Если Вы читаете это, значит, я осуществила мечту, сопровождавшую меня с детства, - создала произведение интеллектуального труда, которое стало востребовано другими. Это значит для меня очень много. Я накопила достаточно опыта для написания стихотворений, ведь изложением мысли на бумаге и должным её предварительным обтачиванием я занимаюсь с юных лет. До сих пор это увлечение не отпускает меня, создание малых и больших форм текста – часть моей жизни.
Приветствую!
Если Вы читаете это, значит, я осуществила мечту, сопровождавшую меня с детства, - создала произведение интеллектуального труда, оформленное на бумаге и переплетенное в типографии. Это значит для меня очень много. Я накопила достаточно опыта для написания стихотворений, ведь изложением мысли на бумаге и должным её предварительным обтачиванием я занимаюсь с юных лет. До сих пор это увлечение не отпускает меня, создание малых и больших форм текста – часть моей жизни.
Природа представленных творений имеет разную основу, но в целом она базируется на олицетворении невысказанных эмоций. Когда я осознала, что должна закрепить мои умения документально, пришлось трудиться много и долго, чтобы придать им статус профессии – я стала дипломированным журналистом.
Естественно, что создать одно стихотворение гораздо труднее, чем, скажем, 50 страниц прозы. Это очевидно – проза не настолько ограничена формальной стороной, которая характеризует текст объемом и, соответственно, жанром (эти понятия зависят друг от друга, если не вдаваться в филологические термины).
В стихотворении автор максимально ёмок и эмоционален одновременно.
Мои строфы могут много обо мне рассказать. Фактически они свидетельствуют этапы моего взросления. Надеюсь, читатель оценит старания и не станет судить строго за абстрактный и порой максималистский характер моих произведений – они искренни. Наивны, но это в силу возраста.
Время постепенно упорядочит мою пульсирующую творческую стихию и придаст ей больше очарования.
С уважением,
М.А. Сараева
2013 г.
2007
И вот – мне семнадцать. Моё время полно противоречий, эмоциональных коллапсов и прочей ерунды, которой только может быть заполнена голова человека в этом возрасте. В моих рифмах не нужно искать откровенного смысла. Я использовала поэзию скорее как средство выражения эмоций, хотя и рациональность всегда была качеством, присущим мне от рождения. Мои творения две тысячи седьмого года – это странная, наивная смесь подростковых переживаний. Строфы громоздки и неуклюжи, но уже гордо представляются попыткой самовыражения.
Что удивительно, я еще создала текст, кричащий о моём общем душевном состоянии на тот период, и назвала его «Вместо гимна максимализму», решив объединить его с поэзией.
Что ж, суррогат подросткового психоанализа, однако, - ухмыляюсь я теперь.
***
Душа моя, остыв, покорно тлеет
И холод веет лютый надо мной
Неужель солнце меня боле не согреет
И обернется ледяной луной?
Злой страх давлеет надо мной, страданья
Наполнили мою поспешно грудь
И нету больше и ни нужд, и ни желаний -
Мое существование потеряло суть.
Я все еще дышу, но, черт возьми, надолго ль?
Резервы сил последние ушли.
Отчаяния нет, однако муки вдоволь
Заполнили все уголки души.
Я не боюсь, нет, мне совсем не страшно
Я точно знаю, что я буду жить,
И мне существенно не очень важно
Будет ли солнце мне во след светить.
Пускай мала еще для этою я жизни,
Пускай никто еще я на земле,
Пока весь мир людской во мраке киснет
Я буду чистым ярким блеском в светлой мгле.
Как прежде в сознании вижу я твой
Образ, знакомый мне с детства:
Твой взгляд, томный, вдумчивый и волевой
Потенциального деспота.
Глаза, будто темная бездна ночей
Рассеянно в сторону смотрят,
Но виден в них блеск ярче тыщи свечей
И детского капля задора.
Твой внутренний мир, как всегда, тебя мучит
Сомненьями тягостными в висках стучит.
Плеяда проблем нерешенных, как туча
Грузом тяжелым на сердце висит…
Ты счеты свои с прежней жизнею свел,
Оставив так много вопросов,
И детство закончилось, как ты ушел,
Да, кануло в лету оно все…
***
Импульса нет и нету движенья,
Замерло все вокруг.
Холодных руин цепное единенье,
Город в обьятьях разрух.
Жизни святою здесь нет и не будет,
Люди исчезли вовек.
Вечно промозглый здесь ветер дует,
И кровь на зеленой траве.
Лицо закрывая руками и морщась,
Вхожу в этот хладный мир.
Сечет резко, больно ледяною толщей
Тот грубый и мощный эфир.
Осознаю – долго не протяну я,
Хоть ветер слабее стал.
Скоро я, духу города повинуясь,
Стану одной из скал.
Стою на равнине седой, каменея,
И покрываясь льдом.
Вижу луну я, а следом за нею
Стали видны мне потом
Звезды, сребро с неба льющие ярко,
Лучи, ниспадающие вниз…
Луна грустно вторит: «Мне лучшим подарком
Была бы на сей земле жизнь.»
Увидя меня, свой свет остановила
На мне, и от скал отстранясь,
Сказала: «За тебя я давно просила,
Неужель мечта сбылась?»
И лед на мне треснул тогда, и живая
Я вышла навстречу луне.
Я оживлю этот мир, раздавая
Тепло, которого много во мне.
***
Милый друг, вспомни же, как давно это было,
Как порезал ты сердце мое на куски,
Улыбнувшись так сладко и сказочно мило,
Струны арфы моей были слишком тонки.
Ты сыграл так красиво и чисто на ней,
Нотки сердца бесстыдно задев за живое,
Как жестоко же ты, о мой юный Орфей,
Ножом острым рассек жизнь мою надвое.
Не спаслась от такого я сильного чувства,
Крылья тут же сложила и ринулась вниз.
И в полете своем в темное безрассудство
Видела я, как ты воспаряешь ввысь.
Как сейчас ты, мой друг? Счастлив ли? Может быть,
Сквозь столь плотную времени толщу,
Милый, все же сумею тебя позабыть
И не жаждать увидеть вновь больше…
«Как же я ненавижу это… Терпеть не могу… Отчаяние, спрессованное где-то внутри, усиленно пытается вырваться сквозь мои внешние слабости – ведь, когда человек плачет, это и есть проявление душевного бессилия. Жизнь жестока, и, пока ты чувствуешь, что она бьет тебя и издевается всеми возможными для нее средствами, ты живешь. Однако, не всех она «успевает» испытывать на прочность. Именно от таких «счастливчиков» исходят различные безнравственные позывы. И это понятно – те, кто вырвались на свободу от испытаний жизни, сбились с того курса, который она им так четко диктовала до того, как те поняли, что они вольны в преступлении моральных законов социума. И, когда сталкиваешься с подобными людьми, и твои нравственные зачатки не сходятся с их вольнодумностью… Возникает конфликт, который оборачивается потрясением для обеих сторон.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.