Чьё-то тёплое дыхание коснулось её шеи и, как лёгкий ветерок, скользнуло вниз по открытой спине.

– Прекрасная незнакомка, не желаете пройти в зал или выпить коктейль? – шёпот сзади пропустил мурашки по её телу.

Этот голос преследовал её с прошлогоднего маскарада, который организовала её коллега Тоня в поисках нового кавалера. Эльвира согласилась пойти лишь из любви к подруге.

В тот вечер она танцевала со стройным незнакомцем во фраке. Его лицо скрывала красная бархатная маска дракона, украшенная изумрудными перьями. Но больше всего её поразил его голос: низкий, бархатистый, с едва уловимой хрипотцой, он проникал в самое сердце. Маски должны были быть сняты в полночь, но незнакомец исчез, словно растворился в воздухе. Тоня тщетно пыталась найти его в списках гостей, но все поиски оказались безуспешными.

С тех пор Эльвира жила с этим голосом в голове, прокручивала его снова и снова, словно заезженную пластинку.

И вот он! Её словно пронзило электрическим разрядом. «В этот раз ты от меня не уйдёшь!»

Она резко обернулась. Незнакомец был одет в костюм ковбоя, искусно подчёркивающий мужественную фигуру, а лицо скрывала широкополая шляпа и чёрная маска. Этакий Зорро.

От него исходил пьянящий аромат восточных духов, совершенно не вяжущийся с его образом, но лишь добавляющий ему загадочности. Эльвира была очарована.

Она протянула ему руку:

– Да, пожалуй, угостите меня.

Он бережно взял её за кончики пальцев. Сквозь тонкую ткань перчатки Эльвира почувствовала, какой удивительно нежной была его кожа. Они направились в зал. У окна их ждал столик, уставленный разноцветными коктейлями.

– Какой предпочитаете, прекрасная незнакомка? – прошептал ковбой, склонившись к её уху.

Шляпа скрывала его взгляд, но Эльвира чувствовала его пристальное внимание, обжигающее, как первое весеннее солнце после долгой зимы.

– С сюрпризом, – ответила она, чувствуя, как пульс отбивает безумный ритм танго.

Внутри неё разгорался костёр любопытства, грозясь испепелить остатки осторожности.

Он выбрал ярко-алый коктейль, украшенный долькой лайма, и протянул ей. Капля соскользнула по стенке бокала, словно одинокая слеза. Эльвира сделала глоток. Сладкий вкус клубники обманчиво успокоил, но затем по горлу прокатилась волна обжигающего перца чили.

– Остро! – выдохнула она, и её смех эхом разнёсся по залу.

В этот момент она поняла, что готова рискнуть. Готова погрузиться в опасную игру, где ставкой было её собственное сердце. «В любви, как на войне, – подумала она, – все средства хороши». И в эту секунду она была готова ко всему, даже к разочарованию. Ведь, как известно, надежда умирает последней.

Ковбой тихо рассмеялся, его смех был музыкальным эхом, вторящим её собственному. Этот звук пробудил в ней что-то древнее, инстинкт охотника, увидевшего долгожданную добычу.

– Сюрпризы бывают разные, прекрасная Эльвира, – произнёс он, и имя, сорвавшееся с его губ, прозвучало как заклинание.

Как он узнал её имя? Игра становилась всё более захватывающей.

– Откуда вы знаете моё имя?

Ковбой загадочно улыбнулся, и тень от шляпы ещё больше скрыла его лицо.

– У прекрасных незнакомок всегда есть имя, достойное быть произнесённым. Но кто я, чтобы раскрывать все карты сразу?

Он сделал шаг ближе, и она ощутила тепло его тела, пьянящий аромат арабских духов стал ещё сильнее. Эльвира заворожённо смотрела на него, не в силах отвести взгляд. В этот самый момент она твёрдо решила, что не упустит его вновь. Она разгадает эту загадку, чего бы это ни стоило. И неважно, что ждёт её в конце – главное, что она снова чувствует вкус жизни, вкус приключения.

Она ощутила лёгкое головокружение. Сюрприз, безусловно, удался. Волнение захлестнуло её с головой, смешиваясь с нетерпением и робким страхом. Этот ковбой был не просто случайным гостем в её жизни, он знал её, играл с ней, будил чувства, которые она давным-давно похоронила под толстым слоем рутины и разочарований.

В его присутствии она чувствовала себя одновременно и беззащитной, и невероятно сильной. Беззащитной, потому что он видел её насквозь, обнажал её душу одним лишь взглядом. Сильной, потому что ради этой искры, вспыхнувшей между ними, она была готова на всё.

«А может быть, ты тот самый сон, который я так долго ждала?» – пронеслось в её голове. Она вдруг увидела в нём не просто загадочного незнакомца, но и отражение своих собственных желаний, своих несбывшихся надежд. Её сердце, словно испуганная птица, забилось в груди с новой силой.

Она смотрела в его затенённое лицо, пытаясь угадать, что скрывается под маской. Боль? Разочарование? Или, может быть, та же самая тоска, что и в её душе? Ей хотелось прикоснуться к нему, почувствовать его тепло, разделить с ним его тайну. И она знала, что сделает это. Она пойдёт за ним до конца, даже если этот конец окажется горьким разочарованием. Потому что именно сейчас, в этом коротком мгновении, она чувствовала себя живой, настоящей.

Светка отпила ещё горячий чай и поставила чашку на стол. В офисе начался обеденный перерыв. Сотрудники толпились у микроволновки.

– Привет, – худощавый парень присел рядом. – Приятного аппетита.

– Спасибо, Даня, – Светка посмотрела на коллегу. – И тебе того же.

– Ты грустная сегодня, всё норм?

– Скучно, – призналась девушка, – скучно жить!

Светка и Даня работали в одной фирме уже два года. Будучи ровесниками, они находили общие темы и часто пересекались в столовой, чтобы поболтать. Данька разогревал очередную порцию готовой еды из соседнего магазина, а Светка пила чай с вафлями. Светка нравилась Дане, но пригласить девушку на свидание он не решался.

– В смысле «скучно»? – не понял Даня и застыл с бутербродом в руке.

– Ну так это… дом, работа, работа, дом, – объяснила Светка. – Одно и то же!

Дома Светку ждал кот. Он был тёплым и пушистым, как пряжа, из которой бабушка в детстве вязала шарфы. Кот обвивал хвостом ноги девушке, когда она приходила домой, и бесконечно урчал в ожидании ласки.

– Ну не совсем, конечно, скукота, – добавила Светка. – У меня есть кот.

– Может, – Даня остановился и откашлялся, – может, сходим куда-нибудь вместе? – от нахлынувшей смелости парень чуть не подавился.

– Ты ешь, не спеши, – хихикнула Светка и подмигнула Дане.

Отчего тот смутился ещё больше, и по его шее предательски побежали красные пятна.

– Погода на улице так себе, особо не погуляешь. Дождь вечером обещают.

– Можно в тепле посидеть. Капучино с корицей… как ты любишь.

– Давай. В семь. В кофейне рядом с моим домом. Знаешь? – Светка хрустнула вафлей.

– Ага, – кивнул Даня.

Рабочий день закончился. Даня торопился купить цветы.

«Свидание! – Улыбка не сходила с лица парня, когда он думал о встрече с девушкой. – Купить букет ромашек или розу?»

Даня выбежал из офиса и оглянулся в поисках цветочного магазина.

Светка шла по бульвару в сторону дома. Ей нравилось прогуливаться после работы по аллее. Вечерами на лавочках здесь собирались пары: молодые и не очень, они целовались или просто болтали, сидя в обнимку. Светка подбирала разноцветные листья и пинала перезрелые каштаны. Солнце садилось, и его красные лучи раскрашивали асфальт под ногами.

В конце бульвара и направо. Светка остановилась у дома и заглянула в арку. Было слышно, как дядя Слава с первого этажа привычно слушает новости на полную громкость. Пахло жареной картошкой.

– М-м-м… – Девушка закрыла глаза и поглубже вдохнула: – Как вкусно!

Светку потянуло домой, но она решительно сделала пару шагов в сторону кофейни.

«Я иду на свидание, – уговаривала себя девушка. – Данька хороший парень, правда слишком худой и длинный, но это неважно. Откормлю… жареной картошкой. Или?»

Светка повернула в сторону арки и медленно пошла к подъезду. Из окна дяди Славы раздавался писклявый голос телеведущей:

– …по статистике… у каждой пятой одинокой женщины есть кот…

Светка подняла глаза и посмотрела на окно квартиры, где за тонким тюлем торчали чьи-то рыжие уши.

– Кот, – улыбнулась девушка и ускорила шаг.

Дверь в подъезд громко хлопнула, и Светка побежала на четвёртый этаж, придерживаясь за шершавые перила старой лестницы.

Высокий парень с розой в руках стоял у входа в кофейню. В вечернем свете фонарей он казался одинокой фигурой среди спешащих по домам горожан. Даня то и дело поглядывал на часы и поправлял длинный шарф. На парня внимательно смотрел кот. Он сидел у столба и нетерпеливо подёргивал хвостом.

– Чего тебе? – Даня почувствовал на себе пристальный взгляд.

Кот подошёл, ткнулся мокрым носом в ногу и чихнул. Парень присел и погладил его. Кот потянулся от удовольствия и смело поставил мокрые лапы на колени Дане.

– Не пришла, – вздохнул парень, и кот жалобно мяукнул.

Пошёл дождь. Его мелкие капли противно холодили шею. Даня вздрагивал плечами, пытаясь согреться. Он шёл по вечерней аллее, помахивая розой, прочь от кофейни. Рядом шёл кот.

– Ты похожа на солнечного зайчика, – тихо сказал ОН.

– Почему? – спросила ОНА, продолжая смотреть куда-то вдаль.

Туда, где синее небо сливалось с краем моря, словно пытаясь разглядеть тонкую линию горизонта. Яркий луч скользнул по её ресницам, и ОНА прищурилась.

– Слишком…

– Неуловимая, – перебил ОН и вздохнул. – Я не успеваю за тобой.

– Я могу… – ОНА повернулась к нему вместе с ветром.

Тот запутался в её волосах, играя прядями.

– Не надо… – ОН опустил глаза.

ОН никогда не мог долго смотреть ей в глаза. Голубые, как бутоны на клумбе под балконом их старого дома, где гречанка в полосатом фартуке высаживала каждое лето цветы. Сейчас эти глаза, казалось, стали темнее.

– Я могу, – повторила ОНА, – я могу измениться. Если хочешь, – голос отказывался верить, и слова терялись в шуме морских волн.

– Но я всё равно не смогу тебя догнать, мой солнечный зайчик.

ОН и ОНА стояли на балконе и смотрели на бесконечное море. Лёгкие волны накатывали на берег и, оставляя пушистую пену, разбегались между камнями тонкими струйками.

– Олива! – вдруг вспомнил ОН. – Я не срубил старую оливу!

– Не нужно. Оставь.

– Я должен.

ОНА закрыла глаза. Было слышно, как стучит топор о ствол трухлявого дерева и тяжёлые ветки падают на землю.

«Как быстро, – думала ОНА, пока среди оливковой рощи настойчиво, словно маятник часов, топор отбивал последние минуты. – Всё проходит».

ОНА вспоминала, что ещё совсем недавно дерево было молодым. Его тонкие ветки склонялись почти до земли, тяжёлые от тёмно-фиолетовых плодов. ОНА любила сидеть под оливой в плетёном кресле и наблюдать, как ОН спорит с соседкой-гречанкой. Громко, будто их голоса соскучились друг по другу – и слова звонким дуэтом смешивались с шумом волн Эгейского моря.

Последний удар топора, и всё стихло. ОНА открыла глаза. Сухие ветки с пожелтевшими листьями были разбросаны там, где ещё вчера стояло любимое кресло. Острый ком подкатил к горлу.

– Зачем? – ОНА закрыла лицо руками.

– Ты что-то спросила? – ОН стоял рядом с победоносным видом, словно одолев врага.

– Зачем ты её срубил? – ответила ОНА, не отрывая ладоней от лица.

– Это дряхлое дерево. Ему не место в саду, – твёрдо ответил ОН и положил топор.

Тот ухнул тяжёлым металлом о деревянный пол.

– Ты посадишь новую оливу.

– С ней так много связано. Ты… – захлёбываясь словами, ОНА пыталась перехитрить слёзы, но те прилипали к ресницам и настойчиво требовали свободы.

– Я срубил старое дерево! – ОН начинал злиться.

– Ты уничтожил память, нашу память, – ОНА вдруг перестала плакать, поняв, наконец, смысл происходящего с ней сейчас.

– Вот, возьми! – ОН протянул ветку оливы.

Та – тонкая, с редкими листьями, держала ярко-фиолетовые плоды крепко, как драгоценность, которую боялась потерять.

ОНА взяла оливу и прижала к груди. Рукам стало тепло, словно ОНА положила в сердце память о чём-то очень важном.

ОН ушёл.

– Закрой за собой дверь, – тихо сказала ОНА.

Калитка в саду скрипнула и захлопнулась, звякнув ржавым замком. ОНА посмотрела на ветку старой оливы и аккуратно расправила листочки. Тёплый луч вечернего солнца обнял ладонь, и фиолетовые плоды стали почти чёрными.

– Солнечный зайчик, – улыбнулась ОНА.