Максим

– Максим Евгеньевич, ваш отец звонил, просит вас принять участие в новом кастинге «Ребенок– кинозвезда» в составе жюри в качестве приглашенной звезды.

Моя секретарь Мариночка трется вокруг моего рабочего стола. Юбка у девчонки слишком короткая, поэтому мне приходится обращать на нее внимание… не на юбку конечно, а на Марину.

Будь она не ладна.

Тру лицо пятерней. Обдумываю приглашение. Не хочу идти никуда, но отказ отцу – дорогое удовольствие.

– Скажи нашему общему боссу, что я не готов. У меня слишком много работы на своем канале. Заниматься раскруткой маленьких "головорезов" и капризуль–принцесс я точно не намерен!

– Вы не понимаете! Родители этих детей – богатые и успешные люди. Вашему отцу нужно их хорошее настроение.

– Зачем?

– Спонсоры в медиа никогда лишними не бывают. Всё очень дорого стоит...

Как же меня достало вот это "всё"!

В своё время я забрал у отца половину медиа бизнеса, чтобы не иметь с ним ничего общего. У меня своя работа, у него – своя. Я даже самый жирный телеканал не запросил. Не я его поднимал, ни мне претендовать на него.

– Мариш, надо передать Евгению Максимовичу, чтобы он на меня не рассчитывал!

Девушка фыркает, мнется, не уходит.

– В чем дело? – рыкаю на нее.

– Мне ваш отец обещал премию, если вы посветите своим гламурным лицом перед камерами его канала. Хотя бы в день основного кастинга.

– О боги! – ударяюсь лицом об стол, но аккуратно, чтобы не навредить. – Я за двадцать семь лет жизни в семье медиа–магната прошел сотни, нет, тысячи кастингов. Не хочу больше видеть их! Меня тошнит. Я устаю от человеческих эмоций! Пойми!

– Ну пожалуйста, ваш папа обещал мне еще и годовую премию.

– Черт! Ты не отстанешь от меня так просто, да?

– Нет, – мотает головой с кукольным личиком.

Спустя два дня

Кастинг «Ребенок– кинозвезда»

– Как тебя зовут?

– Добрыня!

– Привет, Добрыня, я твой папа! – вцепляюсь взглядом в шестилетнего мальчугана.

Он – моя копия. Я обескуражен. Выбит из ритма рабочего дня.

– У меня уже есть папа! – мой собственный сын смотрит на меня, не моргая.

В том, что он мой у меня вопросов не возникает.

Увидев мальчугана, я сразу воспылал желанием изучить анкету его семьи. Каково же было мое удивление, когда нити от его матери привели ко мне.

Перевожу потрясённый взгляд на его мать – Кристину…

Она по–прежнему красивая как восемь лет назад.

Только тогда это была ветреная девчонка, модель.

Взбалмошная и дерзкая. Любимая.

А сейчас она – мать этого мальчишки. Владелица швейного ателье.

Не получилась из нее модель. Сама виновата, сама тогда много напортачила на шоу, а могла получить всё – я предлагал ей бросить к ее ногам целый мир.

Молодая красивая женщина с копной светлых волос и синими глазами делает шаг вперед, глядит на меня ненавидящим взглядом.

– Ты. Здесь?

– Это канал моего отца. Тебе ли не знать?

– Мне ли не знать? Я помню, как ты обманул меня. Представился парнем из глубинки, выведал всё, а потом подставил!

– Это был не я! Я тебя не подставлял!

– Не будем спорить. Каждый останется при своем. Ты лишил меня мечты. – Кристина выговаривает мне с болью, нервно мнет губы, кивает, показывая, что знала, что канал принадлежит по–прежнему моей семье.

Знала, и пришла? Зачем?

Чтобы унизить меня. Растоптать. Отомстить.

Показать мне моего же сына и сказать, что он другого называет отцом.

Громкий топот детский ног отвлекает от раздирающих меня мыслей, оборачиваюсь и с ужасом смотрю на приближающегося человека.

– Васнецовы! Добрыня и Никита, на сцену! – слышу голос за спиной, и он тонет в омуте прошлого.

А я отдаю себе отчет в том, что детей – двое.

Кристина отомстила мне дважды!

За что???

Ведь я любил ее больше своей жизни, которую тогда поставил на кон.

Кристина

Я стояла напротив Максима Максимова, продюсера шоу, заядлого холостяка, красавца и мецената, филантропа и просто шикарного мужчины.

Он был хорош всем и для всех – кроме меня.

Уж я–то знала, каков он настоящий!

Упырь. Подлец. Лжец.

Гламурный подонок!

Восемь лет назад

Наполовину мой

– Крииисс! Ну, Крис! – канючила долговязая подружка, разлегшаяся фривольно поперек мягкого кресла, установленного в центре моей небольшой спальни. Длинные худые ноги Лерки свисали с подлокотника и мешали мне быстро передвигаться по комнате в поисках очередной вещи. Последние десять минут я безуспешно искала фен для сушки волос.

– Бинго! – воскликнула радостно, заметив тонкий шнур на полу в углу комнаты. Наклонилась, протянула руку, и следом за куском пресованной пыли, схватила за хвост шнура фен, и вытащила его из западни хаоса, царящего в моих "хоромах" уже неделю.

– Лерусик, сто раз говорила тебе, что не откажусь от этой затеи, и поеду на конкурс «Ты–топ–модель»! – нежно проворковала я и бросила фен в огромный чемодан, лежащий на кровати.

– Крис, ты же понимаешь, что победитель уже определён! Не будь дурой. Победит цыпочка с самым богатым папиком. А ты только канал в соцсетях профукаешь. Понимаешь же, что контент нужно обновлять минимум четыре раза в неделю. А по контракту с конкурсом, ты не имеешь права выкладывать материалы со съёмок. Значит, ты в пролёте!

– Лерусик, а ты у меня для чего? Вот ты и продолжишь моё дело.

– Я? – Огромные зелёные глаза округлились и полезли на лоб. – Я не умею снимать, не умею петь, не умею ничего! Может, мне в тик–токе на фортепиано сыграть? А?

– Спятила? Если угробишь за два месяца мой канал, то я вернусь и отомщу. Месть пока не придумала. Поняла?

Дикой кошкой кинулась на подругу, и потрепала её крашенные фиолетовые волосы.

– Ладно–ладно, я пошутила. Буду смотреть за другими и повторять.

– Ага, молодец, – ответила я на автомате и продолжила собирать косметичку.

Правда абсолютно не понимала, как мне затолкать чемодан косметики в чемодан с одеждой.

– Это что же я с двумя чемоданами поеду? – спросила сама у себя.

Пока я соображала, как мне запихать незапихиваемый объём в один чемодан. Условие конкурса – брать с собой в дом только необходимое, всё остальное должны были выдать на месте.

Неожиданно до моего сознания дошли слова подруги о победительнице.

– Кстати, конкурс–то "Он или Она". Значит, победить может и парень! Прикинь, если мужик окажется красивее и обойдёт нас – девок?

– Ужас! – засмеялась подруга и начала хрустеть чипсами.

– Разве наша в том вина, что такие времена? – грустно произнесла я. –Ты бы на чью победу поставила? – вдруг спросила я.

– Ну... – Лерка надула губки, – дай подумать. Точно не на твою. Нет, ты подруга не обижайся на меня за прямоту, но мы же вместе четыре года подиум топтали, и кому как не мне знать, что ходишь ты не как ангел Виктории Сикрет. Мордашка у тебя фотогеничная, что есть, то есть. При правильном профессиональном уходе будет ещё лучше на фото получаться. Но вот позы ты не умеешь выбирать совсем.

– Это ещё почему? – возмутилась я.

–Зажатая что ли?! Тебе бы влюбиться. Первая любовь, первый секс. Глядишь, и раскрепостишься! – Лерка ехидно засмеялась, глядя на колючее выражение моего лица.

Я, конечно, злилась на подругу за её прямоту, но понимала, что в принципе она права. Я прекрасно знала, что даже безамбициозная Лерка ходит по подиуму лучше меня, что мой рост метр семьдесят восемь не самый гармоничный для модели, бывают и повыше. Но главной моей проблемой была зажатость! О чём говорить, если я до сих пор ни разу в жизни не участвовала в ню фотосессиях.

И от понимания своих недостатков мне легче не становилось, я готова была работать над ними. Но сейчас времени не оставалось абсолютно! И я понимала, что на конкурсе придётся туго.

Очень туго! Но, я должна была пройти отбор в Москве (в своём городе я его уже прошла), обойти десять конкуренток и победить. На высоченных каблуках гордо войти в мир мировой моды.

Но вот как обойти десять парней–моделей, я не понимала в принципе! В моём мозгу не умещалась информация – как мне девочке бороться с мальчиками на подиуме. Мы ведь такие разные!

Уже в дверях Лерка обняла меня крепко, потрепала по макушке, и попрощалась со словами напутствия:

– Ну ладно, Кристюш, давай, включай свои золотые мозги и побеждай там всех. А мы будем болеть за тебя. Удачи! Зря ты со мной не едешь!

– Не хочу в столицу. Многих людей она ломает. Я слабая, не стоякая, не справлюсь с ее искушениями. А ты сильная, выдержишь.

Меня поражало стойкое нежелание Лерки идти в модельный бизнес – с её–то ростом – метр восемьдесят пять, с суперской проходкой по подиуму, которой бы позавидовала любая профессиональная модель.

На все мои уговоры я слышала один ответ:

– Крииис, детка, в нашей стране нет моды! Нет специалистов, которые могут обучить модель правильно ходить, носить и продавать одежду. Все уехали в Европу. О каком модельном бизнесе ты говоришь?

Бред! Лично я так не считала.

Конечно, когда–то, в глубине души я надеялась выиграть конкурс и получить приз в виде выступления на Неделе моды в Париже.

В подростковом возрасте я мечтала зацепиться в столице, представляла, как буду бегать по кастингам, как меня заметят европейские дизайнеры, позовут к себе. Надеялась попасть в европейский моделинг.

Втайне от самой себя я тоже признавала тот факт, что индустрия моды в нашей стране развивается сейчас онлайн.

И этого достаточно в свете остальных событий.

Но я так сильно любила моду, что была готова работать даже дома в России! Не всем же жить в Европе.

При наличии интернета в наше время можно было столько всего сделать! Организовать своё агентство, набрать девочек моделей – обучить их работе, продавать брендовую одежду российских дизайнеров, создать свой бренд и раскручивать его!

Только мне хотелось быть лучшей во всём, а этому меня могли научить лишь профессионалы.

Именно за этим я и ехала в столицу на конкурс.

Кристина

Прощание с мамой выдалось сумбурным и нравоучительным:

– Детка, пожалуйста, не пей, не кури, слушайся старших. Не рискуй на конкурсах. Не флиртуй с парнями.

– Мама! Во–первых, я никогда не пила и не курила. С чего бы я вдруг начала? Во–вторых, я еду не к Тайре в Америку, а в Москву к Анастейше. Какой риск? Вряд ли нас будут мучить лежанием в грязевых ваннах, обёртываниями в капроновые сети, ношением колье из змей, закалыванием волос тарантулами вместо заколок. Мамочка, мы живём в России! Русская женщина коня на скаку остановит, так что конкурсы у нас будут свои! – Думать об их сложности мне сейчас совсем не хотелось.

Я немного подумала и вспомнила главное:

– А "эти" парни – наши конкуренты! Ясное дело, что они нас ненавидят априори. Мы для них соперники, и нас нужно убрать с дороги, пока мы не взошли на подиум. Ты ведь понимаешь, что победит только один? Он или Она? Значит, война будет настоящей – кровавой.

Зря я так сказала, мама побелела и вцепилась в рукав моей тонкой кожаной ярко–красной куртки.

– Мама! Ну, я же пошутила! Какая кровь? На дворе двадцать первый век. Так уничтожат, не марая руки. Троллинг, буллинг, все дела.

– Это как? – поинтересовалась родительница. – может, тебе не ехать? – в ее глазах плескался страх.

– Информационно. Например, состряпают в специальной программе видео, что я – звезда порно и сольют ролик в интернет, а заодно, устроителям конкурса на почту отправят. Ну и всё! Меня тут же сольют из конкурса. И карьера модели тут же закончится.

Ужас на лице мамы подсказывал, что я переборщила.

– Мам, ну я же шучу!

Было поздно давать заднюю. Мама не только не отцепилась от меня, а вцепилась в мою вторую руку. Теперь я была в настоящей западне.

– Не пущу! Едем домой! – прошипела побледневшая мама.

– Мама!!! Это была глупая шутка от твоей глупенькой дочери, – рассмеялась я громко и вырвалась из крепкого захвата.

– Бесстыжая! Всё шутишь! Это тлетворное влияние социальных сетей! Я же говорила, что проживание в доме блогеров на тебя плохо влияет.

– Опять ты о своём! Прости–прости, не удержалась. Клянусь, что больше так не буду троллить тебя. – Я чмокнула маму в щёку и убежала на посадку.

Кристина

Несмотря на то, что это был мой первый раз, когда я выбралась из Сибири в далёкую Москву, я перенесла перелёт прекрасно.

Уже в столице забрала чемодан с транспортной ленты, и с гордо поднятой головой прошествовала через паспортный контроль к выходу.

Увидев табличку конкурса: «Ты–топ–модель», я наконец–то осознала, что нахожусь в Москве, и моя мечта как синица парит где–то низко в небе прямо над моей головой. Широко улыбнувшись, шагнула навстречу исполнению желания.

– Привет, я участница Кристина Кириллова.

Приветливый молодой человек с выкрашенной ядреной жёлтой чёлкой поводил глазами по планшету в поисках моей фамилии, затем радостно улыбнулся:

– Кристина, проходите в белый автобус с логотипом конкурса. Он ждёт Вас на стоянке.

– Спасибо, – ответила я приветливо, и покатила огромный чемодан к стоянке.

Уже у автобуса увидела, что багажный отсек открыт и готов для складирования чемоданов.

–Самообслуживание? Здорово. – Присаживаться в мини–юбке не хотелось, но вариантов не было. Резко опустив ручку чемодана, я наклонила его и присела. Именно в этот неподходящий момент услышала за спиной бархатный баритон:

– Помочь?!

Я стремительно вытянулась в жёрдочку, натянула дежурную белозубую улыбку, и как солдат армии красоты повернулась на высоких каблуках к обладателю голоса.

Сначала мой взгляд встретился с высокой широкоплечей фигурой, упакованной в синие свободные джинсы и белую футболку. Для ношения футболки на улице было холодновато! Понятно – парень выпендривался! Впрочем, тут все такие, – подумала я.

Затем встретилась с серыми хитрющими глазами на волевом лице с точёным носом и летящими как две птицы бровями.

Продолжая улыбаться, проследила как мой чемодан исчезает в багажном отсеке. Незнакомец выпрямился, затем подошёл чуть ближе и протянул руку:

– Максимилиан.

Обалдеть! Максимилиан? Будто в Древний Рим попала.

Продолжая улыбаться, я протянула тонкую руку потенциальному сопернику:

– Кристина Кириллова, – представилась я, и сделала небольшой реверанс. Наверное, при моём внешнем виде – короткая кожаная юбка «клубничная» и кожанка–пилот броского бордового цвета, высоких бардовых ботинках на шнуровке, длинные каштановые вьющиеся волосы, спадающие ниже до пояса ниагарским водопадом – смотрелось комично.

В следующее мгновение парень расхохотался.

– Что не так?

Я в ужасе смотрела на незнакомого молодого мужчину, а он смеялся и смеялся без остановки.

Из автобуса начали выглядывать любопытные глаза. Почувствовала себя неуютно.

Наконец Римлянин (так я окрестила нового знакомого) утихомирился и спросил ровным тоном:

–Ты, когда–нибудь видела свои глазищи в зеркале?

– Ну да. Ничего смешного.

– Тебе так кажется! Твои глаза – зеркало твоих эмоций.

– Иди к чёрту! – Я резко развернулась на каблуках и направилась к автобусу, ругая себя за то, что позволила какому–то выскочке в дурацкой вязанной шапочке вывести себя из равновесия на несколько минут.

Прекрасно же знала, что мои огромные глаза никого не оставляют равнодушным.

Это был мой неоспоримый козырь, который только что пытались у меня отнять!

То есть игра на выбывание уже началась?! Шары пытаются выбить кегли?

Фигушки. У меня есть мозги.

И если я научусь ходить и продавать одежду, тогда победа мне обеспечена. Осталось только поменьше болтать, побольше слушать и не поддаваться на провокации.

Как этот умник легко выбил страйк! Очешуеть! Нужно быть на чеку.

Я поднялась по ступенькам в автобус и огляделась. Как назло, в салоне осталось одно свободное место рядом с назойливым Максимилианом. Мне не оставалось ничего, кроме как плюхнуться рядом со снобом. Он что–то болтал, а я отвернулась от него и демонстративно уставилась в окно. Всю дорогу думала о своём будущем на проекте, наблюдая за пробегающими мимо постройками, деревьями, машинами и людьми.

– Ну, всё супер модели, приехали. На выход. Берём чемоданы и заходим в павильон номер два. Вещи оставляем в камере хранения, администратор покажет. Затем идём в павильон номер три, где вас уже ждут стилисты проекта. – Парень с жёлтой чёлкой плотоядно улыбнулся и вышел из автобуса первым.

– Топ–модель, на выход, – серые глаза соседа смешливо выпроваживали меня из автобуса.

Топ–модель? Серьёзно?! Подкалываешь?

Ну ладно, я тебе отомщу, когда в дом заселимся. Конечно, если ты–гладиатор до дома моделей доберёшься, в чём я очень сомневаюсь!

Почему–то я ни секунды не сомневалась в том, что пройду до финальной двадцадки и заеду в дом!

Гордо встряхнув копной густых волос, я с ненавистью посмотрела на парня. К моему удивлению грёбанный Максимус… или как там его? Наверное, просто Макс! из Копейска или из Тьмы Тараканьей, стянул с головы вязанную шапочку, надел черную кожаную куртку–пилот и игриво улыбнулся мне, сверкнув тремя десятками отбеленных зубов.

Шелковистые русые волосы были гладко зачёсаны назад, а длинная челка закрывала один серый призрачный визор парня полностью.

Без шапки Римлянин мне даже немного понравился! Ещё бы ему болтать поменьше и сгодился бы за серебро, ну или бронзу! Глядя ему в глаза, помотала головой, типа, ума нет – займи, и вышла из автобуса.

На улице ярко светило весеннее солнце, пели птицы, а в душе грызлись две соперницы.

Одна – добрая, милая, наивная, считала, что зря я сюда приехала и мне здесь не место, вторая – наглая, дерзкая, яркая, самоуверенная – вступила в контры с первой, и доказывала мне, что я на своём месте.

Не глядя по сторонам на ярких молодых целеустремлённых парней и девушек моего возраста, я вышагивала к павильону номер два.

Затем, также, не поднимая глаз от земли, я шла за всеми к третьему павильону и твердила себе:

– Я сильная! Лучшая! Я справлюсь! Я – звезда! Я – топ–модель!

Нервозность достигла апогея и меня затошнило.

Блин блинский! Как не вовремя!

Как всегда, когда жутко нервничала, меня тошнило и крутило в животе. – Только этого мне сейчас не хватало!

Едва вошла в павильон, как обомлела.

Огромный серебристый съёмочный ангар был поделен на две части. На одной половине шла съёмка конкурсного отбора, на второй готовили будущих топ–моделей – делали мейкап, укладку.

Здесь же конкурсанты переодевались в свои собственные вещи, подчеркивающие их достоинства.

Когда ко мне подкатила администратор, меня по–прежнему трясло.

– Если здесь админы выглядят как топ–модели, о чём говорить?! – подумала я, разглядывая красивую блондинку с длинными волосами платинового цвета. Высокая, в босоножках на тонком каблуке, в приталенном брючном комбинезоне ярко–зелёного цвета, в тон глазам.

–Привет! – Девушка мило улыбнулась и заглянула мне в глаза. – Боишься? Не нужно. Здесь все на твоей стороне, я в том числе.

Я понимала, что сейчас админ с бейджем Алиса видит во мне только одни испуганные как у оленёнка глаза в пол лица, поэтому попыталась взять себя в руки.

Кристина

Вспомнила известного танцора, его дом, в котором я прожила целый год, как мы бесились и выкладывали видео в интернет, набирали лайки, рекламу, затем отрывались, и мне удалось расслабиться.

Представила, что новый дом будет таким же – уютным! Веселье, челенджи, воскресная генеральная уборка, драчки за душевую по утрам.

Наконец беспокойство покинуло меня и я, искренне улыбаясь зеленоглазой блондинке Алисе просто по–дружески сказала:

– Спасибо за поддержку.

– Это моя работа. Желаю успехов! Здесь трудно, но ты справишься, – Алиса кивнула мне на ожидавшего меня стилиста.

Я выдохнула, поправила на груди бейдж с именем и шагнула навстречу неизвестному.

Уже через двадцать минут я разглядывала себя обновлённую в зеркале. Какой ужас! Хотелось рыдать! Кричать! Засунуть голову под воду! Стереть весь этот ад на лице молочком! Новая я не нравилась себе абсолютно.

Как можно было мои густые волосы завить мелкими кудряшками? Казалось, у меня каракулевая шапка на голове, а не волосы. А мои огромные синие глаза густо обвели фиолетовыми тенями, как в девяностые годы. И теперь свет моей души не просачивался из глаз. Радужка приобрела цвет индиго – фиолетово–синий, а черные зрачки стали от ужаса огромными.

– Мамочки! Меня разом лишили двух моих достоинств – волос и глаз.

– Спа–си–бо! – еле выдавила я, не желая конфликтовать.

Пытаясь не разреветься, я направилась в комнату для переодеваний.

Выудив из рюкзака вещи, быстро разделась, сняв с себя абсолютно всё, кроме белья. Почувствовала на себе прожигающие взгляды конкуренток, изучающих мою фигуру вдоль и поперёк.

Натянула на себя маленькую белую майку, подчеркивающую грудь, короткие шорты, показывающие длинные ноги и обула туфли на высокой шпильке.

В ангаре было так много людей, повсюду царил хаос, суматоха. Воздуха не хватало. Кто–то смеялся, кто–то плакал, кто–то громко разговаривал по телефону.

Ко мне подскочила Алиса:

– Кристи, твой выход. Уже портфолио рассматривают. Ни пуха, ни пера!

– К чёрту! – Как во сне проговорила я, и, заплетаясь в своих же ногах, вышла на подиум, и тут же попала под многочисленные лучи софитов и в объективы десятка камер.

Громко играла музыка.

Казалось, через электронные глазки камер в меня вцепились миллионы глаз телезрителей.

Сказать, что я была в ужасе, значит не сказать ничего.

Мои руки и ноги заплетались как никогда.

Боже мой, судьи подумают, что я не умею ходить!

В моих глазах застыл ужас.

Ну вот, теперь судьи подумают, что у меня на всех фото этот незабываемый взгляд оленёнка.

Музыка прекратилась ровно в тот момент, когда я дошла до края подиума, перестала себя ругать, и встала в какую–то дурацкую позу.

– Кристина, давайте познакомимся! – услышала я женский голос. Он исходил от известной телеведущей Анастейши, девушки очень умной, красивой, но далёкой от моды.

До меня, наконец, начал доходить тот факт, что сейчас решается моя судьба, и я пришла в себя.

– Дмитрий, – представился известный модный фотограф Максаков, улыбаясь мне и сверкая бритой головой. Молодой мужчина в костюме темно–синего цвета явно приглашал к диалогу с камерой.

– Кристина Кириллова, Нерюнгри. – Я улыбалась широкой журнальной улыбкой, а в жилах застыл дикий ужас, который я пыталась уничтожить, убеждая себя, что здесь все друзья и желают мне добра!

Но это было не так, и подсознание подсказывало мне.

Известный итальянский дизайнер Массимо Мариконе мило улыбнулся, поправил платочек в кармане блестящего пиджака, ткнул пальцем в фотографию из моего портфолио, выведенную на стену, и начал мило лопотать на итальянском.

Показалось, что никто из присутствующих ничего не понял, но все сделали умный вид и закивали головами, я в том числе.

Поняла одно, мужчине понравился мой взгляд на портрете!

Четвертым членом жюри был редактор модного журнала Парадайз. Именно в его журнале победителю обещали разворот, контракт на сто тысяч евро и участие в парижской неделе мод.

Поэтому я не сводила глаз с мужчины средних лет, одобрительно кивающего и кажется, одобряющего моё портфолио, да и меня саму. Сейчас он казался мне полубогом.

Наконец голова с пепельным ёжиком повернулась к другим и кивнула.

Сквозь состояние небытия я услышала три заветных "Да" от мужчин. И теперь ожидала услышать его от Анастейши. Девушка пожимала худыми плечиками и долго молчала.

Одной рукой я царапала вторую руку, переминалась с ноги на ногу, и ждала–ждала, натягивая улыбку всё шире и шире, пока не свело челюсти.

– Да, – выдала Анастейша, улыбаясь в ответ такой же широкой улыбкой.

Четвертое "Да" разорвалось у меня над ухом гранатой.

– Спасибо! Спасибо! – Едва сдерживая порыв подпрыгнуть в воздухе, я резко развернулась и направилась за кулисье конкурса.

– Ну? – Алиса уже ждала меня у входа в гримёрную.

– Прошла! – Я пожала ей руку, и малознакомая девушка ответила.

Когда я вернулась в ангар, по настроению конкурсантов сразу поняла, кто прошёл, а кто – нет. Радость переполняла меня, хотелось кричать, обниматься, поэтому я тут же бросилась в толпу тех, кто, сегодня прошёл отбор.

– Меня обнимешь? – Ко мне приблизился высокий стройный, даже немного худощавый парень лет двадцати трёх.

Парень явно отличался от других – правильной поставленной речью, вышколенными манерами, костюмом с иголочки. В целом, он был не похож на остальных парней – накаченных, с татуировками, с чёлками, в джинсах и футболках.

Он расставил широко в стороны руки, приглашая меня в свои объятия. Недолго думая, я воспользовалась приглашением и обнялась с конкурентом.

– Серж, – представился конкурсант, нагло и высокомерно рассматривая мою маечку и шортики. – Серж, Питер, – уточнил молодой мужчина.

А то я сомневалась! Мог бы не говорить откуда он прибыл, я бы и сама догадалась по его начитанному взгляду.

На меня надвигалась широкоплечая фигура "римского гладиатора" из Копейска.

Парень был одет как прежде – в футболку и джинсы. Но уложенная причёска и излучающие победу глаза изменили его до неузнаваемости.

Теперь это был не Макс из Копейска, а реальный император Максимус из Древнего Рима!

Блин, как он так перевоплотился?

Парень с улицы за считанные часы стал топ–моделью! Его грация, достоинство, самоуверенность и харизма сшибали с ног.

И я начинала профессионально завидовать.

Может, он актёр? И вовсе не из глубинки?

Кристина

Макс медленно приближался к нам, и с каждой секундой всё больше женских глаз приклеивались к нему.

– Кирюха, мои поздравления! – Парень открылся для объятий, и мне ничего не оставалось, как нырнуть в них с головой.

В голове гудело:

«– Когда я успела стать Кирюхой? Вопиющая наглость и фамильярность! Меня так со школы не называли.

Подумала и решила сделать вид, что меня совсем не задело столь "интимное" обращение.

От Макса безумно вкусно пахло – парфюмом, косметикой для волос, азартом. сексуальностью и победой.

– Минуточку внимания, – за спиной послышался голос Алисы. Мы обернулись на зов. А девушка продолжила зажигательную речь:

– Сейчас Вас повезут в гостиницу. Мест пятьдесят, а Вас немного больше, поэтому дополнительный конкурс. Дружно идём в четвертый павильон к бассейну, там будет проходить фотосессия без белья. Кто откажется, тот едет домой.

Я нервно сглотнула, затем ещё раз.

Давно ничего не стеснялась в этой жизни.

Мы много чего делали в доме Олега, когда веселились на камеру, но это были безобидные детские шалости.

Это было абсолютно другое!

А сейчас мне предложили раздеться и сниматься при незнакомых сексуальных парнях.

Это было за гранью!

А еще останавливал тот факт, что мама увидит… Ее же соседи и коллеги заклюют за меня!

Меня снова затрясло и начало подташнивать.

– Боишься? – Ко мне незаметно приблизилась высокая девушка афро-американка русского происхождения, похожая на пантеру. – Я Рената–Пантера, – представилась красотка с волнистыми короткими волосами. –Будем дружить?

Я с готовностью закивала головой и захлопала ресницами. А Рената–Пантера с болотными кошачьими глазами продолжила:

– Я тебя прикрою на фотосессии. Как разденешься, так и прячься у меня за спиной – она широкая, – девушка демонстративно громко рассмеялась.

Мне ничего не оставалось, как улыбаться, и продолжать пялиться на новую яркую подругу, которой явно не терпелось рассказать о себе всё:

– Папа из Конго, учился в Москве в РУДН, а мама из Иваново, ткачиха в прошлом. Теперь оба сидят дома, а я их обеспечиваю!

– Круто! Я тоже хочу помогать маме.

Мы шли к бассейну.

Оказавшись около огромного искусственного водоёма с голубой водой, я окончательно растерялась и раскисла.

И только присутствие Пантеры вселяло в меня немного дерзости.

Вокруг собралась уйма людей – десятки моделей – парней и девушек, операторы с камерами, стилисты с расческами и тенями.

Зачем? Мы все скоро окажемся в воде!

Все… – кто пройдёт дальше.

Как назло, прямо напротив меня возникла худощавая фигура Сержа в плавках и мускулистая – Макса, пока ещё в джинсах, но уже без футболки. Пока я лупилась на парней, а они на меня, Пантера уже стаскивала с себя мини–платье, расталкивая всех вокруг локтями.

– Стоп–стоп, вот шустряки! Лишь бы раздеться! – закричала администратор Алиса, и стремительно кинулась вдоль рядов с начинающими моделями. –Упростим задачу! Кто не готов раздеваться, тот – направо.

И тут же три девушки удалились без объяснения причин.

Парни все остались стоять как вкопанные.

Ну конечно, чего им стесняться?

Алиса снова пошла по рядам, на этот раз – медленно. За ней семенила Анастейша, а впереди процессии вышагивал итальянец.

Казалось, он здесь главная персона!

Итальянец всматривался в модель, долго выбирал, затем просил то одну, то другую девушку снять какую–нибудь часть гардероба.

Всё это время десятки электронных глаз камер смотрели на нас, а софиты разрезали павильон с бассейном, ослепляя.

Наконец он остановился напротив меня и вперил жадный до впечатлений взгляд в моё лицо.

– Сними майку, Кристи, пожалуйста. Операторы ждут.

Я как в замедленной съёмке послушно сняла майку, скомкала её в руках. И застыла.

– Крис! Грация! Ты – топ–модель! Взгляд! Твои глаза – твоё богатство!

Я даже не улыбнулась. Мне казалось, я – пружина и сейчас меня разорвет от нахлынувших эмоций.

Хуже всего было то, что Серж и Макс не сводили с меня глаз. Я чувствовала, как их глаза прожигают насквозь.

Свита итальянца стремительно покинула меня.

Рука Пантеры легла на моё запястье и сжала его в дружественной поддержке. Ее глаза твердили: – ты справилась!

Я потихоньку начинала приходить в себя.

Голова до сих пор кружилась – эта Алиса и итальянец так странно вели себя.

Как только блондинка закончила "обход", и объявила о том, что на сегодня мы свободны, но можем оторваться и отдохнуть в бассейне, то тут же заиграла музыка, глаза камер потухли (мне так показалось), софиты погасли, и парни–модели дружно начали прыгать в бассейн и утаскивать за собой самых весёлых и озорных девчонок. Всех переполняли эмоции!

Я же прибалдевшая от всего происходящего, комкая майку в руке, направилась к выходу.

– Ты куда? – Крепкая рука схватила меня за талию и развернула к своему хозяину.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.