Дизайнер обложки Татьяна Таран

Дизайнер обложки Алексей Сурин

Редактор Алиса Царева

Корректор Ирина Цыпленкова

Корректор Наталья Хвойнова

Telegram @za_alisie

Огонь вгрызался в стены домика, где два года назад жил Илья. Алена ничего не могла сделать, и ей лишь оставалось смотреть, как пламенные языки с треском смаковали вкус родных ей стен, оставляя после себя лишь столб черного дыма, копоть и уголь. Надежда на возвращение Ильи умирала вместе с дощатыми стенами и резными узорами на окнах и крыше.

Огонь будто пытался сказать: «Он нашел другую и больше не вернется сюда! Пойми! Ты больше не поговоришь с ним и не придешь сюда чтобы снова пробудить воспоминания, как делаешь это каждый год… Прошлого не вернуть!»

Щемящее чувство в груди выворачивало наизнанку, душило. Слезы выступили на глазах и стекали по щекам, оставляя после себя мокрые дорожки. В голове в последний раз завращалась серая пленка воспоминаний. Яркие моменты цветными вкрапинами замелькали в памяти, перемешивая события и пробуждая давно позабытые чувства.

«Старица, лодка, дискоклуб, рыбалка, волейбольная площадка, побег, бильярд, теннис, пляж, кинозал, столовая…» Покрытые пылью чувства оживали снова и снова. Кинопленка в голове прокрутилась с бешенной скоростью и разорвалась на тысячу мелких частичек последней его фразой: «Я не знал, что ты такая!»

А огонь было уже не унять, и он все твердил: «Тебе уже исполнился 21 год, а ты до сих пор одна!»

Кувшинки и лилии вместе с тиной накручивались на яркие весла. Молодым людям приходилось часто останавливаться, чтобы избавиться от назойливых растений. Голубые весла поскрипывали в креплениях. Кувшинок за бортом становилось все больше.

Резкий и глухой звук под ногами предупреждал о корягах, норовивших проткнуть пластмассовое дно. Большой опыт вождения давал Илье значительное преимущество в маневрировании по узкой заводи.

Высокая и острая осока шелестела под дуновением ветра. Лучи летнего солнца гладили кожу сквозь тень листвы вековых крон. Над головами начал кружить ястреб. Большие крылья иногда подрагивали, чтобы выровнять траекторию.

— Он что, на нас охотится?

— Не бойся, не нападет. Мы все еще держим путь на старицу?1

— Да! Мы же приняли решение на берегу. Или ты хочешь сказать, что мы два часа зря сюда гребли?

— А может ты испугалась легенд о избушке и передумала? Слухи ведь ходят довольно мрачные и пугающие…

— Вот мы и собираемся их проверить. Сам говорил про бесхозные драгоценности какой-то графини, поселившейся на старице! Сейчас возьми немного левее… Пригнись! Ветка!

За бортом медленно скользили пейзажи заросшего леса. Тихая музыка из колонки расслабляла и давала возможность абстрагироваться. Надоедливая мошкара подгадывала момент и с жужжанием атаковала открытые участки тела.

За бортом показались деревья со сточенной древесиной. Внизу они были заточены под форму огромных осиновых кольев.

«Как будто здесь была какая-то секта.»

Мысль мгновенно пропала, когда парень произнес: «А вот и бобровое лежбище! Скоро будет плотина, так что ты главное не делай резких движений.»

— А, ты про эту говорил? — поинтересовалась Алена и, чуть привстала со своего места. Она с интересом рассматривала преграду из веток. Вода небольшими волнами облизывала нижний слой постройки. Девушка встала на цыпочки, в надежде увидеть что-то тайное за плотиной, но там ничего не было кроме пустоты.

Илья обернулся в сторону небольшой тропинки между осокой и настороженно протянул: «Та-ак… В прошлом году здесь можно было проплыть, а сейчас здесь суша! Что ж, Аленка, видимо, не судьба нам попасть на старицу. Слишком рискованно. Разворачиваемся!»

— А я думала ты любишь рисковать. Здесь же идти всего десять метров! Короче, я предлагаю сейчас аккуратно подъехать к мели, вылезти и перетащить лодку до ближайшей глубины. Как тебе идея?

— Надежная, как швейцарские часы. А самое главное — безопасная! Тащить на мне ты собралась? Раз-во-ра-чи-ва-емся!

— Как можно быть таким занудой? Я просто не понимаю! Ты не будешь ее тащить в одиночку. Я помогу! — произнесла рыжеволосая и снова привстала в лодке. Тело искало равновесие и девушку пошатывало в разные стороны.

По инерции они приближались к плотине. Угроза снести сборище веток с грязью, а потом вместе с большим количеством воды отправиться в неизвестном направлении — пугала.

— Ла-а-адно. Будь по твоему, но если нас смоет и опоздание на вечернюю дискотеку будет больше чем на минуту, то…

— Не смоет. Доверься мне! Мы же действуем аккуратно. Давай — давай, еще немного осталось до берега. Подгреби еще… И-и-и-и!

Подушечки пальцев погрузились в воду и наконец почувствовали твердую поверхность.

— Есть! Ур-ра! Выходим и оцениваем ситуацию!

— Погоди! Я подержу, чтоб лодка не сильно мотылялась.

— Смотри, здесь хорошее дно. По торфу легко удастся протащить.

— Надеюсь… — пробормотал парень, принимаясь снимать обувь и носки.

Солнце нещадно грело тела молодых людей. Во рту пересохло, лица покраснели от натуги, а одежда перемазалась в грязи от множества падений по скользкому грунту.

— Раз! Два! Три! Двигай! — скомандовал Илья и толкнул лодку. Высохшие водоросли вмялись в торф под тяжестью судна.

— Еще чуть-чуть осталось! Последний заход, и мы будем на той стороне.

— Я смотрю, ты у нас заядлая оптимистка!

— Но не меланхолик точно… Фух! Все, я устала, надо передохнуть. Мы метров шесть, за три захода точно протащили. Жарко! И мокрая вся от пота, как кикимора! — высказалась Алена и сняла верхнюю часть одежды, оголяя кожу с легким загаром и черный топик.

— Змея! Змея! — с истошным криком парень запрыгнул в лодку и принялся опасливо озираться по сторонам.

— А-а-а! Где?

— Вон! Вон! Поползла! Видишь, она серая? Я дальше лодку не потащу!

Упитанная гадюка, средних размеров медленно уползала в осоку.

— Осталось немного. Нам в любом случае проще будет дотащить лодку, чем возвращаться!

— Э-э-эй! Куда ты? Там же гадюка!

— А-а-а-а!.. Боишься? А она поджидает твою сладкую но-о-ожку чтобы впиться в нее. У-у-у!

— Ну не надо. Ты же знаешь…

— Надо, Илья, надо!

Светодиоды мигали в такт музыке, колонки вибрациями сотрясали стены клуба. Вечером полупустая комната кинозала заиграла яркими красками. В ультрафиолете все белое приобретало белоснежный оттенок и светилось в темноте.

Дети вразнобой резвились на сцене. Прыгали, кувыркались, как сумасшедшие. Взрослые тоже двигались под музыку, получая удовольствие от любимых песен. Тело переполняла неведомая сила, казалось, что нет на свете непосильных дел и безвыходных ситуаций. Сейчас есть только музыка, светодиоды и накрывшая всех эйфория!

Илья стоял у пульта управления и кивал в такт музыке. На экране монитора он подстраивал нужную громкость, переходы между треками и дополнял песнями уже играющий плейлист. Темные волосы растрепались. Несколько прядей прилипли ко лбу. Его улыбка казалась ослепительно яркой в фиолетовом свете.

Из-за громкой музыки вести беседу не получалось, так что оставалось только получать удовольствие.

Музыка руководила телом, и за танцевальные движения переживать не стоило. Опыт из танцевальной студии выходил наружу, на одежде появлялись новые пятна пота. Тело приятно ломило от нагрузки. Музыка не позволяла останавливаться, а лишь наращивала темп. Приближался припев.

Несмотря на легкую прохладу на улице и отсутствие отопления, в помещении было довольно жарко. Открытая входная дверь помогала избежать духоты.

Особо вспотевшие выходили на улицу отдышаться, а потом снова возвращались на танцпол.

По окончании дискотеки Илья поставил несколько медленных треков. Люди начали плавно расходиться. Родители с трудом уводили детей, несмотря на их протесты.

Остались лишь самые стойкие. Пьяные мужики стояли перед пультом управления и что-то объясняли Илье. Самым разговорчивым оказался мужчина лет сорока в порванной тельняшке. От большого количества выпитого он перешел на нечленораздельную речь.

Алена открыла деревянную створку стойки диджея и подошла к Илье.

— Что у тебя тут?

— Надо как-то их выкурить отсюда. Разговоров они уже не понимают. Надо действовать радикально.

— Как?

— О, это что за краса-а-авица! Пойдем-ка с нами. Я так-х-х-о-е-е расскажу! — протянул мужик в тельняшке. От него знатно пахло алкоголем и никотином.

Чувство страха плавно настигало и медленно обволакивало. Кисти рук слегка задрожали. В голове начали мелькать самые неприятные ситуации из фильмов, книг и комиксов.

— Что молчишь? Язык проглотила? Так я достану! А патлы то какие, крашен-н-ные небось! — произнес мужик и протянул свою лапу в сторону девушки. Алена отдернулась и отступила от пульта управления. На фоне совсем некстати прозвучал припев песни «Белая ночь.»

— Не трогай ее! — прокричал Илья и одной рукой притянул к себе девушку.

— Ой, только не начинай! Ты парень ее что ли? — уже с угрозой прорычал мужик. Перегар начал распространяться от него еще сильнее. Ужин захотел стремительно покинуть желудок, но Алена сдержала позыв и встретилась немым взглядом с парнем.

— Я брат! И не дам ее в обиду.

— А-а-а-а. Вон оно как. Ну прости не признал…. Вы и впрямь чем-то п-к-х-охожи… Слушай, а пошли с нами на речку? Водичка там то что надо. Сестру с собой возьмешь. А?

— Я откажусь. Еще нужно навести порядок в клубе.

— Да ладно, тебе. Ха-о-а-рош ломаться!

Алена слегка отошла от шока и произнесла без дрожи в голосе:

— Он сказал «нет»! И своего мнения не поменяет!

— А, х-р-ш-о! Тогда…

Илья сильнее обнял Алену и еле слышно прошептал:

— Я выведу их, а ты хватай, красную палку, что лежит сзади и на счет «три» блокируй дверь. Но я должен успеть зайти. Поняла?

Алена кивнула. В глазах промелькнул страх.

— Парни, я тут подумал. Сестренка наведет здесь порядок. Пойдемте покурим, — уверенно произнес Илья и достал из темных штанов полупустую пачку сигарет и зажигалку.

— О, это дело! Парни, айда!

Шатающейся походкой четверо мужиков вышли на веранду. Алена схватила длинную палку и, поместив ее за спину, направилась к выходу. Сердце отбивало чечетку в груди, дыхание стало быстрым, руки похолодели. Из-за пота палка грозилась выпасть. Когда она подошла к двери, Илья тут же выбросил в мусорное ведро недокуренную сигарету и резко зашел в клуб, закрыв за собой обе двери.

— А где счет «три»?

— Палку давай! — прокричал Илья, едва сдерживая створки дверей. Мужики тотчас принялись ломиться внутрь.

Девушка интуитивно просунула между деревянных ручек палку, и молодые люди со страхом отбежали назад.

Бах! Бах! Бах! — трещали старые ржавые створки. Шайка все еще предпринимала попытку зайти.

— По крайней мере, мы в безопасности, — с улыбкой произнес парень и задернул темные шторы около дверей.

— До домика ты меня сегодня точно будешь провожать! Я одна не выйду туда! — произнесла Алена, указывая пальцем в сторону красной палки в дверях.

— Хорошо. Только скажи: ты запасную дверь в клуб закрыла?

— Какую?

— Блин, Алена! — парень сорвался с места в сторону пульта управления и закрыл ключом на замок вторую дверь.

— Не поверишь, я впервые радуюсь ржавчине! — испуганно произнес Илья и медленно подошел к девушке.

— Да уж.

— Ну что ты? Напугалась?

— Это глупый вопрос!

— Ну прости. Я пытался придумать действенный план за несколько секунд.

Со стороны главной двери послышался треск и еще одно: Ба-бах! Бах! Бах!

Алена вздрогнула и забежала за друга.

— Они точно не прорвуться?

— Если прорвуться, то будем сурово защищать честь клуба… — произнес Илья и встал в стойку из кунгфу с криком: «Кий-а!»

— Не могу поверить, что за первую неделю я нашла такого друга как ты! Спасибо! — слезы непроизвольно потекли из глаз. Объятия сжались сильнее.

— Ну чего ты! Э-эй. Аленка, — ласково произнес парень и приобнял подругу, нежно поглаживая.

Шмыгая носом, девушка тихонько произнесла:

— Расскажи что-нибудь, чтобы абстрагироваться…

— Помнишь ночь, когда мы с тобой только познакомились?

— Смутно.

— А я могу напомнить. После очередной дискотеки я вышел перекурить, рядом тогда со мной сидела еще Лиза. Помнишь?

— Да. Я тогда подумала, что ты был каким-то грустным.

— И именно в тот вечер я сильно поссорился со своей девушкой. Я не знал, как быть. Лиза меня успокаивала, о чем мы с ней только не говорили… И тут ты пришла такая: «Привет, ребят.» Я тогда не мог понять, что ты делаешь здесь в час ночи, но не спросил об этом. Ты ведь так активно завела разговор, перескакивая с темы на тему.

— А я тогда только приехала на турбазу и решила размяться после долгой дороги. — с тихим смехом произнесла Алена и отстранилась после еще одной порции объятий.

— Вот-вот.

— Ну потом ты ведь помирился со своей девушкой, верно?

— Да. Но так как я подрабатываю здесь все лето, она начала меня жутко ревновать. Стала звонить через каждые пять минут. И на время я… А впрочем, неважно. Ну как, тебе стало легче?

— Да. Ломиться вроде перестали. Может, посмотрим одним глазком?

— Ну давай.

Илья отдернул темную шторку и увидел пустую веранду.

— Действительно ушли. Да так быстро. Просто обалдеть!

— Ну или это засада.

— Да ладно тебе. Все равно провожу тебя. Ты на Солнечной улице живешь или…

— На Медицинской. Она чуть левее Солнечной.

— А-а-а! Ну что ж, пошли.

— А как же оборудование! Ты его в пустом клубе оставишь?

— Ну я же не дурак! Закрою на ключ и, когда тебя провожу, вернусь и все уберу, — произнес Илья, вытащив металлическую палку, держащую двери.

— В общем, план у тебя есть, и помощь не нужна, я правильно понимаю?

— Да.

Очистки летели в разные стороны, и лишь малая часть попадала в ведро. Несколько рыжих прядей выбилось из высокого пучка и теперь качалось в такт от быстрой работы рук. «Шик-шурх-шик-шик-шурх» слышалось от забившейся овощечистки.

— Кто же придумал эти семейные дежурства? Ну вот кто в здравом уме предложил чистить 18 килограмм картошки для обеда?! — громко возмутилась Алена и бросила чуть испачканный в земле овощ к остальным желто-белым сородичам.

— Это, дорогая моя, традиция! И дань уважения прошлому… Ты не спеши, не спеши. Сейчас еще один мешок принесут… — неспешно произнесла бабушка и продолжила медленно срезать длинную картофельную стружку.

С громким вздохом Алена театрально откинула голову назад. Бабушка лишь украдкой взглянула на внучку и тепло улыбнулась своим мыслям.

«Интересно, что сейчас делает Илья? Обычно в это время он берет снасти, железное ведро для будущего улова и идет к понтону. Может, я его увижу и найду какую-то причину, чтобы улизнуть от дежурства?» — подумала Алена и взяла новый перепачканный в земле клубень. Белые глазки овоща не вызывали других чувств кроме отвращения…

Девушка посмотрела в сторону мешка с неочищенной картошкой и облегченно вздохнула.

«Осталось всего три штуки. И я буду свободна!»

Руки снова принялись за хаотичную чистку. Кожура в этот раз уже не так сильно разлеталась по сторонам.

Со стороны клуба послышался знакомый смех. Девушка замерла на месте и принялась осматриваться по сторонам. Теплое чувство радостно забилось в груди, дыхание перехватило. Улыбка расползлась полукругом на веснушчатом лице.

«Подумать только, я улыбаюсь обычному парню, который сейчас даже не смотрит в мою сторону. Я что, влюбилась?»

Чувство легкости и окрыления мгновенно улетучилось, как только Алена увидела гордо шедшую Лизу рядом с Ильей. Теплое, греющее изнутри чувство стало тянущим и болезненным. Внутри появились пустота и гнев.

«Почему с ним идет Лиза?! Она же спит, как сурок, до обеда. Еще так деловито бедрами качает. Посмотрите, какая цаца! Нет! Я не могу оставить их наедине вот так просто! Не могу!…»

— Ба! Я отойду на пару минут, хорошо? Вы же тут с мамой пока справитесь? Да?

— Иди-иди, Ален.

Мамина фраза, будто ключ, сняла цепи так долго сковывающие тело.

— Хорошо! Спасибо! — бегло крикнула девушка и бодрой трусцой побежала в сторону друзей.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Старица — участок прежнего русла реки, который отделился от основного потока и превратился в самостоятельный замкнутый водоем.