.

Затем эта психованная отправила ко мне пчел. Три мелких пчелки попытались было сесть на мои плечи. Я ухмыльнулась и пожелала, чтобы они вернулись к отправительнице. Ну и снабдила пожелание соответствующим заклинанием. И эта малолетняя дура следующие несколько минут дралась со своими же насекомыми. Магией дралась, угу.

– Гнев еще никому разума не придавал, – многозначительно заметила собеседница Верховной.

Та кивнула, соглашаясь с заявлением.

Покончив с пчелами, Аласья наконец-то включила голову. Что называется, лучше поздно, чем никогда. Она решила задуматься, почему у тихони Линетты вдруг пробудились такие возможности. А самое главное – как их обойти?

И что она сделала? Нет, не пришла извиняться, чтобы ненароком сделать мне гадость. Она запустила в меня чистой стихией. «Кулак воздуха» считался довольно сильным заклинанием. Он мог смести со своего пути любого. Но при этом отнимал уйму жизненной энергии у того, кто его запустил. И потому не рекомендовалось использовать это мощное заклинание кому-то ниже уровня Верховной ведьмы или архимага. Но это знала я, читавшая умные книги, и не всегда знали помощницы Верховной.

И теперь картина маслом: еле живая Аласья валяется тряпочкой после запуска «кулака», а я, сволочь такая, открываю один из амулетов, висевших у меня на груди, и полностью впитываю в себя всю стихию.

Атака захлебнулась, особо даже не начавшись.

– Ты способная девушка, – сообщила Верховная, посматривая на меня с задумчивостью. – Не хочешь пойти ко мне в ученицы?

– Второй – нет, – честно ответила я. – А первой у вас Аласья. И вам ее не выгнать уже.

– Ты и это знаешь? – удивленно приподняла брови Верховная. – Зачем же притворялась беспомощной так долго?

– Я не притворялась, – пожала я плечами. – Грозу с синими молниями помните? Одна ударила в Марсон-вилль. Не в меня, конечно, но и мне чуток досталось. Вот моя магия и пробудилась. Ну а дальше я уже над книжками сидела и дневники отца читала.

Чушь, конечно, полная. Никакой молнии не было. Но не рассказывать же о своем прибытии из другого мира.

– Дневники отца? – Верховная сделала стойку и стала похожа на легавую, почуявшую зайца. – Да, я слышала о пропавших дневниках Черного Мага, в которых было записано множество редких и частично утерянных заклинаний. Они все же дались тебе в руки? Ты смогла открыть их?

Эм… ну как бы да. Причем с первого раза. И до сегодняшней минуты я понятия не имела, что они исчезали. Я обнаружила их на столе в кабинете отца Линетты, о чем и сообщила Верховной.

В ее глазах мгновенно зажглась алчность. Желание обладать дневниками. Ну-ну. Пусть попробует. Судя по всему, дневники эти – вещички непростые, даются в руки не каждому. Так что я с удовольствием понаблюдаю, как Верховная будет с ними договариваться. Как минимум ожоги и чесотка, думаю, ей гарантированы.

Она, видимо, посчитала так же.

– Думаю, я навещу тебя, Линетта, – фальшиво улыбнулась она, – попьем чай, пообщаемся.

«Ты почитаешь мне дневники своего отца», – добавила я саркастически про себя.

Ну пусть думает, что это возможно. Я ничего обещать не стала, отделалась уверениями, что с удовольствием приму Верховную у себя в гостях. Конечно, да, буду рада, прямо на пороге встречу, угу. Вы, Верховная, главное, одна прилетайте. А то мало ли, что может случиться с вашей первой ученицей.

Задерживаться на шабаше я не стала: Аласью наказала, с некромантом познакомилась, Верховной свои умения продемонстрировала. Можно и домой возвращаться.

Я свистнула, залихватски, по-мальчишечьи, так, как когда-то меня учили на Земле. И метла сразу же появилась передо мной. Молодец, признала меня своей хозяйкой.

Я уселась верхом, мысленно попросила местных богов, чтобы эликсир действовал вплоть до моего возвращения в Марсон-вилль, и взлетела.

На глазах у всех ведьм, да.

На груди сразу же нагрелся кулон от сглаза и порчи.

– Твой приговор, да тебе же во двор, – пожелала я невидимому обидчику.

И полетела.

Летела. Летела. Летела. Наслаждалась видом почти что черного ночного неба, усыпанного многочисленными звездами.

На подлете к замку мне стало холодно. Очень холодно. Очень, очень холодно. Эликсир перестал действовать, причем совершенно не вовремя.

Похоже, завтра утром меня ждет как минимум простуда.

А жаль.

С другой стороны, я побывала на шабаше, исполнила свою мечту. А это стоит несильной болезни.

Ну, по крайней мере, я надеялась, что болезнь окажется несильной.

Встретила меня Агриппа. В дверях замка, да. И смотрела она совсем не добро.

Я для нужного эффекта встряхнула пальцами. Оттуда вылетел десяток искр.

Агриппа впечатлилась – у нее как раз магии не было.

– Домой иди, девка дурная, – рявкнула она на меня.

Но тумака не дала. И на том спасибо. Не хотелось мне еще шею потирать после тяжелой руки Агриппы.

В замке меня ждала ванна. Горячая. Агриппа, я тебя люблю!

Вместо ванны, конечно, в этом мире был большой железный чан с водой. Но то уже детали, мало кому интересные. Главное же, что я с помощью служанки быстро разделась и нырнула в тот чай. Почти что с головой, да. Ах, блаженство!

Мылась я долго. Отмокала с удовольствием. Когда отмокла, служанка тщательно растерла меня мочалкой, вытерла насухо и завернула, словно куклу, в большое махровое полотенце. В таком виде и вывела в спальню. Там уже, на столике у кровати, стоял поднос с горячим чаем и закусками к нему.

Я одним махом проглотила все, как голодный удавчик, и завалилась в постель – переваривать. А как переварила, так практически сразу же и уснула.

Спала я хорошо. Крепко спала. Совсем без снов. Ничто и никто меня не доставали.

Проснулась утром, довольная жизнью. Потянулась, зевнула, прислушалась к себе.

Организм сообщал, что никаких проблем нет. Я полностью здорова. Даже легкого насморка, и то не имелось.

Что ж, отлично. Можно вставать с постели и начинать готовиться к новому дню.

Дверь комнаты открылась с легким скрипом. Порог перешагнул наглый черный кот.

– Васька, тапком по пятой точке дам, – пригрозила я.

– Себе дай, – огрызнулся тот. – Сколько раз повторять, что я – Василий? Запомнить сложно?

– «Василия» заслужить надо. Пока что ты просто Васька.

– Злая ты, Линка. Нет, чтобы накормить, напоить, шерсть мне расчесать, – стал ныть этот обормот.

– Кормят и поят на кухне, отрезала я.

– Там я уже был.

– А, то есть там тебя кормить отказались, и ты сюда заявился?

Недовольное мяуканье я проигнорировала.

Васька был кошаком Агриппы, но презирал ее и вертелся в комнате Линетты, причем постоянно, выпрашивал ласку и кормежку. Можно даже в обратном порядке.

До моего появления он не говорил и вел себя в разы скромнее. Но потом, когда несколько искр с моих пальцев, совершенно случайно упали на него…

В общем, этот болтун не замолкал как минимум сутки, в красках описывая каждому жителю замка, что он обо всех думает, и куда нам, жильцам, пойти, чтобы не беспокоить Васеньку. Жители сначала пугались это чуда, потом стали его игнорировать, что ему совсем не нравилось.

Сейчас же Васька решил попытаться надавить на жалость. У меня, угу. Наивный.

– Тебя тетка спрашивала, – сообщил между тем Васька. – Приказала, как проснешься, нечесаная, сразу к ней иди.

Ну, допустим, так сказать Агриппа не могла. Она была ярой поборницей порядка. А потому мне следовало сначала привести себя в порядок, затем переодеться и только потом отправляться на встречу с Агриппой.

Знать бы еще, что ей от меня надо. Может, выдаст по первое число за вчерашнюю отлучку. Она на такое способна.

– Ну так иди, сдай меня, – насмешливо предложила я наглому кошаку. –Скажи, что давно проснулась, но до сих пор в кровати валяюсь, даже служанку не вызвала.

– Злая ты, Линка, – повторил Васька. – А я, между прочим, с вечера голодный.

– И что ж тебя, голодного, на кухне кормить отказались? Сколько мышей ты успел им натаскать?

Поварихой в Марсон-вилле работала Дарра, крепкая ширококостная селянка лет тридцати пяти-сорока, вдова из ближайшей деревни. Она умела готовить практически все на свете, была чистоплотной и аккуратной. Единственный ее минус был в том, что она до ужаса боялась мышей. Потому, собственно, Васька и ошивался постоянно на кухне. Играл на нервах Дарры. Старательно делал вид, что мышкует. Ну и, стервец такой, периодами притаскивал дохлых мышей.

Дарра тех мышей видела и сразу же начинала вопить, как сирена. Васька получал метлой по загривку. Если, конечно, не успевал сбежать раньше.

– Подумаешь, – проворчал несчастный голодный котик, – каких-то три мышки принес. О ней же, дуре, забочусь. Показываю, что я ее охраняю, мышей вылавливаю! А она – орать! Еще и чуть тапком в глаз не заехала! Мне, благородному животному!

– Ну вот и ходи теперь голодный, благородное животное, – хмыкнула я, – раз по-хорошему не понимаешь. Тебе давно было сказано Дарру не доводить.

– Так она ж напрашивается. Визжит же так, что оглохнуть можно!

– Вася… – я потянулась, зевнула. – Иди отсюда подобру-поздорову. А то я сейчас встану и добавлю.

Васька недовольно зашипел, выгнул спину, но из моей спальни довольно быстро сбежал. Обормот этакий. Походит без еды еще пару-тройку часов – быстро поумнеет.

С этими мыслями я вызвала служанку и принялась приводить себя в порядок. Перед завтраком надо было обязательно навестить Агриппу. Узнать, что там опять случилось.

С Агриппой я столкнулась в коридоре, когда выходила из своей спальни, одетая в темно-коричневое платье, простенькое и полностью закрытое, такое, в котором только слугам приказы отдавать, но никак не к столу выходить. Судя по решительному виду моей тетушки, она направлялась как раз ко мне.

– Линка, где ты ходишь?! – выдала она раздраженно. – Сколько можно тебя ждать?!

– Завтрака еще не было, – я натурально зевнула, прикрыв рот ладонью. – Что за спешка?

– Вестник прилетел! Магический! Гости у нас будут за обедом! Сама Верховная пожалует!

– И? – не поняла я. – Из-за этого нужно нервничать? Расслабься, Агриппа, ничего страшного не случится.

Тетушка недовольно сверкнула глазами, но промолчала.

Ну да, я не слишком почтительна. Но и не нужно было с такими нервами ко мне бежать. Подумаешь, Верховная пожалует. Ничего страшного в этом факте точно нет.

В этом мире было три материка, с десяток крупных островов и всего двенадцать государств.

В шести из них жили ведьмы.

Наше, Ростания, было населено ими сильней всего. Здесь ведьмы обитали в каждом городе, каждом селении. Их слушались, им поклонялись, их боялись. Их считали мудрыми наставницами, которым надо подчиняться в любом деле.

Ведьмы Ростании были необыкновенно могущественны и загадочны, обладали знаниями и силой, выходившей за пределы понимания обычных жителей. Их власть в Ростании была прочна и неоспорима, их волшебство покоряло сердца и умы своей несравненной силой.

Каждая из них обладала уникальным даром – кто-то управлял стихиями, кто-то умел говорить с духами предков, а кто-то мог читать мысли и предсказывать будущее. Их магия исходила из древних ритуалов, которые передавались из поколения в поколение, плотно переплетаясь с местными традициями и верованиями. В их руках находились артефакты, собирающие магию вокруг себя: амулеты, кристаллы и зелья. Ведьмы Ростании никогда не вмешивались в дела простых смертных без причины, но когда их призывали, они приходили, осознавая последствия своих действий.

Внешний вид ведьм также подчеркивал их мощь – длинные темные платья, ритуальные украшения и таинственные символы, начертанные на коже. Ведьмы перемещались по лесам и горам Ростании с такой грацией, словно сами были частью природы, и их глаза светились глубокими таинственными огнями, отражая их мудрость.

По крайней мере, именно это сообщили мне дневники отца Линетты, якобы утерянные.

Сам он, великий Черный Маг, являлся кем-то вроде несменного наместника императора в здешних землях.

Агриппа рассказывала, что, проводя один из своих сложных экспериментов, отец Линетты исчез три года назад. Никто не знал, жив он или мертв. Но Марсон-вилль и проживавшую там Линетту старались не трогать. Вдруг маг еще появится.

Ведьмы и маги обычно между собой не конфликтовали. У них были разные сферы деятельности, если так можно выразиться. Маги – теоретики, ведьмы – практики. Маги занимались философскими проблемами и изобретали жутко мощные заклинания. Ведьмы давали жидкости в склянках для приворотов-отворотов, лечили травками и под покровом ночи вершили свои темные ритуалы на древних развалинах и в лесных чащах.

Насколько я поняла из дневников, отец Линетты считался уникумом. Он был одновременно и теоретик, и практик. Правда, действия его заклинаний не выходили за пределы Черной магии. Но это уже другое, как сказали бы в моем бывшем мире. Главное, что своей силой и умениями он мог бы посоперничать с самой Верховной.

Так что, в принципе, нервозность Агриппы была понятной. Вот только мне, встретившейся с Верховной на шабаше, было ни капельки не страшно. Как-то не верила я в ее намерения разнести Марсон-вилль по камешку. А раз так, то зачем паниковать? Мало ли, как там дело повернется.

Под моим натиском Агриппа сделала вид, что успокоилась, и хоть недовольно пожимала губы, но завтракать со мной все же пошла.

Замок был достаточно большим помещением, способным вместить в себя около сотни человек. И без слуг здесь, конечно было бы трудно жить. А потому я, выросшая в более демократичных условиях на Земле, сейчас радовалась, что за столом нам с Агриппой прислуживают сразу две деревенских девушки лет четырнадцати-шестнадцати. Власть развращает, как сказал один земной умник. И я по себе замечала, что начинаю все больше приобретать замашки махровой аристократки.

Этим утром Дарра приготовила пышный омлет, разваристую кашу, сладкое рассыпчатое печенье и фруктово-ягодный компот.

Побросав в желудок все, что было на столе, я отправилась в кабинет отца Линетты. Именно там хранились и книги, и дневники, и различного рода приспособления для занятий магией. Там же я и тренировалась последние дни.

Кабинет Черного Мага, как и следовало из названия, был обставлен в черных тонах. Мебель – черная, занавески – черные, ковры на полу – черные. Даже переплеты книг, и те – черные. Сидишь в кресле и ощущаешь себя на пепелище.

Я как-то попыталась поменять здесь цвет на более яркий. Так в воздухе внезапно появилась и замерцала табличка: «Доступ запрещен». Я аж прифигела от такой наглости. Кому это доступ запрещен, мне, что ли?!

Увы, взломать код, как выразились бы на Земле хакеры, у меня не получилось. Так что приходилось обучаться в черных декорациях.

Вот и теперь я зашла в кабинет, уселась в кресло напротив хозяйского, в которое меня не пускала магия, и приказала:

– Учебник по зельям.

С одного из шкафчиков слетел и приземлился у меня на коленях большой толстый том в кожаном переплете.

Я только ахнула. Тяжелый, зараза. Точно потом на ногах по синяку найду.

Открыв оглавление, я полистала страницы и остановилась на той, которая мне была нужна. И так, что здесь? Рецепт зелья от случайного взгляда. Отлично. Я как раз сегодня-завтра собиралась в деревню – понаблюдать за жизнью крестьян. Вот это зелье мне и пригодится. Итак…

Зелья давались мне легко, как и амулеты. Я на удивление быстро понимала, что и как сделать, куда «присобачить», как выразился бы мой приятель с Земли. Я действовала, можно сказать, интуитивно. Но результат получался тот, что надо.

Вот и сейчас, провозившись до обеда, я приготовила нужное зелье.

Теперь можно и с Верховной пообщаться. Потом, после ее ухода, выпью зелье и слетаю в деревню, посмотрю, как живет народ. Может, сплетни какие узнаю. Все развлечение в этой глуши.

Быстро переодевшись в своей комнате в новое платье, темно-синее, довольно миленькое и чистое, я спустилась в обеденный зал. Там уже сидели Агриппа и Верховная. Последняя, кстати, прибыла одна. То ли Аласья еще не очухалась, то ли сама Верховная решила не дразнить гусей и не стравливать нас между собой.

– Добрый день, – улыбнулась я, переступая порог.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вежливое обращение к благородной женщине. К мужчине – рисс.