Ничьи

А в солнца тьме не горячей,

Чем все в душе моей в разлуке,

А ты ничья, и я ничей,

И не сомкнутся наши руки.

Четыре пустоты руки,

И ног узор несовершенный,

И губ обиженных замки,

И взгляд в пространство искаженный.

Все ближе к холоду окна

Ступаю я и будто слышу,

Как мы, дистанцию кляня,

Хотим заполнить свою нишу.

Все ближе к холоду окна

Ступаю я и будто слышу,

Как мы, дистанцию кленя,

Хотим заполнить свою нишу.

Ты можешь не прийти сейчас.

И у окна, в печали, букой, -

Можешь корить безумством нас,

Равняя перерыв с разлукой.

Все ближе к холоду стекла

Ты дышишь; жаром близишь встречу.

Ты вспомни, как рука текла

По телу. Ты дышала в плечи…

Все ближе к холоду стекла

Ты дышишь; жаром близишь встречу.

Ты вспомни, как рука текла

По телу. Ты дышала в плечи.

Ведь я гораздо горячей

Окна, в котором свет заката!

Стеклу же - пустынь бред речей,

И сквозь прозрачность - пустынь - взгляда.

Ты можешь не прийти. Но я –

Смотрю: как сквозь взираешь мимо,

Чувств не даря и не тая -

Окна холодной пантомимой.

Ты можешь не прийти. Но я –

Смотрю: как сквозь взираешь мимо,

Чувств не даря и не тая -

Окна холодной пантомимой.

Ты можешь не прийти сейчас.

И у окна, в печали, букой, -

Можешь корить безумством нас,

Равняя перерыв с разлукой.

Все ближе к холоду стекла

Ты дышишь; жаром близишь встречу.

Я помню, как рука текла

По телу, ты дышала в плечи.

Все ближе к холоду стекла

Ты дышишь; жаром близишь встречу.

Я помню, как рука текла

По телу, ты дышала в плечи,

Я помню, как рука текла

По телу, ты дышала в плечи…

Росла зеленая осина

И остругал ее столяр,

И стала колом она стылым.

А на руках его загар.

Ее черты ушли в чертоги:

Их – нет, и тихих нет ночей.

А вдруг хотят свести в итоги

Беспечность моих личных дней?

А, впрочем, что им мои вздохи,

Они как мед ему да ей?!

Она уже слилась с осиной,

И вот ее как страшный кол,

Прибил я ржавою гвоздиной

Перед моей пропажей, в пол!

Она уже слилась с осиной,

И вот ее как страшный кол,

Прибил я ржавою гвоздиной

Перед моей пропажей, в пол!

В душе всегда была вампиршей,

А я ей подан на обед,

Зачем же посвящал ей вирши?

Теперь бездомный я поэт.

Да, я пропал: ведь я бездомный

Но тоже слит с вампиршей – с той,

Которой мой прообраз скромный

Внушен был с детства. Боже, мой! –

Но после первой встречи томной

Вдруг черт прельстил ее другой!

Ну, что ж, теперь и в ней нас - двое.

Пусть покопается в душе;

Поищет - счастья и покоя

В осиновом папье-маше.

Ну, что ж, теперь и в ней нас - двое.

Пусть покопается в душе;

Поищет - счастья и покоя

В осиновом папье-маше!

Пришел столяр, весь загорелый,

И по-хозяйски отпер дверь,

И чуть не превратился в зверя,

Ведь мы с вампиршей – кол и зверь.

Нас было трое. Все исчезли:

Тот третий, лишь увидев кол,

Раскланялся нам не любезно,

И свой рубанок взяв, ушел.

И долго вид его помпезный

Стоял в глазах, как чертов кол.

Его прибил я к полу крепко,

Все сбились с ног его искать.

Теперь ищу большую скрепку –

Себя не накрепко связать:

Картина - женщина вампирша,

Мужик с присоской, точно черт;

Он рядом сочиняет вирши,

И кровь с них по ногам течет!

Картина - женщина вампирша,

Мужик с присоской, точно черт;

Он рядом сочиняет вирши,

И кровь с них по ногам течет!

И она вирш не понимает,

И не заказывает их,

И ночью двери открывает

И рыщет, ищет нас двоих.

А то вдруг я иду навстречу -

Папье-маше скрипит по швам.

Зачем все это? Не отвечу.

У нас теперь все по - полам.

Нет, не скажу, что она пишет:

И черт в рот мед ей не кладет.

То в этой жуткой нашей нише

То так, то все наоборот!

Пусть так: то «вверх тармашкой» встанет, -

А то внизу удобней ей…

Пропали оба? И устали

Жить в чистом образе людей?

Пусть так: то «вверх тормашкой» встанет, -

А то внизу удобней ей…

Пропали оба! И устали

Жить в чистом образе людей!

Приятно руку подавать,

Благословляя незаметно;

Чуть-чуть, как будто, - привставать

Навстречу женщине приметной.

Глядеть в глаза, и, - в губы вперив

Свой взор неясно отчего,

Всему, что поизносят, - верить:

Ведь все - то значит - ничего!

Все – ничего! Его так много,

Все быстро исчезает, вдруг:

Друзей миг встречи на пороге;

Кивок мне дружеский подруг.

И вся любовь, что скрыта в этом, -

В капкане женских рычагов;

Пред каждой надо быть поэтом,

Но все ведь это – ничего?!..

И вся любовь, что скрыта в этом, -

В капкане женских рычагов;

Пред каждой надо быть поэтом,

Но все ведь это – ничего?!..

Приятно руку не пожать,

Тому, кто не приятен другу,

И не кивнуть, и не привстать,

Когда сует всем «пять» по кругу.

Глядеть в ничто, и не поверить,

Когда неясно отчего,

В тебя пронзительный взор вперив,

Не обещают ничего.

Все – ничего! Его так много,

Все быстро исчезает, вдруг:

Друзей миг встречи на пороге;

Кивок мне дружеский подруг.

И вся любовь, что скрыта в этом, -

В капкане женских рычагов;

Пред каждой надо быть поэтом,

Но все ведь это – ничего?!..

И вся любовь, что скрыта в этом, -

В капкане женских рычагов;

Пред каждой надо быть поэтом,

Но все ведь это – ничего?!..

Но все ведь это – ничего?!..

А в ресторане снова драка,

Как и ведется с давних пор.

Один кусается собакой,

А я рычу, хоть я боксер.

Другой, его сосед, свиньею

Мне рыло сунул, наконец.

А я хоть мелкого покроя,

Но в кулаке зажат свинец.

Не распускаю рук напрасно,

Храню их плоть, в них скрытый дух.

Но не холю. А сколько ласки

В прикосновенье женских рук!

Они, когда обнимут, с чувством, -

Весь на руках осевший дух

Сведут к духовному безумству;

Покой души - развеют в пух!

Сведут к духовному безумству;

Покой души - развеют в пух!

Она со мною, точно роза,

Или, там, разная смоква,

Я с ней недавно, она в позе:

Ито – ведь тут тебе Москва!

Идет вблизи будто просмотр;

Ну что, влюбилась, наконец?

Сосед лежит. А где промотор?

Да, у меня в руках свинец!

С любовью смотришь исподлобья,

Скрывая нежных чувств оскал:

Какое чудо-благородье,

И сколь же хищный идеал!

И пусть все бережно созреет:

И плоть, и дух, и доброта.

О, как рука твоя умеет

Себя держать в уголках рта!

О, как рука твоя умеет

Себя держать в уголках рта!

Не распускаю рук напрасно,

Храню их плоть, в них скрытый дух.

Но не холю. А сколько ласки

В прикосновенье женских рук!

Они, когда обнимут, с чувством, -

Весь на руках осевший дух

Сведут к духовному безумству;

Покой души - развеют в пух!

Сведут к духовному безумству;

Покой души - развеют в пух!

И я у рта кулак умею

Держать. Да, скулой дорожу!

И в ресторан я на свиданье

С хорошим кушем прихожу.

Где рядом рук твоих касанье

К моим нехоленым рукам.

Я сохраню их до свидания,

Не оскверню их впопыхах!

Не распускаю рук напрасно,

Храню их плоть, в них скрытый дух.

Но не холю. А сколько ласки

В прикосновенье женских рук!

Они, когда обнимут, с чувством, -

Весь на руках осевший дух

Сведут к духовному безумству;

Покой души - развеют в пух!

Сведут к духовному безумству;

Покой души - развеют в пух!

Ты говоришь, что надо нам расстаться,

В своей любви без правил мы живем,

Что мы не любим, и уж не прижаться

Друг к другу у столба ненастным днем.

Ты говоришь, что мы посередине

Большого океана и в крови;

И жрать друг друга, задевая мины,-

Есть наша квинтэссенция любви.

Давай, с тобой припомним напоследок, -

Что все вокруг любовь,

Когда вдвоем…

Вся правда - квинтэссенция середок,

Вся жизнь – где, мины трогая, живем.

Вся правда - квинтэссенция середок,

Вся жизнь – где, мины трогая, живем.

Мы расстаемся, позади опасность.

Ты хочешь знать: а был ли прок в любви?

Пусты? И пусто лгали? Ты напрасно

Забор возле столба не городи!

Мы в самой сути - точно посередке,

Где по краям –

Правдивых лет версты.

В том наполненьи был наш путь коротким,

Но лишь в масштабах вечной пустоты.

И наша середина - миг -

Прекрасна.

Она - времен связующая нить.

И, значит, - мы любили не напрасно,

И прошлым мы напрасно будем жить:

И, значит, - мы любили не напрасно,

Но прошлым мы напрасно будем жить:

Я ухожу и знаю, что напрасно,

Мне помнить мою прошлую, любовь.

И у столба, где целовал с опаской,

Теперь мне уготован путь иной:

Стоять в ряду бесчисленных середок,

Среди таких же, губ, лобков, колен.

Но там любой любовный отвороток -

Опять же мины и опять же плен!

Стоять в ряду

Бесчисленных середок,

Среди таких же, губ, лобков, колен…

Туда, где неизвестный отвороток

Вновь возвратит в опасный жизни плен!

Туда, где неизвестный отвороток

Все возвратит в опасный жизни плен!

Все возвратит в неясной жизни плен!

Елозит в груди и гудит,

Как печь, что затоплена жарко;

И вьюшка открыта; чадит,

Печурка; и сумрак - как сажа.

И сажа у нас на душе:

Поклажу выносишь ты в сени,

И я почти брошен уже,

И хочется встать на колени.

И я почти брошен уже,

И хочется встать на колени.

Беру переметные сумки.

Порог пропускает меня.

Прощайте, правдивые думки!

Встречай фальшь бездумного дня!

Иду. За плечом не поклажа:

За нею - вся жизнь позади.

В груди, будто, - склизь черной сажи…

Елозит, свербит и гудит…

В груди, будто, - склизь черной сажи…

Елозит, свербит и гудит…

И вот ухожу. Как у всех

Все было - обкатано было.

Стоит за забором сосед,

Обкатано скалится быдлом.

Она выставляет меня,

Вот так и иных выставляла.

Конец вновь прожитого дня,

Но, все же, иного - начало.

Конец вновь прожитого дня,

Но, все же, иного - начало.

Мой путь - он не мною обкатан:

Не первый я в мире изгой.

Осталось дойти до заката.

Осталось прийти за тобой.

К груди тебя ближе, как прежде?

Поклажа пусть ждет за крыльцом?

Прощания - глупая нежность!

Прощенье - с глупейшим лицом!

К груди тебя ближе, как прежде?

Поклажа пусть ждет за крыльцом?

Прощания - глупая нежность!

Прощенье - с глупейшим лицом!

Обкатана глупая нежность!..

Обкатан - с глупейшим лицом!..

Орнитолог

Мы орнитологи – но только не летали.

Мы птиц выводим, но прошла любовь.

Гнездо ты вьешь во сне: окольцевала

Нашу любовь, в надежде - вспыхнет вновь.

Гнездо ты вьешь во сне, окольцевала

Нашу любовь, в надежде - вспыхнет вновь.

Мы орнитологи, но птицы - только птицы,

Они летят, и мы летим во снах.

Все кончено, и это мне не снится.

Но хоть не окольцован впопыхах.

Все кончено, и это мне не снится.

Но хоть не окольцован впопыхах.

Мне не приснилось, -

Тут нечему чудиться,

Все в плену прожитых дней:

Я ей приснюсь, и она во мне –

Сбудется.

Только не сбудусь я в ней!

Я - не желаю сбываться!

Ведь в сбытности –

Жажда и опыт любви!

Опытен тот, кто в любви

Не насытился;

Он не во снах гнезда вил!

Опытен тот, кто в любви

Не насытился;

Он не во снах гнезда вил!

Есть птицы, что привязанность им – пытка:

Свой ритуал свершив, самец - в полет,

Так я и жил, не совершив попытки

Тебя окольцевать, наоборот.

Я так и жил, не совершив попытки

Тебя окольцевать, наоборот.

Но хорошо остаться синей птицей,

Той, что не сбыться в жизни никогда,

И, может, никогда и не присниться,

Ведь что сбылось, возможно, ерунда.

И, может, никогда и не присниться,

Ведь что сбылось, возможно, ерунда.

И надо остаться мне прежним

Несбыточным:

Как яркий мир бытия,

Где ты мне снишься в любви -

Болью мыточной,

Но где не снюсь тебе я.

Оба помаемся в том,

Что не сбудется.

В том, что сбылось –

Там мы врозь.

Как хороша ночей

Вещая будущность,

Где как у птиц не всерьез!

И Как горька ночей

Вещая будущность,

Где как у птиц, - не всерьез!

Не прошу ничего

Вот так встреча. Привет! И послушай меня,

Я без дум о тебе не прожил даже дня.

Мы расстались, но знал я: шептала мне кровь

У нее есть отдельная рядом любовь.

Мне тебя не хватало. Не хватает теперь.

Из огня не хватали мы: ни встреч, ни потерь.

Все что было – то было. С тем и жили всегда.

Ничего не забыла? Все смешалось - в годах.

Все смешалось в сознании: все и было и нет.

Не случилось свиданий, в коем третьего нет.

Все казалось: он – рядом. Дышит в шею тебе.

Я же был чуть подальше: ни в тебе, ни в себе.

Все казалось: он – рядом. Дышит в шею тебе.

Я же был чуть подальше: ни в тебе, ни в себе.

Может, все возвратим, и пусть рядом тоска,

Может, примет не скоро гвоздь последний доска,

Я прощенья прошу, обещаю забыть,

Гвоздь последний в тоску обещаю забить.

Ничего я не помню. А тем более – он.

Ничего я не знаю о твоем о былом.

Мне тебя не хватает. Не хватает его?

Будь хоть с ним, будь лишь рядом…

Не прошу ничего!

Все смешалось в сознании: все и было и нет.

Не случилось свиданий, в коем третьего нет.

Все казалось: он – рядом. Дышит в шею тебе.

Я же был чуть подальше: ни в тебе, ни в себе.

Все казалось: он – рядом. Дышит в шею тебе.

Я же был чуть подальше: ни в тебе, ни в себе.

Ты ж была чуть подальше: ни во мне, ни в себе.

И была ты далекой: не в себе, не в себе;

И была ты далекой. Не в себе! Не в себе!..

Прими, как данность

Я долго жил, как идиот,

И пережил полно невзгод,

Пока не понял, что урод,

И что пора наоборот:

В тебе плохое находить,

И перестать мечтою жить,

И вот я кое-что осмыслил,

Сменил хомут на коромысло.

Не обязательно в мечту

Непокоренную влюбляться,

Хранить в душе, как маяту,

И за ведро крючком цепляться.

Не обязательно мечтой

Любовной жажды пыл лелеять,

И по живому красотой

Твоей на сердце ужас сеять.

Я принимаю как недуг

Мою любовь к тебе, как вспышку.

Мне Мопассан не милый друг,

Но я прочел, что значит «Пышка».

Я из деревни, но мечтал,

Жаль мне мечта не покорилась,

И Пышка – милый идеал,

По жизни мне не пригодилась.

Рожь в пустоте не прорастет.

И здесь метафора уместна, -

Любовь - не в поле огород.

Земная вспышка сфер небесных!

И потому не дорожи –

Тем, что придет помимо доли.

И потому, ты не дрожи, как колосок

В пустынном поле.

Прими, как данность, дар любви.

А нет ее, - любви сей зерна.

Жить без любовных грез в крови,

Пока не грезит, - не позорно.

И понял я еще, урод,

Не надо в зависти цепляться

Ведром за целый небосвод,

Иначе – без воды остаться!

Да, не завидуй никогда,

Где льет кристаллом

Смех влюбленных.

Любовь – это небесный дар,

В ней зависть –

Противозаконна!

Лишь позавидуешь со злом,

С бессильем,

С посулом жестоким -

Останешься в своем былом.

С пустышкой-сердцем.

Одиноким…

Лишь позавидуешь со злом,

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.